Мёртвая бабочка — и такие последствия? — Рэй Брэдбери. "И грянул гром"
- Вам не книги нужны, а то, что когда-то было в них, что могло бы и теперь быть в программах наших гостиных. То же внимание к подробностям, ту же чуткость и сознательность могли бы воспитывать и наши радио— и телевизионные передачи, но, увы, они этого не делают. Нет, нет, книги не выложат вам сразу всё, чего вам хочется. Ищите это сами всюду, где можно, — в старых граммофонных пластинках, в старых фильмах, в старых друзьях. Ищите это в окружающей вас природе, в самом себе. Книги — только одно из вместилищ, где мы храним то, что боимся забыть. В них нет никакой тайны, никакого волшебства. Волшебство лишь в том, что они говорят, в том, как они сшивают лоскутки Вселенной в единое целое. — Рэй Брэдбери. 451 градус по Фаренгейту
Рэ́ймонд Ду́глас «Рэй» Брэ́дбери (англ. Raymond Douglas "Ray" Bradbury; 22 августа 1920, Уокиган — 6 июня 2012, Лос-Анджелес) — американский писатель-фантаст.
Рэй Брэдбери родился 22 августа 1920 года в городе Уокиган, штат Иллинойс. Второе имя — Дуглас — он получил в честь знаменитого актёра того времени Дугласа Фэрбенкса. Отец — Леонард Сполдинг Брэдбери (1891—-1957) (потомок англичан-первопоселенцев). Мать — шведка Мари Эстер Моберг.
Два старших брата Рея родились в 1916 г. — Леонард и Сэм (Сэм умер в возрасте двух лет). Сестра Элизабет, которая появилась на свет в 1926 г., тоже умерла, будучи ребёнком.
Во время Великой депрессии, в 1934 годах семья Брэдбери переехала в Лос-Анджелес. Там Рэймонд оканчивает среднюю школу (1938 г.), но в колледж ему так поступить и не удается. Отсутствие дальнейшего образования не сильно помешало ему, что объясняется в статье Брэдбери «Как вместо колледжа я закончил библиотеки, или Мысли подростка, побывавшего на луне в 1932-м»
Всю жизнь Рей Брэдбери не расставался с одной женщиной — Маргарет. Их женитьба состоялась 27 сентября 1947 года. У них родилось четыре дочери (Беттина, Рамона, Сьюзен, Александра). Маргарет в течение нескольких лет много работала, чтобы Рей мог неотрывно работать над книгами. Они вместе прожили долгую жизнь. Маргарет умерла 24 ноября 2003 года.
Брэдбери понял, что хочет быть писателем, в двенадцать лет. В своих ранних работах он имитировал стиль викторианской прозы Эдгара По, пока Генри Каттнер, которому он показывал свои тексты, не посоветовал ему пересмотреть приоритеты в творчестве.
Рассказы Брэдбери начали публиковаться в дешёвых журналах, печатавших множество фантастической прозы, часто и не очень качественной. И только сборник «марсианских» рассказов («Марсианские хроники») стал его первым коммерческим успехом. Когда Рей вез этот сборник в Нью-Йорк к литагенту Дону Конгдону, у него не было денег на поезд: пришлось ехать на автобусе; во второй поездке в Нью-Йорк его уже настигли поклонники его творчества: во время остановки в Чикаго они хотели получить автограф в первом издании «Марсианских хроник».
После написания в 1953 году романа 451 градус по Фаренгейту (Fahrenheit 451) и публикации в первых номерах журнала «Playboy» его слава разрослась до всемирной.
Рэя Брэдбери часто называют мэтром фантастики, одним из лучших писателей-фантастов и основоположником многих традиций жанра. Однако сам он не относил себя к писателям-фантастам и не стеснял себя рамками жанра — в жанре фантастики написана лишь часть его произведений. Тем не менее, Брэдбери является обладателем нескольких наград в области фантастики (Небьюла — 1988, Хьюго — 1954), помимо множества общелитературных премий.
Скончался после продолжительной болезни 6 июня 2012 года в Лос-Анджелесе в возрасте 91 года.
Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Заветы Брэдбери
Про русских
Русские еще не стали внутренне свободны, еще до конца не освободилась их энергия, их страсть. Так что предстоящее столетие увидит, как русские люди освободятся от всего, что сковывало их внутренне последние триста лет. И Россия станет сверхмощной державой только благодаря тому, что люди научатся любить самих себя. (Интервью Дмитрию Диброву, 2005 год.)
Про людей
Люди — идиоты. Они сделали кучу глупостей: придумывали костюмы для собак, должность рекламного менеджера и штуки вроде айфона, не получив взамен ничего, кроме кислого послевкусия. А вот если бы мы развивали науку, осваивали Луну, Марс, Венеру... Кто знает, каким был бы мир тогда? (Из интервью “АиФ”, 2010 год.)
Главное — это личные контакты. Идите в библиотеку и постройте сеть из полдюжины ваших друзей и приятелей, как это делал я на протяжении всей своей жизни. Прекратите общаться по телефону, а тем более — по совершенно идиотскому интернету. Это пустая трата времени. (Из интервью журналу Wired, 1999 год.)
