«Этой формулы нет ни в одном учебнике, но без неё не решить не одной задачи в жизни...Сомневайся,что все острова, звёзды и законы уже открыты. И верь, что тебе предстоит их открыть.»

В.А. Джанибеков

20 век — эпоха космических рекордов. И это не удивительно, так как на заре эры покорения внеземного пространства многие вещи делались впервые, и то, что сегодня кажется обыденным, причислялось к разряду экстраординарного. Это отнюдь не умаляет заслуг тех, кто шаг за шагом прокладывал дорогу тем, кому в будущем предстоит совершать полеты к другим мирам. К их числу относится и Джанибеков Владимир Александрович — космонавт, который стал 86-м землянином, преодолевшим земную гравитацию и 43-м лётчиком-космонавтом Советского Союза. При этом он возглавил первую экспедицию с посещением орбитальной станции. Кроме того, Джанибеков является единственным, кто 5 раз подряд побывал в космосе в качестве командира корабля. Он также стал первым и последним гражданином СССР, которому было присвоено звание космонавта 1-го класса. Интерес представляет и открытый Джанибековым эффект, который в свое время дал пищу тем, кто любит делать апокалиптические прогнозы. Владимир Александрович участвовал в создании самого длинноволокнистого сорта узбекского хлопка.

Будущий покоритель космоса, ученый и художник Владимир Александрович Джанибеков, урожденный Крысин, появился на свет 13 мая 1942 года в селе Искандере Казахской ССР (ныне входит в состав Республики Узбекистан) в семье офицера-пожарника. Отец – Крысин Александр Архипович (6 ноября 1917), занимал различные должности в органах пожарной охраны МВД,  подполковник запаса. Мать – Четвертнова Евдокия Федоровна (15 февраля 1915–13 июня 1997), медсестра.

Володя учился в школах №№ 107, 50 и 44 города Ташкента. Все бы хорошо, но подводило здоровье. В отличие от сверстников он неважно бегал, прыгал. Мешал лишний вес. Неподалеку от его школы находилось суворовское училище: курсанты маршируют с песнями, ходят в форме в увольнения... Как же он им завидовал! Володя мечтал стать суворовцем и он своего добился.

1 сентября 1953 года он поступил в Ташкентское Суворовское училище МВД. В годы учебы проявил прекрасные способности к физике и математике, увлекался фотографией и рисованием. Из воспоминаний Владимира : «В училище у меня были ключи от каптерки, где я развернул фотолабораторию. К тому времени у меня уже был пленочный фотоаппарат. После запуска первого спутника заинтересовался астрономией. Стал читать научную фантастику Ивана Ефремова, Циолковского. «Туманность Андромеды» была бестселлером. Мне как-то попался университетский курс «Оптики» Ландсберга. Мир оптических явлений увлек меня. Я даже начал делать телескоп для нашего незавершенного планетария. Сам рассчитал его. Но, к сожалению, зеркало над которым я трудился столько дней, разбилось. Неудача огорчила, но пришла уверенность, что я смогу сделать этот прибор. Потом увлечение радиолюбительством. Начал с детекторных радиоприемников, потом пошли ламповые.»

Владимир поставил перед собой цель - быть не хуже, не слабее других!Постепенно добился серьёзных успехов по физической подготовке: в конечном итоге стал чемпионом Узбекистана по штанге в полутяжелом весе среди юниоров и даже рекордсменом. Спорт вылечил молодой организм. В 1960 году Владимир окончил Суворовское училище с золотой медалью.

"Мама спрашивала: "Ты кем будешь, сынок?" Я отвечаю, что астролетчиком, это еще до окончания суворовского, а мама — медработник, соответственно, смотрит очень внимательно. Там с головой все нормально?" – рассказывает Владимир Джанибеков, летчик-космонавт, дважды Герой Советского Союза.

Хотя юноша мечтал об офицерской карьере, он не прошел с первого раза по конкурсу в военный вуз. Но парень долго не расстраивался. Чтобы не терять времени даром, Владимир Крысин стал студентом физического факультета ЛГУ.

В 1960 году поступил на астрофизическое отделение физического факультета Ленинградского государственного университета. Однако отучившись один курс, не изменив своей мечте стать лётчиком - в сентябре 1961 года он поступил в Ейское высшее военное авиационное училище лётчиков. О небе и космосе Владимир Джанибеков, выпускник Ташкентского Суворовского училища, не просто мечтал, а шаг за шагом шел к своей цели.

В 1965 году с отличием окончил факультет «Боевое применение и эксплуатация самолётов» Ейского ВВАУЛ, получив диплом лётчика-инженера. С 4 декабря 1965 года служил лётчиком­ инструктором, с 8 июня 1968 года – старшим лётчиком­-инструктором 963­го учебного авиационного полка Ейского ВВАУЛ. Общий налёт составляет более 1000 часов, освоил пилотирование самолётов Як-­12, Як­-18а, УТИ МиГ-­15. МиГ­-17, МиГ­-21У, Су­-7У, Су-­7Б, Су-­7БМ, Л-­29, Л­-39 и Ту­-134. Подготовил к выпуску 18 лётчиков истребительно-бомбардировочной авиации ВВС СССР и 3-х лётчиков ВВС Индии.

