Исламское государство выходит из-под контроля США. 

По сообщению пакистанского издания The Express Tribune, в декабре 2014 года в Лахоре был задержан наёмник Юзеф аль Салафи, отправившийся из Сирии в Пакистан формировать новую ячейку ИГ (ИГИЛ). За каждого бойца, которого ему удалось отправить в «горячую» точку, он получал $600. И эти средства шли, как признался боевик, с территории США. «В Вашингтоне это осуждают, но, к сожалению, не смогли остановить финансирование радикальных организаций через свою страну», – прокомментировал анонимный представитель силовых органов. Данная информация стала открытой только сейчас – произошла утечка из пакистанских следственных органов в прессу. 
На первый взгляд, эта ситуация может показаться абсурдной – ведь США вроде бы выступают против исламистских экстремистских организаций и даже наносят по ним авиаудары на севере Ирака и в Сирии, где боевикам удалось компактно занять ряд районов и провозгласить Халифат. 
Учитывая то, что США обладают самыми совершенными наступательными вооружениями, кажется странным, что они за прошедшие полгода с возникновения Исламского государства на Ближнем Востоке не смогли его ликвидировать, хотя вполне могли это сделать. Почему? С этим и другими вопросами мы обратились к сотруднику Института востоковедения РАН Александру Князеву. 
— Александр Алексеевич, какие группы или организации в США могут быть заинтересованы в помощи боевикам-исламистам? 
- Использование исламистских террористических групп - уже давний, можно сказать традиционный, инструмент американской внешней политики независимо от того, кто у власти: республиканцы или демократы. ИГИЛ - инструмент, направленный против Сирии, Ирана, иранского влияния в Ираке и в регионе в целом, в некоторой степени - для оказания давления на Турцию и Саудовскую Аравию. Помимо государственных структур в действиях ИГИЛ могут быть заинтересованы нефтяные компании, стремящиеся к изменению ситуации на Ближнем Востоке - американские и транснациональные. Так называемая «роевая структура», лежащая в организационной основе ИГИЛ, впервые в публичном пространстве была описана авторами RAND Corporation, близкой к демократической партии США. В 1990-х, например, калифорнийская компания Unocal была одним из главных спонсоров создания афганского «Талибана», преследуя свои конкретные интересы по строительству трансафганского газопровода. Но в любом случае, создание и поддержка, использование подобных организаций происходит на общегосударственном уровне, интересы компаний обслуживаются госдепартаментом и спецслужбами, армией. 
— Почему американцы до сих пор не могут справиться с отрядами Исламского государства? 
- Нет такой задачи у американцев - справиться с ИГ. То, что происходит - имитация войны, не более. Американцы - величайшие мастера имитаций такого рода. До тех пор, пока ИГ (ИГИЛ) не решит поставленных перед ним задач или не начнет заниматься вещами, которые ему в задачу не ставили – боевики буду нужны. Выйдут за определенные рамки – разговор пойдет по-другому. Так было, кстати, с талибами на рубеже 1990-2000-х. 
Но сегодня все идет по плану. В этом контексте интересны попытки агрессии ИГ в направлении Саудовской Аравии: нападения на погранзаставы, боестолкновения на границе, заявления о завоевании Мекки и Медины... Если это часть согласованной игры - одно дело. Если эта агрессия усилится, мы сможем наблюдать и действия США по спасению своего главного ближневосточного союзника. Сегодня - я согласен с рядом экспертов, не в интересах Вашингтона какое-либо переформатирование саудовского королевства. Но надо понимать, что в руководстве ИГИЛ - живые люди, и далеко не все они - напрямую управляемые марионетки. Может, кому-то из них и захотелось стать хранителями исламских святынь вполне искренне. А это уже тревожный звонок для Пентагона. 
— С точки зрения официального руководства США, кто является большим злом – исламисты или Башар Асад? 
- Точка зрения официального руководства может рассматриваться как нечто публично озвученное. А можно дать оценку реальным действиям. Если исходить из второго принципа, то Башар Асад с его иранскими и российскими дружественными отношениями - конечно же, наибольшее из зол. Его свержение любым средствами - главная из ближневосточных целей США в данное время. В официальной риторике, кстати, о нем также говорится мало хорошего. И это при том, что в Вашингтоне стараются не обсуждать публично вопросы о поддержке исламистских радикалов и откровенных террористов, воюющих против Дамаска. Впрочем, это вполне в духе американских политиков. К их разочарованию, сирийское государство оказалось достаточно сильным и пока признаков приближения победы над Асадом не наблюдается. Но при этом поддержка исламистских группировок - орудие, которое иногда действует по принципу бумеранга, не гарантируя исполнения конкретно поставленных задач. Технологии манипулирования такими группировками отличаются от использования любого обычного оружия. Здесь присутствует человеческий, личностный фактор, который не всегда возможно просчитать, в чем сами американцы уже убеждались. 
Политолог, старший преподаватель кафедры общей политологии НИУ «Высшая школа экономики» Леонид Исаев указал на роль американских спецслужб и саудовцев в разжигании конфликта на Ближнем Востоке: 
- Они не просто могли, они абсолютно точно были в этом задействованы. Этот факт, который американцы в большинстве случаев сами не отрицают. Потому что ни для кого не секрет, что с самого начала сирийского конфликта американцы и французы очень плотно работали с сирийской оппозицией, с исламистами в городах Хомс и Хама. За что, собственно, и выгнали американского и французского послов из Сирии – они способствовали поставкам оружия сирийской оппозиции. И Исламское государство сейчас вооружено благодаря той помощи, которую оказывали американцы и страны Запада исламистам, воюющим против режима Асада. Американцы принимали у себя этих боевиков и говорили, что это единственная законная сила в Сирии, что в плане финансов мы будем оказывать поддержку. По-моему, здесь всё достаточно очевидно. 
Катарцы и саудовцы также внесли вклад в эскалацию конфликта, они были теми звеньями цепи, по которым доставлялись в регион наёмников. Искали исламистов в различных уголках мира, оплачивали проезд, давали оружие. И, наконец, перевозили в Сирию, где те до сих пор сражаются против правительственных войск. Если говорить о факторе наёмников, то именно саудовцы и катарцы сыграли в конфликте важнейшую роль. Финансирование шло также по линии стран Персидского залива, много наёмников прибыло из Ливии. В Сирию они попадали через территорию северного Ливана, подконтрольную радикальным происламским и просаудовским силам. 
— И что будет дальше? 
- Вопрос достаточно сложный. Любые организации террористического толка несут в себе угрозу. С другой стороны, надо понимать, что Исламское государство – это не традиционная террористическая организация. Она стала частью современных политических реалий Ближнего Востока. 
Боюсь, но с Исламским государством нам всем придется считаться. Как государственное образование на карте Ближнего Востока оно уже есть, и это закономерный этап протекания тех процессов, которые шли в этом регионе. Участие западных стран в конфликте в Ираке и Сирии усугубило ситуацию. 

Источник