Родиной алхимии считается Древний Египет. Алхимики вели начало своей науки от Гермеса Трисмегиста (он же египетский бог Тот), и поэтому искусство делать золото называлось герметическим. Свои сосуды алхимики запечатывали печатью с изображением Гермеса – отсюда выражение «герметически закрытый». Существовало предание, что искусству обращать «простые» металлы в золото ангелы научили земных женщин, с которыми вступили в брак, о чем рассказано в «Книге Бытия» и «Книге пророка Еноха» в Библии. Это искусство было изложено в книге, которая называлась «Хема». Арабский ученый аль-Надим (10 век) полагал, что родоначальником алхимии был Гермес Великий, родом из Вавилона, поселившийся в Египте после Вавилонского столпотворения.
Колыбелью химии принято считать Александрийскую академию. Основанная Александром Македонским в 332 г до н.э. новая столица Египта – Александрия – быстро стала крупнейшим торговым и культурным центром античного Средиземноморья. Птолемей Сотер, соратник Александра, ставший после смерти последнего (323 до н.э.) царём Египта, основал Александрийскую академию, которая вместе с созданным при ней крупнейшим хранилищем античных рукописей – Александрийской библиотекой (около 700 000 рукописей) – просуществовала около тысячи лет (до VII в. н.э.). С академией связаны имена таких выдающихся мыслителей античности, как Евклид, Архимед, Птолемей. Греки принесли в Египет свою натурфилософию, прежде всего учение Платона и Аристотеля. В самом Египте имелась высокоразвитая ремесленная химия, причём её существенное отличие от греческой заключалось в сосредоточении ремёсел вокруг храмов, прежде всего храмов египетского бога Тота (Джехути). В храмах используемые рецептуры и технологические процессы тщательно записывались, сохранялись и оберегались от непосвящённых; в то же время они тесно связывались с астрологией и магическими обрядами. Практическими знаниями в Египте (в отличие от Греции), таким образом, обладали не только простые ремесленники – рабы и представители низших классов свободных людей, но и жрецы – достаточно образованные люди, занимающие высокое социальное положение.
Именно в Александрийской академии произошло соединение теории (античной натурфилософии) и практических знаний о веществах, их свойствах и превращениях; из этого соединения и зародилась новая наука – khemeia.


Клавдий Птолемей

Само название химии обычно считается происходящим от древнего названия Египта – Кем или Хем – и, по-видимому, оно должно было означать нечто вроде "египетского искусства". В результате объединения практических знаний египетских жрецов и натурфилософии произошли два взаимообусловленных процесса:
1. Эллинизация "священного тайного искусства" египетских жрецов. Практические знания приобрели "теоретическую базу" в виде платовско-аристотелевского учения о четырёх элементах-стихиях.
2. Мистификация натурфилософии. В рациональную систему Аристотеля были привнесены посылки Пифагора о важнейшей роли числа и прочие мистические элементы, изначально совершенно нехарактерные для аристотелевской метафизики.
Родившаяся в Александрии алхимия сразу же обзавелась небесным покровителем – им стал египетский бог Тот (Джехути) – бог луны, мудрости, счета и письма, покровитель наук, писцов, священных книг, создатель календаря, аналог греческого Гермеса, вестника богов, бога торговли, обмана и т.п.


Гермес Трисмегист
Сплендор Солис, 1535
Алхимический манускрипт

Тот-Гермес часто отождествляется с легендарным основателем алхимии Гермесом Трисмегистом (Ερμής ο Τρισμέγιστος, Трижды Величайшим), которому, по мнению алхимиков, люди обязаны существованием письменности, календаря, астрономии и пр. В Александрийской академии лаборатории "священного искусства" размещались в главном здании академии – храме Сераписа (храм жизни, смерти и исцеления). На протяжении всего своего существования алхимия оставалась наукой герметической – закрытой для непосвящённых. Основными объектами изучения александрийской алхимии являлись металлы; именно в александрийской алхимии сформировалась традиционная металлопланетная символика алхимии, в которой каждому из семи известных тогда металлов сопоставлялась соответствующая планета и день недели. Впрочем, в европейской алхимической традиции ртуть зачастую металлом не считалась, поскольку в Библии она не упомянута.



Бог Тот
Барельеф
гробницы Хоремхеба

Важнейшие алхимические знаки


Основой всех алхимических теорий является теория четырех элементов. Эта теория была подробна разработана греческими философами, такими как Платон и Аристотель. Согласно учению Платона Вселенная была создана Демиургом из одухотворенной Первичной материи . Из нее он создал четыре элемента: огонь, воду, воздух и землю. Аристотель добавил к четырем элементам пятый - квинтесенцию. Именно эти философы, по сути, и заложили фундамент того что принято называть алхимией.
Триада алхимиков - сера, соль и ртуть. Особенностью теории единства серы, ртути и соли являлась идея макро и микрокосмоса. Т.е. человек в ней рассматривался как мир в миниатюре, как отражение Космоса со всеми присущими тому качествами. Отсюда и значение элементов: Сера - Дух, Ртуть - Душа, Соль - тело. Т.о. и Космос и человек состоят из одних и тех же элементов - тела, души и духа. Если сравнить эту теорию с теорией четырех элементов то можно увидеть, что Духу соответствует элемент огня, Душе элемент воды и воздуха, а Соли элемент земля. И если при этом учесть что в основе алхимического метода лежит принцип соответствия, который на практике означает что химические и физические процессы, происходящие в природе сходны тем, что происходят в душе человека получим:
Сера - бессмертный дух (то что без остатка исчезает из материи при обжиге).
Ртуть - душа (то что соединяет тело и дух).
Соль - тело (то материальное что остается после обжига).


Лукас Йенский
Уроборос из книги
"Философский камень"


De Lapide Philisophico, 1625 Сера и ртуть также рассматривались как отец и мать металлов. При их соединении образуются различные металлы. Сера обуславливает изменчивость и горючесть металлов, а ртуть твердость, пластичность и блеск. Идея единства (всеединства), была присуща всем алхимическим теориям. На основе ее алхимик начинал свою Работу с поиска первовещества. Найдя его он путем специальных операций низводил его до первоматерии, после чего прибавив к ней нужные ему качества получал философский камень. Идея единства всего сущего символически изображалась в виде гностического змея уробороса (ouroboros) - змея пожирающего свой хвост - символа Вечности и всей алхимической Работы.



Символическое
алхимическое
изображение
уробороса

К числу несомненных практических достижений греко-египетских алхимиков следует отнести открытие явления амальгамирования металлов (описано Диоскоридом, I век н.э.). Александрийскими алхимиками был усовершенствован способ извлечения золота и серебра из руд, для чего широко применялась ртуть, получаемая из киновари или каломели. Амальгаму золота начали применять для позолоты. Алхимиками был разработан также способ очистки золота купелированием – нагреванием руды со свинцом и селитрой.
Помимо практического значения, уникальная способность ртути образовывать амальгаму привела к появлению представления о ртути, как об особом, "первичном" металле. Тому же способствовали и необычные свойства соединения ртути с серой – киновари, – которая в зависимости от условий получения имеет различную окраску – от красной до синей.
Первым значительным представителем александрийской алхимии, имя которого дошло до наших дней, являлся Болос Демокритос из Менде, известный ещё как Псевдо-Демокрит (ок. 200 до н.э.). Написанная Болосом книга "Физика и мистика" состоит из четырёх частей, посвящённых золоту, серебру, драгоценным камням и пурпуру. У Болоса впервые сформулирована идея трансмутации металлов – превращения одного металла в другой, прежде всего неблагородных металлов (свинца или железа) в золото, ставшая основной задачей всего алхимического периода.
Следует отметить, что возможность трансмутации обосновывалась алхимиками на основе теории четырёх элементов-стихий. Сами элементы, сочетанием которых образованы все вещества, способны превращаться друг в друга. Поэтому превращение одного металла, составленного из этих элементов, в другой металл, составленный их тех же элементов в другом сочетании, считалось лишь вопросом метода (искусства). Практической предпосылкой возникновения идеи трансмутации могло быть известное с древности резкое изменение окраски и свойств металла при введении некоторых добавок (например, цвет известной с IV тысячелетия до н.э. мышьяковистой меди варьируется от белого до красноватых и золотистых оттенков).
Осуществление трансмутации металлов и составило основную задачу алхимии на протяжении всего её существования. Первые описания способов изготовления сплавов, подобных благородным металлам, имеются уже в работе Болоса; в частности, там описывается приготовление латуни – жёлтого сплава меди с цинком, каковой сплав, по мнению Болоса, являлся золотом. Ещё одно дошедшее до нашего времени сочинение александрийского периода – энциклопедия, которую около 300 г. написал Зосим Панополит. В этой книге, представляющей собой производственные рецептуры, обильно сдобренные мистикой, им сведены все знания по алхимии, собранные за предыдущие пять или шесть веков. Зосим определял алхимию как искусство делания золота и серебра, причём особо указывал на запрет разглашения тайн этого искусства.


Гермес Трисмегист
Джованни ди Стефано
Мозаика, Сиенский собор

Помимо упомянутых собраний рецептур, от александрийского периода осталось также и множество герметических текстов, представляющих собой попытку философско-мистического объяснения превращений веществ, к числу которых относится и знаменитая книга "Изумрудная скрижаль" ("Tabula smaragdina") Гермеса Трисмегиста. В целом следует отметить, что об александрийском этапе алхимии известно очень мало, т.к. Александрийская библиотека была практически полностью уничтожена. Кроме того, римский император Диоклетиан, дабы исключить возможность получения дешёвого золота, приказал уничтожить все труды по алхимии.


Голова Гермеса
Ок. 500 до н.э.
Вилла Джулия, Рим

Утверждение христианства в качестве государственной религии Римской империи при императоре Константине (285-337) привело к ещё большим гонениям на алхимию, пронизанную языческой мистикой и в силу этого, безусловно, являющуюся ересью. Поскольку средоточением естествознания и античной философии являлась Александрийская академия, она неоднократно подвергались разгромам фанатиками-христианами. В 385-415 гг. были разрушены многие здания Александрийской академии, в т.ч. и храм Сераписа. В 529 г. римский папа Григорий I запретил чтение древних книг и занятие математикой и философией; христианская Европа погрузилась во мрак раннего средневековья. Формально Александрийская академия прекратила свое существование после завоевания Египта арабами в 640 г. Однако научные и культурные традиции греческой школы на Востоке сохранялись какое-то время в Византийской империи (крупнейшая коллекция алхимических рукописей хранится в Библиотеке Святого Марка в Венеции), а затем они были восприняты арабским миром.


Гермес, в греческой мифологии вестник олимпийских богов, покровитель пастухов и путников, бог торговли и прибыли. Сын Зевса и Майи, Гермес родился в Аркадии в пещере горы Киллены. Еще будучи младенцем, он ухитряется украсть коров у Аполлона. Коровы возвращают хозяину, но Гермес из панциря черепахи изготовил впервые семиструнную лиру и музыка его звучит так чарующе, что Аполлон дает ему коров в обмен на лиру. Гермес в придачу к лире вручил и свирель, за что Аполлон подарил ему волшебный золотой жезл и научил гадать. Жезл Гермеса обладает силой усыплять и пробуждать людей, примирять враждующих. Другой непременный атрибут Гермеса — волшебные крылатые золотые сандалии. Благодаря хитрости и обману Гермес освобождает Ио от Аргуса, надев шлем Аида, побеждает гигантов. Искусство плутовства он передает своему сыну Автолику. Другой сын — Пан — выступает как воплощение пастушеской ипостаси Гермеса.
Гермес одинаково вхож в мир живых и мертвых, он является посредником между людьми и богами, между людьми и обитателями аида. Он нередко выступает как покровитель героев: матери Фрикса и Геллы Нефеле он вручает златорунного барана, Персею — меч, своему потомку Одиссею открывает тайну волшебной травы, спасающей от колдовства Цирцеи. Он умеет открывать любые узы, помогает Приаму проникнуть в стан ахейцев к Ахиллу.
Гермес в поздней античности почитался как Трисмегист (отождествленный с египетским Тотом ), с которым связывались оккультные науки и герметические (т. е. закрытые) сочинения. Отсюда произошли герметизм и герменевтика. Гермес — бог-олимпиец, но его образ восходит к божеству догреческого, возможно, малоазийского происхождения. Его имя производят от наименования древних фетишей-герм — каменных столбов или груд камней, которыми отмечали места погребений, дороги, границы. В Древнем Риме с Гермесом отождествляли Меркурия.

Тот, древнеегипетский бог, покровитель алхимии. Тот – в древнеегипетской мифологии бог луны, мудрости, письма и счёта, покровитель наук, писцов, священных книг и колдовства. Центром культа Тота был г. Гермополь Великий.
Как бог ночного светила, считался "наместником Ра", когда тот ночью ходил по преисподней; как бог времени, был покровителем долголетия, престолонаследия и вообще наследства, богом мер и весов, правосудия и правды; как бог премудрости – изобретателем иероглифов, автором священных книг, магом, богом библиотек, присутственных мест, покровителем ученых и чиновников, учредителем финансов, словом – виновником и покровителем государственного и мирового порядка. Он был визирем у Осириса и Гора, когда те правили Египтом, был секретарем и вестником богов; на загробном суде Осириса Тот ведал записью деяний умершего. В мире богов Тот являлся судьей между Гором и Сетом, присутствовал при мироздании и своими изречениями содействовал расчленению хаоса.
Поздние египетские тексты величают Тота "сердцем Ра", "гортанью Амона", "владыкой времен"; постоянный эпитет Тота – "владыка словес бога" – указывает на него, как на носителя откровения, посредника между верховным божеством и миром.
Эпитеты "дважды великий" и "трижды величайший", появляющиеся в поздние эпохи египетской культуры, перешли в греческую письменность в форме Ερμής ο Τρισμέγιστος, которую стали прилагать и к отожествленному с Тотом Гермесу. Изображался Тот в виде ибиса или павиана, а также человека с головой ибиса.

Текст "Изумрудной скрижали" ("Tabula smaragdina") Гермеса Трисмегиста
Не ложь говорю, а истину изрекаю.
То, что внизу, подобно тому, что вверху, а то, что вверху, подобно тому, что внизу. И всё это только для того, чтобы свершить чудо одного-единственного.
Точно так же, как все сущие вещи возникли из мысли этого одного-единственного, так стали эти вещи вещами действительными и действенными лишь путём упрощения применительно случаю того же самого одного-единственного, единого.
Солнце – его отец. Луна – матерь его. Ветер вынашивает его во чреве своём. Земля вскармливает его.
Единое, и только оно, – первопричина всяческого совершенства – повсеместно, всегда.
Мощь его есть наимощнейшая мощь – и даже более того! – и явлена в безграничии своём на Земле.
Отдели же землю от огня, тонкое от грубого с величайшей осторожностью, с трепетным тщанием.
Тонкий, легчайший огнь, возлетев к небесам, тотчас же низойдёт на землю. Так свершится единение всех вещей – горних и дольних. И вот уже вселенская слава в дланях твоих. И вот уже – разве не видишь? – мрак бежит прочь. Прочь.
Это и есть та сила сил – и даже ещё сильнее, – потому что самое тончайшее, самое легчайшее улавливается ею, а самое тяжёлое ею пронзено, ею проникновенно.
Так, так всё сотворено. Так!
Бессчётны и удивительны грядущие применения столь прекрасно сотворенного мира, всех вещей этого мира.
Вот почему Гермес Трижды Величайший – имя моё. Три сферы философии подвластны мне. Три!
Но... умолкаю, возвестив всё, что хотел, про деяние Солнца. Умолкаю.

Византия IV века была рассадником алхимических идей в Европе. После завоевания арабами Египта в VII веке они принесли наследие александрийской школы в завоеванную ими Испанию, которая стала вторым после Византии источником распространения алхимических идей в Европе. Греческая теория первоэлементов и египетская технология трансмутации встретились в древней Александрии и были развиты арабским алхимиками (Джабир ибн Хайян, Абу Бакр Мухаммед ибн Закария Ар-Рази и др.). Summa Perfectionis арабского алхимика Джабира (1-я половина VIII века) известна как первый дошедший до нас классический труд по практической алхимии.
В VII веке началось победоносное шествие новой мировой религии – ислама – что привело к созданию огромного Халифата, включившего в себя Малую и Среднюю Азию, Северную Африку (включая, разумеется, и Египет) и юг Пиренейского полуострова в Европе. Арабские халифы, подражая Александру Македонскому, покровительствовали наукам. На Ближнем Востоке – в Дамаске, Багдаде, Кордове, Каире – были созданы университеты, на несколько столетий ставшие главными научными центрами и давшие человечеству целую плеяду выдающихся учёных. Слово khemeia преобразовалось в арабском языке в al-khimiya, давшее название описываемому этапу. Влияние ислама в арабских университетах было сравнительно слабым; кроме того, изучение трудов античных авторов не противоречило трём обязательным исламским догматам – вере в Аллаха, в его пророков и загробный суд. Благодаря этому на Арабском Востоке могли свободно развиваться научные представления, в основе которых лежало научное наследие античности, в том числе и александрийская khemeia.
Теоретической основой арабской алхимии стало учение Аристотеля и его идея о взаимопревращаемости элементов. Однако для интерпретации опытных данных, касающихся свойств металлов, теория Аристотеля оказалась не слишком удобной, поскольку описывала, прежде всего, физические свойства вещества. Арабский алхимик Айюб ал Рухави (769-835) давал следующее весьма громоздкое и туманное объяснение свойств металлов, основанное на аристотелевом учении: "Золото содержит больше влажности, чем серебро, поэтому оно более ковко. Золото жёлтое, а серебро белое, т.к. первое содержит больше тепла, а второе – больше холода. Медь суше, чем серебро или золото, и её цвет более красен, т.к. она теплее. Олово более влажно, чем серебро или золото, так же обстоит дело и со свинцом. Это объясняет, почему они так легко плавятся на огне. Больше всего влажности в ртути, поэтому она, подобно воде, испаряется на огне. Что касается железа, то оно землистее и суше, чем все остальные, … и оно с трудом поддаётся действию огня и не плавится, подобно другим, если только плавящая сила не приведена в тесное соприкосновение с ним". Развитие алхимической практики потребовало создания новой теории, основанной на химических свойствах веществ.
Абу Муса Джабир ибн Хайян (721-815), в европейской литературе известный под именем Гебер, разработал ртутно-серную теорию происхождения металлов, которая составила теоретическую основу алхимии на несколько последующих столетий. Джабир ибн Хайян создал теорию, призванную более конкретно объяснять свойства металлов (в частности, такие, как блеск, ковкость, горючесть) и обосновывать возможность трансмутации. Следует особо отметить, что ртутно-серная теория представляла собой попытку теоретического обобщения опытных данных в достаточно частном вопросе, не претендуя на всеобщность объяснения. Это в корне отличает её от классических натурфилософских учений. Суть ртутно-серной теории состоит в следующем.
В основе всех металлов лежат два принципа – Ртуть (философская Ртуть) и Сера (философская Сера). Ртуть является принципом металличности, Сера – принципом горючести. Принципы новой теории, таким образом, выступают как носители определённых свойств металлов, установленных в результате экспериментального изучения действия высоких температур на металлы. Важно отметить, что на протяжении многих веков принималось, будто действие высоких температур (метод огня) есть наилучший метод для упрощения состава тела. Следует подчеркнуть, что философская Ртуть и философская Сера не тождественны ртути и сере как конкретным веществам. Обычные ртуть и сера представляют собой своего рода свидетельства существования философских Ртути и Серы как принципов, причём принципов скорее духовных, нежели материальных. Металл ртуть, по мнению Джабира ибн Хайяна, представляет собой почти чистый принцип металличности (философская Ртуть), содержащий, тем не менее, некоторое количество принципа горючести (философской Серы).
Согласно учению Джабира, сухие испарения, конденсируясь в недрах Земли, дают Серу, мокрые – Ртуть. Затем под действием теплоты два принципа соединяются, образуя семь известных металлов – золото, серебро, ртуть, свинец, медь, олово и железо. Золото – совершенный металл – образуется, только если вполне чистые Сера и Ртуть взяты в наиболее благоприятных соотношениях. В земле, согласно Джабиру, образование золота и других металлов происходит постепенно и медленно; "созревание" золота можно ускорить с помощью некоего "медикамента" или "эликсира" (al-iksir, от греческого ξεριον, т.е. "сухой"), который приводит к изменению соотношения Ртути и Серы в металлах и к превращению последних в золото и серебро. Поскольку плотность золота больше плотности ртути, считалось, что эликсир должен быть очень плотной субстанцией. Позднее в Европе эликсир получил название "философский камень" (Lapis Philosophorum).



Проблема трансмутации, таким образом, в рамках ртутно-серной теории сводилась к задаче выделения эликсира, обозначаемого алхимиками астрологическим символом Земли. По мнению алхимиков, процесс превращения "несовершенных металлов" в "совершенный металл" – золото – может быть отождествлён с "излечением" металлов. Поэтому эликсир, согласно представлениям последователей Гебера, должен был обладать ещё многими магическими свойствами – исцелять все болезни, и, возможно, давать бессмертие. Именно эти "побочные функции" эликсира и закрепились в современном значении этого слова в русском языке. Вообще следует отметить, что арабская алхимия всегда самым тесным образом была связана с медициной, которая в арабском мире была развита весьма высоко (в частности, в Багдаде ещё в VIII веке появилась первая государственная аптека), и практически все арабские алхимики были известны ещё и как врачи.
Среди арабских учёных выделяется знаменитый бухарский врач Абу Али аль Хусейн ибн Абдаллах ибн Сина, или Авиценна (980-1037), явившийся первым критиком идеи трансмутации металлов, каковую он считал невозможной, и считавший основной задачей алхимии приготовление лекарственных средств.


Авиценна
Восточная миниатюра

Абу Бакр Мухаммед ибн Закария Ар-Рази (864-925), в европейской литературе известный как Разес, внёс в ртутно-серную теорию некоторые изменения. Поскольку свойства таких веществ, как соли металлов, довольно сложно объяснить с использованием двух принципов, Ар-Рази добавил к ним третий принцип, принцип растворимости (хрупкости) – философскую Соль. Ртуть и Сера, по его мнению, образуют твёрдые вещества лишь в присутствии этого третьего принципа. В таком виде теория трёх принципов приобрела логическую завершённость и просуществовала в неизменном виде несколько веков. Ар-Рази предпринял также попытку объединить учение Аристотеля – главную теоретическую основу алхимии – с атомистической идеей. Четыре стихии Аристотеля, по мнению Ар-Рази, это четыре вида атомов, движущихся в пустоте и различающихся формой и размером. Среди многочисленных заслуг Ар-Рази следует также отметить предложенную им классификацию веществ на три царства – минеральные, растительные и животные. Ар-Рази в своих сочинениях подробнейшим образом описывал химическую посуду, оборудование, весы и лабораторные приёмы. Вообще для арабских алхимиков было характерно тщательное отношение к описанию эксперимента; весы и лабораторная техника уже к XI веку достигли высокой степени совершенства. В частности, Абу-ар-Райхан Мухаммед ибн Ахмед Ал-Бируни (973-1050) и Абд ар-Рахман Хазини приводили в своих трудах величины плотностей металлов, отличающиеся от современных значений менее чем на один процент.
В целом именно во время арабского этапа были созданы основные теории алхимии, разработан понятийный аппарат, лабораторная техника и методика эксперимента. Арабские алхимики добились несомненных практических успехов – ими выделены сурьма, мышьяк и, по-видимому, фосфор, получены уксусная кислота и растворы сильных минеральных кислот. Арабская алхимия, в отличие от александрийской, была вполне рациональна; мистические элементы в ней представляли собой скорее дань традиции. Важнейшей заслугой арабских алхимиков стало создание рациональной фармации, развившей традиции античной медицины.
После XII века по ряду причин (как внутренних, так и внешних) арабская алхимия начала приходить в упадок. Последним крупным арабским алхимиком стал Ал Джилдаки (первая половина XIV в.), написавший ряд сочинений, очень полно суммирующих труды его предшественников. Центр научной мысли стал перемещаться в Европу.
К IV-III вв. до Р.Х. восходит начало китайской алхимии. Самый ранний из известных нам письменных источников - алхимический трактат «Цань тун ци» («О единении триады») относится ко IIв. Утраченный к началу IV века, он был воспроизведен в 947г. с комментариями Пэн Сяо и стал классической работой по китайской алхимии. В Индии алхимия играла довольно второстепенную роль, не составляя, как у древних китайцев, основной сути их религиозного мироощущения. Но уже в VIII веке до Р.Х. в раннем брахманическом тексте «Шатапатха брахмане» встречается алхимическое отождествление золота и бессмертия. Только в Шв. Индия оказалась реально затронутой первыми алхимическими влияниями: идеями трансмутации металлов в золото, алхимического использования ртути, изготовления жидкого золота для продления жизни. Индийская алхимия работала с идеей колеса с шестью спицами, делящими поле на шесть планетных царств, шесть классов существ, шесть человеческих состояний, шесть металлов. Точка в середине соответствует царю - на земле, и солнцу - на небе, и среди металлов -золоту.
В центре Вселенной, состоящей из шести планетных царств, помещается царство Солнца, или Золотой век. Известны индийские алхимические трактаты школы «расаяны» («колесницы ртути»), трактат «Йогавиджа», а также трактаты, принадлежащие к хатха-йоге: «Шива самхита», «Гхеранда самхита», «Хатха йога прадипика». Отмечено, с одной стороны, влияние индийского тантризма на даосскую алхимию и, с другой - китайской концепции инь-ян на некоторые аспекты индийской алхимии. Через индусов и арабов китайская алхимия повлияла на средневековую европейскую алхимию. В Средиземноморье произошел сложный синтез - соединение практики даосов с космологическими и онтологическими концепциями неоплатоников, гностиков, герметистов и неопифагорейцев, а также с химической технологией. В XIV в. Гартуланус Садовник написал комментарии к «Скрижали» Гермеса, вполне в даосской традиции.