В ходе освоения новой техники приобрёл опыт полётов на Су-7Б и Су-7БКЛ с грунтовой взлётно-посадочной полосы.  

Пять лет отлетал. Это была хорошая летная школа. И теоретическая тоже. Владимир был в курсе всего нового. И тут пришла удача в часть прибыл Герман Титов. Он отбирал летчиков для космической программы. Он обращал серьёзное внимание на чистоту техники пилотирования. Вскоре Владимира повесткой вызвали в Ростовский госпиталь на медицинское обследование. И опять та же проблема - избыточный вес. Лишних 8 кг. Неделю он пьет одну воду, бегает, как может, тренируется... За неделю похудел до 75 кг. В общем, выручил позвоночник, вызвавший восторг у врачей: из нескольких сотен человек были отобраны восемь. Из них впоследствии в космос слетали только четверо: Береговой, Романенко, Попов и Владимир.

Как уже было сказано выше, космонавт Джанибеков по национальности — русский и изначально носил обычную русскую фамилию Крысин. Однако в 1968 году он познакомился со своей будущей женой Лилией. Девушка происходила из древнего рода, основоположником которого был хан Золотой Орды Джанибек, сын хана Узбека. В 19 веке потомок Джанибека стал основателем ногайской литературы. Отец Лилии — Мунир Джанибеков — не имел сыновей и оказался последним мужчиной в этом знатном роде. По его просьбе и с разрешения своих родителей после заключения брака Владимир Александрович взял фамилию жены и продолжил на земле род Джанибековых. У пары родилось две дочери: Инна и Ольга. Они подарили отцу 5 внуков.

Вторая супруга Владимира Джанибекова — Татьяна Алексеевна Геворкян историк, заведующая научно-экспозиционным отделом Мемориального музея космонавтики, Заслуженный работник культуры РФ. Она в настоящее время является заведующей одним из отделов Мемориального музея космонавтики.

Итак, 27 апреля 1970 года Владимир Джанибеков приказом главнокомандующего ВВС был зачислен в отряд космонавтов ЦПК ВВС на должность слушателя-космонавта. С мая 1970 года по июнь 1972 года проходил общекосмическую подготовку. В рамках общекосмической подготовки в 1970­ - 1971 годах обучался по программе 3­-го курса Московского авиационного института.15 июня 1972 года был назначен космонавтом 1-­го отдела 1­-го управления. В июле - ­декабре 1972 года проходил подготовку в составе группы космонавтов по программе «Спираль» (изделие «50»). С декабря 1972 года по май 1973 года проходил подготовку в группе космонавтов по советско­-американской программе ЭПАС. С мая 1973 года по ноябрь 1974 года проходил подготовку по программе ЭПАС в качестве командира 3­-го (резервного) экипажа для первого испытательного полёта, вместе с Андреевым. 30 апреля 1974 года был назначен космонавтом 3­-го отдела (программа ЭПАС) 1­-го управления.

     В июле 1973 года проходил подготовку вместе с американскими астронавтами в Космическом центре имени Л.Джонсона. С декабря 1974 по июнь 1975 года проходил подготовку в качестве командира 4­-го экипажа космического корабля «Союз­-19» по программе ЭПАС, вместе с Андреевым. Прошел полный курс подготовки к полетам на ОС «Салют» и кораблях типа «Союз». С сентября 1975 года по 20 сентября 1977 года проходил подготовку в качестве командира первой экспедиции посещения орбитальной станции «Салют­-6», вместе с Колодиным. В ходе подготовки отрабатывал действия в открытом космосе. В сентябре экипаж был переформирован. В октябре - ­декабре 1977 года проходил подготовку к полёту по той же программе вместе с Макаровым. С 30 марта 1976 года был командиром группы международных космических программ.

«Нашу небольшую группу отбирали по двум направлениям, - рассказывает Джанибеков. - Первое – орбитальные станции «Салют». И второе – «Спираль». Орбитальный одноместный космоплан. На орбиту он выводился с помощью обыкновенной «семерки», которая подняла Гагарина. Аналог космического самолета сделали в ОКБ «МиГ». Кратковременный полет – и посадка на аэродром. Но в Министерстве обороны посчитали этот проект фантастикой и закрыли. «Спираль» трансформировалась в «Буран». Но в космосе Владимиру пришлось работать на орбитальной станции «Салют». Восемь лет он ждал своего первого космического полета. За это время пришлось пройти через «Спираль», «Союз», «Салют», «Буран». Опыт огромный.

Экипаж "Салют-27"  В. Джанибеков  и О.Макаров 

     Первый полёт в космос совершил в качестве командира 1-­й экспедиции посещения на орбитальной станции «Салют-­6» с 10 по 16 января 1978 года, вместе с Олегом Макаровым. Стартовал на корабле «Союз-­27», посадку совершил на корабле «Союз-­26». Работал на станции с основным экипажем в составе Ю. Романенко и Г. Гречко. Продолжительность полёта составила 5 суток 22 часа 58 минут 58 секунд.

