В 6 утра дом уже на ногах: у каждого живущего в нем было дело, еще сонные люди, разбредясь по служебным помещениям, вяло приступали к работе. Но — ни громкого слова, ни стука нечаянно оброненной вещи, ни хлопанья дверей, потому как малейший неосторожный звук мог разбудить хозяйку, а она непорядка не терпит, суд ее над повинным скор и строг: прогнать на конюшню и высечь плетьми.

 

Убийца знал это. На второй этаж он поднялся по скрипучей лестнице, и ни одна ступенька не подала голоса. Вошел в столовую, снял сапоги и на цыпочках прокрался к спальне. Вынул из-за пазухи нож, прислушался. Тихо! Значит, спит. Что ж, сейчас он перережет ей горло.

Мгновение спустя раздался вопль...

Граф Алексей Андреевич Аракчеев, любимец двух императоров — Павла I и Александра I, — слывший человеком жестким и деспотичным, питал тем менее нежную склонность к женскому полу. Среди тех, кто не смог отказать ему, известна, например, жена секретаря Священного Синода Пуколова, дама резвая и оборотистая. Едва ли не всякое интимное свидание она завершала просьбой посодействовать какому-нибудь ее знакомому в получении должности или чина. Графу, при его влиянии на государя, выполнить сей каприз пассии ничего не стоило, и многим он открыл дорогу, пока не донеслось до него — отнюдь не искренность чувств заставляет госпожу секретаршу делить с ним холостяцкое ложе, а крупные взятки, вручаемые в благодарность за протекцию.

Оскорбленный граф перестал с Пуколовой видеться, а потом и женился, но молодая супруга через год с небольшим сбежала — не выдержала странностей характера мужа, требующего математической точности и армейского ранжира в семейном быту. Тогда он, владеющий двумя тысячами крепостных в новгородском поместье Грузине (и то и другое — подарок Павла I), начал прикупать красивых дворовых девушек у разорившихся соседей. Ядреные крестьянки, рано созревшие и ошеломленные счастливой переменой в судьбе, были в барской опочивальне послушны и без претензий. Однако очередное такое приобретение на 25 лет утихомирило Алексея Андреевича.

Читать далее...

 
Я люблю засыпать с тобой рядом,
Когда знаю, что просто могу
Посмотреть на тебя теплым взглядом
И глазами сказать, что люблю.

На часах уже почти утро,
Птицы звонко поют за окном.
Мне прощаться с тобой будет трудно,
О тебе буду думать я днем.

Я люблю просыпаться с тобою,
Ощущать всю ту нежность в тебе,
Обнимать тебя сладко рукою
И летать от блаженства во сне.

Я люблю, когда вместе часами
И нам весело каждый момент.
Я люблю, когда мы с тобой сами
Сводим ссоры и драки на нет.

Я люблю, ты поверь мне, прошу я,
Я люблю все, что есть у тебя.
И любовь нашу тоже большую
Я люблю...она все для меня!

Лю.
Lu-F@mail.ru

 

Фотограф уже был уверен, что пришел конец его собакам, но...>>>>>

Знал бы тогда, что киса еще вырастет..?!

 

Обольстителю надлежит действовать стремительно и напористо, чтобы дама, ошеломленная его натиском, пришла в себя лишь после того, как...

Лет за пять до кончины посетила Екатерину Великую заманчивая идея. Генерал Протасов — воспитатель ее любимого внука Александра — известил государыню, что в поведении юноши обнаружились настораживающие перемены: он ищет женского общества и проявляет явно преждевременный интерес к телесным формам собеседниц. — Прекрасно! — воскликнула Екатерина. — Надо немедленно научить его махаться! Однако, — тут она скептически глянула на генерала, — в сем предмете вы вряд ли искусны... Словом “махаться” в правление Екатерины обозначали вполне определенные интимные отношения. Оно даже вошло в литературу, заменяя описание “тех восторгов, кои рождаются от сладострастия”. Но императрица смотрела дальше. Александр — будущий хозяин земли русской, он должен превосходить подданных не только мудростью повелителя, но и тайными достоинствами, делающими кавалера неотразимым и желанным. Уж ей-то было ведомо, сколь важны порою победы, одержанные не на ратном поле, а те, которым обычно нет свидетелей — разве что лакей, дремлющий за дверями спальни, услышит какие-то звуки... Короче, Екатерина призвала любимого и, надо сказать, послушного внука, витиевато поразмышляла вслух о пробелах в воспитании, попросив в заключение о личном одолжении — воспринять со тщанием уроки назначенной ею наставницы.

Читать далее...

more 16 >>>

Вчера Лёшка Булгаков купил мяч для футбола. Игроков то у нас много, человек 5-6, так, , что уговаривал он меня поиграть с ними.. Ну что ж не поиграть. Опять же в чём играть? Кроссовки у меня отдыхают дома, а свои туфли уж очень жаль тратить по пустякам. Ну и уговорил он меня купить соответственно эти самые...кроссовки.
Конечно, Америка страна дорогая.
Но на очередной остановке уже за 3 минуты до отхода автобуса, Лёшка прибегает очень возбуждённый, и тянет меня в магазин (называется "Dollar General", что в переводе означает - "дешевле уже не бывает, разве на выброс.."). Говорит - "там в магазине распродажа классных кросовок, всего за 10 $." Жестикуляция и нервная мимика его (подчинённая футбольным инстинктам) заразительна до невозможности.
Времени в обрез.
Бежим.
Таки действительно - есть они эти самые..кроссовки - всего за 10$. Но надо мерить!
Мерию одни - маловаты. Мерию другие - великоваты - мерию третьи (время идёт...) вроде хорошо. Но начинаю думать - наверное взять лучше немного посвободнее - всё таки мотаться с мячом - это и до мозолей недалеко. А куда потом с мозолями? Неприятность одна...
Думаю ещё долю секунды, уже 4 пары валяются вокруг...время истекает...ладно. Решился - беру точный размер свой , Решил, что на вырост уже поздновато...в мои годы..
Расплачиваюсь, бежим назад, в автобусе уже люди недовольны задержкой - но что сделаешь, коли надо?
С чувством исполненного долга еду дальше.
Едем ещё 6 часов.
Вечером (часов в 6)приезжаем в отель и решаем пойти немного поиграть в футбол, благо репетиции сегодня нет, да и светло пока на улице.
Переодевшись в спортивный костюм, я с радостью начинаю одевать кроссовки и вдруг замечаю, что как то что то не так... Читать далее...