В колонках играет - Running Wild - Riding the Storm

Вот готовый текст главы из первой части книги Русские горки.


Русские горки: Возвращение в начало / С. Валянский, Д. Калюжный. – М.. ООО «Издатель-ство АСТ» , 2004. – 570с


Вместо эпилога (с. 543-553)

В начале книги мы дали простую схему работы «русских горок». Но теперь, когда уже приведён фактический материал, могут возникнуть вопросы. Почему, например, мы называем громадную эпоху циклом Ивана Грозного, а не начинаем её от правления его деда, и не назы-ваем циклом Ивана III? Почему цикл Петра мы начинаем именно от Петра 1, а не от его отца Алексея Михайловича или, ещё лучше, от Филарета и Михаила Романовых? .
Для объяснения вспомним о природных климатических циклах. Летом тепло, зимой хо-лодно. Однако влияние на нашу погоду оказывают не только наше местоположение на Зем-ном шаре или положение Земли относительно Солнца, но и различные циклоны. Например, пришёл полярный циклон, и летом становится очень холодно. А может прийти тёплый атлан-тический циклон зимой, и станет тепло. Но эти колебания не заставят нас назвать лето осе-нью, а зиму весной.
Так и в случае развития страны. Нам известен основной процесс, который назван здесь «русскими горками», и он имеет свои «сезоны». Это: отставание, мобилизационный период, рывок, стагнация, отставание... Но ряд привходящих факторов - своеобразные «циклоны» - искажают основную картину. Вот некоторые из них: принятый способ правления государст-вом, иерархия целей государства, действия. соседей по отношению к России.
Рассмотрим их подробнее.
Способ правления. В любой стране существуют «два народа», или, иначе, два основных класса. Первый, основной большинство населения страны, создающее материальные ценности. Второй - малая часть населения, называемая элитой. Обычно государство стремится к тому, чтобы различий между ними было как можно меньше. Если же власть [543] осуществляется прежде всего в интересах элиты, то уровни жизни, мировоззрение; цели большинства и элиты начинают расходиться, и само поддержание государственности встаёт под вопрос, хотя государство и может существовать ещё очень долго, эволюционируя в ту или иную сторону.
Это - в общем случае и в любой стране. В России же способ правления принципиально важен, здесь перекос в пользу элиты приводит к неминуемым потерям. Наши российские «элитные» люди, обнаружив, что высшие классы ближних и дальних стран живут много лучше, чем они, стремятся жить не хуже. Но жизненный ресурс в России и так меньше, чем у других, и если взять на «прожигание» излишне много, то положение большинства катастрофически ухудшится.
При совпадении интересов, когда власть обеспечивает условия, чтобы все слои общества тру-дились на пользу государства (мы называем такой тип правления византийским, так как впервые он был позаимствован Россией от Византийской империи), государство укрепляется и успешно развивается. Когда же управление государством ведётся в интересах элиты (мы называем такой тип правления польским, по той же причине), то происходит вот что: элита теряет чувство реальности, а основные производители богатств остро чувствуют несправедливость такого положения. И если не принимаются меры к исправлению ситуации, то у страны нет будущего. Или происходят кровавые катаклизмы, опять же ради исправления перекоса.
Периоды, когда в России главенствовал византийский стиль управления, в совокупности занимают по времени существенно меньшую долю нашей истории, нежели когда государство управля-лось по польскому типу. А это значит, что господствовавшая на протяжении почти всего нашего прошлого элита имела достаточно времени, чтобы по-своему описать историю страны, расставив выгодные для себя акценты. А, по мнению элиты, византийский тип управления - самый плохой и отсталый, а вот «польская вольница» есть прогресс и вершина государственной мудрости.
Поэтому эпоха Ивана Грозного и сама личность этого правителя как в отечественной историо-графии, так и в зарубежной [544] изображается только в чёрных красках. Зато Смуту с её избран-ным боярским царём считают чуть ли не предтечей всей демократии в Европе. Так, А.Л. Янов от-мечал, что конституция Михаила Салтыкова, принятая и одобренная Боярской думой 4 февраля 1610 года - во времена, когда конституционной монархией в Европе даже не пахло, была самым прогрессивным событием этого времени. Так же и В.О. Ключевский считал, что конституция 1610 года «это целый основной закон конституционной монархии, устанавливающий как устройство верховной власти, так и основные права подданных».