     Указом Президиума Верховного Совета СССР от 16 марта 1978 года за успешное осуществление полёта и проявленные при этом мужество и героизм полковнику Джанибекову Владимиру Александровичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».

     Второй полёт в космос совершил в качестве командира советско­-монгольского экипажа корабля «Союз­-39» по программе 10­-й экспедиции посещения на орбитальной станции «Салют­-6» с 22 по 30 марта 1981 года, вместе с Жугдэрдэмидийном Гуррагчей (по программе «Интеркосмос»).Работал на ДОС «Салют-6» вместе с основным экипажем в составе В.  Ковалёнка и В. Савиных. Продолжительность полёта составила 7 суток 20 часов 42 минуты 3 секунды.

В. Джанибеков и Д. Гуррагча (Монголия)

 Указом Президиума Верховного Совета СССР от 30 марта 1981 года за успешное выполнение полёта, мужество и героизм, полковник Джанибеков Владимир Александрович награждён орденом Ленина и второй медалью «Золотая Звезда».

     Третий полёт в космос совершил в качестве командира экипажа корабля «Союз Т­-6» по советско­-французской программе экспедиции посещения на орбитальной станции «Салют-­7» с 24 июня по 2 июля 1982 года, вместе с Иванченковым и Жан­-Лу Кретьеном (по программе «Интеркосмос»).В связи со сбоем в контуре автоматики сближение и стыковка выполнены в ручном режиме. Работал на ОС «Салют-7» вместе с основным экипажем в составе А. Березового и В. Лебедева. Продолжительность полёта составила 7 суток 21 час 50 минут 52 секунды.

А. Иванченко, Ж. Кретьен и В. Джанибеков

     Четвёртый полёт в космос совершил в качестве командира экипажа корабля «Союз Т­12» по программе экспедиции посещения на орбитальной станции «Салют-­7» с 17 по 29 июля 1984 года, вместе с Светланой Савицкой и Игорем Волком. Во время полета на ОС «Салют-7» (с экипажем основной экспедиции  ЭО-3 в составе Л. Кизима, В. Соловьева и О. Атькова) 25 июля 1984 вместе с С. Савицкой совершил выход в открытый космос на 3 час 35 мин для испытания универсального ручного инструмента сварщика в открытом космосе.Продолжительность полёта составила 11 суток 19 часов 14 минут 36 секунд. Во время полёта выполнил один выход в открытый космос продолжительностью 3 часа 34 минуты. В ходе эксперимента Джанибекова В.А. с семенами хлопчатника в условиях невесомости и под воздействием космической радиации  удалось получить новый устойчивый сорт хлопчатника с длиною волокна 78 мм (ранее рекордной считалась длина 45 мм).

И.Волк, В.Джанибеков и С.Савицкая 

     Пятый полёт в космос совершил в качестве командира экипажа корабля «Союз T­-13» по программе спасения орбитальной станции «Салют-7» с 6 июня по 26 сентября 1985 года, вместе с Виктором Савиных. Совершил посадку с Г. Гречко, а В. Савиных продолжил работу на станции. Впервые выполнена стыковка с неуправляемой, неработоспособной станцией. ОС «Салют-7» была отремонтирована, что позволило продолжить её эксплуатацию в пилотируемом режиме. Работал на ОС «Салют-7» вместе с В. Васютиным, А. Волковым и Г. Гречко, с которым возвратился на Землю. Продолжительность полёта составила 112 суток 3 часа 12 минут 6 секунд. Во время полёта выполнил один выход в открытый космос продолжительностью 5 часов.

В 1985 году, в своем пятом полете Джанибеков еще раз подтвердил, что для него невыполнимых задач нет. Вместе с космонавтом Виктором Савиных они вернули к жизни замерзшую станцию "Салют-7". Полетели в космос они на "Союзе-Т-13". Провести маневр и пристыковаться к станции на таком корабле было почти невозможно.

Пятый, самый сложный полёт к "мёртвой"  станции "Салют-7" 

"Мы с Джанибековым отправились искать "Салют-7" на корабле "Союз-13". Все говорили, станция непонятно где, да еще корабль 13-й. Но мы станцию нашли и починили ее", — рассказывает Виктор Савиных, летчик-космонавт, дважды Герой Советского Союза.

Из-за того что связь со станцией была потеряна, а станция обесточена - не работала система автоматического сближения и стыковки. Наведение корабля на станцию осуществлялось с помощью средств советской противоракетной обороны, что подтвердило саму возможность использования ПРО в подобных ситуациях.

Экипажу предстояла совсем необычная стыковка, когда почти 20 тонная махина орбитальной станции не стабилизирована и совершает хаотические вращения – кувырки. А основное правило при стыковке двух космических кораблей и есть фиксированное состояние двух стыковочных устройств «пассивного» и «активного» кораблей с определенным, незначительным допуском, при определенной скорости движения и углах рассогласования.

