В местный гавайский стиль животина вписывается прекрасно — птаха одета в ярко-желтую «рубаху» с пестрыми желто-черными «рукавами». Хотя даже без этого описания его сложно с кем-нибудь перепутать, потому как на этих землях другие воробьинообразные не водятся. И на то есть весьма суровая причина с предысторией. Почти все птахи на ближайших островах двинули копыта.

Произошло это пренеприятнейшее событие в самом конце 19 века, когда нерадивые колонисты и моряки завезли на острова всего два вида животных — кроликов и крыс. Но этого оказалось достаточно, чтобы полностью разрушить хрупкую островную экосистему. Крысы разоряли гнезда пернатых, а кролики подъедали кормовую базу. И некому было противостоять пришельцам.

Так начался массовый геноцид пернатых, пережить который смогли немногие. Но лайсанский вьюрок всё же умудрился выжить. Правда, путь, который избрал птиц для выживания, назвать благородным никак нельзя. Вьюрок последовал простому принципу: не можешь бороться — присоединяйся. Так пернатый встал на путь мародёра, и помог завершить дело, начатое кроликами и крысами. Если раньше вьюрки питались преимущественно зернами и насекомыми, то теперь они перешли на диету из яиц других пернатых и падаль.

Сами вьюрки относятся к своему потомству трепетно. Гнездо птахи обустраивают в траве, сплетая травинки между собой. Обязанности у батяни и мамани разные — первый челночит, чтобы прокормить благоверную, а вторая греет будущих птенчиков собственной тушкой до вылупления. Период инкубации длится всего 16 дней, но самостоятельности молодняк наберётся лишь спустя полгода.

Несмотря на то, что вьюрки пережили тотальное вымирание соседей по острову, сейчас дела у них все еще достаточно плохи. Лайсанские вьюрки живут только на двух островах, причем их осталось меньше 10 тысяч. Но радует одно — остров Лайсан теперь охраняемая территория и часть Национального заповедника дикой природы Гавайских островов. Так что шанс на спасение этого и других видов пернатых всё таки есть.