Что в этой жизни нам дано?
Скрипит судьбы веретено.
И всё уже предрешено,
Чтоб пить нам с горечью вино.

Пить сладкое вино, где в этом радость?
Приестся быстро эта сладость,
А горечь не испить до дна
Большая сила ей дана...

Погасшим светилом без чувств, без стыда,
Он реял над миром везде и всегда.
Никем не хранимый, был проклят навек,
Не ангел, не демон и не человек.
Познавший страданья, приняв свою роль,
Он пил с наслажденьем вселенскую боль,
И рвал вожделенно все нити любви.
Безмерной разлуки простой визави.
Живой и убитый, воскресший во зле.
Рубиновым ядом в прозрачном стекле.
Не ждёт и не помнит добра и потерь.
Но в душу любого откроет он дверь.
Ему безразличен покой и уют,
Движенье и хаос всегда в нём живут.
Во тьме безграничной бредёт наугад,
Он с горем повенчан, а счастью не рад.
Багровые крылья его, за спиной,
Горят, не сгорая извечной виной.
Бездушием вскормленный, болью живёт
И смерть безразличную в гости зовёт.
Не ждёт ни прощенья, ни судного дня
В безмолвном забвении беды храня.
Разумный безумец парящий везде
Всё сердце, отдавший потухшей звезде.

Текла из раны кровь
И жизнь из тела уходила.
Её совсем немного было,
Но пробудилась она вновь.
По венам мертвым потекла,
Дав лишь на миг один воскреснуть.
И яростным огнём небесным,
Вдруг душу тлевшую зажгла.
Душа горела как костёр,
Сияя ярче звёзд на небе.
Ей было душно в мрачном чреве.
Она стремилась на простор.
Теперь душа уже не та.
В неё никто не сможет плюнуть
Иль руки грязные просунуть.
Теперь она совсем чиста
И свежих сил уже полна,
Задумав новых дел немало.
Но миг прошёл, и вся душа
Уже спокойно догорала.

Незримый он всегда со мной
Безликий в черном одеянье
С укрытой в капюшон главой
Мираж в растерзанном сознанье
Мой темный ангел пустоты
Извечный спутник всех сомнений.
С тобою мы давно на ты
Без радости и сожалений.
Взмахнув невидимым крылом,
Надежды прахом обращаешь,
А мёртвым взглядом, как бичом,
Мечты и грёзы разбиваешь.
Неразделимы мы с тобой,
Вплетён в узоры жизни нитей,
Ты стал навеки только мой
Забрав весь мир моих открытий.
Твоя холодная рука
Все крепче сердце мне сжимает.
Да существую я пока,
Но где, зачем? Никто не знает
Дыханьем серым словно дым
Остатки чувств моих стираешь.
Я жалок стал и нелюдим.
Один меня ты навешаешь.
Твой голос полон пустотой,
Что в душу тихо мне вливаешь,
И разум заразив чумой,
По капле едко разрушаешь.
Мой мрачный спутник на земле,
К несчастью посланный судьбою.
Взываю всей душой к тебе,
Побудь хотя бы ты со мною...

Жил кукольник. Творил
Своих прекрасных кукол.
Он с ними говорил,
Гулял в саду за руку...
И было невдомёк
Скучающим прохожим
Насколько одинок
Талантливый художник.
Он идеал искал
В своих произведеньях.
И уходил в астрал,
Где грезились виденья:
Блистательных богинь
Несметные плеяды,
Их глаз бездонных синь...
Там были и наяды,
С журчаньем голосов
Нежнее звуков флейты...
Своих прекрасных снов
Не помнил, хоть убей ты.
Осунувшись с лица,
Бессонными ночами
Работал без конца.
Замкнулся, одичал он.
Всё шил, и шил сердца
Своим безмолвным куклам.
На горе для творца,
По-прежнему, ни звука
Они не издавали.
Сердец горячих стуки
Услышит он едва ли...