Пассивным кораблем была станция, а активным —транспортный корабль « Союз Т –4 «. Если Джанибекову не удастся стыковка, то это будет очередной попыткой спасения станции, но не будет позора бездействия. Джанибеков уже 4 раза летал в космос, да и Савиных не был новичком в космосе. Центр управления нашел способ получения пространственного положения станции, пусть даже приближенную, но информацию. Специалисты вырабатывают предложения по стыковке с беспорядочно вращающейся станции. 6 июня 1985 г. к станции стартовал транспортный корабль « Союз Т –13 « с Джанибековым и Савиных на борту. На борту « Союза « установлен лазерный дальномер, прибор ночного видения. Двухсуточное сближение, причаливание и стыковка. Такая схема стыковки присуща космическому грузовику, грузовому кораблю " Прогресс". Баллистики успели качественно прогнать математическую модель траектории сближения со станцией и просчитали предпочтительные маневры для осуществления дальнего сближения двух космических аппаратов с разной массой. Экипаж классически точно реализовал их предложения и, используя дополнительную информацию о параметрах относительного движения станции и транспортного корабля, совершил облет станции, совершающей вращение с малой угловой скоростью. В 12 час. 50 мин. 8 июня. Джанибеков уверенно «подходит» к стыковочному узлу станции, совершая вращение вместе с ней, и точным, мастерским движением вводит штангу в приемную воронку стыковочного устройства станции. Захват, стягивание и на орбите только что совершен бесподобный космический цирковой номер! Никто в мире не стыковался с беспорядочно вращающейся махиной массой почти в 20 тонн! Доклад на землю следует мгновенно, нельзя томить руководство неизвестностью, но руководство видело весь процесс через телеметрию и телевидение транспортного корабля, радость безмерна.

Мало кто верил, что космонавты вдохнут жизнь в ледяную станцию. Тем более, что работать приходилось в шапках и при минусовой температуре. Любопытно, что незадолго до полёта Джанибекова и Савиных на экраны страны вышел фантастический фильм о советских космонавтах "Возвращение с орбиты", в котором был описан аналогичный эпизод - стыковка с неуправляемым кораблём.

Тогда же, в 1985 году, космонавт неожиданно сделал открытие, которое назвали "эффектом Джанибекова". Крутящаяся гайка Джанибекова вызвала удивление и одновременно опасения у некоторой части научного мира. В ходе одного из полётов им было обнаружено возможное только в невесомости и ранее никем не наблюдавшееся явление периодического произвольного переворачивания на 180° оси вращающегося небесного тела (гайки) без каких-­либо внешних воздействий, получившее название в его честь – эффект Джанибекова. Появилась даже гипотеза, что точно так на своем очередном витке по орбите может совершить кувырок и наша планета. На 10 лет "эффект Джанибекова" засекретили, на всякий случай.

     Общая продолжительность всех пяти полётов – 145 суток 15 часов 58 минут 35 секунд. Общая продолжительность двух выходов в открытый космос – 8 часов 34 минуты.

После завершения пятого полёта Джанибекову было присвоено звание генерал-майора и вручён тот самый уникальный и единственный в своём роде знак лётчика-космонавта 1-го класса. По ТВ показали вручение ему погон генерал-майора - прямо в степи на Байконуре !

Он стал на тот момент, кстати, самым молодым генералом в вооружённых силах СССР.

Как считали многие, за тот подвиг, который Джанибеков совершил вместе с Виктором Савиных, они должны были быть удостоены третьей звезды Героя Советского Союза. К сожалению, тогдашним руководством страны было принято решение больше двух звёзд космонавтам не давать...

    Генерал-­майор, лётчик-­космонавт СССР, космонавт 1-­го класса, военный лётчик 2-­го класса. Герой Монгольской Народной Республики.

    Награждён советскими 5 орденами Ленина, орденами Красной Звезды, «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» 3­-й степени, российским орденом Дружбы, медалями, в том числе «За заслуги в освоении космоса», а также орденами и медалями иностранных государств, в том числе орденом Государственного Знамени ВНР, орденом Сухэ-­Батора, орденом Почётного легиона степени Командора.

     Почётный гражданин городов: Гагарин, Калуга, Черкесск (Россия), Аркалык (Казахстан), Хьюстон (США). Бронзовый бюст дважды Героя Советского Союза Владимира Джанибекова установлен в Ташкенте. Его именем названа малая планета № 3170.

В.Джанибеков "Перед стартом"

В сфере его интересов, кроме главной профессии космонавта, – техника, экология, новые виды энергии, полёты на воздушных шарах. И ещё музыка, поэзия, литература и изобразительное искусство. Владимир Джанибеков известен не только в мире космонавтики, но и как живописец - художник запечатлевший на своих полотнах множество как космических, так и вполне земных пейзажей.