Европейские государства, прежде всего страны южной Европы, достаточно тесно контактировали с Византией и арабским миром, особенно после начала крестовых походов (1-й начался в 1096 году). Европейцы получили возможность ознакомиться и с блестящими достижениями арабской цивилизации, и с наследием античности, сохранившимся благодаря арабам. В XII веке начались попытки перевода на латинский язык арабских трактатов и сочинений античных авторов. Тогда же в Европе были созданы первые светские учебные заведения – университеты: в Болонье (1119), Монпелье (1189), Париже (1200). Начиная с XIII века, можно говорить о европейской алхимии как об особом этапе алхимического периода. В период с 12 по 17 век алхимией занимались известные ученые, оставившие след в европейской науке.
Следует отметить, что между арабской и европейской алхимией имели место весьма существенные отличия. Европейская алхимия развивалась в обществе, где христианская (католическая) церковь активно вмешивалась во все светские дела; изложение идей, противоречащих христианским догматам, было делом весьма небезопасным. Алхимия в Европе с момента своего зарождения находилась на полуподпольном положении; в 1317 году папа Иоанн XXII предал алхимию анафеме, после чего всякий алхимик в любой момент мог быть объявлен еретиком со всеми вытекающими последствиями. Однако европейские властители, как светские, так и церковные, объявив алхимию вне закона, в то же время покровительствовали ей, рассчитывая на выгоды, которые сулило нахождение способа получения золота. Вследствие этого европейская алхимия, как и александрийская, изначально являлась герметической наукой, доступной только посвящённым. Этим объясняется характерное для европейской алхимии чрезвычайно туманное изложение достигнутых результатов. Впрочем, в течение довольно долгого времени европейские сочинения по алхимии представляли собой лишь переводы либо компиляцию арабских трактатов. Первым знаменитым европейским алхимиком стал монах-доминиканец Альберт фон Больштедт (1193-1280), более известный как Альберт Великий (Albertus Magnus). Труды Альберта Великого («Книга об Алхимии», «О металлах и минералах», «Алхимический свод» и пр.) сыграли важную роль в том, что натурфилософия Аристотеля стала наиболее значимой для европейских учёных позднего средневековья и начала Нового Времени. Альберт Великий первым из европейских алхимиков детально описал свойства мышьяка, почему ему иногда приписывают открытие этого вещества. Альберт Великий высказывал даже мнение о том, что металлы состоят из ртути, серы, мышьяка и нашатыря.
Современником Альберта Великого был английский монах-францисканец Роджер Бэкон (1214-1292), написавший, в частности, знаменитейшие трактаты «Зеркало Алхимии» и «Могущество алхимии». В трактатах даётся подробное описание природы металлов с точки зрения ртутно-серной теории. Роджер Бэкон определял алхимию следующим образом: "Алхимия есть наука,


Альберт Великий

указывающая, как приготовлять и получать некоторое средство, эликсир, которое, брошенное на металл или несовершенное вещество, делает их совершенными в момент прикосновения".
По мнению Бэкона и последователей, приготовление эликсира из "первичной субстанции" должно было осуществиться в три стадии – нигредо (чёрная стадия), альбедо (белая, в результате которой получается малый эликсир, способный превращать металлы в серебро) и рубедо (красная, продуктом которой и является великий эликсир – магистерий).
В работах Альберта Великого и Роджера Бэкона, как и в сочинениях арабских алхимиков, доля мистицизма была сравнительно невелика. В то же время для европейской алхимии в целом мистические элементы значительно более характерны, нежели для арабской. К основоположникам мистических течений часто относят испанского врача Арнальдо де Виллановы (1240-1313) и Раймунда Луллия (1235-1313). Их труды («Завещание, излагающее в двух книгах всеобщее химическое искусство» Раймунда Луллия, «Розарий философов» Арнальдо де Виллановы и др.) также были посвящены трансмутации (Луллий даже утверждал, будто ему удавалось получать философский камень и золото), причём особый упор делался на магических операциях, необходимых для получения желаемых результатов.
Мистические течения в европейской алхимии занимали очень значительное место. Алхимики-мистики сформулировали дополнительные задачи своей науки; общее число задач было равно, естественно, семи:
1. Приготовление Эликсира или Философского Камня (Lapis Philosoiphorum);
2. Создание гомункулуса;
3. Приготовление алкагеста – универсального растворителя;
4. Палигенез, или восстановление растений из пепла;
5. Приготовление мирового духа (spiritus mundi) – магической субстанции, растворяющей золото.
6. Извлечение квинтэссенции.
7. Приготовление жидкого золота (aurum potabile), совершеннейшего средства для излечения.
Достижению поставленных целей должны были послужить двенадцать основных алхимических операций, каждая из которых соотносилась с определённым зодиакальным созвездием. Именно по мистическим соображениям мышьяк и сурьму алхимики отказывались признавать самостоятельными металлами, т.к. для них не хватает планет, которых, по тогдашним представлениям, всего семь; мистическая связь алхимии и астрологии имела для алхимиков большее значение, чем факты. Мистицизм и закрытость европейской алхимии породили, естественно, значительное число мошенников от алхимии.
Тем не менее, в XIV-XV веках европейская алхимия добилась значительных успехов, сумев превзойти арабов в постижении свойств вещества. В 1270 году итальянский алхимик кардинал Джованни Фиданца (1121-1274), известный как Бонавентура, в одной из попыток получения универсального растворителя получил раствор нашатыря в азотной кислоте (aqua fortis), который оказался способным растворять золото, царя металлов (отсюда и название – aqua Regis, т.е. царская водка). Имя самого значительного из средневековых европейских алхимиков, работавшего в Испании в XIV веке, осталось неизвестным – он подписывал свои сочинения именем Гебера. Псевдо-Гебер первым подробно описал сильные минеральные кислоты – серную и азотную. Использование в концентрированных минеральных кислот в алхимической практике привело существенному росту знаний алхимиков о веществе.
Альберт Великий работал с сернокислым железом, отделял золото от серебра при помощи азотной кислоты, по-видимому, выделил мышьяк в чистом виде. Роджер Бэкон писал о потухании веществ без доступа воздуха, о способности селитры взрываться с горящим углем. И Бэкон и Альберт Великий знали свойства смеси селитры, серы и угля. Раймунд Луллий применял холодильник при получении углекислого аммония из перегнанной мочевины, изготовил бикарбонат калия. Неизвестный автор, писавший под именем Василия Валентина (XIV в.), открыл серный эфир, соляную кислоту, многие соединения мышьяка и сурьмы. В его книге «Триумфальная колесница сурьмы» описываются способы получения сурьмы и ее медицинское применение (сурьма была любимым лекарством алхимиков, которые мечтали получить из нее средство для лечения всех болезней).
Парацельс первым описал цинк, ранее неизвестный. Он же начал использовать в лечебных целях химические соединения. Ян Баптист ван Гельмонт ввел термин "газ". Иоганн Рудольф Глаубер обнаружил сульфат натрия (глауберову соль), сочтя его философским камнем. Джамбаттиста делла Порта (1541 - 1615) изготовил оксид олова. Блез Виженер (1523 - 1596) открыл бензойную кислоту. Эти примеры, перечень которых далеко не полон, наглядно свидетельствуют о том, что "ненаучные" исследования алхимиков пошли на пользу не только избранным адептам, но и человечеству в целом.
Многие открытия носили сенсационный характер. В 1602 г. сапожник и алхимик Винченцо Касциароло в горах Болоньи нашел камень, который был настолько тяжел, что Касциароло заподозрил в нем наличие золота. Пытаясь выделить золото из камня, алхимик прокалил его с углем и селитрой и тут же обнаружил, что охлажденный продукт светится в темноте красноватым светом. Известие об этом поразило алхимиков и тяжелый шпат (сернокислый барий) стал объектом химических операций. Он получил ряд названий: солнечный камень, болонский фосфор и т.д. В 1774 г. было установлено, что в тяжелом шпате содержится особая «земля». Неизвестный ранее металл получил название «барий» от греческого слова «тяжелый». В середине XVII столетия гамбургский алхимик Хенниг Бранд в поисках философского камня, перегоняя человеческую мочу, обнаружил, что при прокаливании осадка последний светится в темноте. Это было ново и необычно! Этот фокус Бранд показывал любителям и получал за это плату, а потом продал свой «секрет» гамбургскому алхимику Иоганну Крафту. Почти сто лет существовала фосфорная спекуляция, так как способ получения держался всеми в секрете. Только в 1743 г. немецкий химик Андрей Сигизмунд Маргграф (1709-1782) нашел более совершенный способ получения фосфора и опубликовал его, после чего началось изучение фосфора и его соединений.
Книгопечатание (первая типография Гутенберга, Шеффера и Фауста была открыта в Майнце в 1450 г.) сыграло большую роль в распространении алхимических сочинений. Так как печатание обходилось на первых порах достаточно дорого, многие анонимные алхимики для придания авторитета своим сочинениям печатали их под именами известных философов и ученых древнего мира – Платона, Пифагора, Демосфена и других не менее почетных лиц. Также появились во множестве переводы якобы с арабского языка, хотя впоследствии эти рукописи нигде не были обнаружены.
К середине XVI века в европейской алхимии стало очевидным быстро прогрессирующее разделение. С одной стороны, это вырождающееся мистическое направление, представители которого по-прежнему пытались осуществить трансмутацию металлов с помощью магии, с другой – набирающие силу рациональные течения. Наиболее значительными из последних являлись ятрохимия и техническая химия, ставшие своего рода переходным этапом от классической алхимии к новой научной химии.
Главным результатом алхимического периода, помимо накопления значительного запаса знаний о веществе, стало становление эмпирического (опытного) подхода к изучению свойств вещества. Алхимиками была разработана ртутно-серная теория (теория трёх принципов), призванная обобщить опытные данные. В целом алхимический период явился совершенно необходимым переходным этапом между натурфилософией и экспериментальным естествознанием.
Однако алхимии изначально были присущи очень серьёзные отрицательные черты, которые и сделали её тупиковой ветвью развития естествознания. Во-первых, это ограниченность предмета лишь трансмутацией металлов; все алхимические операции с веществом были подчинены этой главной цели. Во-вторых – мистицизм, в большей или меньшей степени присущий всем алхимикам. В-третьих, это догматизм теории – учение Аристотеля, лежащее в основе идеи трансмутации, принималось за истину в последней инстанции без каких-либо обоснований. Наконец, изначально характерная для алхимии закрытость являлась существенным препятствием для развития этой науки.

В XVI и XVII вв. вся Европа была охвачена манией получения золота, многие коронованные особы ревностно занимались алхимией. Таков, например, английский король Генрих VI, в правление которого страна была наводнена фальшивым золотом и фальшивой монетой. Металл, игравший в этом случай роль золота, был по всей вероятности медной амальгамой. Во Франции также действовал и Карл VII вместе с известным мошенником Жаком ле Кер (Jacques ie Соeur). Даже женщины, как напр. императрица Варвара, вдова императора Сигизмунда, стоит в списках адептов.. Все знатные дворы покровительствовали лицам, искавшим философский камень. В числе их были короли Франции, Германии, Италии, Испании. Это привело к тому, что среди людей науки появилось множество шарлатанов, которые не столько стремились превратить металлы в золото, сколько выкачивали золото из карманов своих покровителей. Люди этого типа переходили от двора ко двору и исчезали, когда их деятельность становилась опасной для жизни. Описание приключений любого из этих героев может составить содержание целого романа. Одним из характерных людей той эпохи был Доминика Эмануэль Каэтан. Как алхимик он начал практиковать в Мадриде. Его принял затем вице-король Нидерландов, которому он обещал изготовить заветную тинктуру для получения драгоценных металлов. Были израсходованы большие деньги, а успеха все не было. В результате Каэтан был посажен в тюрьму, где просидел 6 лет. Однако судьба снова ему улыбнулась, и после многих приключений он попадает к императору Леопольду I (1640-1705), который предоставляет ему большую лабораторию. Смерть Леопольда прервала удачную полосу в жизни Каэтана, но довольно скоро он принят при дворе прусского короля Фридриха I (1657-1713). Король, подражая французскому двору, где при Людовике XIV процветает алхимия, покровительствует Каэтану и позволяет ему морочить себя в течение ряда лет. Конец этого авантюриста был традиционным: в 1709 г. он был осужден и повешен на виселице, украшенной мишурным золотом. Чтобы снять с себя ответственность, многие алхимики ссылались на якобы полученный от кого-то секрет. В 1648 г. граф фон Рутц в Праге в присутствии императора Фердинанда III получает золото посредством порошка, приобретенного у алхимика Рихтгаузена, который в свою очередь приобрел его у другого лица. Порошок (хлористое золото?) оказался действенным – золото было получено. Фердинанд велел из этого золота выбить медаль с надписью: «Божественное превращение, произведенное в Праге 15 января 1648 г. в присутствии Его Императорского Величества Фердинанда III» (в подлиннике надпись сделана по-латыни). Еще в конце XVIII столетия эта медаль хранилась в Венском казначействе.
Император Рудольф II был покровителем странствующих алхимиков, и его резиденция представляла центр алхимической науки того времени. Императора называли германским Гермесом Трисмегистом и его пример нашел подражание главным образом при соседнем саксонском дворе. Курфюрст Август Саксонский и его супруга Анна Датская производили опыты: первый — в своем дрезденском «Золотом дворце» (Goldhaus), а его супруга — в роскошно устроенной лаборатории на своей даче «Фазаний сад»(Fasanengarten) в Аннабурге. Дрезден долго оставался столицею государей, покровительствующих алхимии, и эта последняя в особенности служила предметом ревностного изучения в то время, когда соперничество за польскую корону требовало значительных денежных расходов. Берлинский двор при курфюрсте Иоанне Георге также служил ареной для шарлатана Леонарда Турнгейсера, который однако был вынужден впоследствии бежать из Берлина. Более чем 100 лет спустя появился в Дрездене Иоганн Фридрих Беттгер, который хотя и не добыл золота, но зато в 1704 году, во время своего ареста, впервые в Европе получил коричневый яшмовый фарфор, а в 1709 году и белый фарфор.
Вторая половина XVII в. оставила самые причудливые воспоминания о людях, которые выдавали себя не только за алхимиков, врачей, магов, но и за знатоков всех проблем, волнующих человека. Эта плеяда авантюристов, шарлатанов, шулеров добивалась титулов, почета, восхищения, известности, хотя иногда кончала свой жизненный путь в тюрьме или заточении. Кто не слыхал таких имен, как граф Сен-Жермен, Калиостро, Казанова, Джон Лонг? А сколько еще подобных им людей, менее известных потомкам, занимало умы своих современников?
Граф Сен-Жермен – любимец короля Людовика XV и мадам де Помпадур. Это о нем пишет Пушкин в «Пиковой даме»: «Вы слышали о графе Сен-Жермене, о котором рассказывают много чудесного. Вы знаете, что он выдавал себя за вечного жида, за изобретателя жизненного эликсира и философского камня, и прочая. Над ним смеялись, как над шарлатаном, а Казанова в своих Записках говорит, что он был шпион; впрочем, Сен-Жермен, несмотря на свою таинственность, имел очень почтенную наружность и был в обществе человек очень любезный». А далее идет история, как Сен-Жермен называет бабушке рассказчика заветные три карты и дает ей возможность отыграться и покрыть карточный долг.
Королем шарлатанов называют Калиостро (Джузеппе Бальзамо, 1743-1795): безвестный итальянец, он вступает в сношения с папой Климентом XIII, входит в круг масонов, создает «Египетскую ложу»; открывает свою алхимическую лабораторию; хотя в Петербурге его ловят на мошенничестве во время сеанса получения золота, он выступает в Лондоне, Нидерландах, Италии; успех сменяется падением и снова успех. Кончает он судом инквизиции, заточением и смертью в монастырской тюрьме.
Последний из авантюристов того времени Джакомо Казанова (1725-1798), в свое время прославившийся как знаток химии, астрономии, медицины, оказался еще и историографом своей эпохи. Его пережила слава его «Записок». Стефан Цвейг в книге «Три певца своей жизни» одну главу посвящает Казанове и его творению. Но ни Цвейг, ни кто-либо другой не видели оригинала этих мемуаров. Цвейг пишет, что рукопись в 1820 г. была куплена известным немецким издателем Брокгаузом и до сих пор хранится в несгораемом шкафу фирмы, а в свет был пущен перевод, грешивший искажениями и неточностями. Если это так, то Казакова переживет еще третий период успеха, когда владелец рукописи отдаст ее наконец на суд читателей.
Но и после распространения уже собственно химии, алхимия вызывала интерес у многих, в частности и Иоганн Вольфганг Гете несколько лет посвятил изучению трудов алхимиков.


Иоганн Вольфганг Гёте
Ангелика Кауфман


Из дошедших до нас алхимических текстов видно, что алхимикам принадлежит открытие или усовершенствование способов получения ценных соединений и смесей, таких, как минеральные и растительные краски, стекла, эмали, соли, кислоты, щелочи, сплавы, лекарственные препараты. Они использовали такие приемы лабораторных работ, как перегонка, возгонка, фильтрование. Алхимики изобрели печи для длительного нагревания, перегонные кубы. Достижения алхимиков Китая и Индии остались неизвестны в Европе. В России алхимия не была распространена вплоть до петровских реформ, но почти все русские алхимики (самый знаменитый из них сподвижник Петра, граф Яков Брюс) иностранного происхождения.


Генерал-фельдмаршал
граф Яков Брюс

История алхимии, особенно западной, может быть включена в систему естественно-научных знаний средневековья. При этом должно критически отнестись к многочисленным рукописям алхимиков-шарлатанов, равно как и к свойственному средневековью схоластическому способу мышления, господству магии и мистики в науке, что отразилось и на языке алхимии, и на её конечных результатах. Впрочем, невозможность "трансмутации" металлов выяснилась путём эксперимента, в ходе тщетных поисков только в 16 в., ко времени возникновения ятрохимии, которая вместе с прикладной (технической) химией к концу 18 - началу 19 вв. привела к становлению химии как науки.
Искусственное получение золота или серебра было для науки того времени просто практической задачей. Исходная же теоретическая посылка алхимии - идея о единой природе вещества и всеобщей его превращаемости - едва ли может быть названа ложной.
В алхимии неразрывно соединились разнообразные проявления творческой деятельности средневекового человека. В связи с этим иносказательность многих алхимических трактатов может быть объяснена тем, что в них органически слились естественнонаучные и художественные представления о мире (таковы алхимические стихи классика английской литературы XIV века Дж. Чосера и т.д.). Кроме того, деятельность алхимика - ещё и философско-теологическое творчество, причём такое, в котором проявлялись как языческие, так и христианские её истоки. Именно поэтому оказалось так, что там, где алхимия христианизирована (белая магия), этот род деятельности легализуется христианской идеологией. Там же, где алхимия выступает в своём дохристианском качестве (чёрная магия), она признаётся неофициальным, а потому запретным делом. Это во многом объясняет трагическую участь некоторых европейских алхимиков (например, Роджера Бэкона, алхимика Александра Сетона Космополита и др.). Таким образом, в европейской алхимии могли сочетаться теоретик-экспериментатор и практик-ремесленник, поэт и художник, схоласт и мистик, теолог и философ, маг-чернокнижник и правоверный христианин. Такой взгляд на алхимию позволяет понять её как явление, сосредоточившее в себе многие особенности уклада древних, темных и средних веков.

Бетгер Иоганн Фридрих (Bottger, 1682-1719), немецкий алхимик. Основные труды связаны с поиском компонентов фарфоровой массы и их оптимального соотношения. Получил в 1705-1707 ее первые образцы, на основе которых было организовано производство саксонского фарфора. В 1707 приготовил первый в Европе твердый белый фарфор, разработал технологию его производства и в 1710 организовал в Мейсене (Саксония) мануфактуру, выпускавшую всемирно известный мейсенский фарфор.

Для этого ритуала вам понадобятся следующие снадобья: свежая, еще теплая, бычья (или коровья, в женском варианте омоложения) кровь, парное овечье молоко, кашица из пророщенных заранее зерен пшеницы и колодезная вода. Крови должно быть немало, ей предстоит намазать все тело, молока около ведра, столько же зерен пшеницы и воды. Обряд проводить только на растущей луне соблюдая женские и мужские дни.
Итак, желающий помолодеть на десять-пятнадцать лет должен будет раздеться донага и начать растирать свое тело свежей бычьей кровью. При этом нельзя пропускать ни одного лоскутка кожи и клочка волос. Оставшуюся кровь вылейте в заранее припасенную посуду. Далее, берите горстями проросшие зерна и покрывайте ими кожу тонким и равномерным слоем. Затем зачерпывайте ладонями и втирайте в кожу и волосы сначала молоко, затем воду. Оставшуюся воду, молоко и зерно добавьте в уже приготовленную посуду с кровью. Теперь самое неприятное: поскольку омоложение должно быть не только внешним, но обязательно и внутренним, то перемешайте остатки ингредиентов и съешьте три горсти получившегося снадобья. После прочтите трижды, без запинки, заклятие на омоложение:
«Заклинаю себя, раба (рабу) (имярек) колодезной водой, бычьей рудой, хлебным зерном, овечьим молоком от ветхой старости, змеиной годины и неупокоя. Ставлю себе срок десять годков. Сагана Амакула. Нима».
После этого нужно смыть с себя все в бане, хорошо попарившись, естественно без свидетелей.

ХИМИЧЕСКАЯ СВАДЬБА ХРИСТИАНА РОЗЕНКРЕЙЦА

ХИМИЧЕСКАЯ СВАДЬБА ХРИСТИАНА РОЗЕНКРЕЙЦА
Написано в году 1549
Опубликовано Валентином Андреа в 1616 г.

Перевод в некотором сокращении
_______________

День первый

В канун Пасхи я сидел за столом в своем доме на вершине холма, готовя свое сердце к празднеству следующего дня, как вдруг поднялась ужасная буря, казалось, весь холм, на котором стоял мой дом, вот-вот развалится на части.*1

Я испугался, подумав, что это, должно быть, еще один трюк дьявола, причинившего мне немало зла, и тут вдруг почувствовал, будто меня дергают сзади за платье. В ужасе я оглянулся и тут увидел прекрасную восхитительную Деву*2 в небесно-голубом одеянии, усеянном золотыми звездами и с большими красивыми крыльями, имевшими множество глаз. С помощью этих крыльев она могла подниматься вверх. В правой руке она держала золотую трубу, а в левой — большую пачку писем, на всех языках, которые она должна была разнести по всем странам.

Из этой пачки писем она выбрала одно и почтительно положила его на стол. Затем без единого слова она расправила крылья и улетела вверх, издав на своей трубе прекрасной такой могучий звук, что добрую четверть часа после этого весь холм отзывался на него эхом.

Со страхом и дрожью я взял письмо. Оно оказалось таким тяжелым, как будто все состояло из золота. Маленькая печать скрепляла его, а на ней был оттиснут необычный крест с надписью: "В этом знаке — победа"*3. Это принесло мне величайшее утешение, так как я знал, что этот знак был мало приятен и менее того полезен дьяволу.

В письме я обнаружил стихи, написанные золотыми буквами на лазурном фоне:

День этот, этот, этот день,
Есть королевской Свадьбы день.
Если ты рожденьем и выбором Бога
Приглашен на это празднество,
То возрадуйся!
Тотчас иди на гору,
Где стоят три величественных храма,
И узри там все от начала до конца.
Вначале тщательно проверь себя:
Пусть тот, кто весит слишком
Мало, остережется.
Ни одного гостя не потерпит эта Свадьба
Кто не хранит бдительность и нечист.

По мере того, как я читал эти предостережения, волосы мои вставали дыбом. Семь лет тому назад я узнал, в видении, что буду приглашен на Королевскую Свадьбу, и теперь, когда я определил положение планет, то убедился, что в самом деле наступило указанное тогда время. Но когда я исследовал себя, как получившего приглашение, и узрел свое невежество в мистических вещах, свое угождение плоти, свои построения величавых дворцов в воздухе и тому подобные чувственные замыслы, то был так потрясен своим ничтожеством, что заколебался между надеждой и страхом. Непонятные слова о трех храмах также огорчили меня.

Наконец я обратился к моему доброму ангелу с просьбой, чтобы он во сне направил меня по правильному пути, и уснул.

Во сне я обнаружил себя в мрачной темнице, скованным одной цепью со множеством компаньонов, пытающихся разорвать свои цепи и карабкающихся как пчелы один на другого. Когда вскоре мы услышали звуки труб и литавр и в открывшуюся темницу проник маленький лучик света, я умудрился ускользнуть от своих компаньонов и приподнять себя на валун возле стены темницы.

Затем у края отверстия появился старик со снежно-белыми локонами. Призвав к тишине, он объявил, что по милости его Древней Матери*4 к нам будет семь раз спущена веревка. Если кто-нибудь из нас сможет ухватиться за нее, то он будет поднят наверх и получит свободу.*5

Когда слуги Древней Матери спустили веревку, я никак не мог дотянуться до нее, а на кутерьму остальных было жалко смотреть. Через семь минут зазвонил маленький колокольчик, и веревка была вытянута наверх с четырьмя человеками, уцепившимися за нее. Снова и снова спускалась веревка, и каждый раз еще несколько человек вытаскивалось наверх; уже освобожденные помогали слугам тянуть.

На седьмой раз веревка качнулась в сторону, и мне удалось схватиться за нее, но когда веревку потянули вверх, я ударился головой об острый камень и начал истекать кровью, однако, несмотря на безнадежное положение, меня все же вытянули.