Я крылья черные твои
Руками нежно обнимала.
Из них кровавые кресты,
Смеясь и плача, вынимала.
Твой облик дьявольский во снах
Ждала с мольбой неутомимой.
В твоих безжизненных глазах
Себя теряла я незримо.
Ни тени, ни души, ни слез
Ты не имел, но был прекрасен,
Как светоч темный ярких грез
Ты был, любим, но был опасен.
День ото дня сильней стучал
Твой пульс в твоем холодном теле,
Ты первый раз любовь познал,
Узнал, как жить на самом деле.
Я душу черную твою
Слезами вымыла своими
И наделила, как свою
Земными чувствами святыми.
Но я бессмертие твоё
Увы, перебороть не в силах
И увлечение свое
Оставлю в памяти глубинах.
Ты не печалься, не грусти,
Не плачь кровавою слезою,
Пойми меня, за все прости…
Мне было хорошо с тобою.
Мой черный ангел небытья!
Мой гений вечный и незримый!
Я до сих пор люблю тебя
Любовью зла неудержимой…

Умереть - не страшно. Страшно бросить
эту жизнь на произвол судьбы.
Упадёт с небес однажды проседь
в чистые зеркальные пруды,
обовьёт неласково, порочно
лунную осколочную медь.
Умирать - не страшно и не срочно.
Жить страшней, чем взять и умереть.

Я выбрал имя Грустный Клоун,
Соединяя смех и плач.
О, зритель! Ты щадить способен,
Но вместе с этим ты палач.
Ваш смех порою жалит злее,
Чем сотня разъяренных пчел,
Но я терплю, ведь вам виднее,
Вы - зрители, а я - актер.
А замечали, мимоходом
Следя за действием игры,
Что жизнь разыграна по нотам,
Которым авторы - не вы?
Наверно, в этом мы похожи,
Но я, мне кажется, честней:
Не притворяюсь, сидя в ложе,
А признаю - я лицедей.
По сто ролей за день меняю,
Но ведь и вы вольны порой
Примерить новые наряды,
А к ним манеры и настрой.
Скажите, вы снимали маски?
И что за ними, пустота?
Иль вихрь сумасшедших красок,
Иль маски новой чистота?
Так, может, это вы - актеры,
А я - ваш зритель и судья,
Решающий смешные споры?
Мы с вами квиты, счет - ничья.
Мне не чужда печаль и грусть,
Но я сквозь слезы улыбаюсь
И Грустным Клоуном зовусь,
Снимая шляпу перед вами.

Надгробье - лепестками роз,
А раньше я не замечала
Цветов... Зачем ты их принес
Теперь, когда меня не стало...
Скажи, зачем они мне здесь?
Шипы не тело ранят - душу,
И черный мрамор, медный крест
И ком земли так больно душат
И закрывают лунный свет -
А солнце мне давно не грело.
У мертвых ведь претензий нет -
Не помнишь? - я ведь так хотела,
Чтоб то, что прежде было мной,
Развеясь пеплом над туманом,
Над стонущей морской волной,
Плывущей к рифам океана,
Лететь за ветром в облаках,
Стать легкой дымкой над рекою...
Взамен - холодный, жуткий мрак
И бремя вечного покоя.
Недавно редкий плач затих -
Кому-то жалко было, значит...
Пролилось больше слез моих,
Теперь пусть обо мне поплачут.
Я, знаешь, гибель не звала,
Хотя и так все было ясно...
Ну, расскажи мне, как дела?
Тебе пора? Ну, будь же счастлив.
Уйдешь... Опять пора идти,
А я не буду обижаться.
Раз жизнь нас не смогла свести,
У смерти вовсе нету шансов.
И вновь, мой покидая прах,
Оставишь розы на могиле...
...Но мертвым нет нужды в цветах,
Что им при жизни не дарили....

Не торопитесь уходить!
Постойте у открытой двери!
Нельзя же с легкостью забыть
Тех, кто вас любит, кто вам верит!
Не торопитесь отвергать,
Когда вам душу открывают...
Достаньте мудрости печать,
Сумейте просто промолчать!
Не торопитесь разлюбить,
Все чувства сразу отвергая, -
Тепла вам может не хватить,
Чтоб отчужденья лед растаял.
Не торопитесь успевать,
Найдите миг остановиться!
А вдруг получится узнать
И там, где надо, появиться...
Не торопитесь все забыть,
От вздорной мысли отмахнуться...
Как нелегко все возвратить!
Как нелегко назад вернуться!