Первые уроки рисунка, композиции и живописи были получены в Суворовском училище и в Музее изобразительных искусств, куда в свободное время бегали мальчишки-суворовцы. В авиационном училище, а затем в отряде космонавтов был художником-оформителем. В свободное время рисовал методические схемы, различные чертежи и весёлые газеты с дружескими шаржами и шутками. На этюдную живопись времени у Владимира Александровича не оставалось, но все равно при первой же возможности он выкраивает время для занятия живописью.

Сюжеты подсказывала сама жизнь. Эти, чуть ли не ежедневные зарисовки, говорили о том, что запущенный с детства творческий «механизм» художника, не мог себя не проявлять. Космонавты, все как один, рассказывали, что первый взгляд на Землю с космической орбиты потрясает воображение. А если космонавт к тому же еще и художник, то эмоциональное восприятие увиденного гораздо богаче, тоньше, сильнее. Понятно, почему после полета в космос, несмотря на всю послеполетную занятость, рука невольно потянулась к карандашу и кисти. В один из таких моментов он и оформил книгу «Черное безмолвие» своего товарища-космонавта Глазкова. Владимир Александрович оформил полтора десятка книг.

 

 

Большое влияние на творчество художника-космонавта оказали его друзья – художники Герман Комлев, Владимир Медведев, Таир Салахов, скульпторы Яков Шапиро и Виталий Левин. Миниатюры были первой совместной работой Владимира Джанибекова и Германа Комлева. По их эскизам Министерство связи в 1970-1980-е годы выпустило около 15 марок, почтовых блоков, конвертов, посвящённых знаменательным событиям в истории космонавтики.

Тема «Человек. Земля. Вселенная» является главной в творчестве В. А. Джанибекова. Его работы отражают огромный внутренний мир незаурядного человека, его чувства, мысли, фантазии и философские раздумья. В них всё узнаваемо, вполне реально, но в то же время наполнено каким-то таинственным смыслом. Создаётся впечатление, что автор чувствует и видит то, что неведомо никому из нас. В. А. Джанибеков работает в лучших традициях реалистической школы. Его работы находятся во многих музеях России, США, Германии, Узбекистана, Украины и неоднократно экспонировались в нашей стране и за рубежём.

Одна из самых известных работ — «Встреча двух миров»

После завершения карьеры космонавта Владимир Александрович командовал отрядом космонавтов, был начальником управления теоретической и научно-исследовательской подготовки Центра подготовки космонавтов. Являлся депутатом Верховного Совета Узбекской ССР 11-го созыва (1985 - 1990).

С именем Владимира Александровича Джанибекова связано открытие названного в его честь эффекта вращения тел в условиях невесомости. Неожиданное явление оказалось объяснимо классической физикой, но от этого не стало менее зрелищным, периодически демонстрируется космонавтами и служит популяризации науки.  

Последние годы В.А. Джанибеков совместно с известным ученым профессором Л.Г.Сапогиным работает над созданием унитарно-квантовой теории. Этой теме посвящено множество статей, опубликованных в авторитетных научных изданиях.

Президент Ассоциации музеев космонавтики России (2010).

Для полноты рассказа приведу наиболее интересные выдержки из интервью Владимира Александровича интернет-изданию “Эксклюзив” [4]:

1)Владимир Александрович, Вы были задействованы в программе «Буран»?

-По «Бурану» я, в принципе, работал.

-Готовились к полёту на нём, теперь об этом, я думаю, уже можно поговорить…

-Хорошо бы… Но я не рассчитывал занять его командирское кресло — у руководства были другие планы.

"Буран" на стартовом столе

Это ещё секрет?

-Теперь уже нет. Хотите, чтобы я рассказал?

-Настаивать не могу, но очень прошу…

-Вы меня в такие воспоминания кидаете, что сердцу в самый раз разыграться. С чего начать? Буран планировался многоразовым и пилотируемым — это точно. А командиром группы пилотов нового корабля назначили Игоря Волка. Группу он набрал — восемь человек, все отборные асы! Но тут начинается самое странное: из восьми пилотов четверо загадочным образом погибают. Вчетвером не поднять «Буран» на орбиту, поэтому нужны новые пилоты. Причины гибели предыдущих вполне объективны, но занять их места в команде, которую уже назвали «волчьей стаей», никто не спешит…Игорю с трудом удалось найти всем замену, но загадочные смерти не прекратились.

Военные хотят запустить «Буран» как можно быстрее. Поэтому было решено приступить к следующей фазе испытаний. Прорепетировать посадку «Бурана» после настоящего космического полета. Руководство программы принимает беспрецедентное решение: отправить в космос членов «Волчьей стаи» на «обычных» кораблях «Союз». А после посадки провести эксперимент: посадить их в самолет за ручки управления, как в «Буране» , и заставить летать. С этого момента начинается мой непосредственный контакт с программой, я ещё не в ней, но уже с теми, кто за неё действительно отвечает.