Про политику
Мы вертимся в круговороте либерального и консервативного импульсов. Я либерал и, возможно, во многом избаловал своих четырех дочерей и семерых внуков. Но я счастлив, что мы верим и живем такими "старыми" ценностями, как любовь, дружба, верность. (Из интервью "Комсомольской правде", 1992 год.)
Наш президент сказал, что хочет подключить к компьютерной сети каждую классную комнату. Я могу согласиться лишь с тем, что это стоит делать со студентами. Начальную школу не надо привязывать к компьютерам, дети вначале должны научиться читать и писать, чтобы потом суметь прочесть инструкцию по обращению с компьютером. Необходимо вернуть обучение на уровень общения — с родителями, с учителем, со старшими товарищами. А что может знать правительство об образовании? Ровным счетом ничего. (Из интервью журналу Wired, 1999 год.)
Про писателей
Я влюблен в фантастику, ибо вырос, читая Уэллса. Обожаю Роберта Хайнлайна, Айзека Азимова, Жюля Верна. А вообще, мне нравится Чарльз Диккенс, Джордж Бернард Шоу, Толстой, Достоевский. С удовольствием читаю пьесы Мольера, хайку, Шекспира. (Из интервью "Комсомольской правде", 1992 год.)
Про Вселенную
Я верю во Вселенную. В ее непознанную и непознаваемую непредсказуемость — это же с ума сойти! Само ее существование является фактом нелогичным и сверхъестественным! Она невозможна, но она есть. Вы можете своим интеллектом осознать, что это такое? Я нет. И не верьте тому самовлюбленному снобу, который скажет, что может. (Из интервью "Комсомольской правде", 1992 год.)
Про технический прогресс
Любые технические новшества вызывают у меня панику. Я их попросту ненавижу. Нет, лифт еще нормально, правда, мне в доме он не нужен. Я бы не отказался, конечно, от личного космического корабля, но только в том случае, если его подарят вместе с командой и ящиком снотворного. Принял таблетки — и спи по дороге на милый Марс. (Из интервью для "АиФ", 2011 год.)
Про смысл жизни
Давайте вообразим, что я совершаю на машине времени путешествие в минувшие века. В Багдаде я пошел бы гулять по рыночной площади и заглянул бы на ту улочку, где сидят старики, рассказывающие сказки. Вот там, среди заслушавшихся мальчишек и старых рассказчиков, я и хотел бы занять свое место, чтобы тоже рассказывать, когда придет моя очередь. Потому что это старая традиция, замечательная, добрая старая традиция. И если лет через сто на мою могилу придет мальчишка и карандашом напишет на плите: "Здесь лежит человек, который рассказывал сказки", — я буду счастлив. О другом имени я не прошу. (Из интервью американскому журналу "Шоу", 1967 год.)
Я прожил замечательную, чудесную, удивительную жизнь, и, честное слово, жалеть мне не о чем. Мой самый большой успех — мое творчество. Я написал 25 книг, 300 рассказов, 30 пьес, подготовил 60 телесериалов... Я и сейчас не могу и не хочу бросать писать. В мае, к примеру, еду в Прагу на премьеру моей оперы "451 градус по Фаренгейту"... А неудач было мало. (Из интервью "Комсомольской правде", 1992 год.)
Нельзя потерять то, чего у вас никогда не было. Если вам 12 лет и вы слышите разговор о сексе, то просто не понимаете, о чем идет речь. Я никогда не умел водить машину, и поэтому я не знаю, чего я лишился. Я вырос со своими роликовыми коньками, велосипедом, перемещался на электричке и автобусе. При этом я уверен, что если вы поместите меня в комнату с карандашом и стопкой белой бумаги, а напротив посадите сотню людей за самые современные компьютеры, то я смогу создать нечто гораздо более интересное, чем все они, вместе взятые! (Из интервью журналу Wired, 1999 год.)
отсюда
...Возьми лето в руку, налей лето в бокал — в самый крохотный, конечно, из какого только и сделаешь единственный терпкий глоток, поднеси его к губам — и по жилам твоим вместо лютой зимы побежит жаркое лето...
...Даже бабушка, когда спустится в зимний погреб за июнем, наверно, будет стоять там тихонько, совсем одна, в тайном единении со своим сокровенным, со своей душой, как и дедушка, и папа, и дядя Берт, и другие тоже, словно беседуя с тенью давно ушедших дней, с пикниками, с теплым дождем, с запахом пшеничных полей, и жареных кукурузных зерен, и свежескошенного сена. Даже бабушка будет повторять снова и снова те же чудесные, золотящиеся слова, что звучат сейчас, когда цветы кладут под пресс, — как будут их повторять каждую зиму, все белые зимы во все времена. Снова и снова они будут слетать с губ, как улыбка, как нежданный солнечный зайчик во тьме.
Вино из одуванчиков. Вино из одуванчиков. Вино из одуванчиков. —
Рэй Брэдбери. "Вино из одуванчиков"