Доброе утро! Мы часто работе оговариваем семейные проблемы. Вот один из рассказов:
Свое счастье я сформулировал так: семья, деньги, бабка. Да, да, бабка! Самая обыкновенная деревенская бабка. И чтобы обязательно была в белом платочке в синий горошек. И чтобы обязательно ворчала. Нравится мне это. Как, например, некоторым кошачье мурлыканье нравится. А мне уют, покой именно таким виделся.

Человек я в жизни настырный. Поставил перед собой цель — обязательно ее достигну. Иначе — всю жизнь буду маяться. И здесь достиг. Семью завел, тапочки, бабку в платочке достал и вот теперь деньги делаю. Мечтал в пивной ларек устроиться, да где там! Такой блат, такой блат в тех краях нужен, что мне, грешному, там делать нечего. Да еще в лапу, будьте здоровы, для начала дать надобно.

На газированную воду и соки пришлось устроиться. Не по обслуживанию автоматов, где люди мешками мелочь делают, а поскромнее. За лоток устроился. Хотя и здесь неплохо было. Особенно, когда у тебя отношения с сиропом налажены.

И вот вчера. Пришел я, как всегда, на свое место. А время было жаркое, и торговал я на улице. Открыл лоток и начал работать. Работаю так, работаю и не заметил как с насадки шланг соскочил. И водичка, которой я стаканы споласкивал, ручейком стала на тротуар выползать.

Тут же послышался возмущенный возглас. Поднимаю глаза — дамочка. Японским зонтиком в тот ручеек тычет, а потом, эдак разгневанно, на меня показывает.

Умирая от любопытства, говорю:

— Чем это ты так восхищаешься? А она:

— Это надо же! Средь бела дня и прямо на улице! Совсем обнаглели некоторые!

А надо сказать — ручейка того я по-прежнему не замечаю. Думаю — просто баба белены объелась. Поэтому, когда услышал, что некоторые обнаглели, не сдержался.

— Ты что, — говорю, — визжишь? Я тебе что, сиропу не долил, да?.. Ты что ко мне пристаешь!

Ну, а поскольку ручеек выползал все дальше и дальше, вот тут уже я его заприметил. К тому же, и прохожие всем своим видом стали показывать, что очень недовольны этим обстоятельством.

А когда я разобрался, в чем дело, то расхохотался во все горло.

— Глупые! — говорю. — Да это же шланг соскочил с насадки. Сейчас я его поправлю. А ты, девочка, давай топай, топай отседова! Нечего хороших людей баламутить.

Сказал про девочку и, видимо, попал в точку, потому как та дамочка вся вспыхнула и как кинется в меня губной помадой.

Кончилась наша перебранка тем, что на следующий день вызвали меня к начальству.

Прихожу, а там уже та дамочка сидит. Руками машет, что-то выкрикивает. Ну и, естественно, начальство от греха подальше стало на ее сторону.

— Что же это такое, — говорят, — Стрижкин, получается!.. Так некультурно ведешь себя!.. Ая-я-яй!.. И гражданочка права, права. Нечего тут оправдываться. Мы тоже знаем, чем ты занимался прямо на улице. Знаем, знаем. Полностью согласны с гражданочкой.

— Да что вы! — говорю. — Это у меня просто шланг соскочил с насадки.

Но меня быстро поставили на место.

— Помолчи! И вообще, Стрижкин, мы давно к тебе присматриваемся. Не умеешь ты торговать на улице. Правда, план всегда выполняешь, но вот с людьми ладить не умеешь. В перебранку с ними вступаешь. Это тебе огромный минус... Поэтому мы тут подумали, подумали и решили тебя наказать... В духоту решили тебя спрятать... Так что, с завтрашнего дня будешь в пивном ларьке вкалывать, а не на улице.

Понял?.. Пивом теперь торговать будешь. Вот так-то, Стрижкин!

Услышав такое, я поначалу не поверил. Уж не приснилось ли? А потом, когда понял, застонал от радости.

А дамочка подумала, что это мне с горя стало дурно, и вот только тогда стала успокаиваться.