"Созвездие  Волка"

В июле 1984 года Игорь Волк стартовал на «Союзе Т-12» вместе со мной, командиром экипажа, и бортинженером Светланой Савицкой. Через 12 суток полета мы возвращаемся на землю, где меня и Савицкую спасатели бережно на руках выносят из корабля — так положено по инструкции. После полета трудно не то, что ходить, а просто стоять на ногах. Волку же никто не помогает. Он выбирается из люка сам. Шатающейся походкой подходит к вертолету Ми-8, и управляет им. Затем, почти без задержки пересаживается на Ту-154, кабина которого переделана под кабину «Бурана». На «тушке» через всю страну Волк летит в Ахтубинск. Его пересаживают в сверхзвуковой истребитель МиГ-25. На МиГе он возвращается на Байконур. Медики разводят руками, но факт есть факт: в экстренном случае подготовленный пилот сможет выполнить посадку «Бурана», даже если откажет автоматика. После 12 суток без рук и ног на орбите, оказывается, космонавт ещё может не только ходить…

СЕЛ "САМ" !!!

Признайтесь, это было здорово неприятно, когда программу прикрыли, всё-таки, она интересный шаг в космос? Американцы его осуществили, а у нас это было внезапно прекращено, несмотря на блестящее, я бы сказал, многообещающее начало?

-БЫЛ ШОК У НАС! Это не просто так…

-Простите, шок у космонавтов?

-А что уж тут странного, — у всех: у нас, у конструкторов, у тех, кто этот проект делал. Сами понимаете — «Перестройка»… Программой расплатились за поражение в «холодной войне», и за сближение, со сразу появившимися, как теперь говорят, «партнёрами».

-По аналогии, Алексей Архипович в редком своём интервью не сетует на закрытие Лунной программы СССР. Для него это была серьёзная неприятность, которую он очень трудно переживал.

-Согласен, чувства были похожие, что «Лунный проект», что наш — это были просто изюминки космонавтики! Тем более, что «Буран», к в отличие от Лунной ракеты «Н-1», был готов «под ключ», и совершил бесподобный испытательный полёт. Как Вы помните, с самого начала запуск «Бурана» планировался как беспилотный — полностью автоматический. Обустройство автоматического полёта во много раз сложнее, чем полёт в ручном режиме. К слову, ни одного полёта «Шаттла» в автоматическом режиме НЕ БЫЛО!

Если Вы не против, я хотел бы обсудить управление «Бураном», его автоматику, как отдельную тему. Особенно посадку нашего «космолёта» при отсутствии погодных условий.

-Кидает в пот, когда я вспоминаю этот момент. Утро старта «Бурана» было солнечным, сухим, и ясным. Стоял небольшой морозец, но погода начала портилась на глазах. Поступило штормовое предупреждение, однако, главные конструктора, посовещавшись, всё-таки дали добро на старт. Совершив запланированные два витка, корабль получил команду на спуск, при таких погодных условиях, при которых переносится всё на свете: сильнейшем боковом ветре, в порывах достигавшем двадцати метров в секунду — разрешено пятнадцать, если по расчёту! Но все ахнули, когда при посадке, его отклонение от оси посадочной полосы всего на пол метра подтвердило правильность находок наших конструкторов и учёных. Машина села изумительно — на две точки — чётко на заднее шасси, и только потом выпустила стабилизирующее переднее, а это уже МОЗГИ!

Потому что, автомат — автоматом, но лётчики-испытатели тоже его учили летать.

-Загадками говорите. А как это было связано с электроникой, как разобрались со всеми сопутствующими в атмосферных полётах турбуленциями-кавитациями?

-Во мне до сих пор жива гордость за ту машину, а дело было так: после упомянутой уже посадки на «Союзе Т-12» медики не дали мне долго прохлаждаться. Не говорили, что именно, но мне сообщили, что центр подготовки уже имеет для меня отдельное задание. Честно говоря, я не очень удивился, получив его: меня влили в группу, занимающуюся математическим обеспечением полёта и посадки нового корабля в режиме автоматики, то есть, фактически, беспилотном.

Лётчики-испытатели учили «Буран» всему, что сами умели, летая на обычных машинах, в том числе и заходу на второй круг. Я сам работал на стенде по ручному режиму стыковки, — «он» меня узнавал по связи, мы с ним общались: «он» меня понимал — я его понимал. Вообще, не касаясь руками никаких кнопок, я давал указания, которые «он» сразу выполнял.

-Это что-то по тем временам действительно было новенькое. Голосом или биотоками?

-Голосом.

-Неожиданно…

-Сначала здоровались, я с ним – «он» со мной. Представляюсь: такой-то. Потом беру управление, и начинаю работать – «он» отслеживает. Если я начинаю мудрить, намеренно совершаю грубые ошибки…

-Корректирует?

-«Он» не даст — «Буран» меня поправляет. Дальше, следующая тренировка: ты приходишь, за ручки взялся — по этому движению, по моему касанию «он» меня уже узнаёт.

-Интересно…

-У каждого человека своя биометрия, свои мнемоника и моторика — вот он их и улавливает, он меня узнаёт просто по движению.

-Интересно рассказываете.

-Более того, ему можно надиктовать задачу куда лететь, как, и что делать там.

