Иллюстрация к сказке Гофмана "Щелкунчик", рис. Дон Дейли.
Эта рождественская сказка также способствовала росту популярности ёлок в России XIX века. 

Украшать ёлочку на Рождество и Новый год – немецкая традиция, которая укрепилась в России примерно в середине XIX века. Дети верили, что младенец Христос летает ночью на облаке и украшает ёлки сладостями и подарками на радость детям. 

Ранее немецкие рождественские ёлки в Роcсии пытался ввести Петр I, но после его смерти эта традиция оказалась забыта. В XVIII веке в России елками украшали только питейные заведения. В народе даже появилась фраза «идти под ёлку» - хотеть напиться, «быть под ёлкой» - сильно напиться. 

Например, поэт А.С. Пушкин упоминает кабацкую ёлку в рассказе «Истории села Горюхина», где елкой украшено питейное заведение: «древнее общественное здание, украшенное елкою и изображением двуглавого орла».

Ёлочную традицию с детскими праздниками в России XIX века сделала популярной императрица Александра Федоровна, супруга императора Николая I. Она была немецкой принцессой и скучала по родным традициям.

Императрица Александра Федоровна, урожденная Фридерика Луиза Шарлотта Вильгельмина Прусская. 

Император хоть и был против ёлок (он опасался, что зажженные свечи на ёлках могут упасть и устроить пожар), но отнесся благосклонно к желанию супруги. 

Первая детская ёлка была организована императрицей в 1828 году во дворце, идея вызвала всеобщий восторг. Дети «боролись и толкались все дети между собой, царские включительно, кто первый попадет в заветный зал. Императрица уходила вперед, чтобы осмотреть еще раз все столы, а у нас так и бились сердца радостью и любопытством ожидания. Вдруг слышался звонок, двери растворялись, и мы вбегали с шумом и гамом в освещенный тысячью свечами зал.

Императрица сама каждого подводила к назначенному столу и давала подарки. Можно себе представить, сколько радости, удовольствия и благодарности изливалось в эту минуту».
Царские дети дарили подарки родственникам, которые покупали сами. «У нас была зажжена по обыкновению елка в Малом зале, где мы одаривали друг друга мелочами, купленными на наши карманные деньги» - вспоминала великая княгиня Ольга – дочь Николая I. 


Императорское Рождество в Аничковом дворце (1848 год), которое фрейлина Тютчева описывала как "Целый лес ёлок". Рис. А.Ф. Чернышев.

Фрейлина Анна Тютчева вспоминала о царских ёлках:
«Все было как обычно: особая елка для императрицы, елка для императора, елка для каждого из детей императора и елка для каждого из детей великого князя Константина.
Вся Золотая гостиная превратилась в целый лес елок.

Выложенные под елками подарки фактически превратились «в выставку игрушек и всевозможных прелестных вещиц. Императрица получила бесконечное количество браслетов, старый Saxe (саксонский фарфор), образа, платья и т. д. Император получил от императрицы несколько дюжин рубашек и платков, мундир, картины и рисунки».


Николай I и Александра Федоровна с детьми в средневековых образах.
Рис. О. Верне. 

«Ёлочная» традиция распространилась в Петербурге, горожанам понравилось эта «немецкая забава». Вскоре рождественское дерево (Weihnachtsbaum) появилось почти в каждом доме.

Праздничные «Ёлки» были разного уровня, закрытые мероприятия - для детей знатных господ и благотворительные - для всех. Первая детская рождественская елка всероссийского масштаба была организована императором Николаем I в 1830-е годы. Взрослая елка появилась позднее в 1850-х годах. 

В 1840-х годах в Петербурге началось ёлочное безумие. Горожане старались похвастаться перед соседом красотой и убранством своей ёлочки. Стоимость богато украшенной ёлки доходила до 200 рублей. 


Ёлочный торг в XIX веке,
Рис. Г.М. Манизер

Подробное описание праздничной ёлочной традиции встречается в рассказе Ф.М. Достоевского «Елка и свадьба» в 1848 году. Классик описывает, как праздничная ёлка стала развлечением для детей. Ёлку наряжали конфетами, орехами и игрушками, которые снимали довольные дети. 
В этот праздник ребятишки забывали о строгих правилах взрослых и веселились от души: «Дети все были до невероятности милы и решительно не хотели походить на больших, несмотря на все увещания гувернанток и маменек. Они разобрали всю елку вмиг, до последней конфетки, и успели уже переломать половину игрушек, прежде чем узнали, кому какая назначена» - пишет Ф.М. Достоевский.

Обычно детские праздники были поводом для их родителей встретиться и поговорить о делах, праздник с ёлкой также «был предлогом для родителей сойтись в кучу и потолковать об иных интересных материях невинным, случайным, нечаянным образом».


