В земле Нижняя Австрия в узкой долине, простирающейся от Аггсбаха (Aggsbach) до самого Дункельштайнервальдского леса, в местечке Вольфштайнграбен находятся развалины замка Вольфштайн (Wolfstein). В часовне замка была когда-то установлена статуя Св. Якоба. Этого святого особенно чтут сельские жители, ибо он считается чудотворцем, и заступничеству его на небесах обязаны люди хорошею погодою, без которой крестьянину не обойтись. Почитали своего святого и вольфштайнцы и берегли его как зеницу ока. Потому и имели они самую благоприятную погоду во всей округе.

Неудивительно, что соседи вскоре стали завидовать вольфштайнцам в том, что есть у них такой покровитель. Пуще других недовольны были своею погодою гансбахцы и часто совершали паломничество в Вольфштайн к святому чудотворцу, чтобы вымолить у него для себя хорошую погоду.

Однако Св. Якоб казался глух к чужим молитвам: погода у них оставалась по-прежнему скверной. В конце концов разозлились гансбахцы не на шутку. Несколько смельчаков пробрались однажды ночью в часовню замка Вольфштайн и выкрали святого.

Когда вольфштайнцы пришли утром в часовню, Якоб бесследно исчез. Они, правда, тотчас же смекнули, что на такое кощунство способны лишь их соседи-гансбахцы, но доказать ничего не могли, поиски же их ни к чему не привели — статуя как сквозь землю провалилась. Гансбахские воры ловко спрятали её в своей церкви в укромном месте, где её не так-то легко было найти.

Однако Св. Якобу не понравилось в гансбахской церкви. Она показалась ему чересчур большой, чужой и холодной. Он затосковал по своей маленькой уютной часовне. И вот мрачною, бурною ночью, когда снег покрыл всю землю, покинул он свое новое жилище и отправился назад в Вольфштайн. В Зидльграбене повстречался ему один старый крестьянин, который сразу же узнал в ночном путнике пропавшего чудотворца.

— Боже, да это же Святой Якоб! — воскликнул изумленный крестьянин. — Скажи на милость, куда же ты держишь путь в такую непогоду?
Святой отвечал:
— Домой, куда же ещё! Не понравилось мне в Гансбахе.

Крестьянин был вне себя от радости и принялся горячо благодарить святого. Наутро, придя в часовню, он увидел, что Св. Якоб и в самом деле стоит на своем прежнем месте. Погода отныне вновь отвечала пожеланиям штайнбахцев, устроивших по случаю возвращения их святого небывалый праздник. Гансбахцы больше не осмеливались похищать святого, а покорно шли с молитвою к Св. Якобу, когда им нужна была хорошая погода.

Так как чудо возвращения свершилось в снежную ночь, статую с тех пор называют «Снежный Якоб».

В 1529 г. Вену осадили турки. Однако даже спустя несколько недель осады им не удалось пробить брешь в городских стенах и проникнуть в город. Надеясь в скором времени водрузить свой полумесяц на колокольне собора Св. Стефана, турки пошли на приступ, но жители Вены отчаянно отбивали все атаки.

Однажды к коменданту Вены явился перебежчик, он донес, что турки хотят устроить подкоп и взрывают под землей пороховые заряды — чтобы проникнуть в город. Сам он, перебежчик, якобы видел много таких подкопов под городскими стенами.

Если верить перебежчику, венцам грозила страшная опасность. Комендант немедленно принял меры. Всем домовладельцам, чьи дома находились поблизости от крепостной стены, было приказано поставить в подвалах домов большие чаны с водой, а затем внимательно следить за ними. Если земля станет сотрясаться от взрывов, производимых турецкими минерами, то на поверхности воды должна появиться рябь. А ещё в подвалы домов принесли барабаны и на их туго натянутую кожу положили игральные кости, чтобы по их слабому перемещению также увидеть, происходят ли подземные взрывы.

В одну из тогдашних тревожных ночей в подвале пекарни, что стояла на углу нынешнего переулка Штраухгассе и улицы Фрайунг, работал подмастерье пекаря Йозеф Шульц. Во время страшного нашествия многие жители венских предместий бежали от наступавших врагов в город, и всех этих людей необходимо было кормить, так что в пекарне печь топилась и днем и ночью. Вдруг подмастерье увидел, что кости, лежавшие на барабане, пришли в движение. Он насторожился и стал прислушиваться. Потом приложил ухо к земле, и ему послышались невнятные глухие голоса и тихий отдаленный стук заступов. «Господи, помилуй! — подумал Йозеф, — турки уже чуть не под самым нашим домом!» Он со всех ног бросился на улицу и поднял тревогу.

Вначале комендант было не поверил, что турки так близко подвели свои подкопы, и тут же приказал рыть встречный подземный ход из подвала пекарни. Вскоре солдаты действительно наткнулись на турецкий подкоп. В темноте турки были застигнуты врасплох, их атаковали и почти всех взяли в плен, кроме нескольких человек, которым удалось бежать. Турецкий подземный ход, где уже был заложен большой пороховой заряд, приготовленный для взрыва, завалили землей.

Так благодаря наблюдательности подмастерья пекаря Йозефа Шульца город был спасен. Дом, который турки собирались взорвать, с тех пор стали называть «подкопом язычников». А цех пекарей, один из подмастерьев которого своей бдительностью помог спасти Вену, получил от императора разные привилегии и разрешение ежегодно устраивать праздничное шествие пекарей

Премьера «Макбета» состоялась в августе 1606 года для короля Якова I, потомка Дункана и Банко. Мальчик-актер Хэл Бриджес, который должен был играть леди Макбет, заболел лихорадкой и умер. С тех пор и считается, что несчастья — верные спутники всех постановок этой знаменитой трагедии. И действительно, так продолжалось и дальше. В 1937 году Лилиан Бейлис, основательница лондонского театра «Олд-Вик», скончалась, когда на сцене шел «Макбет». На актера Лоуренса Оливье и режиссера спектакля во время репетиции едва не упала тяжелая декорация, а актриса, исполнявшая роль леди Макдуф, попала в автомобильную аварию.