-А послать за газетой?

-Справился бы.

-Ну, хорошо, поулыбались, а если конкретно, что это были за задачи?

-Как специалист по ручной стыковке, я его учил именно этому – «стыковке» со «Станцией». Называешь, или читаешь ему параметры орбиты, куда лететь. «Он» подумает, и предложит свой вариант программы полёта, чтобы через двенадцать часов быть там.

-Насколько же мощный у него был бортовой компьютер?

-Суперкомпьютер!

"Буран" на "Мрии"

-Слушайте, то, что Вы рассказываете — это какая-то другая реальность. «Сверхпроводимость» и «интернет» отдыхают — такое загубить, такой навык утратить!

-Если отбросить эмоции, всё-таки, наработки по «Бурану» впоследствии были использованы отраслью весьма широко, например, та же эпопея «спуска с орбиты». Но вернёмся к ней. Группа испытателей отрабатывала поэтапный спуск «Бурана» с орбиты. В неё вошли оба экипажа планировавшегося пилотируемого полёта космоплана: основного — Игорь Волк и Римантас Станкявичус, и дублирующего — Анатолий Левченко и Александр Щукин. Ребята обучали корабль спуску с орбиты и посадке его в плотных слоях, разбив траекторию на резко отличающиеся один от другого этапы, за который каждый отвечал персонально. Достаточно сравнить скорость корабля при посадке около 300 километров в час, и ту же при входе в плотные слои, но уже равняющуюся тридцати скоростям звука, что арифметически, в сто раз больше. Мне же, как специалисту по ручной стыковке, и вообще, по сложным стыковкам, было приказано научить «Буран» работе с нештатными ситуациями, основываясь на мой опыт. Для отработки режима всего заключительного этапа данные сшивались — режим дальнего спуска, связанный с погашением скорости при входе в атмосферу, режим, непосредственно, спуска. Группа имела приказ отработать спуск пооперационно, и эту задачу лётчики-испытатели, в принципе, решили. Но были всевозможные «взбрыкивания» где-то на подходе к Земле, на пятидесяти метрах и ниже — мы брали управление на себя, и он запоминал, как себя вести. Его учили по-настоящему. Весь мир стал свидетелем, что посадка «Бурана», 100-тонной громадины, была произведена в погодных условиях, при которых командир какого-нибудь лайнера ушёл бы на запасной аэродром, но наша автоматика приняла другое решение. Это очень сложная штука — столько там всего для этого правильно сработало!

Что же о подробностях, ощущения были — словами не выразить.

Генеральный конструктор Глушко Валентин Петрович

Золотые головы, верные сердца и умелые руки...

-Да, это по-Гагарински, по-Королёвски. Здорово — не то слово… Но, что же вы «Фобос-Грунт»-то не научили ничему — так подвёл! Не успел взлететь, и уже с ним связь потеряли, как и когда-то «Марс-96», еле разогнавшийся до «первой космической» — оба жёстко посадили в Тихом Океане — упокоили…

Как за двадцать лет можно было растерять всю ту электронику, начинку компьютерную, программное обеспечение. Если темп сохранится, ещё через двадцать лет, нам и от земли будет не оторваться?

-Электронику — да? А остального не помните, как «Всё» естественным путём превращали в «Ничто»… Естественно — нам надо всё было закрывать и разрушать. Главные капитаны дали приказ: «Буран» — уничтожить, «Энергию» — уничтожить, Космодромы – уничтожить…

-«Мир» — затопить!

-Оставьте — всю отрасль космическую посадить на сухой паёк! «Марс-96» погиб, Вы не поверите, из-за постоянных перебоев с электроэнергией на Байконуре. В таких условиях монтажно-испытательный цех не смог обеспечить 100-процентную проверку систем изделия. А «Фобос» погубила жадность. Вы помните, чья электроника на нём стояла? Китайская прошивка — почти «Б/У», я бы сказал так.

Ещё одна загадка космонавтики: как видите, почему-то с Марсом, и с его спутниками нам не везёт фатально.

-Как, всё-таки, глубоко мы тогда просели. Пока об этом открытым текстом не говорят, но когда-то всё всплывёт, все звенья некрасивой цепочки встанут на свои места!

Скажите, Владимир Александрович, как профессионал: сейчас, наконец, за «Космос» основательно взялись, по-настоящему? У нас почти достроен новый космодром на Дальнем Востоке, хорошие результаты на испытаниях показала ракета «Ангара», тот же «Фобос-Грунт», но уже под номером два, Лунные проекты. Кажется, на всё деньги есть?

-Да, хватит за него уже браться основательно. Нам надо подтянуть хотя бы то, что у нас уже есть, этого вполне достаточно на какие-то ближайшие годы. И хорошо бы, в принципе, разобраться, — а чего мы хотим в космосе?