Затем темница снова закрылась, и мы, поднятые наверх, были освобождены от наших оков, а наши имена были записаны на золотую табличку. Потом мы поблагодарили Древнюю Мать за свое освобождение и начали прощаться с ней, каждому из нас был дан для расходов кусок золота. На одной его стороне было изображено восходящее солнце, на другой стороне стояли буквы D.L.S.*6

Что касается меня, то я едва мог двигаться из-за ран, оставленных на моих ногах цепями. Древняя Мать, видя это, сказала мне: "Сын мой, пусть эти раны не тревожат тебя, но благодари Бога, позволившего тебе даже в этом мире вступить в такой высокий свет. Сохрани эти раны в память обо мне".

Проснувшись, я обдумал свой сон и понял из него, что Бог удостоил меня правом присутствия на этой мистической и тайной Свадьбе. Я облачился в белые полотняные одежды, накинул на плечи кроваво-красный плащ, завязав его крестообразно*7, а к шляпе прикрепил четыре красных розы. Затем я взял хлеба, соли и воды*8, и радостный, отправился в путешествие.


День второй

Переполненный радостью окружающей природы, я шел, напевая, через лес, направляясь к зеленой степи, где стояли три высоких кедра. На одном из них была прикреплена табличка, предлагавшая выбрать один из четырех путей на Свадьбу.

Первый из них был описан как короткий, но опасный, ведущий в каменистые, едва проходимые места. Второй был длинный, но легкий. Третий путь был королевский, которым мог следовать лишь один из тысячи. Четвертым был путь, окруженный огнями и облаками, доступный только очищенным телам.*9

Табличка предупреждала также, что если однажды мы ступили на один из этих путей, то возврата уже не будет, и что если мы знаем за собой хотя бы маленький недостаток, то нам лучше не идти дальше.

Перед этими страшными предупреждениями я опустился на землю у основания дерева в большом вопнении духа. Так я сидел, сбитый с толку, обдумывая, вернуться ли, а если нет, то какому пути следовать, и, вынув из сумки кусок хлеба, начал его есть.

Вдруг сидевший в ветвях снежно-белый голубь спорхнул вниз и очень смело приблизился ко мне. Я охотно разделил с ним свой кусок хлеба. Но на голубя ринулся черный ворон. Голубь пытался найти спасение в полете, ворон устремился за ним, а я за вороном.

Когда я прогнал ворона прочь, то вспомнил о сумке и хлебе, оставленных подле кедра. Но когда я обернулся, чтобы идти искать их, то поднялся такой сильный встречный ветер, что едва не свалил меня с ног. В то же время ничто не препятствовало мне идти вперед. Осматриваясь вокруг, я обнаружил, что уже ступил на один из четырех путей — на длинный окольный путь*10.

Так что весь этот день я шел этой дорогой, стараясь не сбиться ни влево, ни вправо. Путь сам по себе был настолько тернист, что я не раз сомневался в нем, но голубь летел прямо на юг и с его помощью я шел прямо по указанному пути. Наконец перед самым заходом солнца я заметил величественный портал, стоявший вдали высоко на холме. Я ускорил шаги, чтобы достичь его до наступления темноты.

Когда наконец я дотащился до портала, то от него навстречу мне выступил почтенный мужчина в небесно-голубых одеждах и представился мне как Страж Врат. Он спросил у меня письмо и Приглашение. С какой радостью я представил его!

Когда Страж услышал мое имя и узнал, что я брат Розы Креста, он удивился и, казалось, очень обрадовался. Он обошелся со мной с большим уважением и сказал: "Войди, брат мой, желанный гость ты для меня!"

В обмен на мою бутылку воды Страж дал мне золотой жетон и запечатанное письмо для Стража Вторых Врат. Он также попросил меня, чтобы я вспомнил о нем, когда это окажется для меня полезным.

Сгущались сумерки. Прекрасная Дева*11 в небесно-голубом одеянии и с чудесным факелом в руке начала зажигать фонари вдоль дороги к внутренним Вратам. Я поспешил дальше, но был напуган ужасным львом, сидевшим на цепи и загородившим мне дорогу. Как только он увидел меня, тут же поднялся и двинулся ко мне со страшным рыком.

Тут проснулся Страж, спавший на мраморной плите. Он отогнал льва и, прочитав запечатанное письмо, приветствовал меня с величайшим уважением, воскликнув: "Во имя Бога, добро пожаловать ко мне, человек, которого я уже давно рад видеть!"

В обмен на мою соль этот Страж дал мне другой золотой жетон.

К этому времени сумерки еще более сгустились и в Замке зазвонил колокол. Страж посоветовал мне быстрее бежать дальше, иначе я не успею достичь Врат, лежащих глубоко внутри, до того, как они закроются на ночь. Огни вдоль тропы стали гаснуть, и я был благодарен факелу Девы, ведшему меня сквозь темноту. Как только я вошел в Третьи Врата, ступая почти по пятам Девы, они так быстро захлопнулись, что прищемили часть моей одежды. Она так и осталась там, потому что мне не удалось уговорить Стража вновь открыть Врата.

Третий Страж записал мое имя в маленькую книжечку из тонкого пергамента и дал мне третий золотой жетон и пару новой обуви, потому что пол в Замке был из чистого, сияющего мрамора. Свою старую обувь я отдал нищему, сидевшему рядом с Вратами.

Два пажа, держа по факелу в руках, ввели меня в Замок и оставили одного в маленькой комнатке, где, к моему ужасу, незримые парикмахеры срезали у меня на макушке волосы, оставив висеть остальные седые локоны. Срезанные волосы были аккуратно собраны и унесены невидимой рукой.

Зазвонил колокольчик. Два пажа, светя факелами, повели меня через множество дверей по вьющимся лестницам в просторный зал, где было множество гостей — императоры, короли, принцы, лорды, знатные и не знатные, богатые и бедные, люди всех сортов, среди которых кое-кого я хорошо знал и не имел никаких оснований уважать. Последние, когда я спросил их, каким путем они попали сюда, рассказали, что вынуждены были карабкаться по камням.*12

Вскоре, когда зазвучали трубы, приглашавшие нас на пир, именно эти люди захватили почетные места, так что для меня и еще нескольких огорченных остался лишь маленький уголок за самым нижним столом. Но зато возле меня сидел прекрасный спокойный человек, чудесно рассуждавший о великолепных предметах.

Затем было внесено мясо и невидимыми руками роздано гостям, причем сделано это было очень искусно. Когда один из гостей похвастался, что видит этих слуг, то один из них так славно съездил кулаком по его лживой морде, что не только он, но и многие примолкли как мыши.

Люди похотливого сорта, захмелев, начали хвастаться своими способностями — один слышал ритмы небес, другой видел идеи Платона, третий мог сосчитать атомы Демокрита. Один старался доказать это, другой — то, а в целом наиболее жалкие идиоты шумели громче всех.

Среди этого шума и крика я проклинал день, когда решился прийти сюда. Я подумал, что Новобрачный поступил бы благоразумно, выбрав других дураков вместо меня на Свадьбу. Но так было только сначала.

Вдруг послышались чудесные мелодии. Музыка заиграла громче и была так торжественна, как будто предшествовала выходу римского императора. Сама собой открылась дверь, и в зал вошли тысячи пажей, марширующих с зажженными тонкими свечками. За ними скользил по воздуху позолоченный трон, где сидела Дева, светившая мне факелом на пути к Замку. Вместо небесно-голубых на ней были белоснежные одежды, сверкавшие чистейшим золотом.

Она приветствовала нас от имени Невесты и Жениха и предупредила, что на следующее утро мы все будем взвешены для выявления достойных присутствовать на Свадьбе. Каждый, кто чувствует себя достойным, будет сейчас препровожден в свою спальню, все сомневающиеся должны провести эту ночь в зале.

Когда Дева отбыла на своем парящем в воздухе троне, свечи, несомые невидимыми руками, проводили уверенных в себе к их постелям. Только я и еще восемь человек остались в зале, среди них мой застольный компаньон. Часом позже в зал пришли пажи, связали всех девятерых веревками и оставили нас в темноте и беспокойстве, оплакивающими самонадеянность, с которой мы приняли приглашение на Свадьбу.

Ночью мне приснилось, что я стою на высокой горе, возвышающейся над обширной долиной, в которой было множество повешенных. Одни висели выше, другие — ниже на своих веревках. Глубокий старик летал среди них и перестригал ножницами веревки. Висящие низко над землей падали мягко, висящие высоко с позором летели вниз. Это зрелище развеселило меня до глубины души и в приступе смеха я проснулся.


День третий

На рассвете все, считавшие себя достойными, снова пришли в зал, где мы лежали связанными. Фанфары возвестили о приходе Девы. Она явилась в красном бархате, опоясанная белым шарфом, и с зеленым лавровым венком на голове*13.

Ее сопровождали двести вооруженных рыцарей в красных и белых плащах. Она велела развязать нас и посадить на места, с которых будет хорошо видно все, что произойдет в дальнейшем. Увидев меня, она улыбнулась и воскликнула: "Бедняга! Вы тоже подчинили себя рабству? Я полагала, что вы уже достойно очистили себя!"

Затем были внесены огромные золотые весы и подвешены в середине зала. Возле них поместили маленький столик, накрытый красной скатертью. На столик поставили семь гирь: одну большую, четыре поменьше и две, каждая из которых была больше всех предыдущих. Рыцари разделились на семь групп, командиру каждой группы был поручен надзор за одной из гирь.*14

Полный достоинства император был первым, кто ступил на весы. Рыцари одну за другой положили гири. Первые шесть он выдержал, но когда положили седьмую, его чаша была перевешена, после чего его связали и передали с великой мукой шестой группе рыцарей. Один за другим были взвешены все остальные императоры и их всех постигла участь первого, за исключением последнего, непоколебимо выдержавшего все до конца и, казалось, что если бы были еше гири, они все равно не смогли бы его перевесить.

Дева встала, поклонилась ему и дала мантию из красного бархата и лавровую ветвь, а затем посадила его на ступень у своего трона.

Затем все остальные были по очереди взвешены. Из каждой категории один, самое большее два, выдерживали испытание, а чаще ни одного. Каждый выдержавший награждался красной бархатной мантией и лавровой ветвью и садился на ступени у трона Девы.

Теперь настала наша очередь, — тех, кто спал в зале. Из нас только мой компаньон и я выдержали все гири. Мой компаньон держался так мужественно, что все даже зааплодировали ему, и Дева проявила к нему наиболее глубокое уважение. Когда наконец, весь дрожа, ступил на весы я, то мой компаньон, уже сидевший в мантии на ступени, дружески взглянул на меня, и сама Дева улыбнулась мне.

Я так легко перевесил все гири, что Дева велела стать на другую чашу весов троим рыцарям в полном вооружении. Тогда на нее влез один из пажей, и я выдержал их всех, и он громко крикнул: "Это он!"

Поскольку я оказался самым тяжелым, Дева позволила мне освободить по своему выбору одного из пленных. Я выбрал первого императора. Его тотчас же развязали и со всяческим уважением усадили возле нас. Между тем Дева заметила у меня в руках розы, которые я взял из своей шляпы, и через своего пажа любезно попросила их у меня. Я тут же охотно послал их ей.

К 10 часам утра мы все были взвешены. Затем последовал завтрак, во время которого мы в своих красных мантиях сидели за высоким столом, накрытым также красным бархатом и уставленным кубками из чистого серебра и золота. Тут же два пажа от имени Новобрачного подарили нам эмблемы Золотого Руна и Летающего Льва*15.

Невидимые раньше служители стали теперь видны для нас, что бесконечно радовало меня. Для остальных, не выдержавших испытание и теперь сидевших за нижними столами, служители по-прежнему были невидимы.

Когда с едой было покончено, и золотой кубок, присланный Новобрачным, обошел круг, мы, новые рыцари Золотого Руна, сидевшие на ступенях у трона Девы, были приглашены в сад, чтобы посмотреть на тех, кто потерпел неудачу. Дева повела нас по извивающимся лестницам в галерею. Но как там вел себя по отношению ко мне освобожденный мною император, я не могу поведать, остерегаясь злословия.

Теперь Дева, которая принесла мне приглашение и которую я с тех пор не видел ни разу, выступила вперед. Она подняла трубу, протрубила один раз и объявила приговор тем гостям, которые были признаны недостойными: тем, кто был лишь с трудом перевешен гирями, разрешается выкупить себя золотом и драгоценностями и удалиться с достоинством, испив при выходе глоток Забвения. Те, кто оказались более легкими, будут раздеты и отосланы прочь голыми. Еще более легкие будут бичеваны розгами и кнутами. Те, кто оказались обманщиками и никогда не получали приглашения, будут лишены жизни мечом или петлей.

Наблюдая исполнение приговоров, я почувствовал, как мои глаза застилают слезы*16.

Наконец переполненный сад опустел, и наступила тишина. В этой тишине осторожно ступал снежно-белый единорог с золотым ошейником. Он преклонил колено перед львом, стоявшим в фонтане с обнаженным мечом в лапе. Лев сломал меч и осколки его упали в фонтан, затем он заревел и ревел до тех пор, пока к нему не подлетел снежно-белый голубь с оливковой ветвью в клюве. Лев пожрал ветвь и успокоился. Единорог с радостью вернулся на свое место, а Дева в это время повела нас назад, вниз по извивавшимся лестницам*17.

Когда мы вымыли в фонтане головы и лица, то каждому из нас дали по богато одетому ученому пажу, способному вести разговор на любую тему. Они отвели нас снова в Замок и показали картины, сокровища и древности, имевшиеся в нем. Многие занялись копированием картин, а меня, кому был дан паж необычайной силы, повели с моим компаньоном в обычно хранимые в тайне комнаты Замка, ключи от которых были вверены моему пажу.

Там, в продолжении нескольких часов, мы созерцали сокровища — Королевскую Гробницу со знаменитым Фениксом*18 и великолепную библиотеку. Когда пробило семь, я все еще был захвачен увиденным, хотя и испытывал позывы голода.

Когда Король прислал своего пажа за ключами, нам показали ценный часовой механизм, отрегулированный в соответствии с ходом планет, а затем огромный земной глобус, на котором мы нашли наши родные земли отмеченными маленькими золотыми кружочками; мы увидели, что наша компания собрана со всех концов света.

Глобус внутри был пустой, и мы могли сесть в него и созерцать звезды. Они сверкали в такой гармоничной последовательности и двигались так величаво, что, засмотревшись на них, я не думал вылезать из глобуса, пока паж не сказал обо мне Деве и она не упрекнула меня за опоздание к ужину — я сел за стол почти последним.

За ужином, когда все повеселели от вина, Дева стала каждому предлагать загадки, которые мы не могли отгадать. Например, она рассказала такую: "У нас с сестрой есть орел, за которым мы ухаживаем. Однажды мы вошли в спальню и увидели его с лавровой ветвью в клюве. У меня в руках тоже была лавровая ветвь, а у сестры не было. Орел подошел к ней и отдал ей свою, затем подошел ко мне и попросил, чтобы я отдала ему свою. Скажите, кого он любит больше, меня или мою сестру?"

Дева так просто вела себя, что я отважился спросить ее имя. Улыбнувшись на мое любопытство, она ответила:

— Мое имя содержит в себе 6 и 50, однако состоит только из 8 букв. Третья буква есть третья часть пятой, которая, будучи сложена с шестой, образует число, сумма цифр которого превышает третью ровно на величину первой и которое есть половина четвертой. Пятая и седьмая равны, так же как первая и последняя. Первая и вторая равны в сумме шестой, которая на четыре больше, чем утроенная третья. Теперь скажите, как меня зовут?"

Такой вопрос был слишком сложным, но я не прекратил расспросов и сказал: "О благородная и добродетельная Госпожа, не могу ли я узнать хоть одну букву?"

— Да, — сказала она, — это можно.

— Тогда чему равна седьмая буква? — продолжал я.

— Она равна, — ответила она, — числу присутствующих здесь.

Зная это, я легко разгадал ее имя, чем она была весьма довольна*19.

Потом она пригласила нас на церемонию Подвешивания гирь. В сопровождении шести прекрасных дев со светильниками вошла величественная Герцогиня, еще менее земная, чем наша Дева. Она смотрела на небо больше, чем на землю. Мы все приняли ее за Новобрачную, но ошиблись, хотя по величию она намного превосходила невесту и впоследствии руководила всей Свадьбой*20.

Она сказала мне: "Ты получил больше, чем другие. Смотри, с тебя больше и спросится".

Это поучение показалось мне очень странным.

Хотя весы были уже вынесены из зала, гири все еще стояли на маленьком столике. Герцогиня велела каждой деве взять по одной гире, а нашей Деве — самую большую и тяжелую. Затем вся процессия удалилась в семь часовен. В первой из них повесила гирю Дева, а в шести других остальные девы. Во всех часовнях под руководством Герцогини мы пропели гимн и помолились за благословение Королевской Свадьбы.

Затем каждый из нас был отведен пажом в богато убранную спальню. Сами пажи, на случай, если нам что-нибудь понадобится ночью, улеглись на соломенные тюфяки подле наших кроватей. Это была первая ночь, когда я спал спокойно, хотя гнусный сон мешал мне отдохнуть: в тревоге я пытался открыть дверь, но не мог. Наконец мне это удалось.


День четвертый

На следующее утро я проспал завтрак. Меня не решились будить ввиду моего возраста. Но я быстро оделся и поджидал остальных в саду возле фонтана.

Лев в фонтане держал сегодня табличку вместо сломанного меча, где было написано, что водой фонтана принц Меркурий исцеляет все болезни и еще:

Пусть пьет из меня, кто может.
Пусть умоется, кто хочет.
Пусть беспокоит меня, кто смеет.
Пей, Собрат, и живи!

Когда мы все умылись в фонтане и напились воды из золотых чашек, нам дали золоченые одежды, расшитые прекрасными цветами, и новые эмблемы Золотого Руна с висящими на них золотыми дисками в виде солнца и луны на одной стороне и с золотыми надписями на другой:

Свет луны будет подобен свету солнца, а свет солнца
Будет в семь крат ярче, чем теперь.

Ведомые нашей Девой, в сопровождении еще шестидесяти дев и музыкантов, одетых в красный бархат, мы поднялись по вьющейся лестнице из 365 ступеней в Королевский зал, где увидели юных Короля и Королеву. Величественно восседали они в невыразимой славе. Весь зал так сиял чистым золотом одежд Королевы, что я был не в состоянии смотреть на это.

Наша Дева представила нас Королю как свадебных гостей. По этому случаю нам приличествовало сказать что-нибудь. Но у нас от страха поприлипали языки. Видя это, старый Атлант — Придворный Астролог, подошел к нам и приветствовал нас от имени Короля.

Юные Король и Королева сели под огромную арку в западном конце зала. На головах у них были лавровые венки, а над головами висели в воздухе большие и дорогие золотые короны. С одной стороны от них сел царствующий древний седобородый Король с прекрасной юной Королевой, с другой стороны — черный Король с изящной, покрытой вуалью пожилой матроной.

Купидон метался взад и вперед. Он то садился между влюбленными, то делал вид, что стреляет в нас. Он был переполнен шалостью и не жалел даже птиц. Девы тоже играли с ним.

Перед Королем и Королевой стоял алтарь, где лежало шесть предметов: книга в черном бархате и в золотой оправе, зажженная свеча в подсвечнике из слоновой кости, глобус, вращавшийся сам собой, часы со звоном, кристальный фонтан с красной водой и череп, в глазницах которого извивалась то наружу, то внутрь маленькая белая змейка.

Аудиенция окончилась. Заиграли музыканты, нас снова повели по вьющимся лестницам в прежний этаж, где девы исполнили вместе с нами светский танец. Потом мы сопровождали их Высочества к Дому Солнца смотреть комедию. Впереди шла Герцогиня, несшая жемчужное распятие в золотой оправе. Следом за ней шесть дев, несшие предметы с алтаря. Замыкал шествие Атлант — Придворный Астролог.

Комедия началась со сцены, где Король сидел на своем троне. Принесли сундук, найденный плавающим в море. В нем оказалась Принцесса, похищенная Маврами. Король воспитал ее, чтобы выдать замуж за сына. когда он подрастет.

Но Принцесса снова попала в руки Мавров, и на этот раз ее освободил рыцарь. Она была возвращена в родное королевство и там коронована. В третий раз по своей воле она снова попала в руки Мавров, которые раздели ее, бичевали и затем бросили в тюрьму.

Юный Король, обрученный с ней, пошел на войну с Маврами и победил. Он освободил юную Королеву и вернул ей королевство. Затем они поженились. Пьеса закончилась свадебным гимном, призывавшим благословение на Короля и Королеву и молитвой, чтобы от них пошло прекрасное потомство*21.

Потом мы вернулись на свадебный пир. Королевские персоны были одеты в снежно-белые сияющие одежды, но музыки не было. Юный Король вздыхал, старые Король и Королева были печальны. В воздухе парила гнетущая атмосфера беды, нависшей над всеми нами.

Юный Король взял с алтаря книгу в бархатном переплете с золотыми углами и спросил, кто решится доверить ему вписать свое имя в нее.*22 Мы поднялись и дали согласие. Принесли хрустальный фонтан с красной водой и хрустальную чашу. Каждый из нас выпил из нее Глоток Молчания, как это делается при совершении Мистерий.

Под звон колокола белые одежды были заменены черными, стены также задрапированы черным бархатом. Дева принесла шесть черных шарфов и завязала глаза трем Королям и трем Королевам. В центре зала поставили шесть гробов, а рядом — низкие плахи. В зал вошел черный Мавр с обнаженным топором в руках.

Старого Короля торжественно и почтительно обезглавили. Голову завернули в черную тафту, кровь слили в золотую чашу, затем все это положили в первый гроб. За первым Королем два других Короля и три Королевы молча покорились той же участи. Черный палач, готовившийся было уйти, был тоже обезглавлен. Его голову и топор положили в небольшую раку.*23

Мы все рыдали. Дева просила нас сохранить мужество, сказав:

— Жизнь этих Королей и Королев находится теперь в ваших руках. Если вы будете следовать за мной, эта смерть произведет немало для жизни.

Она пожелала нам спокойной ночи, пажи проводили нас в спальню. Ровно в полночь я почувствовал яркий свет на воде и увидел в окно семь светящихся кораблей, плывущих к Замку. Над каждым из них вздымалось пламя. Я сразу понял — это духи обезглавленных.

Корабли причалили, к ним сквозь ночь прошла Дева с факелом в руках. За ней служители пронесли шесть гробов и раку, которые разместили на кораблях. Один за другим корабли отплыли, и огни исчезли за горизонтом. Дева вернулась в Замок. Затем я, крайне утомленный, заснул.


День пятый

Рано утром я попросил своего пажа показать мне в Замке что-нибудь необычное. Он привел меня вниз по лестнице в подземелье, к железной двери, где были вырезаны из золота слова: "Здесь похоронена Венера, погубившая множество выдающихся людей".

Затем мы попали в великолепный склеп — Королевскую Сокровищницу, освещавшуюся огромным карбункулом. В центре склепа стоял надгробный памятник трехгранной формы, напоминавший алтарь. Он опирался на быка, орла и льва и был сделан из чистого золота и драгоценных камней. На нем в сосуде из полированной меди стоял ангел, с деревом в руках. С этого дерева в сосуд постоянно падали плоды и превращались в воду, а вода стекала в три золотые чаши.

Затем паж открыл медную дверцу в мозаичном полу и повел нас по темной лестнице. Мы увидели богатую кровать, окруженную прекрасными занавесями. Паж отдернул одну из них, и я увидел Венеру, совершенно обнаженную. Она лежала такая прекрасная, что я едва совладал с собой.

Над головой Венеры висела табличка с золотыми буквами: "Когда все плоды с моего дерева растают, тогда я пробужусь и стану матерью Короля".

Потом мы снова поднялись в Королевскую Сокровищницу и я увидел там свечи из пирита, горевшие чистым пламенем. От них шел жар, расплавлявший плоды, падавшие с дерева, которое держал ангел. Этот жар был причиной того, что вместо упавших плодов постоянно вырастали новые.

Не успели мы вернуться в Сокровищницу, как прилетел Купидон. Он воскликнул, захлопнув медную дверь в усыпальницу Венеры: "Старый непоседливый дед, ты чуть не сыграл со мной гнусную шутку! Ты едва не наткнулся на мою мать!"

С этими словами он раскалил в пламени свечи стрелу и проткнул ею мне руку.

Потом я присоединился к своим собратьям в Зале, где Купидон попросил показать ему руку. Увидев на ней каплю крови, он велел ухаживать за мной, дабы я не окончил вскоре свои дни.

Дева в черном бархате повела нас в сад, где было шесть гробниц. Над ними развевался флаг с изображением Феникса. Мы присутствовали при положении шести гробов и маленькой раки в гробницы. Все гости думали, что присутствуют на Королевских похоронах, лишь я думал иначе.

Дева напомнила нам о нашей клятве верности Жениху и пригласила нас плыть на Остров Олимпийской Башни, для изготовления средства возвращения Королевских Персон к жизни. Мы последовали на берег, где стояло семь кораблей. Над пятью из них развивались знаки планет, над одним — изображение земного шара, и над одним — пирамиды. Мы отплыли в следующем порядке:

Впереди А-Пирамида — несущая голову Мавра. Здесь 12 музыкантов исполняли великолепную музыку.

Затем B, C, D — одним фронтом. Дева и я находились на С с изображением земного шара. За нами плыли два корабля без пассажиров. На замыкающем корабле были сорок дев.

Мы вышли в море, где сирены, нимфы и морские богини встречали нас и умоляли разрешить спеть для нас.

Корабли перестроились в пятиугольник вокруг Солнца и Луны. Дева дала разрешение, сирены запели. Купидон трудился надо мной, но он имел мало успеха. Это и была та рана в голову, которую я получил во сне*24.

Через несколько часов показалась Олимпийская Башня. Ее Страж, древний человек, был в позолоченном плаще. Башня состояла из семи малых цилиндрических башен, одна возле другой. Средняя была самая высокая и от нее отходили остальные. Остров был в виде правильного квадрата, окруженный высокими стенами толщиной в 260 шагов.

В Башню внесли шесть гробов и раку, что видел только один я.

