Моргнув, Боунс уставился на начинающего заливаться румянцем юношу, думая, что ослышался.

- К-кто? – заикаясь, переспросил он.

- Вы, - повторил навигатор, отводя взгляд и возвращая прежнюю дистанцию, - Поэтому… я приходил сюда, чтобы поговорить о вас с Кристин, потому что боялся, что вы не поймете, если я обращусь напрямую к вам.

- Но… почему… я?

- Это сложно объяснить… Я вряд ли смогу сейчас… - окончательно смутившись, паренек метнулся к койке, забрал гитару и начал пятиться к выходу, - Я… потом… потом скажу. Попозже. Извините… - и выскочил в раскрывшиеся двери.

Несколько мгновений Маккой сидел, не шевелясь. В его голове стоял гул, как будто его только что огрели большим пыльным мешком. Спустя пару минут доктор пришел в себя настолько, что смог выползти из кресла, и побрел к шкафчику, где хранилась бутылка с крепким бренди.

- Мне срочно нужно выпить…

* * *
Утро началось для Боунса не самым лучшим образом. Вколов себе дозу собственноручно разработанного препарата от похмелья, злой и взъерошенный доктор отправился в столовую. Там были шум, много народа и возмутительно трезвый Кирк. Завидев друга, капитан начал махать рукой, привлекая его внимание, но Леонард, проигнорировав приветственные сигналы, подошел к репликатору, заказал себе черный кофе, взял чашку и отправился в самый дальний угол. Не прошло и полминуты, как Кирк оказался рядом.

- Неважно выглядишь, - заметил он, с любопытством разглядывая доктора.

- Пошел к черту, - огрызнулся Боунс, не отрываясь от созерцания бликов, расходящихся по темной поверхности кофе. Меньше всего сейчас ему хотелось, чтобы кто-либо давил на и так расшатанные нервы, а с Джимом, к сожалению, по-другому не получалось. Маккой уже долгое время подумывал о том, чтобы начать принимать успокоительное, и останавливало его то, что он был не совсем уверен, поможет ли.

- Настолько далеко даже транспортер не может отправить.

- Да? Тогда могу пожелать пойти в куда более близкое место. Туда даже транспортер не нужен, - сорвалось с языка раньше, чем Боунс успел себя одернуть. Джим смерил доктора удивленным взглядом, и тут же на его губах начала расплываться фирменная кирковская ухмылка.

- Что был за повод? – спросил он, присаживаясь за столик напротив друга. Маккой на мгновение пожалел, что не прихватил с собой цианида.

- Какой еще повод? – в голосе доктора прозвучала обреченность, которую можно было измерять во вселенских масштабах. Вот надо же было думать, рядом с кем распускаешь язык…

- Который испортил тебе настроение еще сильнее, чем оно у тебя обычно бывает.

И что на это ответить? Что ему, Маккою, закоренелому цинику и параноику, у которого из достоинств только способность на равных спорить со Споком, признался в любви семнадцатилетний мальчишка?! Что он не знает, как себя с ним теперь вести, и боится идти на мостик? Это даже не смешно. Хотя, Кирк, возможно, посмеялся бы. Изолированный сумасшедший дом, бороздящий просторы галактики на варп-скорости… Как, ну вот как такое могло произойти? Как мог смышленый и шустрый паренек, у которого еще вся жизнь впереди, выбрать предметом своей страсти самого, что ни есть, неподходящего кандидата на всем корабле? Что могло привлечь его? Ответов на эти вопросы у Боунса не было. А виновник нарушенного стабильно-неважного нервного состояния доктора и сам пока что их не знал. Просто чудесная ситуация…

- Давай, док, поделись с лучшим другом. Может быть, я смогу помочь.

- Интересно, каким это образом? – одновременно с треньканьем капитанского интеркома проворчал врач, отпивая, наконец, из чашки и морщась от горькости кофе.

Кирк достал из-за пояса серебристую коробочку и нажал на небольшую кнопку.

- Кирк слушает.

- Капитан, поступили новые данные с поверхности планеты, - сообщил динамик бесстрастным голосом вулканца, - Они весьма любопытные. Я считаю, что они будут интересны для доктора Маккоя.