А если посмотреть с точки зрения устойчивости государства, то принятие этого документа было как раз действием, разрушающим устойчивость. И понятно, что, давая свои оценки тому давне-му период эти историки исходили из принятых в их время идеологических моделей, а вовсе не из тогдашних интересов страны, историю которой они описывают. Янов живёт интересами стран Запада (вот и хвалит конституцию, «предвосхитившую» очень правильные западные порядки), а Ключевский отвечает интересам своего дворянского класса.
Иерархия целей государства. Первая и основополагающая цель является и самой простой: это собственное сохранение властителей. Для её реализации верховная власть готова на любые действия, даже если они идут во вред дальнейшему выживанию самого государства. И такая власть у нас была, например в Смутное время, в период «женского царства», и, кстати, со времён Горбачева и по сей день она у нас такая - власть с простейшей целью самосохранения. Как правило, при отсутствии целей следующих степеней сложности, а при достижении только этой, положение государства неустойчивое.
Следующая цель государства - это либо военная защита страны, либо нападение на соседей; её можно назвать целью геополитического позиционирования. Возможен сложный, «дипломатический» вариант: спланировать свои действия так, чтобы избежать прямых военных действий, но получить желаемое улучшение.
Следующая по своей сложности цель государства – создание достойной экономики, чтобы возможные противники [545] предпочитали с вашей страной дружить, а не навязывать ей свою волю. Достижение этой цели делает положение достаточно устойчивым: в частности, богатая страна может купить «благосклонность и преданность» соседей или с помощью займов привязать их к себе ссудным процентом.
Такой экономический рывок требует определённого уровня образованности общества, что даёт новую цель. Но образование не есть нечто самоценное; оно может быть не только не полезным, а даже вредным, если приходит без необходимого уровня культуры, формирующейся установленной в обществе идеологией. Дело в том, что в неподготовленной стране отдельные «излишне» образованные индивидуумы могут навязать внедрение иностранных социальных и экономических моделей, которые подорвут стабильность.
Поддержание и развитие идеологии сообразно изменяющимся внешним условиям - вот ещё одна цель государства. Соответствие идеологии моменту особенно важно в мобилизационный период, когда экономика и страна переходят в новую фазу развития. Тут надо иметь в виду, что утверждения типа: «мы хотим, чтобы наше общество было деидеологизированным» - это тоже идеология, правда, насаждаемая врагами - данного государства. Без развития идеологии под требо-вания момента невозможно консолидировать нацию. Именно это произошло в годы Первой мировой войны: из-за консервации старой идеологии опоздали необходимые решения о модернизации, общество не только не смогло объединиться, но раскололась, и эта нестабильность привела к известным результатам.
Цели более низкого уровня входят составной частью в цели более высокого уровня. Чем на более высокий уровень поставлена цель, тем проще работать с целями более низких уровней. Но сле-дует понимать, что достижение «высоких» целей требует существенно большего времени, чем «низких».
Конечно же, хорошо, когда власть страны в состоянии сформулировать цели высокого уровня, сделав тем самым осмысленными все цели низких уровней. Но для этого нужна не только способность высшей власти к таким действиям, но и преемственность в политике; без преемственности [546] новая власть в первую голову озабочивается простейшей целью своего выживания, и всякая модернизация опять выпадает из поля её зрения.
Здесь мы сталкиваемся с проблемой кадров. То есть встаёт вопрос: кто будет эти цели реализо-вывать? Ясно, что те, кому выпадет эта задача, становятся частью элиты страны, а мы помним, что у элиты - как класса, как части общества - цели совсем другие! Вот здесь и нужно государство, со всей мощью - его аппарата принуждения и с его соответствующей моменту идеологией: чтобы исполнители не стали действовать в своих интересах и против интересов государства.
Сложность в том, что государственный аппарат только из людей и состоит. В каких-то случаях можно менять кадры (если есть кадровый резерв), а в каких-то и нет. Как говорил товарищ Сталин: «У меня нет для вас других писателей». Если находился вождь, который мог держать элиту в кулаке, всё получалось и цели достигались весьма высокие. Но когда государство ослабевало, элита предпочитала свои шкурные интересы. В нашей книге можно найти примеры: это и князь Курбский, и боярская вольница при Елене Глинской, и Меншиков.