Мы спустились в подземную лабораторию, и промывали там растения, дробили драгоценные камни и отжимали соки и эссенции.

До темноты работа была закончена. Нам дали супа и вина, потом, постелив матрацы, все улеглись на полу в лаборатории. Но ко мне сон не шел. Я поднялся на стену, чтобы созерцать море и звездное небо.

Ровно в полночь я увидел семь огней далеко в море. Они приближались к острову.

Вдруг поднялся ветер. Облака закрыли луну. Я пошел в лабораторию и быстро уснул.


День шестой

На следующее утро Страж Башни вошел в подземную лабораторию в сопровождении юношей, несущих лестницы, веревки и большие крылья. "Мои дорогие дети, — сказал он, — каждый из вас в течение всего сегодняшнего дня должен постоянно носить с собой одну из этих вещей. Выбор сделайте по жребию".

Мой жребий пал на лестницу 12 футов длиной и довольно увесистую. Я вынужден был носить ее, тогда как другие имели возможность красиво обвязаться веревками, а третьим Старец так искусно прикрепил крылья, будто они у них сами выросли,

Затем Старец ушел, забрав с собой плоды нашего вчерашнего труда, и запер за собой дверь. Мы уже стали подумывать, не сделали ли нас в этой Башне узниками, когда, примерно четверть часа спустя, в потолке открылось круглое отверстие и мы увидели в нем Деву. Она пожелала нам бодрого хорошего утра и пригласила подняться наверх. Те, кому по жребию выпало носить крылья, последовали ее предложению тотчас же. Те, кто носил лестницы, полезли по ним, вытягивая их потом за собой. Те же, кто был с веревками, вынуждены были ожидать, пока вылезшие по лестницам не прикрепили для них железные крюки, но и тогда их подъем не обошелся без водяных мозолей на ладонях. Затем отверстие было снова закрыто, и мы оказались в лаборатории, окруженной шестью ризницами, куда нас направили помолиться за жизнь Короля и Королевы. Двенадцать музыкантов, плывших на корабле с Пирамидой, внесли в лабораторию фонтан, а с ним большую овальную шкатулку, которая, как я подозревал, содержала в себе тела обезглавленных Королей и Королев. Затем, пока они исполняли особенно приятную музыку, вошла Дева, неся раку, содержащую голову Мавра. Ее сопровождали закрытые вуалью девы с лавровыми ветками и факелами в руках.

Все встали вокруг фонтана. Дева вынула из раки голову Мавра, завернутую в тафту, и положила ее в сосуд, куда были налиты эссенция и настойки, приготовленные вчера. Этот раствор, оттого, что в него положили голову Мавра, стал бысто нагреваться, кроме того, девы положили на решетку под сосудом свои факелы, так что даже в фонтане забурлила и заиграла вода. Ветки лавра девы воткнули в отверстия вокруг фонтана, и брызги, летевшие на них, стекали затем в сосуд, окрашенные в густой желтый цвет.

Два часа играл фонтан и дистиллят капал в овальную шкатулку, пока тела, находившиеся в ней, не растворились окончательно. Затем Дева принесла золотой глобус. Его поднесли к овальной шкатулке и из нее побежала в него красная жидкость. После этого глобус снова унесли.

Мы, лаборанты, остались на четверть часа или около того, сидеть одни, пока я не почувствовал шаги над головой и не взглянул на свою лестницу. В потолке открылось отверстие, и мы снова полезли наверх с помощью крыльев, лестниц и веревок. Я нисколько не обижался на то, что Дева могла переходить другим путем, и, насколько я мог судить, кое-какую работу мы оставляли на долю Стража.

И на самом деле, когда мы попали на третий конклав, мы нашли золотой глобус уже висящим на толстой цепи в середине потолка. Стен у этой третьей лаборатории не было совсем, но между окнами висели зеркала таким образом, что всюду было видно только отраженное солнце: казалось, что в комнате нет ни одной свободной пяди, а только солнце.*25

Тепло от всех этих искусственных ослепляющих отражателей падало на золотой глобус до тех пор, пока Дева не нашла, что требуемая температура достигнута. Тогда она приказала закрыть зеркала, а когда глобус остыл, велела нам опустить его вниз и разрезать на части. После длительной дискуссии это было, наконец, сделано с помощью алмаза. Когда глобус распался на две части, то внутри его оказалось огромное снежно-белое яйцо. Оно было такое красивое, что мы стояли вокруг него радостные, как будто сами снесли его.


Как только наша Дева удостоверилась, что скорлупа у яйца достаточно затвердела, она тут же унесла его из комнаты, заперев за собой дверь. Что она делала с яйцом вне комнаты, я не знаю. Мы снова с четверть часа находились одни, а потом открылось третье отверстие в потолке и мы с помощью наших средств стали подниматься на четвертый этаж.

Там мы нашли огромный квадратный медный сосуд, наполненный серебряным песком, в который положили яйцо и стали подогревать на медленном огне. Когда оно было готово, его вынули из песка, но раскалывать его не потребовалось, потому что Птенец скоро освободился сам и выглядел при этом очень довольным.

Дева велела нам связать его, прежде чем его будут кормить. Когда мы это сделали и посадили Птенца на темный песок, ему принесли пить кровь обезглавленных Королей и Королев. Напившись, он стал расти у нас на глазах, покрылся черными перьями и стал чертовски энергично клевать и почесываться, что вздумайся ему кинуться на нас, он любого тут же бы отправил на тот свет.

Когда ему принесли еды еще, он сделался более покладистым и сговорчивым. Его черные перья полиняли и на их месте выросли снежно-белые. При третьем кормлении его перья стали так чудесно окрашиваться, что я никогда не видел подобной красоты. Теперь он вел себя по отношению к нам так дружелюбно, что Дева разрешила освободить его от пут.

За обедом мы большую часть времени развлекались нашей Птицей, а после обеда Дева и Птица покинули нас и была открыта пятая комната, куда мы попали прежним способом.

Теперь мы нашли нашу Птицу поджидавшей нас в прохладной молочной ванне, в которой она с удовольствием развлекалась. Под ванной находились горячие лампы. Когда они нагрели молоко настолько, что оно стало горячим, нам пришлось немало потрудиться, чтобы удержать в нем Птицу. Мы покрыли ее покрывалом, в котором сделали дыру, куда она высунула голову.

В нагретой ванне у Птицы вылезли все перья и жидкость растворила их, став от этого голубой, а Птица вышла голой, как новорожденный младенец. Затем мы продолжали нагревать ванну, пока вся жидкость из нее не испарилась, а на дне не остался голубой камень. Этот камень мы растерли в пудру и ею окрасили всю Птицу за исключением головы, которая осталась белой.

Дева снова ушла от нас вместе с Птицей, а мы сквозь потолок попали на шестой конклав, где нашли небольшой алтарь, установленный посредине комнаты. На алтаре лежали книга, зажженная тонкая свеча, небесный глобус, часы со звоном, хрустальный фонтан и череп с белой змеей, в том же порядке, как это было в Королевском Зале.

Птица стояла на алтаре и пила из кроваво-красного фонтана, потом она принялась клевать змею, пока та не стала истекать кровью. Небесный глобус вращался, пока не было достигнуто некоторое соединение, затем второе и третье. После каждого соединения звонили часы.

Затем бедная Птица покорно положила свою голову на книгу и охотно позволила отрезать ее одному из нас, выбранному по жребию*26. Пока не отрезали голову совсем, не пролилось ни единой капли крови, а потом она хлынула сразу свежим и чистым рубиновым фонтаном.

Мы помогли Деве сжечь дотла тело (вместе с подвешенной на нем маленькой табличкой) на огне, зажженном от пламени тонкой свечи, а прах положили в коробку из кипарисового дерева.

Тут я и еще трое со мной возмутились против этого обмана, в который мы были вовлечены.

"Господа, — сказала Дева, — мы уже в шестой комнате, и перед нами осталась только одна. Я вижу среди вас этих четверых (она указала на меня и остальных трех) — ленивых и вялых спутников и я намерена исключить их из седьмого и самого чудесного действа".

Дева умела так хорошо владеть собой, что наша печаль прорвалась потоками слез. Были приглашены музыканты, они кларнетами выдули нас с позором из комнаты, сами при этом будучи почти не в состоянии от смеха дуть в свои инструменты. Но как только мы оказались за дверью, они тут же привели нас в хорошее настроение и повели по вьющейся лестнице на восьмой этаж под самой крышей, где мы увидели стоящего Старца.

Он дружелюбно встретил нас и поздравил с тем, что мы были избраны Девой. Когда он узнал, как нас напугали, то у него чуть живот не лопнул от смеха. Ведь нас постигла такая удача и таким ужасным образом!

"Поэтому, — сказал он, — мои дорогие дети, запомните, что человек никогда не знает, какое добро Бог намеревается принести ему".

Пришла Дева с коробкой из кипариса, в которой был пепел Птицы, и тоже стала смеяться вместе с нами. Затем под руководством старого Стража мы приступили к работе: налили в пепел приготовленной воды и получившуюся пасту нагрели и разложили в две маленькие формочки.

Пока она остывала, мы наблюдали сквозь щель в полу наших остальных собратьев, занятых этажом ниже. Они усердно раздували горн, приготовляя золото и думая при этом, что их предпочли нам.

Когда мы открыли формочки, то там оказались два ярких, почти прозрачных маленьких слепка ангельски прекрасных младенцев мужского и женского пола, каждый не более 4-х дюймов ростом. Мы положили их на атласные подушечки и смотрели на них до тех пор, пока не одурели от их прелестного вида.

Под руководством Стража мы взяли золотые чашечки с кровью из груди Птицы и стали по капле вливать ее в ротики младенцев, пока они не достигли своего полного настоящего роста и у них не выросли кудрявые золотые волосы. После этого Старец велел нам положить их на длинный стол, накрытый белой тафтой, чтобы нам не стало плохо от непередаваемой красоты.

Наша Дева пришла с чудесными одеждами, которые выглядели, как хрусталь, но были мягкие и непрозрачные. Она положила их на стол, и пока музыканты играли, вместе со Старцем исполнила много церемониальных жестов, направленных к потолку. Потолок был в виде семи полусфер и в середине самой высокой я заметил небольшое отверстие.

Теперь вошли шесть дев с большими трубами, обернутыми яркой, почти пылающей, зеленой материей. Старец взял эти трубы одну за другой и приложил к губам спящих так, что расширяющиеся концы труб были направлены в потолок. Затем в каждый раструб из отверстия в потолке устремился яркий поток пламени и вошел в спящие изображения младенцев, которые тут же заморгали глазами, хотя сами еще едва шевелились.

Затем спящих младенцев аккуратно уложили в переносную кровать, которую задернули занавесками, и там они продолжали спать.

Мы, между тем, сидели очень тихо, ожидая, когда проснется повенчанная пара. Так прошло около получаса.

Потом влетел Купидон и принялся досаждать им, пока они не проснулись, а проснувшись, были крайне изумлены, так как думали, что они спали с того часа, когда были обезглавлены.

Дева обрядила их в новые одежды, и мы все поцеловали им руки. Потом мы проводили их вниз на королевский корабль, на котором они отплыли домой вместе с Купидоном и свитой дев.

За ужином Дева снова свела нас с нашими прежними товарищами, но мы вели себя так, как будто оставались пребывать в своем плачевном состоянии. За этим ужином с нами был Старец. Я очень многому научился от него, и если бы люди присматривались к его образу действий, их дело не оборачивалось бы так часто неудачей.

После ужина Старец повел нас в свой кабинет редкостей, где мы увидели такие изумительные произведения Природы и другие вещи, которые человеческий разум изобрел в подражание ей, что нам и года не хватило бы, чтобы как следует осмотреть их. Так провели мы добрую часть ночи при свете свечей.

Затем мы разошлись по красивым спальням и, будучи утомлены продолжительным трудом, проспали беспробудно с 11 часов вечера до 8 часов утра следующего дня.


День седьмой

Следующее утро седьмого дня и последнего дня мы встретили в самой глубине подвалов Башни. Там нам дали желтые одежды и наши ордена Золотого Руна, так как мы были все еще одеты в черные погребальные одежды.

После завтрака Старец вручил каждому из нас золотую медаль, на одной стороне которой были слова: "Искусство — это жрица Природы", а на другой — "Природа — это дочь Времени".

Потом мы пошли к морю, где стояли наши богато снаряженные корабли. Их было двенадцать, — шесть, на которых приплыли мы, а другие шесть принадлежали Старцу, но он сел в наш корабль, но котором были мы все вместе. На первый корабль сели музыканты, которых у Старца было очень много. На всех двенадцати кораблях развевались флаги со знаком Зодиака — на нашем был знак Весов. Море было так спокойно, что плыть по нему было одно удовольствие. Старец во время этого плавания занимал нас беседой (он хорошо знал, как провести время), в которой рассказал такие удивительные истории, что я, кажется, мог бы плыть с ним всю жизнь.

В течение двух часов плавания мы пересекли море и узкий пролив, и вошли в озеро, на котором увидели 500 кораблей, плывущих от Замка встречать нас. Во главе их шел сверкающий золотом и драгоценными камнями корабль с юными Королем и Королевой на борту, от имени которых Старый Атлант приветствовал нас.

Остальные наши товарищи были крайне изумлены при виде Короля, так как думали, что только они должны вновь пробудить его. Мы вели себя так, будто бы тоже были удивлены. После речи Атланта выступил наш Старец. Он пожелал Королю и Королеве много счастья и потомства, а затем передал им удивительную маленькую шкатулку, но что было в ней, я не знаю. Затем эту шкатулку передали на хранение Купидону, который парил между Королем и Королевой.

Потом мы благополучно поплыли вместе, пока не причалили к берегу невдалеке от первых Врат, в которые я вошел когда-то.

На берегу нас ждали лошади. Когда мы сошли с кораблей, то Король, Старец и я сели верхом. Меня взяли только по причине преклонного возраста и потому, что у меня, как и у Старца, была длинная седая борода и волосы. На каждом из нас троих была снежно-белая Эмблема с Красным Крестом. Свою я прикрепил к шляпе. Юный Король, заметив это, спросил меня, не я ли выкупил эти Эмблемы у Врат. Со всей скромностью я ответил "Да", но он рассмеялся и сказал, что теперь не надо больше церемоний, ведь я был его Отцом.*27

Когда мы достигли первых Врат, их Страж в своих небесно-голубых одеждах поджидал нас с прошением в руках. Он протянул его мне и попросил использовать мое хорошее положение, излагая его просьбу перед Королем. Поэтому по пути ко вторым Вратам я спросил Короля о первом Страже. Король ответил, что он был в свое время очень известным астрологом, но совершил проступок перед Венерой, увидев ее в кровати во время отдыха. В наказание за это он должен был ждать у Врат, пока ктонибудь не освободит его отсюда.

— Значит, он может быть освобожден? — спросил я.

— Да, если кто-нибудь другой совершит такой же грех, он должен будет занять его место.

Эти слова вонзились мне в сердце, сознание подсказывало мне, что я преступник, однако я сохранил спокойствие и передал Королю просьбу Стража. По мере ее чтения Король приходил все в больший ужас и когда мы сошли с коней, велел тут же прислать ему в кабинет Старого Атланта. Он показал ему написанное, но Атлант не стал ужасаться, а сел на коня и поскакал к Вратам, чтобы разузнать как следует, в чем дело.

Нам было объявлено, что после ужина каждый из нас может попросить у Короля, чего пожелает. Король и Королева, между тем, сели играть в игру наподобие шахмат, но фигурами в которой были добродетели и пороки. Из этой игры можно было увидеть, как пороки сидят в засаде против добродетелей и каким путем можно избежать неожиданной встречи с ними. Во время игры вернулся Атлант и по секрету сообщил Королю о результатах, однако я весь покраснел, так как мое сознание не давало мне покоя.

Король протянул мне просьбу, чтобы я ее прочитал. В ней Страж Первых Врат сообщал, что один из гостей Короля открыл Венеру, так что пришло время освободить его от обязанностей Стража, а также просил позволить ему присутствовать на вечернем банкете в надежде, что его преемник будет обнаружен.

Король послал пригласить Стража присоединиться к нам, а когда мы все сели за стол, он строго осмотрел нас. Затем были поставлены в круг прочные изящные стулья, и мы все сели на них вместе с Королем, Королевой, обоими Старцами, дамами и девами. Красивый паж объявил, что Король, в благодарность за нашу службу, избирает каждого из нас Рыцарем Золотого Камня и требует, чтобы мы дали пять клятв:

1) относить основание нашего Ордена только к Богу и Его служанке Природе;
2) возненавидеть всякое распутство и не осквернять Орден подобным злом;
3) использовать свои таланты для помощи всем, кто в них нуждается;
4) не стремиться к земному достоинству и высокому авторитету;
5) не желать жить дольше, чем Бог положил нам.

Последний пункт мы не могли встретить без улыбки.

С соответствующей церемонией мы были возведены в Рыцари, а затем процессией направились в небольшую часовню, где я повесил свое Золотое Руно и шляпу и, поскольку все писали там свои имена, я тоже написал:

"Высшая мудрость это не знать ничего.
Брат Христиан Розенкрейц.
Рыцарь Золотого Камня.
1459".

Затем Король удалился в небольшой кабинет, в котором каждый из нас в частной с ним беседе излагал свои просьбы. Я решил на свой собственный риск освободить Стража Первых Врат от его работы, поэтому, когда меня позвали, я рассказал всю правду.

Король крайне изумился моему признанию и попросил меня отойти немного в сторону, а когда я был позван снова, Атлант объявил мне, что Их Королевскому Величеству крайне прискорбно, что я, кого он любил больше всех, впал в такое несчастье, Однако, поскольку он не может нарушить свои древние обычаи, то Первый Страж должен быть освобожден, а я поставлен на его место. Для меня не будет никакой надежды на освобождение до брачного пира его будущего сына. Этот приговор едва не стоил мне жизни, однако я сохранил мужество и осознал, что этот Страж был моим благодетелем, дав мне знак (жетон), с помощью которого я выстоял на весах и был сделан участником всех почестей и радостей, которые уже получил.

В это время добрый человек был объявлен свободным, а я подумал, что теперь мне придется окончить жизнь у Врат.

Кольцо служителя было одето мне на палец. Король обнял меня и сказал, что я вижу его в таком образе последний раз. Из этого я понял, что уже на следующее утро я должен буду сесть у моих Врат. Когда пришло время расстаться и остальные Рыцари были отведены в свои спальни, я, самый несчастный, не имел никого, кто бы указал мне путь. Но тут подошли ко мне никто иные, как два Старца — Атлант и Страж Башни. Они отвели меня в чудесную комнату, где стояли три кровати, на которые мы и легли. Тут мы принесли еще почти два...


В этой точке повесть неожиданно обрывается посредине предложения, и далее приписана концовка:

"Здесь недостает двух листов. Насколько можно себе представить, — будучи вынужден стать на утро охранителем ворот, он вернулся домой".

_______________


ПРИМЕЧАНИЯ

1. Эту первую бурю должен выстоять каждый ученик. Причину этой бури объяснить просто: это столкновение с силами истинной Жизни в сплетениях зева (plexus caristicus).

Битва, которая должна произойти в канун Пасхи, с этого начинается. Реакцией на новую нервную деятельность под влиянием изначальной праны будет полная концентрация сил нашей природы с целью направить весь интерес ученика на земной мир. В диком хаосе всевозможных влияний должно выясниться, способен ли ученик уделить внимание приглашению на Свадьбу.

Мы читаем, что и Христиан Розенкрейц занят приготовлением своего дорогого пасхального Агнца. Вдруг поднимается сильная буря, грозящая разрушить его "хижину", построенную на "холме".

В этом классическом повествовании мы снова находим понятие "Иосиф Аримафейский". Дело в том, что этот человек не является историческим лицом, имеющим такую фамилию. Его имя — это символ каждого человека, начинающего и выполняющего Великий Труд вольного каменщика.

В имени "Иосиф" мы видим идею "хижины", или "строительной хижины". "Строительная хижина" — это, по универсальному гностическому учению, рабочее место. В такой "строительной хижине", на таком рабочем месте должен свершиться "Великий Труд": должен быть приготовлен дорогой пасхальный Агнец, то есть Грааль. [1]

Мы дошли теперь до второй стадии, которую Шри-Шанкарачарья обозначает словом кутичака, что означает "человек, строящий хижину"; а буддисты называют ее сакридагамик, то есть "человек, получающий еще новое рождение".

В течение этой стадии не приходится уже порывать никаких цепей, но необходимо приобрести некоторые способности, а именно сиддхи, или психические силы. После второго Посвящения сиддхи должны развиться, ибо ученик достиг той ступени развития, на которой ожидают его весьма обширные обязанности не только в мире людей, но и в окружающих его иных мирах, находящихся вне плана материального. [2]

2. В оригинале "прекрасная женщина" (Weib). Ее ангельская природа достаточно ясна из последующего описания. Далее читатель встретится с другими гранями высокого женского образа, который проходит через всю книгу.

3. In hoc signo vinces — латинская вставка. По преданию, эти слова (в сочетании с крестом) были явлены в видении императору Восточной Римской империи Константину, который сделал христианство государственной религией своей империи. Традиционный перевод этих слов в дореволюционной русской литературе: "Сим победиши".

4. Буквально: "Древняя Госпожа" (Die alte Frau).

5. Дно колодца, описанное в "Алхимической Свадьбе Христиана Розенкрейца", связано с зеркалом подсознания. Последнее находится в крестцовом сплетении, в нижней части системы спинального духовного огня. Золотой луч Света изначальной праны должен проникнуть до самого крестцового сплетения. Этот луч подобен веревке, которую опускают в колодец. Чтобы веревку можно было опустить, необходимо открыть крышку колодца. Его крышка (или покрытие) связана со святилищем головы, в котором находятся семь роз, и каждая из них образует проход в колодец — в подсознание. Только если семь веревок, или семь лучей золотой изначальной праны, опущены в колодец, отражающая работа подсознания может полностью функционировать. Тогда Христиана Розенкрейца могут вытащить из колодца на шестой веревке.

Это сообщение обращает внимание ученика на тот факт, что в момент, когда через шестую розу вовнутрь попадает шестой луч изначальной праны, космическое сознание начинает понимать свое предназначение, свою задачу и присутствие Света изначальной праны. Для завершения всего процесса необходим седьмой луч. До этого часа космическое сознание было полностью связано с диалектическим космосом и исполняло работу, к которой его принуждала диалектическая иерархия или которой он занимался добровольно. Однако с седьмым лучом, с этим направленным на подсознание световым ударом, звучит труба, раздается интенсивный, пронзительный звук, вибрирующий во всем микрокосмосе.

При шестом прикосновении космическое сознание воспринимает Святого Духа вне себя; при седьмом прикосновении Святой Дух окончательно входит в систему, и начинается регенерация всей природы.

Вам стало понятно, что здесь речь идет о первом воскресении. Благодаря работе святого семеричного Света, благодаря направленным на крестцовое сплетение семи лучам, в микрокосмическую систему ученика, хорошо исполнившего эту семеричную подготовительную работу, входит истинная Жизнь. Этим пробуждается Жизнь посреди царства смерти. По словам Библии, под руководством этой Жизни смерть будет поглощена победой. В этот момент начинается постепенная смерть небожественной природы, так как изначальная жизненная прана вновь находится в микрокосмической системе. [1]

6. Их истолковывают как Deus Lux Solis ("Бог — Свет Солнца") или Deo Laus Semper ("Вечная хвала Богу").

7. В оригинале немного иначе; "препоясал чресла алой лентой, крестообразно перевязанной на плечах". Интересно сравнить этот образ с красными крестами на белом епископском оплечье в русских иконах. Далее мы увидим, что сопоставление с русской традицией не столь парадоксально, как кажется на первый взгляд.

8. Хлеб, соль и вода в антропософской интерпретации символизируют соответственно волю, мышление и чувства — качества человека, находящегося в земном мире. При восхождении в мир высший он от них отказывается, приобретая впоследствии новые, более тонкие качества.

9. Здесь можно усмотреть аналогию с путями хатха, бхакти, раджа и джняни-йоги — прим. ред.

10. Выбор пути с помощью птиц напоминает об ауспициях — гадании по птичьему полету — в древней Италии.

11. Здесь употреблено именно слово "Дева" (Jungfrau).

12. Поистине верно, что никто не может пройти через эту дверь, если у него не развиты некоторые черты характера, но обусловлено это тем, что стремящийся прогрессировал до определённой стадии раскрытия и сейчас автоматически обладает мерой самоконтроля, ментального понимания и чистоты.

Также хотелось бы подчеркнуть, что даже чёрный маг обладает этими же качествами, так как они — обязательное условия любого магического искусства, как чёрного, так и белого; чёрный маг проходит через дверь посвящения, когда она открывается дважды для первых двух посвящений. Он проходит её благодаря силе воли и чертам характера... [4]

13. Цветовая символика облачения Девы может быть истолкована по аналогии со средневековым европейским преданием, согласно которому прародительница Ева, срывая яблоко с древа познания добра и зла, отломила вместе с яблоком ветку. Она воткнула ветку в землю, и из нее выросло дерево — белоснежное, ибо оно было посажено рукой девственницы. Адам познал Еву под этим деревом, и оно стало зеленым, только отростки, появившиеся ранее, остались белыми. Когда Каин убил Авеля, пролив первую кровь на земле, дерево изменило цвет на кроваво-красный (опять же с сохранением цвета прежних ростков). Появление в тексте "Химической Свадьбы" этой цветовой триады, связанной с познанием добра и зла, вероятно, указывает на взвешивание добродетелей, описанное ниже.

14. Отделение людей достойных от недостойных с помощью весов напоминает известную многим народам психостазию (взвешивание души). Психостазия совершается после смерти человека, но ведь и посвящение в тайны мира всегда рассматривалось как смерть и последующее воскресение (вспомним название членов высших каст Индии: "дваждырожденные").