- Хорошо, мистер Спок. Мы с доктором скоро придем, - Кирк отключил связь и поднялся из-за столика.

- Скажи Споку, чтобы он перевел данные на мой компьютер, я посмотрю их в медотсеке, - с отвращением отодвинув чашку, Боунс поднялся вслед за другом и вознамерился уже покинуть столовую, но Джим затормозил и посмотрел на него с нескрываемым удивлением.

- На твой компьютер?

- Да. На мой компьютер. В этом же не будет никакой проблемы?

- Да нет… Медотсек так медотсек.

- Прекрасно, - напугав своим мрачным видом попавшихся на пути двух молоденьких энсинов, Боунс исчез в коридоре. Нахмурившись, Кирк задумчиво постучал пальцами по гладкой металлической поверхности столика.

- И как прикажете это понимать?

* * *
Глядеть на Кристин, деловито перекладывающую стерильные упаковки с ампулами, у доктора Маккоя не было никакого желания, поэтому в последний момент поменяв решение, он вместо медотсека направился в свою каюту.

Рухнув в еще совсем новое, пахнущее синтетической кожей скрипучее кресло, Леонард напряженно уставился на стену напротив. Нет, нельзя себя так вести. Если он будет избегать посещений мостика только потому, что там находится Чехов, то ничего хорошего из этого не выйдет. Он же начальник медицинской службы, а не… да, а не семнадцатилетний мальчишка. Но все-таки, что же делать… Будь на месте навигатора какая-нибудь молоденькая девица, Маккой, скорее всего, нашел бы подходящие слова, чтобы объяснить ей, что между ними ничего быть не может. Но русский паренек с забавным акцентом под эту категорию никак не подходил.

Добровольное затворничество в медотсеке делу не поможет. Только слухи поползут. Слухов Боунс не боялся – его больше страшило, что обо всем этом догадается Кирк. Перспектива оказаться с ним практически в одной лодке заманчивой, мягко говоря, не выглядела. Ни под каким ракурсом. А значит, с ситуацией надо разбираться. И чем скорее, тем лучше. Чехов еще ребенок, в нем просто бушуют гормоны, профилактическая беседа наверняка поможет ему понять свою ошибку и перестроится на правильный объект страсти. Хорошенькими девушками состав экипажа «Энтерпрайза» не обижен, вон их сколько бегает, всех мастей и рас, наверняка найдется какая-нибудь по вкусу… Маккой хмыкнул, вспомнив, чем окончилась его последняя «профилактическая беседа», но от принятого решения отказываться не стал. Им все равно нужно поговорить. И как старший по возрасту и званию, Боунс обязан сделать первый шаг. И он его сделает.

Неожиданно запиликал интерком.

- Маккой слушает, - отозвался врач, отцепляя маленький приборчик от пояса.

- Доктор, пожалуйста, зайдите в медотсек, - голосок Кристин, и так достаточно тонкий, искаженный динамиком, звучал почти неузнаваемо.

- Сейчас буду, - буркнул Леонард, обрывая связь. Ну вот, ни минуты покоя. На этом корабле его явно дефицит. По крайней мере, в отношении одного конкретного человека уж точно.

* * *

Спустя пять минут Боунс шагнул в разъехавшиеся двери лазарета. Судя по всему, данные, о которых говорил Спок, оказались настолько интересными, что Джим отправил еще один десант для проверки. Окинув взглядом группу юнцов с царапинами различной степени тяжести, вокруг которых уже крутилась парочка врачей-практикантов, Маккой сделал себе мысленную пометку напомнить в ближайшем будущем этим ротозеям, а заодно и всему остальному экипажу, содержание правил безопасности при спуске на поверхность малоизученной планеты. И тут же заметил среди них знакомую русоволосую макушку. Хлопотавшая около навигатора Кристин, увидев своего начальника, тут же подала голос:

- Доктор!