-Владимир Александрович, как же так: мы летаем-летаем, а получается опять, что «ушами хлопаем», извините за выражение. Летаем на королёвской «семёрке», а у «американских партнёров» незаметно подоспел «SpaceX-Dragon», разгоняемый тяжёлым носителем «Falcon Heavy», который уже доставил на «МКС» 6 тонн груза, и в режиме многоразового использования в июне должен будет полететь с астронавтом и тремя тоннами груза на борту. Это уже не конкуренция «Ангаре» и «Союзу», а что-то, вероятно, другое?

Первый старт с "Восточного"

-Я бы не стал преувеличивать наши трудности, поскольку уникальность возможностей «Драгона» — это, скорее, «про татар мемуар». С доставкой астронавта на «МКС» я бы тоже на их месте не торопился. Корабль довольно сырой, толком не испытанный, так же, как и носитель, который семь или восемь раз со стартового стола просто уходил в «отвал». Понимаю, и то, что хочется, и что «одного» им явно не жаль. На «Шаттлах», кстати, систему аварийного спасения астронавтов (САС) так и не установили — что привело к потере двух кораблей с экипажами, экипаж «Челенджера» уж она бы могла спасти! Кстати, а на «Союзах» и «Буранах» такая система была и есть, и очень хорошо себя показала — она дважды спасала нам экипажи «Союзов», попадавших на стартах в нештатные ситуации. А ещё нам что-то говорят про русский «Авось»?

На «Драгоне», как я слышал, собираются устанавливать что-то такое, но даже, если его и поставят, это ещё отработать надо. Так что, для меня «Драгон» с астронавтом в июне это ещё диссонансней, чем Леонов-Банкир.

«Союз» и «семёрка» — техника, отработанная до мелочей, и, безусловно, самая надёжная на сегодня в мире. А новую нашу «Ангару» можно грузить, как «верблюда» — в пределе, аж до 35 тонн, если повесить на неё все семь модулей. Никакой «Falcon» такого во сне не видел, вот и судите — отстаём мы от «партнёров» или всё же пока они?

По-моему «Falcon» пока ещё больше «наработка», чем настоящая ракета, какими до него были «Сатурны» и «Шаттлы», при всём моём уважении к «NASA». Несмотря на прежние убеждающие возможности, по большому счёту нынешняя астронавтика США сидит на Земле.

Мы и сейчас уже делаем, если Вам так хочется «нас» с кем-то сравнивать, принципиально новый корабль с рабочим названием «Федерация», который возьмёт всё лучшее от «Союза» и «Бурана», но будет с совершенной цифровой электроникой, с новой эргономикой, и тоже, в принципе, на шесть мест, как и «Драгон». Но я Вас уверяю — наш будет лучше!

"Федерация"

Именно на нём, если повезёт, нами будет совершён и облёт Луны, и высадка на неё. Луна ведь никакой не трамплин для полёта на тот же Марс. Она самостоятельная крупная цель, поскольку с лихвой набита полезными ископаемыми. Я не буду говорить о гипотетическом «Гелии-3», прекрасном термоядерном топливе — чтобы его добывать, нужно перекопать километры квадратные лунного грунта, но там есть и редкие земли, необходимые для высоких технологий, и тяжёлые металлы, которые нужны медицине, к тому же не в связанном, а в свободном состоянии, как утверждают те же американцы. Ну а для маршрута «Земля-Марс», если Вы не знаете, в «NASA» разрабатывается корабль. Пока его называют «Орион», только это будет даже не завтра, придётся подождать его. А тот, кто слишком спешит, потом всегда догоняет.

Надеюсь, я Вас убедил, что и мы не стоим на месте, а уверенно движемся, только не перескакиваем через этапы подготовки. Пока у нас есть хороший задел по технике, мы можем себе позволить развивать свою отрасль по плану, а не рывками.

Джанибеков В.А. с внуком Даниэлем

- Какие уроки Космоса вы хотели бы передать подрастающему поколению?

- Космическая кругосветка длится всего полтора часа. Это говорит о том, что Земля не такая уж большая. Беречь ее надо. С орбиты невооруженным глазом видны дымящиеся трубы, песчаные бури, лесные пожары. Мы губим Землю своей безмерной тягой к потреблению. «Дай сейчас и все сразу» – вот идеология современного общества. Сегодня много задач для молодежи. Одна из них энергетическая: получить дешевую экологически чистую энергии.

В. А. Джанибеков о себе говорит так: «Большую часть жизни я прожил на земле, но всю жизнь я мечтал о небе, о странствиях, о полётах к дальним мирам». Его девиз: «Сомневайся и верь! Этой формулы нет в учебниках, но без неё не решить ни одной задачи в жизни. Сомневайся, что все острова, звёзды и законы уже открыты. И верь, что тебе предстоит их открыть».

СПИСОК ССЫЛОК

1. https://ru.exrus.eu/Vladimir-Dzhanibekov-KOSMOS-OK...DBU-id4dc987336ccc195824000025

2. Эффект Джанибекова

3. http://dzhanibekov.ru/biografiya.html

4. http://ekskluziv-smi.ru/intervyu-s-lyotchikom-kosm...osmos-dveri-otkryityi-chast-1/