Как уже сказано, в силу долгосрочности реализации целей высокого уровня необходима преемственность власти. Например, и Иван III, и Алексей Михайлович пытались поставить цели очень высокого уровня, но возможность работать на этом уровне появилась значительно позже, соответственно при Иване Грозном и Петре 1. Поэтому мы и называем соответствующие циклы их именами.
К сожалению, после правления как Ивана, так и Петра не было преемственности, и не только из-за пресечения династии, но и потому, что их наследники не понимали целей, которыми руководствовались Иван и Пётр. Оба они были законными хозяевами своей страны, а не временщиками, поэтому им было легче увидеть перспективу и задачи власти: хозяину дома понятнее, что надо делать, чтобы дом процветал, чем квартиранту. А власть Годунова была более «мелкой», так как ре-шала задачи гораздо более низкого уровня, чем те, что решались при Грозном. Про Екатерину I и говорить не приходится. [547]
Но хозяин должен понимать, что он - хозяин. И так не только на царстве, но и просто в доме. А то напросятся к иному слабохарактерному гражданину бродяги с базара: пусти дескать, переночевать одну ночку, - а потом живут годами, а он за ними бутылки выносит, стесняясь попросить съехать вон. Какой же он после этого хозяин?..
Для истинного хозяина земли русской важно понимание сути протекающих процессов, он должен видеть общий ход событий. То есть понимать и оценивать обстановку и в соответствии с этим принимать решения. На этом этапе огромное значение имеет историческая информация, ведь только с её помощью и можно определить направление общей динамики социальных процессов, сохранить преемственность, создать задел на будущее. А информация, к сожалению, очень часто бывает искажена по причинам, о которых мы говорили выше. Ангажированные историографы или другие какие мудрецы наплетут царю, что хорошо, а что плохо - но это «хорошо» c точки зрения элиты, а не страны в целом, - а царь, предположим, кивает с умным видом. Понятно, что результат его правления не будет оптимальным.
Но даже если суть процессов понята и цель поставлена, хозяину надо ещё обладать управленческим талантом. То есть он должен представлять, к какой цели стремится, и постоянно корректировать свои действия для этого, так как вовсе не факт, что запланированные им конкретные действия ведут к ожидаемым результатам. И ведь ситуация постоянно меняется под действием других сил, преследующих свои собственные цели, в том числе иностранных государств.
И, наконец, хозяин должен уметь создавать механизмы для реализации своих целей. Понимать, чем власть может управлять, а чем нет; какие структуры управления создать можно, а какие нет; есть у него люди для такой работы или нет и сумеет ли он их контролировать.
А кстати, и оценивать деятельность высшей власти можно и нужно не по заявлениям, призывам и праздникам, а лишь по тому, насколько в результате её действий страна двигалась в выбранном направлении, то есть насколько качественно власть вела управление. Скажем, при Екатерине II [548] «гром победы, раздавайся» гремело во всех залах, а когда сменивший её Павел провёл реви-зию, оказалось, что армия вооружена пушками, сделанными ещё при Петре 1. Сколько было заяв-лений, призывов, праздников и орденов при Брежневе! Результат? - Стагнация. А Горбачёв! «Но-вое мышление», которое кончилось разоружением страны и открыло ей путь в никуда.
Влияние соседей на выживание страны. Естественно, что, на международном уровне ни-какая страна не будет воспитывать себе конкурента. Всегда, когда предоставляется возможность, соседи силовыми или другими методами подчиняют своей воле слабых, вплоть до уничтожения государственности. И пытаются, так или иначе, «давить» на сильных. Например, Турция поддер-живала крымских татар в их набегах на нашу страну. Но и мы поддерживали казаков в их нападе-ниях на турецкую и иранскую территории, в тоже время не позволяя им своевольничать у себя. А чем, как не давлением, была блокада Московии, её отсечение от внешних рынков западными стра-нами?
Но это - примеры раскачивания, а когда государство теряет устойчивость, наступает время прямой агрессии. Вот именно преддверие агрессии, которая, как это понятно народу, может пре-кратить существование страны, и кладёт начало новому циклу в «русских горках»: происходит мо-билизация общества и рывок. Так было при Иване IV Грозном и Петре I, и эти циклы мы назвали их именами.