Так. Сентиментальностям сейчас не время! Для начала он должен выполнить свою работу, а уж потом заниматься другими делами. Прочитав самому себе эту мантру, Боунс подошел к мисс Чапел, намереваясь спросить, что вызвало на лице девушки такое затруднение, но она опередила его, указав на правую руку Чехова, которую тот неловко прижимал к груди. На тыльной стороне ладони мальчишки красовалась шикарная ссадина странного зеленовато-фиолетового оттенка непонятного происхождения.

- Что говорят приборы? – поинтересовался Маккой, кивком головы приказывая русскому присесть на одну из коек и принимая из рук медсестры медицинский трикодер.

- Точная причина такой реакции пока что не определена. Всего десять минут назад все выглядело как обычно, но потом вдруг края ссадины поменяли цвет… - кажется, для Кристин такое было в новинку. Интересно, чем она занималась на лекциях в Академии, когда остальные изучали азы медицины?

- Понятно. Кристин, принесите ампулы с антисептиком, нужно продезинфицировать рану… хотя нет, стойте. Лучше идите, помогите другим, я сам схожу за ампулами. Так будет быстрее, - подождав, пока медсестра присоединится к очкастому практиканту, который со слишком уж ярым энтузиазмом пытался найти что-то в царапине на щеке одного из пострадавших, Боунс развернулся в сторону лаборатории, пальцем поманив навигатора за собой, - Мистер Чехов, пойдемте со мной.

Не проронив ни слова, парнишка покорно двинулся вслед за доктором. В лаборатории, оставив его около установки с ионным микроскопом, Боунс достал из холодильника одну бесцветную ампулу и, зарядив её в гипошприц, сделал Чехову укол в плечо. Во время всей процедуры русский смотрел куда-то в сторону, едва заметно покусывая нижнюю губу, и не поднимал на Леонарда глаза. Маккой вполне понимал его волнение. Сам был таким в семнадцать лет. И пока юный неокрепший разум не успел напридумывать себе невесть что, доктор приступил к осуществлению своего плана.

- Мистер Чехов, я бы хотел поговорить с вами о вчерашнем…

- Сэр, я хочу попросить у вас прощения за то, что я сказал вам тогда, - Чехов поднял голову, глядя прямо на главного медика, и в его взгляде Боунс прочитал всю ту же решительность, с которой энсин вчера признавался в желании узнать его поближе, - Я не собирался вот так вот в лоб говорить о своих чувствах. Как-то само вырвалось. Но я ни капельки не жалею, что так получилось. Теперь мне не надо больше думать, как рассказать вам… объяснить, что вы мне нравитесь, что я…

- Малыш, малыш, постой, - резко перебил его Боунс, боясь, что непроизнесенное окончание фразы должно было быть именно таким, как он думал, - Ты просто немного запутался. Неверно выбрал объект для выражения симпатий. Такое бывает, но еще можно перестроиться и найти того, кто бы тебе подошел. Это не сложно, поверь мне. Как врач, я знаю, что может помочь…

Губы Чехова медленно сжались в тонкую линию.

- Вы то же самое говорили капитану Кирку? – бесцветным голосом спросил навигатор, сжимая запястье пострадавшей руки. Огонек решительности, разгоревшийся в голубых озерах глаз, погас, словно светлячок, затерявшийся в лесу.

Боунс внезапно почувствовал, что внутри у него что-то кольнуло.

- С чего ты… Причем здесь капитан Кирк? – хрипло изумился доктор, удивляясь такой реакции. Нет, не может же быть, чтобы он… поддался на очарование мальчишки. Такого просто не может быть. Маккой поставил себе цель вразумить паренька, а не ощущать угрызения совести из-за того, что вместо той открытости, с которой Чехов смотрел на него несколько секунд назад, на дне его глаз зарождается неясная тень, и взгляд уже не сверкает солнечными бликами, неизвестно откуда взявшимися в открытом космосе.

- Разве вы не пытались убедить его, что то, как он относится к мистеру Споку, такая же ошибка, как и в моем случае? Вы же именно поэтому увели его из кают-компании – чтобы попытаться наставить на «правильный путь». Скажите, сэр, а вам не приходило в голову, что правильный путь – тот, по которому мы идем сейчас? То, что кажется неправильным вам, совсем необязательно является таким на самом деле, - Чехов невесело усмехнулся, теребя перепачканный в серой пыли рукав, - Я и не надеялся особо, что у меня получится пробиться к вам, хоть капитан и уверял, что шанс есть. Значит, не судьба, - он тяжело вздохнул, здоровой рукой уже ставшим привычным жестом почесав в затылке.