15. Буквальный перевод оригинала: "преподнесли... Золотое Руно с Летающим Львом на нем". В дальнейшем повествовании образ льва примет несколько иные формы.

16. Понять сцену суда помогают традиционные описания загробного мира, в частности, тибетская "Книга мертвых": жестокая судьба недостойных — это не зло, причиненное им извне, но мучительное изживание ими собственных пороков. "Глоток Забвения", знакомый нам по античной мифологии, обязателен для душ, которые возвращаются в земной мир.

17. Единорог, лев и голубь часто встречаются в геральдике и алхимии. Здесь их правильнее рассматривать в общем контексте книги.

18. Многогранный образ птицы Феникс связан с мифологией значительной части древней Евразии и Африки. При чтении "Химической Свадьбы" важно помнить, что Феникс — символ добровольной жертвы и воскресения из мертвых.

19. Система алгебраических уравнений, которую можно составить по задаче Девы, не дает однозначного решения. Однако число букв в алфавите ограничено, и это позволяет выбрать следующий вариант, ставший каноническим при объяснении "Химической Свадьбы": ALCHIMIA (1+12+3+8+9+13+9+1=56). Имеется в виду обозначение букв средневекового латинского алфавита числами 1,2,3 и т. д.

20. Герцогиню сопоставляют с теологией — наукой более высокой, нежели алхимия.

21. Три пленения Принцессы можно истолковать как судьбу человечества во времена Лемурии, Атлантиды и в современную эпоху: это третья, четвертая и пятая расы, согласно учению теософии и антропософии. Шестая, более совершенная раса уже не будет испытывать прежних страданий.

22. В Часовне Света на Пути или Часовне Света — названной так потому, что она всегда освещена сверкающими на ее стенах драгоценными камнями и ослепительным сиянием слов — находится большая книга с замками, которые могут быть замкнуты. Большею частью книга эта закрыта и замкнута. В Страстную Субботу она лежит открытой на высоком аналое, на котором находится только она одна. Она содержит данные учениками обеты в том, что они выполнят в мире различные задачи; сюда приходят те, что хотят трудиться для человечества, и подписывают свое имя под данным им обетом. Когда это сделано, их ведут дальше к Часовне Деятельности, где их ожидают места за большим столом, который иногда имеет вид стола для работы, а иногда престола причастия с чашей горечи каждому для питья. Но в этой чаше содержится также мистическая сила, составляющая основу обряда Святого Причащения. Если ученик посягнул на слишком высокую ступень, когда он подписывал свое имя в книге, он падает без чувств и исчезает при входе в часовню и его подпись и исчезает из книги. Все усилие бывает стерто, как будто его и не было. Он может и не помнить его в своей физической памяти, но в продолжение всего этого воплощения его будет преследовать чувство невыполненного долга, неосознанной ответственности за мир, за его страдания и за его грехи. И в том же воплощении он не может уже повторить это усилие. Если его сила не ослабеет во время мистического обета деятельности, он вводится в Часовню Деятельности, где и находит свое место, и где его ожидает его горькая чаша. Раньше или позже она будет дана ему для питья. Некоторые изнемогают и исчезают со своих мест за этим столом; они уже не в состоянии вернуться к нему. Но когда они уже достигли этого места их обет остается вписанным в книгу и их имена не исчезают, но остаются неизменными. От времени до времени, когда они приходят в часовню света, книга открывается для них, чтобы они увидели свои имена, вписанные их собственной рукою. Приниженные и пристыженные, безмолвно выходят они. Невыполненный обет держит их в своей власти между воплощениями и они ищут места в Часовне Деятельности. В день Светлого Воскресения столь в этой часовне весь занят; все, кто в состоянии прийти, призваны к нему. Сам Христос сидит за столом, обращаясь к духовной природе учеников, и каждый из присутствующих пьет вино жизни.[3]

23. В алхимии обезглавливание трактуется как одна из стадий превращения вещества. В конечном итоге процесс завершается образованием золота — оживлением казненного персонажа. Некоторые шаманисты полагают, что шаман способен, лишившись головы из плоти и крови, заменить ее золотой. Однако символика "Химической Свадьбы" и в этом случае сложнее алхимических аллегорий, и мы в дальнейшем попытаемся раскрыть ее более глубоко.

24. Имеется в виду сон, описанный в Дне первом.

25. Материальная сфера/зеркальная сфера: две половины существования диалектического природного порядка. Материальная сфера — это сфера, в которой мы живем в нашем материальном проявлении. Зеркальная сфера — это сфера, в которой, среди прочего, проходят различные процессы между смертью и новым воплощением. Помимо сфер ада и чистилища, она состоит и из области, называемой в природной религии и в оккультизме "небом" и "вечной жизнью". Однако эти небесные сферы и жизнь там подвержены, как и жизнь в материальной сфере, закону времени и распада. Итак, зеркальная сфера — это временное место пребывания мертвых, что не значит, что умершая личность получает там новую жизнь, так как существование четверичной личности не продолжается. Только самое глубинное зерно сознания, духовная молния, или диалектическая искра, временно возвращается в существо ауры и создает базу сознания для новой личности, которая строится существом ауры вместе с силами, действующими в матери.

Духовное Солнце — изначальное поле Духа, называемое также Vulcanus, которое окружает и пронизывает со всех сторон всю нашу планетную сферу. Видимое нами Солнце является точкой концентрации (фокусом) жизненного поля диалектики. [1] Не имеется веских оснований считать, что данный комментарий относится именно к этому отрывку — ред.

26. В определенный момент в микрокосмосе живут два существа: совершающий эндуру старый человек, человек-Иоанн, и манисолирующий новый Человек, человек-Иисус. И там, где они встречаются, человек-Иоанн говорит, указывая на человека-Иисуса. "Ему должно расти, а мне умаляться."

Об этом же говорится в "Алхимической Свадьбе Христиана Розенкрейца". Там птица готовится к самопожертвованию, и из этого алхимческого процесса рождаются новый король и новая королева, новый Adamas и новая Hevah, то есть новая Душа. [1]

27. Новый король называет брата-иоаннита своим отцом, ибо он спас его, дал ему родиться через свое самопожертвование — жертвуя хлебом, водой и солью, то есть во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Все те, кто таким образом приняты в чудесный, двойной алхимический процесс и посвящены в рыцари Золотого Камня, должны дать следующий обет:

"Вы, господа рыцари, должны поклясться, что никогда не посвятите свой орден ни дьяволу, ни духу, а только одному Богу, вашему Творцу, и служащей Ему природе,
что вы возненавидите всякий блуд, разврат и все нечистое и не опозорите ваш орден такими пороками,
что вы придете с вашими дарами на помощь ко всем достойным и нуждающимся в них,
что вы не требуете этой чести ради мирской роскоши или высоких чинов,
что вы не желаете жить дольше, чем то угодно Богу." [1]


Примечания Е. Лазарева, за исключением
[1] Ян ван Райкенборг, Катароза де Петри. Универсальный гнозис.
[2] Анни Безант. Путь ученичества.
[3] Мэйбл Коллинз. Когда солнце движется на север. Объяснение шести священных месяцев
[4] Алиса А. Бэйли. Трактат о семи лучах, т. V.

