------------------------------

Бояться глупо.

кольцевая, полпервого ночи,
переход, радиальная жизнь,
до конечной? конечно, а впрочем,
может лучше возьмём и - сбежим?
по бульварам, пугая подростков,
переулками, эхом, смеясь,
задыхаясь, так сложно и просто
объясняясь; ты куришь, а я
зажигаю последнюю мелочь
на полотнище неба, рассвет
обнимает за плечи несмело
и уводит. а утром в Москве
всё не так, и угрюмые люди
заполняют вагоны метро;
безысходность истоптанных троп,
и не скажет никто: я-люблю-те...

Роза Ветров

Вчера у одного из самых жизнерадостных моих друзей умер отец.
Не бывает минут страшнее.

Повезло – это когда все вокруг из кожи лезут зашибая бабки, мечтают о Бентли и виллах, меряются гламурностью и крутизной, а тебе пофиг. (с)

Пытаясь затащить в ловушку тебя, я сама, кажется, угодила не туда, куда надо бы.
Так ведь не бывает.
В. сказал: "Что значит "не тот"? Если нравится - не может быть неподходящим". И мне почему-то так захотелось ему поверить.

А тебе мне верить не получается, хоть и очень-очень. Если поверю - сразу влюблюсь.

Курение — медленное самоубийство.
Я как-то подустала
себя убивать.

Я никогда не обижаюсь.
Только разочаровываюсь - и всё.

"Сегодня весь день мне не дает покоя одна мысль.
Странно, что я поняла это только сегодня.
И на самом деле мне очень больно от осознания этого:
Нас больше ничего не связывает."



Закрой глаза, милая. Выдохни. Вдохни.
Выдохни.
И отпусти меня.

Это не так уж сложно. Теперь.

а мы убегали за дом
и там играли в роддом:
ходили вперед животом,
проводили острым стеклом
по зябнущему животу
бело-розовую черту,
говорили: тебе решать, -
если выживет мать,
тогда ребенок умрет,
или наоборот,
короче, из двух одно
и третьего не дано.
Дано: акушеру-вралю
по уху залеплю
и гордо покину потом
ваш идиотский роддом.
это теперь. А тогда
купалась в блаженстве стыда,
прикрывала рукой живот:
пусть ребенок живет.

Вера Павлова

В 41-ом маршруте передо мной сидела девушка.
Было видно, что она плакала полчаса назад - тушь слегка потекла, а несколько волос выбились из прически. И взгляд у неё был очень потерянный.
Так хотелось, выходя из автобуса, прошептать ей тихо, чтобы она никогда больше не плакала и сказать, что всё будет хорошо, потому что по-другому не бывает.
Естественно, я ничего не сказала. Просто вышла и всё.

Потому что не принято это - успокаивать незнакомых людей, особенно когда у них всё плохо.

Я себя даже сдерживать не в силах, ибо "слишком близко". Это очень. Очень. Очень-очень плохо.

Мама у меня просто божественная. Не верит мне, хоть я и говорю всегда чистую правду, когда снова не ночую дома, но всё равно отпускает.
Цитирую: "Делай что хочешь, только витамины принимай".
Конечно, дорогая. Конечно.

Когда-нибудь однажды все дети перестанут возвращаться домой.

Посередине аудитории за актовым залом - огромная колонна. Вся исписана. Знаете, какая наиболее часто повторяющаяся надпись?
Номер телефона и всего одно слово:
"Дам".
Всё гениальное просто.

Мальчики, айда на журфак!

- Ты их как перчатки меняешь, да?
- Да. Как перчатки. Примерно раз в два года.

Шестая колонна слева, если начинать считать от эскалатора, на станции метро Октябрьская - это наша колонна. Она священна.
Стоим прислонившись. Ждём. Я на тебя снизу вверх.
Тихо:
- Давай подождём следующего.
Время измеряется поездами.

Замерзаем. Чувствую на спине взгляды из окон соседних домов - везде шпионы.
Вместе замерзать лучше, чем поодиночке.


Шёпотом.
- Какая же ты хорошая.
Замерзать не так уж страшно.

В колонках играет - Creed - Higher
Хочешь раскрою небольшой секрет?

Главное в музыке - только музыка.

Не шоу и не большие сиськи. Не шикарные концерты и дорогие наряды. Не имидж и внешность.
Только музыка. Только то, что льется из твоих наушников.
Легко и просто.

Ты не тот, кто смог бы вытянуть меня из пустоты. Ты не тот, кто сможет помочь мне вырваться. Ты вряд ли в силах успеть за скоростью моих мыслей и никогда не поймешь того, что спрятано в паузах между моими словами.

Но ты рядом. Я чувствую твой запах.

Почему всё самое банальное и простое с моей помощью превращается в одну большую неописуемую сложность?

- Ты меня прости, что я веду себя как дура.
- Ничего страшного. Дурам это свойственно.