Ну вот, Леонард. Молодец. Мо-ло-дец. Гений просто. Ты добился своего, объяснил парню, что у вас разные дорожки… и разбил ему сердце. С одной стороны, а чего еще он мог ждать? Он выбрал не того, кого надо. И дело даже не в том, что мужчину. Этот солнечный мальчик заслуживает кого-то намного лучшего, чем Леонард Маккой. Ему нужно счастье и любовь, которые вряд ли ты сможешь дать. Но вот с другой стороны… он действительно как маленькое солнце, курсирующее по кораблю и одной своей улыбкой вселяющее радость во всех, кого встречает. И ты только что собственными руками это солнце погасил. Браво.

- Я… не тот человек, который тебе нужен, - нарушить повисшее между ними молчание оказалось очень нелегко, - Тебе всего семнадцать, ты еще не приобрел достаточно опыта, чтобы хорошо разбираться в людях. Ты думаешь, что я хороший? Ошибаешься. Я далеко не ангел и не достоин того, что ты ко мне испытываешь. В твоей жизни будет еще много достойных людей, среди них ты наверняка сможешь найти кого-то, кто подойдет тебе. Зачем связываться с таким, как я?

- Сердцу не прикажешь, - произнес навигатор спустя несколько мгновений, - Моя бабушка так говорит, - добавил он тише.

И снова воцарилась режущая нервы тишина. И что? Все? Больше ничего не скажешь? Неужели так легко сдашься?

- Ч-черт! – с размаху грохнув гипошприц об пол, Боунс схватил Чехова за плечи и принялся неистово трясти мальчишку, сам не зная, что несет, - Я не знаю! Не знаю, что делать! Это не правильно, но я не знаю, как поступить… Что мне делать с тобой? Скажи мне, что?!

Просунув руки под локти Маккоя, юный русский вундеркинд схватил истерящего врача за ворот, резко притянул к себе и поцеловал. Леонард замер в растерянности, пока ладони Павла не заскользили по его талии, обнимая и успокаивая. Губы мальчишки оказались мягкими и настойчивыми, заставив его, наконец, сдаться и, удивляясь себе, ответить на этот неожиданный поцелуй.

- Я знаю… - прошептал Паша, когда они смогли все-таки оторваться друг от друга, - …знаю, что делать. И я объясню, если ты мне позволишь…

Раздавшийся у дверей лаборатории топот заставил их обернуться. Двери разъехались, и в помещение влетел взъерошенный Кирк в сопровождении Спока. Остановившись, он внимательно оглядел обстановку, а вперившись взглядом в старого друга и навигатора, облегченно выдохнул и засмеялся.

- А… Вижу, вы разобрались уже? Прекрасно. Я уже думал, что это затянется надолго, зная Боунса…

- Джим… Это ты все натворил? – мгновенно вспомнив все, что говорил Чехов, Маккой шагнул было к Кирку, но тот, быстро сориентировавшись, попятился к выходу, попутно подталкивая и Спока.

- Капитан? Что вы… - вулканец явно не понимал, чем тактическое отступление капитана поможет защититься от гнева доктора Маккоя, но Джим его не слушал. Добравшись до дверей, он подмигнул Боунсу:

- Ладно-ладно, не будем мешать. Только сильно не увлекайтесь, все-таки лаборатория не самое подходящее для этого место, - и, широко улыбнувшись, вытолкал Спока наружу.

- Вот же придурок… - покачал головой Леонард, упираясь руками в бедра. Обернувшись назад, он увидел, как шокированный своей смелостью Чехов, мгновенно краснея, ерошит и без того растрепанные волосы. Почувствовав взгляд, он посмотрел на доктора и неловко улыбнулся, - Но, кажется, я должен буду сказать ему «спасибо»… И извиниться.


14.06.09 – 15.08.09 г.