ТАЙНЫ АЛХИМИИ
ОТКРЫТЫЕ В ПРИРОДЕ ПЛАНЕТ

Теофраст фон Хоенхайм Парацельс
Из "Магического Архидокса" - книги I и II
Книга I
ТАЙНЫ АЛХИМИИ
ОТКРЫТЫЕ В ПРИРОДЕ ПЛАНЕТ
ПРОЛОГ
Прежде всего, воззвав к Имени Господа Иисуса Христа - Спасителя нашего
- мы предпримем попытку выполнить эту работу, где станем учить не
только как обратить любой худший металл в лучший - железо в медь,
медь в серебро, а серебро в золото и т.д., но также излечивать все
немощи, лечение коих предвзятым и самонадеянным врачам кажется невозможным, и даже более того, помогать смертным сохранять здоровье до глубокой и совершенной старости. Это Искусство было начертано нашим Господом Богом Творцом Всевышним, от начала творения, словно в книге, в телах металлов. И по ним мы должны усердно учиться этому Искусству. Следовательно, когда любой человек желает прилежно и совершенно освоить это Искусство от его истинной основы, будет необходимо, чтобы он учился ему от Мастера, то есть от Бога, который сотворил все вещи и единственный знает, какую природу и свойство он вложил в каждое создание. Посему Он может научить каждого бесспорно и в совершенстве, и от Него мы можем научиться, ибо Он сказал: "От Меня вы узнаете все вещи". Ведь нельзя найти ни на Небе, ни на Земле таких тайн, чьи свойства Он, сотворивший все, не постигает, не знает и не видит наиболее точно. Мы, следовательно, примем Его как нашего Наставника, Руководителя и Ведущего в этом самом истинном Искусстве. Поэтому Ему одному будем мы подражать, и через Него будем учиться и обретем знание того, что Он сам перстом своим выгравировал в телах металлов. И так получится, что Всевышний Господь Бог благословит все творения для нас и освятит все наши пути, дабы в труде том мы могли привести Начало наше к желаемому Завершению, и в результате произвести чрезвычайную Радость и Любовь в сердцах наших.
Но если кто-либо последует единственно своему разумению, он введет в великий грех не только себя, но и всех остальных, принявших это мнение, и приведет их к ущербу. Ибо конечно же, человек рожден в невежестве, так что он не может ничего знать или понять сам, помимо того, что получает от Бога и постигает от Природы. Тот, кто ничего не узнает от них, подобен языческим учителям и философам, следующим тонкостям и искусствам личных изобретений и мнений - таких, как Аристотель, Гиппократ, Авиценна, Гален и пр., основывавших свои искусства лишь на собственных мнениях. И если когда-либо они чему-то и научились у Природы, то погубили это своими фантазиями, грезами или выдумками, прежде чем постигли что-либо окончательно; так что ни у них, ни у их последователей невозможно найти ничего совершенного.
Все это заставило и побудило нас написать особую книгу по алхимии, основанную не на человеческом, но на самой Природе и на тех достоинствах и силах, которые Бог своим перстом запечатлел в металлах. Меркурия Трисмегиста, подражавшего этому запечатлению, не без заслуги называют отцом всех мудрецов и всех, кто следует Искусству этому с любовью и искренним желанием. И человек этот показывает и учит, что только Бог - единственный автор, причина и источник всех творений в этом Искусстве. Но он не приписывает творениям или видимым вещам силу и добродетель Бога, подобно помянутым язычникам. Теперь же, видя, что всему Искусству необходимо учиться у Троицы, то есть у Бога Отца, Бога Сына - Спасителя нашего, иисуса Христа - и у Бога Духа Святого, трёх различных ипостасей единого Бога. Посему, мы разделим наш труд об алхимии на три части, или трактата: в первой части мы установим то, что содержит в себе Искусство и что является свойством и природой каждого металла. Во второй - каким образом человек может воздействовать и выявлять подобные силы и крепость металлов. В третьей - какие тинктуры приготовляются из Солнца и Луны.
Часть первая
Глава 1
О ПРОСТОМ ОГНЕ
Во-первых, мы попытаемся установить, что содержит в себе это
Искусство, каков его предмет и каковы его свойства.
Главный и основной предмет, принадлежащий этому Искусству, есть огонь, который всегда живет в одном и том же качестве и действии и не может получить жизнь от чего-либо иного. По этой причине ему свойственны возможность и сила оживлять, как и всем огням сокрытым в тайных вещах, подобно Солнцу, назначенному Богом согревать все вещи в мире, как сокрытые, так и видимые, проявленные, такие как сферы Марса, Сатурна, Венеры, Юпитера, Меркурия и Луны, не способные дать света иного, помимо заимствованного у Солнца, ибо сами они мертвы. Тем не менее, когда их зажигают, они приходят в движение и действуют в соответствии со свойствами своими. Но само Солнце получает свой свет ни от кого другого, кроме Бога, который управляет им, горит и сияет в нем. Иначе и быть не может в Искусстве сем.
Огонь, накаляющий печь и сосуды, сравним с Солнцем в огромном мире; ибо как ничто не появится в мире без Солнца, подобным же образом в этом Искусстве ничего нельзя создать без простого огня; ни одно действие невыполнимо без него. Он - величайшая тайна, заключающая в себе все вещи, понимаемые в этом Искусстве. По другому огонь нельзя постичь, ибо он пребывает сам по себе, и нет ничего, чего бы ему не доставало, но другие вещи хотят его, наслаждаются им и имеют жизнь от него. Потому мы должны были объявить это прежде всего.
Глава 2
МНОЖЕСТВЕННОСТЬ ОГНЯ, ОТ КОЕЙ ПОЯВЛЯЮТСЯ РАЗЛИЧНЫЕ МЕТАЛЛЫ
Мы написали сначала о простом огне, живущем и питающемся от себя самого. Теперь же мы станем говорить о многообразном духе или огне, который есть причина разнообразия и различия созданий, так что нельзя найти одно в точности похожее на другое и одинаковое во всех частях.
Это можно видеть на примере металлов, из коих нет ни единого, который бы имел точный аналог. Солнце производит свое золото, Луна производит металл весьма отличный, а именно серебро, Марс - другой, то есть железо, Юпитер производит иной вид металла, а именно олово, Венера - медь, а Сатурн - свинец; так что все они разные, и каждый отдельно взятый отличается от других. То же самое кажется справедливым и среди людей, как и всех прочих созданий. Причина тому - множественность огня. Подобно тому, как некоторое количество тепла образует, искажаясь, одно следствие, движение моря - другое, пепел - третье, песок - четвертое, пламя огня - пятое, уголь - шестое и т.д.
Это разнообразие творений не происходит от первого простого огня, но из множества разнообразных элементов; не от Солнца, а от хода семи планет. И в этом причина того, что мир не содержит ничего одинакового в своих индивидуальных особенностях, ибо подобно теплу, преобразующемуся и изменчивому каждый час и каждую минуту, изменяются и все прочие вещи, ибо трансмутация огня проходит в элементах, в чьих телах она запечатлена этим огнем. Там, где элементы менее всего сгущены, проявляется Солнце; где немного более - Луна; где элементы еще более плотны - Венера; и таким образом в соответствии с разнообразием соединений, производятся всевозможные металлы; так что ни один металл не появляется на руднике другого.
Таким образом, необходимо знать, что разнообразие металлов происходит от смешения элементов, ибо субстраты их столь же разнообразны и не проявляют сходства, которым бы они обладали если б происходили от простого огня. Из этого можно легко понять, почему существует так много металлов и в таких разнообразных формах, и по какой причине один металл не похож на другой.
Глава 3
О ДУХЕ, ИЛИ ТИНКТУРЕ СОЛНЦА
Теперь мы подходим к духам планет или металлов. Дух или тинктура
Солнца берет начало из чистого, тонкого и совершенного огня. Это означает, что он намного превосходит все другие субстраты и тинктуры металлов, ибо остается постоянно утвержденным в огне, из коего он не уносится, не поглощается им и тем более не сгорает, но скорее кажется более ясным, прекрасным и чистым благодаря ему. Также никакой жар или холод не могут ему повредить и никакое другое воздействие, как и другие субстраты или тинктуры металлов.
По сему, тело, в которое раз облекся, он защищает ото всех несчастий и болезней, дабы могло оно поддерживать огонь без ущерба. Тело обладает этой силой и качеством не само по себе, но от духа Солнца, заключенного в нем, ибо мы знаем, что Солнце есть тело Меркурия, и что это тело не может ни поддерживать, ни выносить этот огонь, но улетучивается от него, хотя оно не уносится от огня, будучи в Солнце, но остается постоянным и утвержденным в нем. Это позволяет нам с наибольшей уверенностью высказать суждение, что Меркурий получает такое постоянство от духа или тинктуры Солнца, поэтому, если тот дух может быть в этом Меркурии, то каждый имеет право заключить, что он может так же действовать в телах людей, когда они его получают.
Как мы достаточно полно сказали в нашей "Magna Chirurgia" о тинктуре Солнца, она не только восстановит и охранит пользующихся ею от болезней, но также и сохранит в здоровой и долгой жизни. Подобным образом, сила и качества других металлов узнаются из истинного опыта, а не от людской мудрости мира, которая есть глупость по отношению к Богу и Его истине; и все, пытающиеся построить что-либо на такой мудрости, возлагая на нее свою надежду, самым жалким образом обманываются.
Глава 4
О ТИНКТУРЕ И ДУХЕ ЛУНЫ
Сказав о тинктуре Солнца, остается рассказать о тинктуре Луны и о белой тинктуре, которая также сотворена из совершенного духа, но менее совершенного, чем дух Солнца. Тем не менее, он превосходит тинктуры всех стоящих ниже металлов, как в чистоте, так и в утонченности, что весьма хорошо известно всем трактующим о Луне и также сельским жителям, ибо она не подвержена ржавчине и огонь не поглощает ее, подобно другим металлам, подобных Сатурну, который улетучивается от огня. Но этот не улетучивается, из чего можно понять, что тинктура эта намного превосходит следующие за ней, ибо она сохраняет тело свое, которое она постоянно принимает в огне, без какого-либо изменения или ущерба. Отсюда достаточно ясно, что если она в собственном тленном теле сама производит Меркурий, то какого же результата она может достичь, будучи извлечена из самой себя в другое тело? Не будет ли она сохранять и защищать от немощей и бед таким же образом? Да, определенно, если бы она создавала этот Меркурий в собственном теле, она делала бы то же самое и в телах людей. Она не только сохраняет здоровье, но является причиной долгой жизни и исцеляет болезни и немощь даже в тех, кто живет дольше обычного, определенного природой, срока. Ибо чем выше, тоньше и совершеннее лекарство, тем лучше и совершеннее оно исцеляет.
Потому-то есть невежественные врачи, практикующие свое искусство, применяя лишь растительность, как то: травы и тому подобные вещи, легко поддающиеся разложению. Пользуясь ими, они пытаются совершить и осуществить работу твердую и стабильную, но тщетно, поскольку они витают в воздухе. Но для чего много рассуждать о них? Они не научились ничему лучшему в своих университетах, и потому, если бы им пришлось вновь также заниматься и учиться сызнова, то они посчитали бы это великим позором поступать иным образом в будущем, в силу чего получается, что они остаются пребывать в прежнем невежестве.
Глава 5
О ДУХЕ ВЕНЕРЫ
Уже сейчас мы упомянули о белом духе, или ясной тинктуре; теперь же мы скажем о красном духе, извлекаемом из плотной элементарной смеси более благородных, к коим он также принадлежит и обладает более совершенной субстанцией чем духи и тинктуры нижеследующих металлов, ибо он выдерживает огонь дольше других, и не так быстро расплавляется или растворяется как другие субстраты, идущие за ним. Также влажность воздуха и огонь не столь ему вредны, как Марсу. По этой причине он дольше выдерживает огонь.
Эту силу и качество имеет Венера, то есть тело ее, что от духа, вселенного в нее. Тот же самый результат, который он производит в ее теле, то есть в Венере, производится и в телах людей, настолько, насколько природа позволяет ему. Он охраняет раны таким образом, что никакие явления не могут их коснуться, ни воздух ни вода не в состоянии им повредить, и изгоняет все болезни, которые ниже его по степени. Этот дух так ослабляет тела металлов, что они выносят ковку, а также тела людей, когда его извлекают из тех, с кем он не согласуется и создает неудобства. По этой причине весьма необходимо, чтобы врач, желающий использовать эти субстраты, был очень опытен в знании металлов. Следовательно, намного лучше использовать более совершенные субстраты, которые можно брать без подобного страха перед опасностью.
Тем не менее, понимая, что субстраты Солнца и Луны очень дороги, и не каждый способен их получить, чтобы исцелять с их помощью, поэтому каждый должен действовать в соответствии со своими возможностями и с тем, что он может приобрести. Не каждый настолько богат, чтобы приготовить эти лекарства, следовательно он вынужден воспользоваться теми, которые он может позволить себе иметь. Из этого любой легко поймет, что металлоподобные лекарства намного превосходят растительность и животных в крепости и целительной силе. Вот все, что касается духа Венеры.
Глава 6
О ДУХЕ МАРСА
Теперь можно сказать о духе Марса, который являет собой более плотную и легковоспламеняющуюся смесь элементов, чем другие субстраты, стоящие выше него. Но дух Марса наделен большей твердостью нежели другие металлы, он не так легко плавится и растворяется в огне, как прочие, следующие за ним. Но ему причиняют большой вред вода и воздух, они его поглощают, и он сгорает в огне, как явствует из опыта. По этой причине дух его более несовершенен чем любой вышестоящий дух, но в твердости и сухости он превосходит все другие металлы, как выше, так и нижестоящие, ибо он не только сохраняет совершенную субстанцию и противится ковке, подобно Солнцу и Луне, но также как те, что в могут находиться в нем, подобно Юпитеру и Сатурну, и им подобным. Следовательно, если он таким образом действует в металлах, это показывает, что он должен давать тот же результат в телах людей. Он сопротивляется, особенно когда его употребляют для неудобной болезни, и ужасно болезненно действует на телесные члены. Тем не менее, когда его прикладывают к ранам, не превосходящим его по степени, он их промывает, очищает и пр. Посему этот дух немногим уступает по своей силе и качеству любому из более благородных, в тех свойствах, которые ему были предопределены Богом и Природой.
Глава 7
О ДУХЕ ЮПИТЕРА
О духе Юпитера надо знать, что он извлекаем из белой и бледной субстанции огня, но по природе ломок, хрупок и не выносит ковки, как Марс. Потому это хрупкий металл; так, если его смешать с Луной, то ее едва ли удастся обработать в первой стадии ковки без больших усилий. То же действие он оказывает на все прочие металлы, кроме Сатурна. И то же, что он производит в телах металлов, он совершает и в человеческих телах - жжет и разъедает члены, мешая их собственным совершенным действиям, чем делает их неспособными выполнять работу, которую требует и к которой понуждает их Природа. И все же, у этого духа есть то достоинство, что он устраняет язвы опухолей, свищей и тому подобных явлений, особенно тех, которые не превосходят степени его сущности, данной ему Господом и Природой.
Глава 8
О ДУХЕ САТУРНА
Дух Сатурна формируется и создается из сухой, холодной и черной смеси элементов, из-за чего получается, что среди всех других металлов он меньше всего выдерживает огонь.
В то время как Солнце и Луна оказываются прочными, если к ним добавить
Сатурн, он явно их утончает, постепенно уменьшая их твердость вопреки
их собственной природе. Так же он действует в телах людей, но приносит
сильную боль и страдания, подобно Юпитеру и Марсу, по причине смешения
с холодом, поэтому его действие не такое мягкое. Но он обладает большой силой и достоинством в исцелении свищей, опухолей и язв, находящихся ниже его степени и природы. Он изгоняет наружу болезни и нечистоты Луны. Тем не менее, если прикладывать его неосмотрительно, то он принесет больше вреда, чем пользы.
Поэтому тот, кто хочет правильно его использовать, обязательно должен знать его природу, и то, какие болезни он излечивает, и к чему может быть приложен. И если будет учтено все, что необходимо, то никакого вреда не последует.
Глава 9
О ПЛОТНОМ ДУХЕ МЕРКУРИЯ
Дух Меркурия, который единственно подчинен всем остальным высшим духам, не имеет определенной и отчетливой формы сам по себе. В силу этого получается, что он воспринимает все другие металлы, как воск принимает оттиски всех форм печатей, так что этот элементарный дух можно сравнить с другими духами металлов, ибо если он принимает в себя дух Солнца, то последний останется самим собой, а если Луны, то и она останется собой, такой же результат этот дух производит со всеми прочими металлами с которыми он гармонирует и принимает их свойства в себя.
По этой причине, в соответствии со своим телом, он принимается другими духами, описанными выше, равно как мужское женским, ибо Солнце есть тело Меркурия, кроме единственно того, что Солнце связывает и скрепляет Меркурий. Но обычный Меркурий непостоянен и летуч, тем не менее он подчинен всем вышеуказанным духам и вновь порождает не только металлоподобные субстраты и тинктуры, о коих уже говорилось, но и сами металлы, с чьей помощью вышеназванные тинктуры приходят в действие. Но если не соблюдать меры, то будет невозможно когда-либо привести те виды тинктур к совершенству, ибо если огонь, который должен оживить тинктуру, слишком силен, то она его погасит и не сможет действовать. Тот же результат получится, если огонь слишком слаб.
Поэтому здесь необходимо знать, каким растворителем должно пользоваться в этом Искусстве, и каковы его крепость и свойства, и также каким образом им распоряжаться и как окрашивать тинктуры и приводить их к совершенному результату, дабы они могли выкристаллизоваться и проявиться. Так вкратце мы завершаем нашу первую часть.
Часть вторая
О МЕРКУРИИ ФИЛОСОФОВ И РАСТВОРИТЕЛЕ ТИНКТУР
В первом трактате мы писали о духах и тинктурах металлов и пр., заявляя о всех их свойствах и природе, и что порождает каждый металл. В семи главах второго, мы будем трактовать о растворителе тинктур, то есть о Меркурии философов, с помощью которого создаются тинктуры и ферментах металлов.
Глава 1
ИЗ ЧЕГО ДЕЛАЮТ ТИНКТУРЫ И ФЕРМЕНТЫ
Кто желает получить тинктуру металлов, должен взять Меркурий философов и бросить в его собственный конечный продукт, то есть в живую ртуть, из коей он и исходит. Таким образом получится, что Меркурий философов растворится в живом Меркурий, и примет его силу, так что Меркурий философов убьет живой Меркурий и оставит его утвержденным в огне, в коем пребывает сам.
Ведь согласие между этими Меркуриями подобно согласию между мужским и женским, мужем и женой, поскольку они оба извлечены из плотных субстратов металлов, за исключением того, что тело Солнца остается плотным и утвержденным в огне. Но живой Меркурий не утвержден. Тем не менее они могут предназначаться один для другого, как пшеничное зерно или семя предназначено для земли, что мы продемонстрируем на примере следующим образом: если кто-либо сеет ячмень, то ячмень он и пожнет; если пшеницу, рожь или какой иной злак, то и соберет что сеял, и т.д. И так же в этом Искусстве, если кто-либо сеет золото Солнца, то золото и пожнет, если Луну, то ее же и соберет, и также со всеми остальными металлами.
По сему мы утверждаем, что тинктуры берут начало от металлов, то есть, от Меркурия философов, а не от живого Меркурия; но последний производит семя, которое сначала оплодотворяется.
Глава 2
О СОЮЗЕ МУЖСКОГО И ЖЕНСКОГО, О МУЖЧИНЕ И ЖЕНЩИНЕ
Прежде всего необходимо знать, что Меркурий философов, и живой
Меркурий, соединяются и крепко объединяются друг с другом.
Брать их надо не больше и не меньше чем следует, дабы не помешать или
вовсе не уничтожить весь труд, ибо семя задыхается от перенасыщения,
так что не может жить столь долго, пока не присоединится и укрепится в
Меркурий философов. Но если его слишком мало, так что он не может быть
растворен в веществе, он также будет уничтожен, так что не сможет произвести никакого плода.
Поэтому искусный работник должен точно знать, сколько брать одного и сколько другого, если хочет довести работу до совершенного конца. Рецепт таков: возьми одну часть к двум, или три к четырем, тогда ты не сможешь ошибиться, но добьешься желаемого результата.
Глава 3
О ФОРМАХ СОСУДОВ ИЗ СТЕКЛА
Итак, когда материалы правильно и должным образом приготовлены и смешаны, у тебя должны быть стеклянные сосуды, надлежащей пропорции и равной пригодности и емкости; не слишком большие и не слишком малые, но подходящие. Ибо если сосуды слишком велики, то женское, то есть флегма, рассеивается и теряется, из-за чего выходит, что семя не может родить; а слишком малые сосуды подавляют его рост и оно не может принести плода, как если бы семя посеяли под деревьями или колючим кустом, так что оно не может дать почку и вырасти, а погибает, не принеся плода.
Следовательно, в сосудах нельзя делать даже малой ошибки, которую если один раз допустить, уже нельзя будет исправить в той же работе, и она не сможет быть завершена или дать добрый результат. Потому запомни следующее: бери три унции с половиной и четыре фунта, чтобы все делать правильно, и сохранишь вещество так, что оно не рассеется, и ни флегме ни порождению не будет препятствий.
Глава 4
О СВОЙСТВАХ ОГНЯ
Коли ты поместил вещество в подходящие сосуды, то обязательно должен тщательно хранить и поддерживать естественную теплоту, чтобы внешнее тепло не одолело внутреннее и не было в избытке сравнительно с ним.
Ибо если теплоты будет в избытке, то нельзя будет сделать соединение, по причине того, что вещество рассеивается и сгорает от силы тепла, так что ничего доброго из этого не выйдет.
Потому средняя область воздуха природой предопределена меж небом и землей, иначе Солнце и звезды испепелили бы все сущее на земле, так что на ней ничего нельзя было бы производить и ничего бы не появлялось. Следовательно, работай так, чтобы соблюсти воздушный промежуток между веществом и огнем. Таким образом должно получиться, чтобы теплота не могла легко причинить вреда ни в каком отношении: не рассеяла, бы вещество, и тем более, не сожгла его. Но если огонь слишком мал, и недостаточно горяч, то дух остается без изменений, пламя не воздействует на его влажность, и его нельзя ни высушить ни закрепить - ибо духи металлов сами по себе мертвы и пребывают в покое, так что сами по себе они не могут действовать, разве что их возбудить огнем.
Так же и в великой Вселенной мира, где семя, брошенное в землю, мертво и само не может ни расти ни размножаться, если его не оживить теплом Солнца. Следовательно в этой работе главным образом необходимо соорудить и развести огонь правильно и пропорционально, не слишком большой и не слишком малый; иначе работа эта никогда не будет доведена до совершенного и желаемого конца.
Глава 5
О ЗНАКАХ ПРОЯВЛЯЮЩИХСЯ В СОЮЗЕ СВЯЗЕЙ
Если огонь сохраняют и поддерживают умеренным, то вещество мало-помалу примет черный цвет. После этого, когда сухость начнет действовать на влажность, в сосуде будто расцветут разные цветы всякой окраски, такие, как на павлиньем хвосте, и такие, каких ни один человек прежде ни видел. Также иногда сосуд выглядит, словно он выкрашен золотом, и когда, это становится заметным, то можно с уверенностью сказать, что мужское управляет и действует на семя женского, и что они скрепляются, то есть этот Меркурий утвержден и действует на живой Меркурий и начинает смешиваться с ним.
Затем, когда влажность начинает исчезать под действием сухости, эти цвета рассеиваются, и вещество начинает постепенно становиться белым, и это продолжается покуда оно не достигнет наивысшей степени белизны. Но особо следует заметить, что дело это нельзя торопить, по мнению тех, кто представляет эту работу аналогичной той, что видима в развитии человека и зерна. А именно, первый развивается в течение девяти месяцев, а второе - десять или двенадцать месяцев. Ибо так скоро Солнце и Луна вызывают зрелость и приводят к рождению, как ребенка из чрева матери его, так и зерна из недр земли. Ибо нужно знать, что все, творимое или рождаемое быстро или в спешке, вскоре сгинет; пример тому являют как люди, так и травы.
Жизнь тех, кто прежде всех производится или рождается коротка, но с Солнцем и Луной дело обстоит иначе, ибо они являются причиной намного более совершенного естества в людях. Потому и получается, что они наделяют их долгой жизнью и сохраняют от многих бед и болезней.
Глава 6
О ЗНАНИИ СОВЕРШЕННОЙ ТИНКТУРЫ
В предыдущей главе мы изложили, как понемногу обрабатывается само вещество, а в этой мы выскажемся, какими способами можно узнать, что оно совершенно. Сделай следующее: возьми белый камень Луны, порождающий белое, и отдели от него ножницами маленький кусочек, положи его на медный лист и нагрей докрасна на огне. Если от него пойдет дым, то камень несовершенен и должен вывариваться дольше, пока не достигнет степени совершенства. Но если он не дымит, то будь уверен, что он совершенен. То же самое нужно делать и с красным камнем Солнца, повторяя операцию.
Глава 7
КАК УВЕЛИЧИВАТЬ ИЛИ УМНОЖАТЬ ТИНКТУРЫ
Если ты хочешь умножить или увеличить полученную тобой тинктуру, смещай ее вновь с обычным Меркурием и обрабатывай так же, как ты делал в первый раз, и в сто раз увеличь часть, которая прежде окрашивалась. Делай это снова и снова, до тех пор, пока у тебя не будет столько вещества, сколько ты хочешь. И чем дольше оно останется в огне, тем выше и утонченней будут его степени, так что одна его часть изменит бесконечно большое количество живого Меркурия, в наилучшие и совершеннейшие Луну и Солнце. Теперь у тебя есть вся последовательность от начала до конца, чем мы и завершаем этот вторую часть и переходим к третьей.
Часть третья
Во втором трактате мы рассказали, как создавать тинктуры и ферменты.
В третьем мы объявим и вполне объясним с помощью чего приготовляются тинктуры Солнца и Луны и каким образом следует делать Солнце и другие планеты, а именно, с помощью печи и огня.
Глава 1
О ПОСТРОЙКЕ ПЕЧИ И ОБ ОГНЕ
Меркурий Гермес Трисмегист сказал, что желающий в совершенстве постичь это Искусство, должен, так сказать, построить новый мир. Ибо по тому же образу, по которому Бог создал Небо и Землю, также должна быть построена и управляться печь с огнем, то есть, следующим образом:
Во-первых печь следует строить высотой в шесть расстояний между кончиками среднего и большого пальцев, а шириной в одну ладонь.
Внутри, пусть она будет круглой и ровной, иначе в ней застрянут угли. Оттуда пусть она немного отклоняется к своему краю, а внизу пусть будут оставлены отверстия размером в четыре пальца, и у каждого отверстия должен быть медный котелок с водой. После этого, возьми хорошие твердые угли, которые нужно разбить на куски величиной с грецкий орех. Этими углями заполни продолговатую печь, которая затем должна быть закупорена дабы угли не выгорели. Затем, подожги несколько углей возле нижних отверстий. Если огонь слишком силен, то положи перед ним камень, если слишком слаб, то пошевели угли железным инструментом, чтобы в них проник воздух и жар можно было увеличить.
Таким образом ты можешь поддерживать свой огонь в соответствии с истинными потребностями природы, не слишком сильный, и не слишком слабый, но наиболее пригодный и отвечающий движению вещества. Это сравнимо с небесным сводом. В этом месте есть также другой небесный свод, а именно, вещество содержащееся в стеклянном сосуде, после чего следует форма Мира. Следовательно, печь должна быть установлена как в великом Мире Солнце, дающее свет, жизнь и тепло вселенской Печи, всем Инструментам и всем прочим вещам заключенным под ним.
Глава 2
О СОЮЗЕ МУЖСКОГО С ЖЕНСКИМ
Теперь, после рассуждений о печи и огне, где приготавливаются тинктуры, мы намерены в подробно описать то, как сочетаются Мужчина и Женщина, и как они соединяются. Возьми Меркурий, приготовленный и очищенный в наивысшей степени. Разложи его с женой, а именно, с живым Меркурием. Как Женщина принимает Мужчину, и как Мужчина приникает к Женщине, и даже как муж любит свою жену, и жена любит своего мужа, так же и Меркурий философов и живой Меркурий, осуществляют величайшую любовь, и движимы Природой с великой симпатией к нам. Следовательно как один, так и другой Меркурий сочетаются друг с другом, именно как муж с женой, в соответствии с их телами, так что между ними нет розни. И они подходят Друг другу в своей силе и свойствах, за исключением того, что Мужчина крепко утвержден, а Женщина быстро испаряется в огне. И по этой причине Женщина соединяется с Мужчиной, и он укрепляет ее твердо и стойко в любом соотношении. Следовательно, они оба должны быть так плотно замазаны и закрыты, дабы женщина не могла испариться или сделать выдох, иначе вся работа ничем не окончится.
Глава 3
О СНОШЕНИИ МУЖЧИНЫ И ЖЕНЩИНЫ
Если ты положил Мужчину и Женщину на Брачное Ложе и хочешь, чтобы он мог действовать на нее, дабы она могла родить, то необходимо, и так должно быть, чтоб Мужчина производил свое действие на Женщину так, что семя Женщины сможет сгуститься и собраться в массу с помощью семени Мужчины, иначе оно не принесет плода.
Глава 4
О ФИЛОСОФСКОМ СОЮЗЕ МУЖЧИНЫ И ЖЕНЩИНЫ
Затем если ты заметил, что Женщина черного цвета, то будь абсолютно уверен, что она зачала и забеременела. Когда семя Женщины обволакивает семя Мужчины, это первый признак и ключ всего этого Искусства. Следовательно сохраняй естественное тепло тщательно и постоянно, и появится чернота, и будет рассеяна и поглощена естественным теплом. Подобно червю, который ест и пожирает другого, тепло продолжает поглощать столь долго, пока не исчезнет чернота.
Глава 5
О ЧЕРНОМ ЦВЕТЕ
Если чернота четко проявляется, то знай, что Женщина беременна. Но когда начинает показываться павлиний хвост, то есть, когда на стекле появится множество разных цветов, то это показывает, что Меркурий философов действует на грубый Меркурий и простирает крылья свои покуда не одолеет его. Следовательно, когда сухость воздействует на влагу, то появляются эти цвета.
Глава 6
О БУТОНАХ ВОЗНИКАЮЩИХ И ПОЯВЛЯЮЩИХСЯ В СОСУДЕ
Когда ты увидишь это множество цветов, то будь постоянен в работе своей, поддерживая огонь, до тех пор, пока цвет павлиньего хвоста не будет полностью поглощен, и пока вещество Луны не явится белым и чистым как снег, и покуда сосуд не приведет его к полной степени совершенства. Затем, отколи он него маленький кусочек и положи его на медную пластину на огне. Если он не изменится, останется твердым и сохранит свою тинктуру, значит он доведен до наиболее совершенной субстанции Луны.
У этого Короля есть крепость и сила, не только преобразовывать и изменять все металлы, но также исцелять все болезни и немощи. Этот Король достоин похвалы, увенчан многими достоинствами и столь великой силой, что может преобразовывать и изменять Венеру, Марс, Юпитер, Сатурн и Меркурий в наиболее постоянную Луну, для любого пробного камня, а также освобождает и избавляет тела людей от несметного числа болезней, таких как лихорадки, слабости, проказы, сифилиса, или morbus gallicus, и от великого множества других немощей и болезней, которые ни травы, ни корни, ни подобные им лекарства вообще не могут излечить, или удалить.
Кто ежедневно пользуется этим лекарством, тот сохранит себя в здоровой и совершенной долгой жизни.
Глава 7
О КРАСНОМ ЦВЕТЕ
После того, как этот Король будет наделен совершенной белизной, огонь
необходимо постоянно поддерживать, пока белизна не начнет принимать
желтый цвет, которой следует сразу за белизной. Ибо, чем дольше жар
действует на белое и сухое вещество, тем более желтым и похожим на
окраску шафрана будет становиться цвет, пока не достигнет совершенной красноты, которую огонь постепенно доводит до высочайшей степени красного цвета.
Затем приготовляется субстанция золота, и рождается восточный Король, восседающий на Троне своем, и господствующий надо всеми князьями Мира.
Глава 8
ОБ УВЕЛИЧЕНИИ, ИЛИ ПРИУМНОЖЕНИИ ВЫШЕУКАЗАННОГО
Приумножение этого вещества происходит следующим образом. Пусть оно сначала растворится в собственной влаге, затем приблизь к нему огонь, на таком же расстоянии, как и в первый раз, и оно будет действовать на свою влагу сильнее, чем прежде, и изменит ее в свою собственную субстанцию, превращая всю массу вещества в саму субстанцию.
По этой причине богатства Земли несказанны, и мир с ними не может сравниться.
Свидетель же тому - Augurellus.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Эта Тайна хранилась среди самых оккультных и сокровенных тайн древнейшими Отцами, оберегавшими ее, дабы не попала она в руки людей порочных, которые с ее помощью могли бы лучше и более полно осуществить свои преступные и злые замыслы.
Потому, мы просим вас, добившихся сего дара Божьего, чтобы вы подражали Отцам и скрытно использовали и сохраняли эту божественную Тайну. Ибо коли станете вы топтать ее сами, или же метать бисер перед свиньями, то предстанете суду Бога - Великого Судии и Мстителя за все. Но тем, кому Бог в исключительной и особой милости своей даровал воздержание ото всех пороков, Искусство это будет раскрыто более полно, чем кому-либо другому, ибо у одного такого человека больше мудрости, чем у тысячи сыновей мира сего, которые никогда не познают этого Искусства.
Тот, кто познает эту Тайну и обретет сей Божий дар, пусть славит Всевышнего Бога - Отца, Сына, и Святого Духа - и единственно умоляет о милости Бога, дабы мог он использовать его во славу Божию и во благо ближнего своего. Это милосердный Бог позволит сделать через Иисуса Христа, Сына своего единственного, Господа нашего. Аминь.
Книга II
ОККУЛЬТНАЯ ФИЛОСОФИЯ
ПРОЛОГ
В этой книге намереваемся мы поведать о величайших и оккультных тайнах философии, а также о том, что относится к магии, нигромантии, некромантии, пиромантии, гидромантии и геомантии, ясно и полно излагая все, что может быть исследовано, претворено и осуществлено через них.
Философией этой на практике сильно злоупотребляют, используя ритуалы и иные извращения. И по сей день основание ее ложно воздвигается на песке, отчего все ухищрения и уловки ее сметаются малейшим ветром, а порой и сами хитрецы, особенно нигроманты, исторгаются из самой ее средины ветрами, то есть духами, одолевающими, покоряющими и уносящими их прочь. А потому надо, чтобы основание этих и всех иных чародейств покоилось на Священных Писаниях, на учении и вере Христа, являющихся самой крепкой и надежной опорой и краеугольным камнем, на коем зиждятся три основных принципа этой философии.
Первый есть молитва, которой соответствует следующее изречение из Священного Писания: "Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам". Посредством этой молитвы должны мы искать Господа и преданно веровать его обетам. И если будем творить ее чистым сердцем и духом, - дано будет нам и обретем то, что ищем, и все, что прежде пребывало оккультным и тайным, будет отверсто и явлено нам. Второй принцип есть вера, способная поднять горы и ввергнуть их в море, ибо для уверовавших нет ничего невозможного, как говорил Христос. Третий принцип заложен в нашем воображении, которое впоследствии возгорается в сердцах и надлежащим образом согласуется и гармонирует с вышеупомянутой верой.
А потому следует отвергнуть и отбросить все ритуалы, заклинания, освящения и тому подобную суету, со всеми их пустыми основаниями. Истинный краеугольный камень есть основание, которое должны мы объять лишь сердцами своими, то есть все, что проистекает из Священных Писаний, света Природы и источника Истины. А посему будем мы излагать кратко и доступно самые оккультные и сокровенные вещи, которые ни Корнелий Агриппа, ни Питер де Альбано, а еще менее Тритемий никогда не понимали и о коих никогда не писали. И да не злословит никто о философии моей, но сперва хорошенько изучит и осмыслит каждое слово.
И тогда станет ясно, от чьего имени я говорю и почерпнул ли я знание это от Дьявола или же постигая чистый свет Природы.
Глава 1
ОБ ОСВЯЩЕНИЯХ
Поскольку величайшее из всех благ Господь изначально содеял
самим сотворением Мира, то премного благословлено и освящено все, пребывающее в нем: и места, и инструменты, и все создания, сущие на Земле. Нет нужды в иных благословениях и освящениях, ибо Он - сама Святость, а потому все, предуготованное и сотворенное Им, также освящено Им и чрез Него. А значит никакие творения рук человеческих не нуждаются в иных освящениях, и лучше - или даже лучше всего - оставаться им без оных, особенно таким, как кресты, воздвигнутые при дороге, кресты, круги, мечи, одеяния, свечи или светильники, растворы, масла, огонь, воскурения, символы, писания, книги, пантакли, печати Соломона, венцы, скипетры, пояса, кольца и тому подобное, используемое церемониальными нигромантами против призрачных духов, будто нельзя их приневолить иными средствами, тогда как вера есть главнейшая и важнейшая опора против них.
Церемониальные нигроманты нередко утверждают, что эти предметы освящены, благословлены и используются в литургии. А потому, говорят они, вещи эти обладают властью против Дьявола и злых духов, которые страшатся их, обращаются в бегство и не смеют к ним приближаться.
О вы, сущие архи-глупцы и невежественные люди, никчемные! даже недостойные называться людьми, верующие в столь чудовищную и явную ложь, несмотря на примеры перед глазами. Ведь видят, сколь много молний обрушивается на храмы, сжигает и разрушает алтари, а учиняется сие бурями, вздымаемыми колдовством; видят, что Дьявол и духи злобы царствуют над этими местами, а маги даже слышат, о чем они говорят.
А потому нигромантия, со всеми ритуалами своими, есть абсолютное зло, гадюка, используемая обманщиками, злодеяние, ослепляющее зрителей и вымогающее их деньги, но на деле не стоящее ничего, даже ломаного гроша. А посему не следует склоняться и прибегать к ним здесь, как писал иудей Соломон в своей книге, называемой нигромантами "Ключики Соломона". Ибо Господь не потерпит их применения, даровав вместо них нечто иное, одним словом, веру, которая идеально освящает все сущее.
Тем не менее, я не отвергал бы все освящения, но лишь те ритуалы, которые, как полагают, используются против призрачных и злых духов.
Но я вовсе не желаю, чтобы из этих магических ритуалов и операций, совершаемых в практических целях, было что-либо изъято: особенно же освящения в супружестве, таинствах крещения и вечери Господней, кои мы всегда должны хранить и соблюдать с высочайшим почтением и благоговением, вплоть до смертного часа своего. Ибо в тот час мы все совершенно освящаемся и очищаемся небесным телом.
Глава 2
О ЗАКЛИНАНИЯХ
Прежде чем поведать о заклинаниях, откуда они проистекают и какова их основа, необходимо рассказать о том, кто их выдумал, кто использовал, что делалось с их помощью и как все больше и больше стали ими злоупотреблять. А потому знайте, что источник их был в Вавилоне, там они приумножались и процветали, затем пришли в Египет, а оттуда к израильтянам и наконец, к нам, христианам. Они прекрасно известны нигромантам, которые высоко почитают их, так что в грубом и невежественном разумении своем приписывают им больше действенности, силы и мощи, нежели молитве и вере. Эта основа, извлеченная из их собственных умозрений, должна быть осуждена - с тем, чтобы ни одна душа не могла на нее опираться. Они же все справедливо заслужили наказания магистрата, настаивающего на сем. Хотя сами по себе заклинания и способны кое-что совершить, все же ни один маг или мудрец не должен ими злоупотреблять, ибо это противоречит даже самому Господу, его слову и заповедям, а также свету Природы, ибо ими не исторгнуть истины у духов. Хотя порой они и являются с величайшей помпой, страшной гордыней и высокомерием, но все же их нельзя приневолить или одолеть заклинанием, ибо это может совершить только вера.
Я утверждаю, что сей род нигромантов, желающих осуществить и претворить задуманное своими заклинаниями, дабы вынудить, приневолить, поразить и измучить духов, вынуждая их исполнять свою волю, могут быть уподоблены ворам и грабителям, скрывающимся в лесах и иных местах, чтобы грабить и убивать, могущим умерщвлять и воровать столь долго, сколько позволит им это Господь, но не более. Но когда наступает время и час, зверства и злодеяния их становятся явными, и тогда самым коварным и хитрейшим из них не спастись. Отчего и случается так, что одного карают смертью за грабеж, другому выносят обвинительный приговор и предают в руки палача, воздающего ему по заслугам. А иначе и не можем мы судить воров сих, взламывающих дома и крадущих до тех пор, пока не вздернут их на виселице. Также и нигромант вызывает и заклинает духов и насылает на них наказания и мучения лишь пока позволяет ему это Господь Бог, и не без проклятия Божия. И когда наступает время и час его наказания, тогда, как гласит притча, пожинает он плоды свои. Ибо грешил он заклинаниями своими, не чертя круга (как должен был бы) по воле духов, о чем те часто твердили ему. Словом, грешил ли ты заклиная, или не чертил должным образом круга, или не подвергал себя утеснению и недостаточно готовился, или печать твоя и пантакли были ложными - посему получаешь ты это наказание. Так долги твои отплачиваются тебе наличными, загодя для тебя уготованными, кои давно должен был бы ты получить. Так он заслуженно получает награду свою от духов, оставляющих на нем некую особую отметину или же наносящих увечье какой-либо части тела его, если только они вовсе не ломают ему шею. И так становится он собственным палачом.
А потому пусть церемониальные нигроманты вникнут и всмотрятся в то, что они творят. Пусть поставят они эту главу пред собой как зеркало, дабы посредством легкомысленных и зловредных операций не обратиться им в рабов духов, не подпасть под их власть и не стать своими собственными палачами. Но если такое случится, то духи более не потерпят, чтобы эти рабы помыкали ими. И не смогут они уже делать то, что хотят, но, став рабами, вынуждены будут подчиниться с покорностью духам, ставшим их господами. Так же поступает и палач - не внемлет он тому, кто должен быть казнен, и не выказывает ни милосердия, ни благосклонности мольбе осужденного, но исполняет он приказ и волю своего господина и то, что предписывает ему должность его.
Но даже в этом случае злые духи суть палачи Божии, не могущие ничего привести в исполнение без повеления своего Магистрата, то есть Божественного Величества.
А потому я утверждаю, что все заклинания противны Господу и противоречат слову Его, Божественному закону и свету Природы. Запрещено их использовать не только по отношению к духам, но также и к травам, камням и прочему, а особенно же применять те, что сотворены во вред человеку. Не пристало нам поступать как язычникам, которые, будучи не в состоянии использовать людей по своему собственному желанию и заставлять их, поистине заклинали оных (о чем свидетельствуют многочисленные примеры из Священных Писаний), дабы исполняли и совершали они то, что было противно их воле и природе. А посему горе таким нечестивцам и всем, кто уподобляется им, ибо велико злодеяние, совершаемое ими! Какие тяжкие наказания падут на них в конце концов, и какие страшные и ужасные обвинения предъявит им Дьявол прежде гнева Господня? И если бы творящие подобные вещи могли явить подражателям своим все те страдания, что претерпевают они, многие тысячи из них можно было бы привести к покаянию.
Глава 3
О СИМВОЛАХ
Не должны мы также доверять ни символам, ни словам, ибо в них премного упражняются поэты и чародеи, испещряющие ими свои колдовские книги, всецело и опрометчиво извлекая их из собственного воображения, безо всякого на то основания, и измышляют их вопреки истине, тогда как многие тысячи из словес этих не стоят и выеденного яйца. Но пока я умолчу об их символах, которые чертят они на бумаге и пергаменте, бессмысленно обремененные такими пустяками.
Среди подобных людей бытовал обычай, сохранившийся доныне лишь у немногих из них и состоявший в том, что накладывая эти символы на людей, они заставляли их обожать себя, произносить такие слова, что для меня прекрасны и о коих никто никогда и не слыхивал; а тем не менее, они говорят, что слова эти рождаются сами собой. Потому необходимо иметь совершенное знание, дабы различать эти буквы, слова и символы.
Среди них обнаруживают много слов, не имеющих никакого сходства с идиомами латинского, греческого или еврейского языков, также и ни с какими иными; и ни один человек не может ни трактовать, ни переводить их на другой язык. А потому я не без основания утверждаю, что мы не должны доверять всем буквам, символам или словам, но придерживаться лишь тех, что истинны и часто доказывались на основании истины и извлекались из нее.
Но чтоб могли мы к ним приступить и поведать, какие слова или символы правдивы и истинны, необходимо сперва выявить и разъяснить два из них.
И хотя много других может быть найдено, все же эти надо особо ценить и почитать прежде всех иных символов, пантаклей и печатей. Обратите же внимание на изображение оных.
[1] Две скрещенные треугольные фигуры рисуют или гравируют таким образом, что они заключают в себе и подразделяются на семь внутренних частей, образуя шесть внешних углов, в которых чертятся чудесные буквы величественного Имени Божиего - "Адонай" - сообразно их истинному порядку. Это один из тех символов, о которых мы уже говорили.
[2] Есть и другой, превосходящий предыдущий в мощи и силе. Он имеет
три скрещенных угла, изображающихся таким образом, что взаимопересекаясь, они включают в себя шесть внутренних частей и пять внешних углов, в которых чертятся пять слогов высшего Имени Бога, то есть "Тетраграмматон", также сообразно их истинному порядку.
Я бы нарисовал эти фигуры, но поскольку их можно легко найти во многих других местах и книгах, то я предпочел опустить их.
Некоторые израильтяне и нигроманты иудеи многого добились этими двумя
символами. И ныне они высоко почитаются многими и оберегаются как
величайшие тайны, ибо обладают столь большой мощью и силой, что если
только нечто возможно совершить посредством каких-нибудь символов
или слов, то это можно сотворить и ими или же одним из них. Мне бы хотелось знать, где и в каком месте в книгах нигромантов можно найти какой-либо другой символ, которым можно было бы творить подобное против злых духов, Дьявола и колдовства магов, посредством всех уловок и ухищрений чародеев. Ибо они воистину освобождают того, чей дух и разум околдованы настолько, что вынужден он действовать против собственной воли или природы. А если ему причинен ущерб или же терпит он телесную боль, то фигуры эти, изготовленные в должный день и час, взятые в рот вместе с облаткой, блином и тому подобным, в двадцать четыре часа избавят его от колдовства.
Б таких случаях хороши и многие другие средства, вроде тех, о которых я упомяну в дальнейшем, когда перейду к рассказу о бурях и временах года.
Короче говоря, символы эти обладают столь великой силой и мощью, что если бы нигроманты только ведали об их силе и действенности и веровали в них, то тут же отринули бы все остальное, даже все свои прочие символы, слова, имена, знаки, фигуры, пантакли, освященные печати Соломона, венцы, скипетры, кольца, пояса и какие бы то ни было ритуалы, на которые они уповали прежде, надеясь ими оберечься от своих опасных экспериментов и операций, которыми они призывают, заклинают или пытаются приневолить духов. Воистину, то, о чем говорилось, суть подлинные пантакли, и именно их надо использовать против всех нечистых духов, которые действительно страшатся их, даже те, кто блуждает в стихиях. И все же вера укрепляет и подтверждает все эти вещи.
Но некоторые могут мне зло, хотя и несправедливо, возразить, сказав, что нарушаю я третью заповедь Божию из первой Скрижали Моисеевой, где Господом Богом запрещено употреблять Имя Его всуе. Но кто из мудрых может утверждать, что я сделал это, или же что этим я Бога оскорбил? Ведь не использую я символы эти для той цели и не применяю их, как это делают нигроманты и колдуны; но лишь в случае крайней нужды, для помощи людям и при тех хворях и немощах, где не помогают ни лекарства, ни квинтэссенция золота, ни сурьма, ни им подобные секреты, хотя они и обладают огромною силой и действенностью.
Врачу надо знать первопричину всех болезней, дабы мог он различить, которая проистекает от скверного мяса или питья, а которая от яблок, трав и иных плодов земных; и полезно знать ему тайны трав и кореньев, которыми можно излечить болезнь. Но если причина кроется в минералах, такие болезни надо исцелять тайнами известных металлов, ибо тайны трав и кореньев совсем иные и здесь бессильны.
Подобным же образом, если болезни вызваны влиянием небес, ни одна из вышеупомянутых тайн не сможет избавить от них, но оные должно исцелять астрологией и небесными влияниями.
Наконец, если та или иная хворь или напасть накликаны на человека неким сверхъестественным путем, колдовством или же какими-либо магическими чародействами, то ни одно из названных трех лекарств не поможет; но должно существовать магическое средство, которым можно ее исцелить, о чем мы уже говорили.
Многие из претерпевающих подобные страдания от колдовства и по сей день отвергаются невежественными врачами, ибо эти вещи были доселе сокрыты от них. Но случись им узнать еще и о других, они бы ответили, что поступили бы против Господа и употребили бы Его Имя всуе, прибегая к таким вещам, и что сделанное мною - сущая ложь. Но если б я применил эти вещи во вред и ущерб человеку, тогда я богохульствовал бы против Господа; и если бы я заклинал духов, человека, травы, коренья или камни Именем Его, тогда можно было бы справедливо сказать, что я употребил его всуе и оскорбил Господа - но не прежде. Пусть же сами богословы и софисты скажут, что они разумеют под этими вещами. То, о чем я говорю, не противоречит истине, хотя воззрения их на этот счет могут разниться с моими. Они назовут меня колдуном, нигромантом и презрителем заповедей Божьих, но до той клеветы и упреков мне дела нет, ибо станет очевидно, что выпады их против меня не больше выпадов евреев и фарисеев, обвинявших Христа в том, что исцелял он больных в субботу. Ведь сказали они ему, что он нарушил субботу и заповедь Божию; и подобным же образом обвиняли они Давида, когда он был вынужден вкушать хлебы подношения. Но что и как надо сделать, чтобы угодить всем этим обвинителям и клеветникам?
Невежды не прекратят болтать языком, пока не смогут их научить звери или камни, что, как мы полагаем, произойдет еще не скоро, и тогда они обретут мир.
Глава 4
О ДУХОВНЫХ ВИДЕНИЯХ, ЯВЛЯЮЩИХСЯ ВО СНЕ
Существует два рода сновидений - естественные и сверхъестественные. Но во сне и в сновидениях являются и различные виды призраков и видений, о коих здесь не стоит упоминать, ибо они обыкновенно вызваны либо скорбью, либо неким расстройством и смятением ума, нечистотой крови, размышлениями, то есть работой мозга и разума и поглощенностью оных разнообразными делами, которыми заняты люди. Так игрокам снятся игры в кости и карты, большие приобретения и потери; солдатам - военные действия, ружья, пушки, порох, оружие и все виды вооружений и орудий войны, победы и поражения; сынам Бахуса и горьким пьяницам - отменное вино и огромные чаши, осушаемые ими, и прочие яства, наполняющие их брюхо; пиратам - награбленное добро и барыши; разбойникам - человекоубийство; ворам - кража; а мужчинам, вступающим во внебрачную связь, - девицы легкого поведения. Эти видения вызывает и напускает на них ночной дух, играющий с ними ночью, вводящий в заблуждение и искушающий их. Подобные вещи разгораются в крови и мозге и раздувают такой пожар, который нелегко потушить и который в большинстве случаев можно встретить в венерической семье.
Многие чудесные искусства и науки также предстают во сне занимающимся ими, а объясняется это тем, что они страстно обожают эти искусства. И столь богато их воображение, почти никогда не покидающее их, что в сновидениях своих они воображают, будто искусства эти преподаны им неким философом. Такое часто случается, но большая часть этих снов изглаживается из памяти. Некоторые просыпаются рано утром и говорят: "Этой ночью я видел прекрасный сон, будто предстал мне во плоти сам Меркурий (или тот или иной философ) и научил меня (тому или иному) искусству, но оно совсем выпало из памяти моей, так что я ничего не могу припомнить". Тот, с кем приключилось нечто подобное, не должен покидать своей спальни и с кем-либо разговаривать, но следует ему пребывать в одиночестве и поститься, пока не вспомнит того, что забыл.
Довольно о естественных снах и сновидениях. Б заключение же следует сказать еще об одном: поистине радующие наш дух, огорчающие или наводящие скорбь, обычно сбываются наоборот - стало быть, таким видениям не стоит всегда доверять.
Но иные сны, сверхъестественные, несомненно - посланцы, истинные легаты и вестники, ниспосылаемые Богом, в которых ангелы и добрые духи являются нам иногда в моменты крайней нужды. Сие случилось даже с тремя мудрецами, проделавшими огромный путь, дабы найти младенца.
А после того, как нашли они его, должно было им вернуться к Ироду и сказать, где ребенок был и как нашли они его. Но ангел божий явился им во сне и возвестил: "Не возвращайтесь к нему, но иным путем отойдите в страну свою". Ибо знал Господь Иродово ложное сердце, от которого тот вещал, потому и не мог допустить, чтоб воля его исполнилась. Нечто подобное приснилось Иосифу, отправлявшемуся в Египет; то же и в том же ключе пригрезилось Анании, Корнелию и многим другим, чьи сны сверхъестественны. Такие сны видят иногда и наши современники, но не придают им значения, хотя они вовсе не обман. Также следует знать, что сей род видений мы можем снискать от Господа Бога нашего молитвой, в минуты крайней нужды. Но молитвы наши должны быть творимы с чистым сердцем, с истинной и неколебимой верой, и тогда ниспошлет Он ангела своего, который предстанет нам и будет духовно увещевать, наставлять и обнадеживать нас.
Валаам был многоопытен в сем роде видений, ибо каждую ночь и столь часто, как того хотел, мог он сподобиться такого видения. И все же Священное Писание дало ему сомнительное имя - одним словом, волхв. Неразумно проводить какое-либо различие, ибо Священное Писание не делает никакой разницы, но называет волхвами всех, кто познал силы вещей естественных. И все же, величайшая осторожность должна быть проявлена к этим вещам. Господь подделал, чтобы жили мы в простоте, как делали это Апостолы, и не доискивались столь высоких, сложных и таинственных явлений, что выходят за грань Природы, дабы не злоупотребили ими и не причинили вреда ближним, осудив тем самым тело и душу свои. А посему не все те волхвы, кого таковыми именует Библия, ибо тогда выходит, что сии три мудреца с Востока должны величаться архи-волхвами, поскольку во всех искусствах, особенно же в сверхъестественных, превзошли они остальных, предвосхитив время свое. Потому-то Библия и называет их не волхвами, но мудрецами; и что же иное можно узнать о них, кроме того, что они ни коим образом не злоупотребляли своими искусствами и оккультной мудростью? Ибо магия есть такое искусство и наука, что являет и возглашает свою мощь и силу верой. И тем не менее, колдовство может проистекать из нее, когда его злоупотребляют, а прежде того нельзя называть ее таковым.
Но чтобы мог я подробнее рассказать о сновидениях, следует знать, что некоторые люди во сне столь духовно возносились до Господа, что лицезрели славу Его и радость избранных, и кару обреченных, каковые впоследствии не могли они забыть, но носили в сердцах и умах до конца дней своих. Я утверждаю, что возможно видеть эти вещи духовно. Когда мы ищем Божьей милости и умоляем о ней с истинной верой и молитвой, то мы можем узреть все Тайны Господа, подобно Илии и Иоанну. Видения эти несомненны и истинны, и следует верить им больше, нежели всем предписаниям в нигромантии, таким, как использование зеркал, кристаллов, берилла, ногтей, камней, растворов и прочего, ибо все они ложны и обманчивы. И хотя духи порой и говорят в таком окружении, и отвечают, и утверждают одно и то же, принося сотни клятв с воздетыми перстами, но все же мы не должны им доверять, если не будет на то особого повеления Господа. В противном случае не могут они говорить правду о всех видениях, упоминавшихся нами. Пророчества сии восходят к истинному источнику и не противоречат ни единому Пророку. Откуда почерпнули Пророки свою мудрость и знание, где источник открывшихся им Тайн Божиих, посредством которых имели они духовные и сверхъестественные сновидения? Значит, сперва надо найти их истинное основание и возложить их на верный камень, который есть слово Господне и Его обетования, и каждодневно молиться Богу. Тогда, может быть, дарует Он нам все, что обещал в слове своем.
Есть и иные сновидения, принимаемые нами за послания от усопших, духовно предстающих нам во сне, хотя и почили пятьдесят или сто лет тому назад. Это надо принять во внимание, ибо многие пытались те сны толковать, о чем, в силу многословия их (коего мы постараемся избежать), мы здесь умолчим, отведя им должное место. Но одно я все же скажу. Когда один из подобных призраков предстает нам, следует старательно подмечать, что он являет, о чем говорит или что духовно возвещает; и не стоит всегда принимать все это за вымысел. Ибо если бы человек мог сохранять во сне тот же разум, что и наяву, дабы вопросить такого духа, то узнал бы от него истину по любому своему желанию. Но не стоит здесь долее распространяться об этом.
Глава 5
О СУЩНОСТЯХ И ДУХАХ, БРОДЯЩИХ ПОД ЗЕМЛЕЙ
Под землею и вправду бродят полулюди, владеющие всеми бренными вещами, вожделенными и услаждающими для них. В просторечии их называют гномами или обитателями гор, но настоящее их имя - сильфы или пигмеи. Они не есть духи, как иные, но могут сравниться с ними по схожести своих искусств и ремесел, разделяемых ими с духами. Как и у людей, у них есть плоть и кровь, которых нет ни у единого настоящего духа. Ведь рек Христос ученикам своим, представ им, когда двери были заперты, а сами они напуганы: "Прикоснитесь ко мне, дотроньтесь до меня, ибо дух не имеет ни плоти, ни крови, ни костей, как я". Сим он сам научил нас, что дух не имеет ни настоящего тела, к которому можно прикоснуться, ни костей, ни плоти, ни крови, но существует в своей родной субстанции ветра или воздуха. Но о том мы уже вкратце поминали, и этого достаточно. Что же до земных пигмеев или полу-людей, то следует знать, что их надо считать не духами, но подобными им; а если и называть их духами, то - земными духами, ибо имеют они свой собственный Хаос и обиталище под землей, а не в ветре или воздухе, как иные духи.
Многих земных духов можно обнаружить, увидеть и услышать в тех местах, где скрыты несметные сокровища и огромные богатства, а также в недрах гор, где много золота и серебра, которые их услаждают, и они пекутся о них, охраняют и расстаются с ними весьма неохотно.
Рудокопы лучше других осведомлены об этих духах, ибо те досаждают им больше всех, раздражая и преследуя своими стуками. Но иногда нисходят они и до благодеяний, предостерегая о смертельной опасности. Так, когда они стучат один, два, три и более раз подряд, это означает [близкую] смерть копающего или работающего здесь; и либо его погребет обрушившаяся гора, либо грозит ему гибель по иной подобной причине. Шахтерам наверняка приходилось сталкиваться с этим.
Эти духи больше всего озлоблены против тех, кто не оказывается бесами и, главным образом, против тех, кого они ненавидят. Но между духами этими и Дьяволом большая разница, ибо он не умирает, а они умирают, прожив долгую жизнь; в противном случае их можно было бы назвать настоящими духами - но имеющий плоть и кровь подвержен смерти и однажды обязательно умрет. Есть и еще одно обстоятельство, о котором мы упомянем подробнее в связи с известной байкой, гласящей, что Дьявол необычайно богат и владеет несметными сокровищами, деньгами, золотом и серебром, имеет власть над скрытыми в земле сокровищами и отдает все, что захочет, заключившему с ним договор. А отсюда берет начало и столь распространенное мнение, что по этой самой причине Дьявол дает великое множество богатств и все, что ни пожелает, золото или серебро, тому, кто предается его власти и вверяется ему настолько, что отрекается от своего Создателя и забывает Его. Но я утверждаю, что это все ложь и небылицы, ни на чем не основанные, которые всякий благоразумный и мудрый человек должен отринуть. Ибо Дьявол - самое нищее из всех созданий, и нет существа несчастнее и беднее его, ни под землей, ни над ней, ни в иных каких стихиях. Нет у него ни денег, ни богатств, ни власти над ними. Как же может он тогда отдавать кому-либо то, чем не владеет сам? Но в чародействах он бесконечно изобретателен и хитер и имеет власть передавать их и учить им тех, к кому благоволит, и может морочить и вводить в обман. Но нет у него денег, не может он дать никому ни золота, ни серебра, и никогда не берет он и не требует от человека никаких скрепленных кровью расписок и обязательств, так же как и иных соглашений и договоров.
Однако есть другие духи, делающие это, такие, как сильфы или пигмеи, которые, хотя от природы и малого роста, все же могут представать людям какими пожелают - большими или маленькими, прекрасными или безобразными, богатыми или бедными. Нет у них недостатка в познаниях всевозможных чародейств, которые можно почерпнуть из света Природы, и заключают они те познания в себе. Довольно у них золота и серебра, и шахты, где добываются металлы, во власти их и под их опекой. В стародавние времена многих из них можно было встретить среди людей, ныне же перевелись они, но ни один человек не мог доселе объяснить причину их обособления, поскольку их всегда почитали бессмертными созданиями. Ведь никто никогда не мог узнать или услышать об их смерти или предположить о какой-нибудь причине их отсутствия. Также давно уже никто не знает, каковы они теперь, откуда происходят, куда идут, каковы их таланты и занятия. Многие полагают, что если они приносят человеку благо, значит, они суть ангелы, добрые духи или подручные духи, ниспосылаемые людям Богом и впоследствии отнимаемые за тяжкие грехи их; ибо часто оказывают они людям добрые услуги и приносят благополучие и воистину взваливают на себя и выполняют за них многие тяжелейшие работы.
Иные полагают, что мы не можем наблюдать за ними, ибо когда человек видит их, то вскрикивает, и они тут же исчезают и больше уже не показываются.
Многие, видящие или слышащие тех духов, принимают их за души людей, умерших худой смертью: либо в отчаянии утопившихся, либо повесившихся, либо умертвивших себя иным способом, и отступив тем от Господа своего Спасителя, предавшихся Дьяволу и потому бродящих неприкаянными и приберегаемых Дьяволом до Судного дня.
Некоторые считают, что они - лишь пустые наваждения, а некоторые - что духи эти указывают на огромные богатства в тех местях, где их видели или слышали, что неоднократно и сбывалось. Но, в большинстве случаев, это творила вера, ибо сами по себе не приносят они никакого богатства, доколе их не понудит к тому Господь или вера наша. И, напротив, не могут они наслать никакого несчастья, если не будет на то воли Господней.
А многие думают, что они - волшба магов.
Другие же, видевшие и слышавшие их возле сокровищ, приняли их за души людей, схоронивших в том месте клад, и которые должны оставаться там до Судного дня или пока не проведают люди об оберегаемых ими сокровищах. Мнение это они почерпнули из слов Христа, сказавшего: "Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше". Но не вижу я причины, почему должны они сердце подменять духом, ибо между ними большая разница. Потому я утверждаю, что все суждения, о которых говорилось прежде, ни что иное, как ложные мнения, ибо именно те, кто властвует и бродит в четырех стихиях, должны считаться полу-людьми, а в первобытные времена поклонялись им вместо Бога. Это против них предостерегает нас Господь Всемогущий в заповеди первой Скрижали, гласящей, что не должны мы иметь других богов, кроме него, ни в воде ниже земли (имея в виду нимф), ни на земле внизу (подразумевая сильфов, или пигмеев). Ибо Господь Бог наш - Бог-ревнитель, наказующий детей за подобную вину отцов до третьего и четвертого колена.
Гора Венеры в Италии была весьма населена этими духами, ибо Венера сама была нимфой, а гора та как бы царством ее и раем. Но ныне мертва она, и потому не существует царства ее. Но где и в каком месте можно о них услышать, как в былые времена, когда Dzbanferus и многие другие ходили туда? Также сами не изобретали они тех небылиц, ибо были они той природы, что любили всех людей, любивших их, и ненавидели тех, кто ненавидел их, а потому преподавали чародейства и даровали богатства в изобилии тем, кто вверялся им и отдавался их власти. Они ведают всеми нашими помыслами и потому легко откликаются на зов наш и приходят к нам.
Я не говорю, что хочу дать такой совет кому-нибудь, но считаю, что истинная причина сего должна быть известна, так же как истинная разница между Дьяволом и этими полу-людьми. Дьявол не имеет тела, если только не облачится в одну из субстанций четырех стихий, ибо нет у него ни плоти, ни крови. Он пребывает вечно и не подвластен немощи и конечной смерти, а посему не умирает он, тогда как пигмеи умирают.
И все же и тот, и другие подвержены естественной смерти в вечности, и лишены они жизни вечной. Следовательно, предающийся их власти, разделяет их участь. А потому да позаботится каждый о себе и хорошенько поразмыслит над тем, что он делает, прежде чем вверяться им, чтобы неожиданно не совершить то, что навечно обратит его в их покорного слугу, исполняющего все повеления их. А если он проявит непослушание и разгневает их, то они напустят на него порчу или вовсе лишат жизни.
Много тому есть примеров, словом, иногда людей находили мертвыми, с
вывернутой шеей или иными увечьями. И где такое случается, там идет
молва, что то сделал Дьявол - либо потому, что человек не сдержал
обещания и нарушил с ним договор, либо потому, что срок