У английских актеров пьеса Вильяма Шекспира «Макбет» считается одной из самых несчастливых. Когда начинаются репетиции «Макбета», они стараются не произносить её названия, используя наводящие фразы вроде «эти шотландские дела» или называя её «Шотландская пьеса».

Премьера «Макбета» состоялась в августе 1606 года для короля Якова I, потомка Дункана и Банко. Мальчик-актер Хэл Бриджес, который должен был играть леди Макбет, заболел лихорадкой и умер. С тех пор и считается, что несчастья — верные спутники всех постановок этой знаменитой трагедии. И действительно, так продолжалось и дальше. В 1937 году Лилиан Бейлис, основательница лондонского театра «Олд-Вик», скончалась, когда на сцене шел «Макбет». На актера Лоуренса Оливье и режиссера спектакля во время репетиции едва не упала тяжелая декорация, а актриса, исполнявшая роль леди Макдуф, попала в автомобильную аварию.

Цитировать пьесу и даже напевать музыку, сочиненную для постановки 1672 года, тоже не решались: считалось, что можно накликать беду. В 1924 году один из актеров рассказал о случае, произошедшем за тридцать лет до этого. Труппа, в которой он тогда состоял, играла «Макбета» с этой музыкой, а в конце недели выяснилось, что все сборы от постановки украдены.

Многие полагали, что причина несчастий, сопровождавших постановку, в первой сцене IV акта. В начале ХХ века утверждали, что «Песня ведьм» обладает сверхъестественной силой. Первые зрители пьесы — двор Якова I, были свято убеждены, что колдовство в «Макбете» имеет силу. Так же они относились и к сцене в «Трагической истории доктора Фаустуса» Кристофера Марло. Пьеса была впервые показана в 1588 году и в ней Фаустус произносит заклинание на латыни. Уже в 1604 году все говорили, что в ответ на призыв Фаустуса на подмостках появляется сам дьявол.

В постановках «Макбета» был большой перерыв: он не ставился в течение почти целого века. А когда в 1703 году пьесу вновь показали в Лондоне, на город обрушилась буря.

Одними из самых загадочных замков мира являются немецкие замки. В их стенах всегда находилось место для трагических событий, и по их залам часто гуляли привидения. Одно из них — Женщина в белом (Weisse Frau) — привидение, которое много лет навещало замки немецких правителей, в основном в Богемии. Женщина в белом не причиняла никому вреда и при встрече с людьми только кивала головой. Но у Гогенцоллернов, династии прусских монархов, существовало предание, что её появление означает надвигающуюся катастрофу или смерть в их семье. По одной из версий, это был призрак жившей в XV веке Берты фон Розенберг из Нойхауса.

В декабре 1628 года Женщина в белом появилась в королевском замке в Берлине. Она приходила ночью, шла в детские покои дворцов и баюкала детей. Однажды её застала нянька и попыталась её выгнать, на что Женщина в белом ответила: «В отличие от тебя я не чужая в этих стенах. Я член семьи, и это дитя — потомок детей моих детей».

Гогенцоллерны считали Женщину в белом призраком графини Агнесс из Орламюнде, заживо замурованной в стене за то, что она отравила собственных детей. По некоторым свидетельствам, она бывала одета в черное и белое — национальные цвета Пруссии. Первые свидетельства её появлений датируются 1486 годом, последний — 1879 годом.

Первый король Пруссии Фридрих I, верил в существование Женщины в белом. Вторая жена Фридриха I, страдавшая небольшим умственным расстройством, предпочитала платья из белого муслина. Однажды она сбежала от сиделок. Вбегая в покои Фридриха, дремавшего там в это время, она задела и разбила стеклянную дверь. Король проснулся, увидел женщину в белом одеянии, которое было залито кровью, и пришел в неописуемый ужас. После этой ночи Фридрих заболел и вскоре скончался, уверенный, что видел Женщину в белом, и что именно она повинна в том, что он покидает этот мир.

Отчаявшись в поисках, семья вернулась обратно в Шотландию.

В 1860 г., когда Мориарти восстанавливал старую башню Ланэка, строители нашли в основании скелет девочки, а по дним — дневник, в котором она описывала ужасы своих последних дней. По гнилой лестнице девочке удалось забраться почти на самый верх башни, но под её весом лестница не выдержала и сломалась. Идилия осталась на дне башни в ловушке. Она была уверена, что её найдут. Когда она подавала сигналы проплывающим по реке пароходам, ей отвечали, но полиции так и не удалось её найти.
 

Последними словами в дневнике девочки были:

Все что я знаю, это то, что надежды больше нет. Моя смерть неизбежна… Отец Небесный, будь милосерден.
All I know is that there is no hope for me. My death is certain. … Father in heaven, have mercy on my soul.

Однако у противников этой истории есть много аргументов. Сам журнал с записями девочки был найден только через несколько недель после скелета. Исследователям также не удалось найти каких-либо следов семьи Dubb в Эдинбурге. Местные записи в полиции тоже не подтверждают эту историю.

Поэтому, возможно, это просто ещё одна из красивых и леденящих душу легенд Рейна и рейнских замков