Благотворительная ёлка в школе XIX века 

Автор отмечает, что дети на елке получали подарки от хозяина дома в зависимости от положения в обществе их родителей:
«Девочка, уже имевшая триста тысяч рублей приданого, получила богатейшую куклу. Потом следовали подарки понижаясь, смотря по понижению рангов родителей всех этих счастливых детей. Наконец, последний ребенок, мальчик лет десяти, худенький, маленький, весноватенький, рыженький, получил только одну книжку повестей, толковавших о величии природы, о слезах умиления и прочее, без картинок и даже без виньетки. Он был сын гувернантки хозяйских детей…».

Автор называет такую раздачу подарков «мудрой», а в современном демократическом обществе это вызывает справедливое возмущение.

Ф.М. Достоевский описывает, что дети понимали несправедливость раздаче подарков и девочка - богатая наследница, которую «обидели дети» играла с куклой в одиночестве. Только бедный сын гувернантки составил ей компанию.


Рождественский базар в Германии XIX века 

Ёлочная традиция объединяла семью в дни рождественских праздников. Детям разрешалось баловаться и хулиганить, когда они таскали сладости и подарки с ёлки. Появилось выражение "грабить ёлку". Обычно после такого "ограбления" ёлку потом выносили из зала во двор. 

В городской газете «Северная пчела» печатались афиши и репортажи с детских ёлок, которые проходили в Петербурге для детей и их родителей. 



Интерес к ёлкам вырос также благодаря сказке Эрнста Теодора Амадея Гофмана «Щелкунчик», которая стала популярна в России XIX века. 

Вот так немецкий писатель описал праздничное ожидание чуда:
«Совсем стемнело. Фриц и Мари сидели, крепко прижавшись друг к другу, и не смели проронить ни слова; им чудилось, будто над ними веют тихие крылья и издалека доносится прекрасная музыка. Светлый луч скользнул по стене, тут дети поняли, что младенец Христос отлетел на сияющих облаках к другим счастливым детям. И в то же мгновение прозвучал тонкий серебряный колокольчик: "Динь-динь-динь-динь!" 

Двери распахнулись, и елка засияла таким блеском, что дети с громким криком: "Ax, ax! " - замерли на пороге. 

Но папа и мама подошли к двери, взяли детей за руки и сказали:
- Идемте, идемте, милые детки, посмотрите, чем одарил вас младенец Христос!»


Иллюстрация к сказке "Щелкунчик"

Интересно заметить, что по традиции XIX века подарки немецким детям приносит лично младенец Христос, который украшает для ребят елку сладостями и подарками. 

Гофман красочно описывает ёлку с угощениями и подарками для детей:
«Большая елка посреди комнаты была увешана золотыми и серебряными яблоками, а на всех ветках, словно цветы или бутоны, росли обсахаренные орехи, пестрые конфеты и вообще всякие сласти. Но больше всего украшали чудесное дерево сотни маленьких свечек, которые, как звездочки, сверкали в густой зелени, и елка, залитая огнями и озарявшая все вокруг, так и манила сорвать растущие на ней цветы и плоды. Вокруг дерева все пестрело и сияло. И чего там только не было! Не знаю, кому под силу это описать! 

Мари увидела нарядных кукол, хорошенькую игрушечную посуду, но больше всего обрадовало се шелковое платьице, искусно отделанное цветными лентами и висевшее так, что Мари могла любоваться им со всех сторон; она и любовалась им всласть, то и дело повторяя:

- Ах, какое красивое, какое милое, милое платьице! И мне позволят, наверное позволят, в самом деле позволят его надеть!»

В 1892 году на Рождество в Мариинском театре был поставлен балет П.И. Чайковского «Щелкунчик», который стал музыкальным олицетворением праздничных «Ёлок». 


Премьера балета "Щелкунчик", 1892 год 





Фразы «устроить ёлку», «пойти на ёлку» вскоре стали привычными для горожанина в XIX веке. В разговоре канун Рождества – Сочельник стали называть просто «Ёлка». 

Создатель словаря В.И. Даль писал: «Переняв, через Питер, от немцев обычай готовить детям к Рождеству разукрашенную, освещенную елку, мы зовем так иногда и самый день елки, Сочельник».
В конце XIX века заговорили о защите природы, в прессе появлялись гневные статьи о вырубке лесов ради бестолковой забавы.


Рождественский базар, 1906 год.
Рис. А.А. Бучкури 

«Лесов все меньше и меньше, реки сохнут, дичь перевелась, климат испорчен, и с каждым днем земля становится все беднее и безобразнее» - возмущенной писал А.П. Чехов. 

В годы Первой мировой войны с Германией ёлки подвергались критике. Против ёлочной традиции выступали политики, призывая прекратить вражеское немецкое развлечение. Николай II поддержал идею бойкота немецкой традиции, в 1915 году запретили установку елки в гимназиях и других общественных учреждениях. Однако официальные запреты не мешали людям следовать привычным рождественским традициям. «Лишать детей рождественского веселья – жестоко» - рассуждали взрослые. 



Официальные «Ёлки» вернулись после Октябрьской революции 1917 года и перемирия с Германией, но потом снова на долгие годы оказались под запретом как «буржуазное развлечение». 


Рождественский базар в 1913 году, ёлки еще не под запретом