АЛХИМИЧЕСКИЕ ФОРМУЛЫ

Рецепт получения гомункулуса

Рецепт №1

Один из наиболее известных «рецептов» получения гомункула предложен в XVI веке Парацельсом; учёный считал, что заключённая в особом сосуде человеческая сперма при нагревании и некоторых других манипуляциях (закапывании в конский навоз, «магнетизации», суть которой окончательно не ясна) становится гомункулом. «Вскармливался» гомункул путём добавления в колбу небольшого количества человеческой крови. Время вызревания гомункула, по Парацельсу, — сорок дней.

Рецепт №2

Процесс трудоемкий и для людей без ума и фантазии абсолютно неосуществимый. Судите сами - колбу с человеческим семенем (с изрядной, кстати, порцией) запечатывали и закапывали в навоз на 40 дней. А через положенный срок, когда очертания прозрачного человечка уже будут видны, колбу следовало открыть и продолжать вскармливание гомункулуса, добавляя человеческую кровь. При этом вокруг колбы необходимо было выдерживать температуру кобыльей утробы.
Буквально через 40 недель стараний, при условии, что всё было сделано правильно, в колбе должен появиться очень маленький, но вполне сформированный человеческий младенец. «Его можно воспитать и обучить, - наставлял Парацельс, - как любого другого ребенка до тех пор, пока он не подрастет и не сможет сам о себе позаботиться».

Рецепт №3

В секретных документах легендарных розенкрейцеров по созданию гомункулусов было ещё одно подробное руководство: «В сосуде смешивается майская роса, собранная в полнолуние, две части мужской и три части женской крови от чистых и целомудренных людей. Сосуд этот ставится на умеренный огонь, отчего внизу отложится красная земля, верхняя же часть отделяется в чистую склянку и время от времени подливается в сосуд, куда еще подливается один гран тинктуры из анимального царства. Через некоторое время в колбе будет слышен топот и свист, и вы увидите в ней два живых существа - мужчинку и женщинку - совершенно прекрасных. Путем определенных манипуляций можно поддерживать их жизнь в течение года, причем от них можно узнать все, что угодно, ибо они тебя будут бояться и почитать».

Долгое время создание первого гомункула приписывалось Арнальдусу де Вилланове, жившему в XIII веке.

Согласно представлениям XVII—XVIII веков, гомункул содержится в сперматозоиде, а при попадании в материнский организм преобразуется в человека; иногда и сам сперматозоид отождествлялся с гомункулом. Подобные воззрения получили название анималькулизма; одним из приверженцев анималькулизма был Левенгук, создатель микроскопа. Представления о гомункуле отразились во многих средневековых рисунках, обычно изображающих гомункула — маленького человечка, попадающего в материнский организм и значительно увеличивающегося в размерах. — В XVIII веке академическая наука в лице основателя эмбриологии К. Ф. Вольфа резко выступила против подобных преформистских представлений.

Рецепт получения философского камня



Рецепт №1 (из «Чёрной Книги»)

Алхимическое описание

«Надо начинать по солнечном закате, когда красный супруг и белая супруга соединяются в духе жизни для того, чтобы жить в любви и спокойствии, в прочной пропорции воды и земли».
«Продвигайся с запада, сквозь тьму, к различным степеням Малой Медведицы. Охлаждай и разводи тепло красного супруга между зимой и весной, преврати воду в черную землю и поднимайся через изменяющиеся цвета к востоку, где показывается полная луна. После очищения появляется солнце, белое и лучистое»

Оккультное описание

Положить в яйцеобразную колбу два фермента: активный (красный) и пассивный (белый). Извлечь из ртути специальный фермент, называемый алхимиками Меркурий философов.
Произвести им действие на серебро, чтобы добыть другой фермент.
Произвести действие фермента Меркурия на золото, чтобы добыть третий фермент. Соединить фермент, добытый через серебро, с добытым из золота и ферментом ртути в толстой стеклянной колбе, имеющей форму яйца. Герметически закупорить сосуд и поставить на особый очаг, называемый алхимиками атанор.

Атанор отличается от других печей особым приспособлением, чтобы долго и своеобразным манером варить упомянутое яйцо.

При этой варке видны изменения цветов, служащих основой всех алхимических аллегорических рассказов. Сначала вещество, содержащееся в яйце, делается черным и точно окаменевшим, поэтому называется головой вороны. Вдруг черное превращается в блестящее белое; этот переход от черного к белому, от мрака к свету, является прекрасным пробирным камнем для распознавания символических историй, трактующих об алхимии. Материя, обработанная таким образом, служит для превращения неблагородных металлов (свинца, ртути) в серебро.
Если поддерживать огонь, то мы увидим, что белый цвет исчезает и состав принимает различные оттенки, начиная с нижних цветов спектра (синий, зеленый) до цветов высших (желтый, оранжевый) и, наконец, достигает рубиново-красного. Тогда философский камень почти готов.

В этом состоянии 10 граммов философского камня едва достаточны для превращения 20 граммов металла. Чтобы увеличить силу, надо его снова вложить в яйцо, прибавить немного философского Меркурия и возобновить варку. Приготовление, длившееся первый раз год, вторично продолжается только три месяца, цвета же меняются, как и в первый раз.