Люди, которые вводили мобилизационную экономику - хоть Иван, хоть Пётр, - c одной сторо-ны, обычные люди со своими недостатками и слабостями, поэтому не следует делать из них без-грешных кумиров. Но с другой стороны, не следует и безоглядно верить «клевете» элиты, предста-вители которой, сочиняя свои воспоминания, прекрасно помнили время, когда их заставляли рабо-тать в интересах государства, а не своего кармана.
Также нельзя забывать, что для реализации государственных целей царям нужны были испол-нители, а, как правило, выбор оных очень небольшой. Исполнителей надо готовить, а на это может и не быть времени. Поэтому приходится пользоваться услугами тех, кто есть, а это, как правило, очень неподходящий материал. [549]
Ивану Грозному пришлось изначально опираться на тех людей, цели которых имели хоть что-то общее с его, царскими целями. Поэтому по ходу выполнения своей программы ему приходилось расставаться с теми из помощников, чьи цели начинали очень сильно уходить в сторону. Например, так произошло с Адашевым, наиболее долго сотрудничавшим с царём. Но что делать с остав-шейся не у дел элитой? Ведь эти люди. прекрасно понимают, к чему идёт дело, что и заставляет их консолидироваться в какие-то структуры. .
Хорошо, если цели этих структур совпадают с целями сохранения устойчивости государства, но обычно-то они действуют во вред ему - вспомним убийство Павла I. Или, как пример, поведе-ние боярства во времена малолетства Ивана IV, ведь оно было направлено против интересов государства. С этими боярами пришлось бороться и позже заменить их дворянством, лишив экономи-ческих ресурсов. Старая элита стала просто вести к целям, прямо противоположным царским, а сложная геополитическая обстановка требовала срочных мер, и царь устранил их очень искусно.
Когда он вводил опричнину, то вместо репрессий против негодной элиты уехал из столицы и объявил, что часть страны отдаёт боярам: правьте, как хотите. Он добился, что простой народ встал на его сторону, так как царь оказался «обиженным». И дальше, при репрессии того или иного боярского рода, народ и другие бояре особо не возмущались, потому что в большей части репрес-сии были обоснованны. Если бы он сразу начал с репрессий, то пострадавшие не согласились бы на роль жертв и сочувствие народа было бы на их стороне. А соображения, которые при Иване удерживали старую элиту от активного протеста репрессиям, заключались вот в чём: она знала, что стране всё равно нужна управляющая элита, поэтому «всех не вырежут» и удастся не только отси-деться, но и перескочить в новую элиту.
Опять же, в последующем историографы исказили этот процесс, выставив репрессированных жертвами произвола. Но ведь их преследовали по суду! А разве сегодня большинство народа стало бы считать произволом судебное преследование Ельцина, Чубайса, Гайдара и прочих? Ведь народ хлебнул от этой элиты в полной мере. [550]
При реализации опричной программы царь опять столкнулся с дефицитом кадров. Сам испол-нители, опричники, оказались неспособными понять, что от них требуется, а стали реализовывать свои собственные цели, дискредитировав всю идею.
Затем, при правлении Петра, шла реализация целей очень высокого уровня. Если этого не учи-тывать, то может показаться, что в его действиях была не которая хаотичность. Какие-то дела на-чинаются, не заканчиваются, начинаются новые. Вполне возможно, Пётр, наблюдая своих бли-жайших помощников, понимал, что они не в состоянии ставить и осуществлять самостоятельно цели даже невысокого уровня. Без должного контроля они мгновенно забывали о государственном интересе, не забывая, однако, о своём собственном. Вот, он и хотел, начав разные дела, создать не-которую структуру, которая заставила бы его наследников действовать в определённых рамках. И это ему удалось. А то, что казалось хаотичным, непродуманным, обернулось источником развития страны в последующие царства. Таким образом, можно сказать, что реформы Петра задали опреде-лённую структуру последующим действиям.
Но, к сожалению, его наследники (за исключением Павла I и Александра III, которые работали в рамках более высоких целей, чем остальные, но не на самом высоком уровне) были не в состоя-нии подняться на достаточно высокий уровень целей. А когда работа, запланированная высоко, идёт на сниженном уровне, то многие осмысленные действия превращаются в свою противопо-ложность.