В таком состоянии камень превращает в золото количество металла, превышающее его вес вдесятеро. Тогда опыт повторяется и продолжается один месяц, после чего камень превращает в золото металл, превышающий его вес в тысячу раз. Наконец, в последний раз, добывается уже настоящий философский камень, превращающий металл в чистое золото весом в десять тысяч раз более веса философского камня.

Эти операции называют помножением камня. Если читаешь какое-нибудь алхимическое сочинение, то следует определить, о каком опыте идет речь.

1) Когда речь идет о производстве философского Меркурия, это будет непонятно незнающим.
2) Если же говорится о самом камне, то описание будет довольно простым.
3) Но лишь только речь зайдет о помножении, объяснение будет самым ясным.

Рассматривая символическое описание получения камня, всегда следует искать скрытый в нем герметический смысл. Так как Природа повсюду тождественна, то описание, изъясняющее тайны Великого Сотворения, может означать также путь Солнца (солнечный миф) или жизнь какого-нибудь сказочного героя. Один только посвященный будет в состоянии воспринять третий смысл (герметический) древних мифов, тогда как ученые увидят там только первый и второй смыслы (физический и естественный: путь Солнца, Зодиак и пр.).




Рецепт №2.



Вот перед нами уникальный рецепт приготовления философского камня. Посмотрим, что входило в состав и способ добычи чудодейственного эликсира.



«Чтобы сделать эликсир мудрецов, называемый философским камнем, возьми, сын мой, философскую ртуть и накаливай, пока она не превратится в зелёного льва. После этого прокаливай сильнее, и она превратится в красного льва.

Нагрей этого красного льва в песчаной бане с кислым виноградным спиртом, выпари полученное, и ртуть превратится в камедеобразное вещество, которое можно резать ножом.

Положи его в обмазанную глиной реторту и медленно дистиллируй. Собери отдельно жидкости различного состава, которые при этом появятся.

Киммерийские тени покроют реторту своим тёмным покровом, и ты найдёшь внутри неё истинного дракона, ибо он пожирает свой хвост. Возьми этого чёрного дракона, разотри на камне и коснись его раскалённым углём. Он загорится и, тот час приняв великолепный лимонный цвет, вновь воспроизведёт зелёного льва.

Заставь его пожрать свой хвост и вновь дистиллируй полученное.

Наконец, сын мой, заботливо очисти его и увидишь появление жгучей воды и человеческой крови».

Наш философский камень готов. Для тех, кто в наше трудное время хочет разбогатеть, сообщаю, что нужно делать дальше: возьмите кусочек этого драгоценного лекарства величиною с боб и бросьте его на тысячу унций ртути. Она превратится в красный порошок. Прибавьте унцию этого порошка ещё к тысяче унций ртути. Она опять превратится в красный порошок.

Повторите эту операцию ещё трижды и на третий раз, как утверждают алхимики, ртуть превратится в золото, которое лучше рудничного.

ФОРМУЛЫ СЕРОЙ МАГИИ





Обряд уничтожения собственного заклинания

Этот обряд совершают на нарождающейся или на полной луне.
Требуется две свечи - белая и черная и дымчатый кварц.
Зажгите свечи и концентрируясь на кварце читайте заклинание:
"В такой-то день и час я создал заклинание и теперь, эффект от этого заклинания должен измениться. Я подавляю его и рассеиваю его. Я закрываю его и отбрасываю в космос, где он раствориться перестав влиять на этот мир. Он растает среди звезд и вместе с его исчезновением, исчезнут и последствия его применения".
После этого, омойте кварц водой, а свечи закопайте в землю.

Заклинание любви:Читать далее...

РЕЦЕПТЫ ПО ЧЁРНОЙ МАГИИ

Мазь на Шабаш:

Разгар шабашей приходился на средние века, время научного и религиозного невежества. Шабаш мог справляться в любую ночь, но обычно происходил в ночь с пятницы на субботу, главный (годовой) шабаш происходил в ночь на Иванов день. Обычно проводился, как и все магические ритуалы, в уединенном, глухом месте. Перед обрядом колдуны и колдуньи мазали свои тела специальной мазью, рецепт которой приводится ниже:

1-й рецепт.

Rp. Отвар аконита и листьев тополя с некоторыми другими снадобьями. Все это смешивают с сажей из печной трубы до консистенции мази.

2-й рецепт.

Этот рецепт, по мнению Элифаса Леви, самый действенный. (переписан им по способу гримуаров).

Rp. Suim, acorum vulgare, pentaphilon? Verpertillionis sanguinem, Sollanum somniferum et oleum, варят и смешивают до консистенции мази (Порта).

3-й рецепт.

Составляется композиция из опия, верхушек зелёной конопли, (Connabis sativa или лучше C. Indica), ягод и листьев лавра и дурмана (Datura Stamonium) из всего этого с помощью жира ночных птиц (совы) приготовляют род мази (Levi).

4-й рецепт.

Приготовляют мазь из ядовитого латука, болотного сельдерея, болиголова, корней мандагора, незрелых головок мака, змеиной крови.

Ещё немного о мазях: Nynauld разделяет мази колдунов на 3 рода:

1) производящие лишь галлюцинации, обычно в их состав входят жир с аконитом, могучником, паслёном, сельдереем и сажей.

2) воспроизводящие иллюзию полётов, в состав входят: кошачий мозг, в большом количестве алкоголь, белодонна и др.

3) вызывающие ощущение зооморфизма, обращения в животных. В состав входят: части тела скорпиона, змеи, ежа, лисы и некоторые травы с корнями. Также извержения пресмыкающихся и воронов, смешанные с кровью летучих мышей.

Теофраст фон Хоенхайм Парацельс
Из "Магического Архидокса" - книги I и II
Книга I
ТАЙНЫ АЛХИМИИ
ОТКРЫТЫЕ В ПРИРОДЕ ПЛАНЕТ
ПРОЛОГ
Прежде всего, воззвав к Имени Господа Иисуса Христа - Спасителя нашего
- мы предпримем попытку выполнить эту работу, где станем учить не
только как обратить любой худший металл в лучший - железо в медь,
медь в серебро, а серебро в золото и т.д., но также излечивать все
немощи, лечение коих предвзятым и самонадеянным врачам кажется невозможным, и даже более того, помогать смертным сохранять здоровье до глубокой и совершенной старости. Это Искусство было начертано нашим Господом Богом Творцом Всевышним, от начала творения, словно в книге, в телах металлов.Читать далее...

Альберт Великий
МАЛЫЙ АЛХИМИЧЕСКИЙ СВОД
(Libellus de Alchimia)

Преуведомление
"Вся мудрость исходит от Господа нашего и всегда с ним и присно и ныне, и во веки веков"1. И да возлюбит каждый эту божественную мудрость, взыскует ее и вымолит мудрость и разумение у Того, "кто дарует разумение и мудрость, изобильно и без препон", — каждому, не укоряя, не попрекая, Он есть высочайшая высота и глубочайшая глубина всякого знания. Он есть сокровищница всякого знания, Он есть сокровищница всей мудрости. Вот почему "все сущее — от Него, через Него и в Нем"; без Него ничто не может быть сделано, без Него ничто не может быть совершено. Честь и слава Ему во веки веков. Аминь.
Итак, приступая к сему рассуждению, я, уповая на помощь и благоволение Того, Кто первопричина и Кто исток всякого блага и любви, прошу Его сподобить скудные мои знания частице божественного Духа, дабы я оказался в силах высвободить свет, открытый во мраке, и повести тех, кто погружен во грех, по тропе истины. Да поможет мне в замысленном предприятии моем Тот, Кто вечно пребывает в высочайшей высоте высот. Аминь. Читать далее...

Секреты алхимии
При изучении алхимических символов самое важное - это научится извлекать из алхимических рисунков максимум нужной информации. Это не всегда просто, но если знать, как не допустить при этом элементарных ошибок, то можно значительно облегчить себе работу.
Символика
Если обратится к истории то в античности слово «символ» обозначало некое совместное действие, юридическое или политическое соглашение, условный знак, показывающий принадлежность к религиозной или профессиональной организации. Символами назывались проекты постановлений составлявшихся на общих собраниях. Кроме этого символами называли пропуска на зрелищные мероприятия, документы на получение льготного хлеба из хранилищ и римские тессары – навощенные дощечки, на которых писали военные приказы. Читать далее...

Каннингем С. - Рецепты волшебных снадобий

Привороты Алхимии.

Любовный напиток
Рецепт из книги Фаустулуса "Колдовство и любовь"
"В первую пятницу после новолуния, в один из летних месяцев пойди в обеденное время, когда солнце ясно светит, в такое место, где находятся гадюки или другие змеи. Не говоря ни слова, но постоянно думая об этом большом предприятии, убей змею палкой и отрежь ей голову. Ее, т.е. голову, возьми осторожно перчатками из чистой шерсти и положи в мешочек из красного шелка. Понеси его молча домой, брось при вступлении в дом палку, которой ты убил змею, на восток и повесь мешочек со змеиной головой в темное, но теплое место.

В следующую ночь до полуночи пойди босыми ногами на луг и собери два цветка белого клевера, два цветка красного клевера, шесть листьев копытника и столько же стволов волчьего молока в новую корзиночку. Затем отломи от двух розовых кустов, вышиною в мужской рост, по белому и красному полураспустившемуся бутону, а также по молодой, нежной и не очень колючей веточке с листьями. Розы и розовые листья не клади в корзиночку к травам, а заверни их в белую бумагу, на которой должны быть написаны латинскими буквами следующие слова:

"Revarin myrtol her kultaba. Schewa". Писать следует своей кровью новым гусиным пером. Лист бумаги не должен иметь перелома. В эту бумагу заверни розы и листья и отнеси их домой; затем поставь корзиночку с травами и положи бумагу с розами на столик у изголовья своей кровати, на котором должна гореть не менее трех часов свеча; затем, помолившись, ложись спокойно спать.

Когда проснешься, зачерпни из колодца свежей воды и ороси ею травы и розы. Затем спрячь и то, и другое в то место, где находится красный шелковый мешочек со змеиной головой, и жди ночи. В одиннадцать часов Позаботься, чтобы ты находился совершенно один в комнате, порог которой в этот день не переступила ни одна женская нога. Постели на деревянном столе лист белой шелковой бумаги, которая должна быть прикреплена металлическими кнопками. На этой бумаге изобрази свежим, еще не бывшим в употреблении, красным карандашом шестиконечную звезду. В этом, таким образом огороженном пространстве, должны происходить все последующие работы. Для освещения пусть служит тебе кусок старой церковной свечи, вставленной в серебряный подсвечник.

Прежде чем ты примешься за дело, которое должно начаться только с ударом, возвещающим полночь, приготовь один, не бывший в употреблении, круглый нож, два новых обыкновенных ножа, одну, еще никогда не бывшую в употреблении, чашу из белого стекла или фарфора; также одну новую, тщательно очищенную, бутылку из черного стекла, спиртовку, графин со свежей водой, одну новую палочку красного сургуча, одну печать, маленькую ступку и новую пробку. Как только пробьет двенадцать часов, перекрестись три раза, положи змеиную голову в ступку, покроши круглым ножом травы, розовые лепестки и листья в совершенно мелкую кашу и положи в ступку. Теперь истолки голову так, чтобы она с растениями представляла однородную массу, поставь затем ступку на спиртовку и дождись, пока из содержимого полностью испарится влага. После этого ты можешь истолочь все в совершенно мелкий серый порошок. В то время, когда ступка стоит на огне, разрежь себе немного одним из новых ножей кожу на верхней части руки и дай стечь шести каплям крови в чашу. К ним подлей столько воды, чтобы дно чаши было покрыто окрашенной жидкостью. Затем пересыпь порошок из ступки в чашу, размешай все это медленно вторым ножом и поставь чашу на огонь до тех пор, пока жидкость не начнет закипать; возьми три своих волоса, сожги их на открытом огне и брось в чашу.

Так же поступи с бумагой, в которую были завернуты розы, и с красным шелковым мешочком, в котором лежала змеиная голова. Вылей содержимое чаши осторожно в черную стеклянную бутылку, долей туда воды столько, чтобы она наполнилась, и держи над открытым огнем до тех пор, пока жидкость не закипит.

Затем заткни бутылку пробкой, запечатай прочно, спрячь в своей кровати, после этого потуши свечу, помолись и спокойно ложись спать - драгоценный напиток любви готов. Но ты еще не можешь употреблять "Золотой напиток", а должен сохранять драгоценную бутылку ближайшие три дня в тепле и выставлять ее за свое окно в полуночный час.

Когда ты трижды сделаешь это, колдовство войдет в силу, и ты сможешь употребить напиток по своему желанию. Но берегись, чтобы не причинить им несчастья. Хотя его и следует примешивать в еду и напитки по каплям (не более 5 капель для мужчин и 3 - для женщин), их действие настолько сильное, что любая ошибка может стать роковой." Это очень сильное средство. При его приготовлении стоит помнить, что во-первых, змеи кусаются, а, во-вторых, еще раз процитировать тот же источник ":помни всегда, счастливый обладатель "Золотого напитка", что вечное провидение, дающее тебе этот ценный дар, вместе с этим возлагает на тебя и большую ответственность."

Этот напиток сохраняет свою силу ровно один год.
Приворотный напиток
Взять сушеные листья барвинка, траву меркурия, лапчатку ползучую, вербену и розовые лепестки, истолочь их в ступке до получения тонкого порошка, непрерывно повторяя во время этого следующие слова: "Этим действием я заковываю (имя) и (имя) в оковы любви и желания".

Затем взять две очень маленькие щепотки полученного порошка, смешать их с водой в кубке, опять зарядить это полной силой Вашего кристаллизированного желания, снова запечатать тройным крестом и словами: "Да будет так". Отстоять полученный напиток двенадцать часов, процедить через марлю и ввести незаметно в пищу или питье тому (или тем), кто назван в заклинании.

Приворотный напиток
Хорошо растереть в ступке семь семян кориандра, вызывая в своем воображении четкий образ или образы, на которые направленно воздействие и пропеть следующие слова: "Теплое сердце, теплая душа - пусть они никогда не будут порознь".. Взять 0,5 мл. дистиллированной воды. Смешать порошок с водой, представляя, что вся Ваша сила сосредотачивается в кубке. Вообразите это как пламя, опускающееся на поверхность жидкости. Закончить заклинание словами: "Да будет так!" и прочертить в воздухе над кубком печать тройным крестом указательным пальцем правой руки.

Оставить суспензию на двенадцать часов, чтобы она набрала силу, затем отфильтровать и незаметно ввести в пищу или питье лица, на которое направлены любовные чары
Предмет силы
Сорванную розу обмотать тонкой сеткой паутины, высушить на жарком полуденном солнце. Высушенную розу увлажнить росой, собранной с кустов черной смородины, снова высушить. Затем обмотать тонкой сеткой паутины, опять смочить той же росой и снова высушить. Так повторить 3 раза.

После третьего раза розу завернуть в тонкую чистую ткань и носить при себе. Если этой тканью дотронуться до человека, любви которого желаешь, то он обязательно ответит взаимностью.
Приворотное яблоко
Это старинный рецепт, взятый из трактата Альбертуса Магнуса "Удивительные секреты большого и малого Альберта". Пригоден он как для мужчин, так и для женщин.

В пятницу утром, еще до восхода солнца, сорвите в саду самое лучшее яблоко. На маленьком листке бумаги своею кровью напишите имя и фамилию предмета любви. Постарайтесь добыть три его (или ее) волоска (можно снять с расчески, с одежды и т.п.), соедините эти волоски со своими собственными и обвяжите ими свернутую в трубочку бумажку. Яблоко разрежьте пополам, выньте косточки, на их место положите эту записку. Двумя остро заточенными палочками осторожно, чтобы не порвать бумажку, соедините половинки яблока. Теперь положите его в укромное место, чтобы его никто не увидел и не нашел. Яблоко должно высохнуть. Теперь заверните его в листья и ухитритесь спрятать в изголовье предмета любви, но так, чтобы он (или она) ничего не заподозрили. Теперь ждите результата. Если Ваши отношения не изменятся - повторите процедуру еще раз, и еще - пока не добьетесь взаимности.

Теория превращений.

Это изменение структуры и/или свойств объекта путем магического воздействия. Существуют несколько общих классов изменений, каждый из которых имеет свои особенности:
Читать далее...

АЗИАТСКАЯ АЛХИМИЯ

Алхимия правосудия

Европейская алхимия

История философского камня

Алхимик

Каннингем С. - Рецепты волшебных снадобий

Почти все приворотные зелья составляются на растущей Луне. Для изготовления одних снадобий необходим всего один день. Для полной выдержки других не хватает и десятилетия. В любом случае нужно помнить о том, что окончательным временем зарядки и передачи нужных влияний вашему волшебному средству должны стать ночи «светлой Луны». Если вы совершаете ритуал и действие, выполнимое за один раз, то пусть они придутся на третий, восьмой или девятый лунные дни или на само полнолуние. Традиционные дни недели для этого колдовства – понедельник и пятница, а время этого волшебного действия должно соответствовать вашему желанию и настроению.


Приворотное зелье № 1


Читать далее...

Афродизиаки – это растительная и животная пища, специальные лекарственные препараты и различные вещества, способные вызывать сексуальное возбуждение. Само слово афродизиак связано с термином «афродизия» – сексуальное желание – и происходит от имени древнегреческой богини любви Афродиты.



Любовные свойства афродизиаков объясняются несколькими факторами. Прежде всего большинство афродизиаков имеют высокую пищевую ценность, содержат богатый набор витаминов и микроэлементов, что способствует правильному обмену веществ, быстрому восстановлению сил и сексуальных возможностей. Некоторые афродизиаки имеют ферменты, схожие с половыми гормонами человека, или содержат вещества, которые способствуют выработке этих гормонов самим организмом. Также существуют афродизиаки, которые вызывают прилив крови к половым органам, повышают их чувствительность, воздействуют на кору головного мозга, на психику и поведение человека, способствуют возникновению эротических фантазий, делают человека более свободным и раскрепощенным, вызывают приподнятость чувств и эйфорию.



Все афродизиаки имеют растительное, животное и синтезированное происхождение. Растительные афродизиаки – это различные пряности, специи, дикорастущие и садовые растения, грибы, орехи, овощи и фрукты. К животным афродизиакам относятся мясомолочные и морские продукты. Синтезированные афродизиаки – вещества, выделяемые из вышеперечисленных продуктов, – спирты, эфирные масла, экстракты и лекарственные препараты.



Многие растительные и животные афродизиаки имеют реальное или видимое сходство с половыми органами человека – бананы, ваниль, перец, спаржа, орехи, грибы, раковины, моллюски, рога, гениталии животных и так далее. Во многих случаях именно эта схожесть первоначально и стала причиной их использования в качестве любовных средств. Но самое удивительное в том, что практически все эти продукты действительно имеют нужные для любовного действия качества. Здесь еще раз следует заметить чудесные совпадения в мире живой природы, когда подобное по внешнему виду имеет схожие внутренние свойства.



Афродизиаки могут использоваться как внутренне, так и наружно, а именно применяться как питье и пища или наноситься на кожные покровы. Афродизиаки, используемые наружно, разделяются на кожно-рецепторные и запаховые. Воздействие первых направлено на повышение чувствительности кожных покровов и на увеличение притока крови к половым органам. Влияние запаховых афродизиаков рассчитано на создание благоприятной любовной атмосферы и повышение сексуальной привлекательности того, кто ими пользуется. Запаховым афродизиакам посвящен раздел Ароматы страсти. Далее мы рассмотрим главные пищевые афродизиаки.

Некоторые безалкогольные напитки, имеющие свойства афродизиаков, содержат возбуждающие компоненты, относящиеся к наркотическим препаратам и амфетаминам.




Кофе

Кофе – общеизвестный стимулятор желания. Приготовленный с различными специями, с добавлением коньяка, шоколада или сбитых сливок этот напиток может стать отличным началом для приятной беседы и прекрасным приглашением для чувственных наслаждений.


Какао, Шоколад Читать далее...

Различные пряности и специи являются, пожалуй, наиболее важными среди всех известных афродизиаков. Их легко приобрести, их просто использовать, а их эффект наиболее ощутим. Применение специй делает пищу более аппетитной, стимулирует секрецию желудочных соков, повышает прилив крови к половым органам и придает новый вкус любви.


Имбирь

Имбирный корень, родиной которого считаются Китай и Индия, известен как мощнейший афродизиак и используется уже много столетий как внутренне, так и наружно. Старинный индийский рецепт гласит, что нужно употреблять в пищу смесь имбирного сока, меда и недоваренного яйца в течение месяца как средство против бессилия. Другой рецепт требует добавить в оливковое масло стертые в порошок имбирь, цветы сирени и особого вида хризантем и этим составом смазывать половые органы перед актом любви. Также перед занятием любовью мужчина может жевать смесь имбиря, корицы, цветов хризантем и перца, а затем увлажнить пенис слюной, прежде чем допустить его в райские сады. Во многих странах средневековой Европы имбирь использовался для магии любви: молодые девушки пекли имбирные лепешки, напоминавшие по форме мужской силуэт, и ели их, полагая, что это должно привлечь к ним новых поклонников.



Корианд (кизил)Читать далее...

Относящиеся к афродизиакам растения обычно применяются в качестве приправы к другим блюдам, но некоторые из них могут рассматриваться и как самостоятельные продукты. Не следует забывать о том, что многие растения имеют лекарственные свойства, поэтому их употребление должно быть умеренным и подконтрольным.



Алстоний

Экстракт из коры этого австралийского дерева возбуждает сексуальные желания в душе и теле мужчины и женщины.


Читать далее...

Практически все фрукты, овощи и ягоды можно отнести к афродизиакам. Их ценность – в высоком со­держании различных витаминов и микроэлементов, вкусовых и запаховых аттрактантах.


Абрикосы

Мягкая шелковистая кожа абрикоса, его волосяная мякоть, цвет и внешний вид внутренности около кос­точки V многих мужчин вызывают ассоциацию с женским половым органом, с его вкусом и запахом. Знание этого тайного свойства абрикосов (персиков и других подобных фруктов) может пригодиться вам как для инициации первичного желания, так и для мгновенного восстановления сил вашего избранника.


Читать далее...

Особое место в списке афродизиаков занимают грибы и орехи. Уже своей формой грибы могут дать по­нять, что их использование будет иметь определенные последствия. Все грибы несут свойства афродизиаков, но особую ценность имеют трюфели и сморчки. Лесные орехи, арахис и грецкий орех в сочетании с вином и медом являются прекрасными восстанавливающими и возбуждающими средствами.


Трюфель

Атмосфера тайны всегда окружала трюфель. В древности люди верили, что трюфели вырастают только в том месте, в которое ударит молния. Этот гриб содержит богатейший спектр витаминов и микроэлементов: железо, фосфор, магний, кальций, натрий, калий, хлор и серу. Летучий фермент (затхлый мускусный запах) этого гриба имеет схожее химическое строение с мужским половым гормоном свиньи, который сродни половому гормону человека Считается, что наилучшие трюфели это те, которые собраны в январе и феврале. Редкость и особые свойства этого гриба делают его самым дорогим из всех продуктов.

Читать далее...

К афродизиакам животного происхождения относятся мясо, перепелиные и куриные яйца, коровье, козье, верблюжье и кобылье молоко, сыр и молочные продукты, а также все морепродукты.


Икра

Наилучшая икра – белужья. Чтобы получить наибольшее удовольствие, съешьте ложкой черную икру с охлажденной водкой или шампанским Думаю, что, даже просто прочитав эти слова, вы почувствовали голод и желание.

Читать далее...

Главное различие между приворотными зельями и любовными эликсирами в том, что зелья вызывают любовь, а эликсиры помогают ее сохранить. Как правило, приворотные зелья рассчитаны на единичное применение, а любовные эликсиры должны использоваться длительное время. Вместе с тем все эликсиры могут стать отличной основой для приворотного зелья, способного вызвать мгновенную страсть и возбуждение. Для этого во время приготовления эликсира-зелья не забудьте вложить в свои действия всю свою душу, все свои переживания, надежды, чувства и стремления.

Амаретто


Читать далее...

Stenton Marlan Chernoe Solntse

зелья

Rabinovich V L Alkhimia kak fenomen srednevekov.алхимия

эжен канселье.алхимия

Приворотное зелье.


1.

Смешайте три щепотки молотого кофе, три щепот­ки истертого в порошок корня чабра, одну щепотку корня ириса, одну щепотку кунжутного семени и одну щепотку засушенного цветка магнолии. Залейте полу­ченную смесь 150 г рома или коньяка и настаивайте зе­лье две лунные четверти в тепле и темноте. Когда прой­дет положенный срок, процедите настой и дайте испить его любимому вами человеку.

1.

Почти все приворотные зелья составляются на растущей Луне. Для изготовления одних снадобий необходим всего один день. Для полной выдержки и приготовления других не хватает и десятилетия. В любом случае нужно помнить о том, что окончательным временем зарядки и передачи нужных влияний вашему волшебному средству должны стать ночи «светлой Луны».
Если вы совершаете ритуал и действие, выполнимое за один раз, то пусть они придутся на третий, восьмой или девятый лунные дни или на само полнолуние.
Традиционные дни недели для этого колдовства — понедельник и пятница.
Время же этого волшебного действия должно соответствовать вашему настроению и желанию.

Рой Мрачный Жнец - Чёрная Алхимия, трансмутация и преобразование Сия книга содержит сокровенные рецепты Алхимии, Трансмутации и Преобразования, кои приведут к совершенствованию и эволюции Homo sapiensв Homo superior. Алхимия, или Al Khemi– наука из
Чёрной Земли, наречённая Великим Деланием, главной целью коего есть получение Философского Камня, или Чистой Первоматерии.

Chyornaya Alkhimia Transmutatsia i Preobrazovanie