Например, введение Табели о рангах планировал ось как механизм привлечения в систему управления (элиту) наиболее талантливых граждан страны, что способствовало бы улучшению ка-чества элиты, уменьшению барьера меду двумя «народами», так как человек талантливый, из са-мых низов, мог бы пробиться наверх, что делало общество в целом достаточно социально мобиль-ным. При следующих правлениях эта система стала костенеть и превращаться в тормоз для соци-альной мобильности. Кстати, страшно смотреть, как быстро костенеет элита при Путине. [551]
Другой пример - учреждение Академии наук. Её задачей было создание национальных научных кадров, но при наследниках она стала синекурой для иностранцев, которые в большинстве своём старались препятствовать именно созданию национальных кадров, чтобы те не стали бы их конкурентами. И таких примеров множество.
Заложенные Петром общественные механизмы позволили России сохранить устойчивость в период «женского царства» после его смерти, но дворяне смогли перевести развитие страны с ви-зантийского стиля правления на польский. Ведь императриц на трон сажали они, дворяне, и, есте-ственно, в своих интересах. Полного краха в этот период удалось избежать только благодаря раз-грому Турции и приобретению южных чернозёмов, что дало большой резерв для развития страны, появления нового экспортного товара - хлеба.
Завоевание юга было долгосрочной программой в политике России; об этом думал ещё Иван Грозный. Страна давно готовилась к решению этой про граммы. То, что её удалось реализовать во времена Екатерины II, случайность. Но это событие позволило довольно посредственному, с точки зрения целей государства правлению этой императрицы предстать в глазах потомков очень хоро-шим.
А хлеб юга не только позволил удержаться ей, но и дал изрядную устойчивость (и резерв для развития) правлениям XIX века. То же самое мы видим в наше время: с 1970-х годов и до сих пор нефть, как раньше хлеб, застилает глаза: деньги-то есть, элита шикует, но Россия отстаёт от всего мира просто фантастически. Этого пока не заметно, но, как только нефть кончится, люди спохва-тятся. Уж тогда-то они одобрят и репрессии, и всё, что угодно, лишь бы вернуть силу и истинное богатство страны. Тем более что и внешний вызов, и возможность агрессии против нас не за горами.
Вернуться к византийскому типу функционирования государства попытался Павел I, но исто-рия уже показала, что отсутствие помощников может загубить самые лучшие начинания. Его «по-мощники» - сформировавшаяся в прошлые царствования дворянская элита - не просто противились его начинаниям, но дошли на прямое устранение не устроившего их правителя. А заодно было создано о нём превратное мнение как о сумасшедшем. [552]
Последующие правители делали робкие попытки умерить аппетит элиты, но эти полумеры обернулиcь экономическим кризисом, а вслед за ним и политическим, и военным: Крымской вой-ной.
Считается, что, пытаясь выйти из этого кризиса, и начал свои реформы Александр II, но это привело к созданию внутренней неустойчивости в стране, так как не решался главный вопрос: еди-нение страны, уменьшение напряжения между народом и элитой.
Определённые шаги сделал Александр III. Что интересно, его готовили как главнокомандую-щего, но при нём Россия не воевала вовсе, так как он работал на более высоком уровне целей, чем его отец. В его царствование появилось выражение: «Россия сосредоточивается».
А Николай II хоть и имел специальную подготовку, не имел силы воли, чтобы поставить и про-вести в жизнь более или менее достойные цели. Он следовал за обстоятельствами, а важнейшей целью, стоящей перед страной, было проведение индустриализации. Наладить этот процесс взялся С.Ю. Витте, но темпы были не те, в каких нуждалась Россия. Ведь для модернизации страны взяли западные «лекала», а они нам не подходят! Невозможно догнать Запад завтра, взяв сегодня на воо-ружение его вчерашние методы. Всё равно отстанем.
При последнем императоре предлагались разные, внутренне противоречивые программы, кото-рые не могли ничего дать, а только разбалансировали и без того изношенный механизм. В итоге страна попала в такую ситуацию, выход из которой был только в новом рывке. Но его готовили и проводили уже совершенно другие люди.


p/s/ вот и четвертая коньячная звёздочка поспела ;)