Все. Спустя столько времени — повесть "Приговоренные к приключениям" закончена. Выложен полный текст. Читайте, ставьте лайки и непременно делитесь ссылкой.

Делать текст платным я не буду, доступ свободный. Но если кому-то так понравилось написанное мной, что он не против поощрить автора, то не вопрос: карта Сбера 4276 7500 3421 0236. В конце концов, писательский труд тоже нелегок, а три кошки автора регулярно хотят есть. ))

Приговоренные к приключениям - Вадим Шарапов

Время и пространство? Что это такое? Да ровным счетом ничего, если у вас под рукой есть паб "Дубовый лист", который сам выбирает - куда отправиться и где распахнуть свои двери. Беглому повару Варфоломею, за душой у которого только два ножа-сантоку...

author.today

https://leit.livejournal.com/698146.html

https://leit.livejournal.com/698013.html

Всех с наступающим и с наступившим!

Это был совсем непростой год. Мы теряли друзей, любили, надеялись, ждали, горевали и веселились. Самое главное — мы живы. Давайте смотреть вперед и все-таки верить в лучшее.

Этот год подарил мне удивительные полгода в чудеснейшем из городов — Севастополе: работу бок о бок с лучшими людьми, море, крымские весну и лето, невероятные закаты и рассветы. Лучше и быть не могло.
И сейчас в мыслях я обнимаю всех друзей, всех сестренок и братушек: тех, кто в Крыму и Стамбуле, в Тюмени и Екатеринбурге, в Москве и Питере, в Красноярске и Новосибирске, в Омске и Томске, в Иркутске и Хабаровске, в Якутии и на Дальнем Востоке, в Беларуси и Германии. Да повсюду!

Друзья мои, пусть обойдет вас стороной всякая тьма. Пусть больше будет в наступающем году дружеских встреч, замечательных путешествий, интересной работы, новых (непременно хороших!) впечатлений. Поменьше печали, а лучше совсем обойтись без нее. Пусть всегда будет, с кем обменяться словом, когда одиноко или тяжело на душе. Пусть будут живы и здоровы ваши родные и близкие. И, конечно, ребята — здоровья нам с вами! Это в наше время, пожалуй, самое главное.

Тем, кто болеет, желаю поскорее выздороветь. Тем, кто в пути — добраться точно в срок туда, куда нужно. Тем, кто коротает зиму в теплых странах — посылаю немного сибирского морозца — так, самую малость, только чтобы коктейль охладить. )) А тем, у кого зима в разгаре — чтобы всегда было тепло.
Мысленно я с вами. С теми, у кого Новый Год уже наступил, и с теми, у кого он еще только впереди. Вы всегда рядом с моим сердцем. Поднимаю за вас стакан доброго шотландского солодового.
Мы обязательно встретимся! Будьте счастливы, друзья!

https://leit.livejournal.com/697666.html

Так говоришь ты, Йольский-то кот из дальних краев? Из Шотландии горной, которая за морем лежит? Оно может и так, да только вот что я тебе скажу – у нас в стары-то годы на Урале люди всякое видали. Айда-ко, садись, я тебе расскажу.

Было это совсем в старые времена, еще до Турчаниновых даже. Только на Урале заводы стали подымать, как царь Петр велел. Жил тогда при Шуралинском заводе бергал один, Васильем звали. Крепко в горе вожгался, днем и ночью, продыху не знал, да это ему только в радость было. Заекает рукава повыше, и колготится в штреке, а то ходит поверху, глядит, какие камни где лежат, да какие рудны жилы выходы иметь могут.
До всего своим разуменьем доходил, так что других штейгеров завидки ажно брали: вот, мол, сколько послабленья Ваське приказчик-то дает. Однако в глаза опасались базлать, уж больно Василий справным был, покорпуснее иного кричного мастера, и на кулачках завсегда большину брал. А он знай робит, да посмеивается. "Пущай, – говорит, болбочут, если кому забедно, что я житьишком поправился, да не кусочничаю".

Ну, опять же, неженатиком был Василий, хоть девки на него и заглядывались – баской парень-то. Жил наособицу, изба справная, полы скоблены. А всей живности – один кот приблудный. Василий, слыш-ко, подобрал того кутенком мелким.
Шел как-то бергал из лавки, там при заводе винну бочку держали, вот он полштофа красненького и взял себе на Здвиженье-то. В иные дни и в рот вина не брал, а в таку пору, с устатку да под горячую чирлу шибко любил. Но до того промяться решил, подышать вольным воздухом. Идет он по дороге, темень, хоть глаз коли, морось стылая. И вдруг слышит – ровно плачет кто. "Скажи на милость, то ли блазнится?" – Василий аж встал, как вкопанный. Однако же снова услышал, как кто-то возится, да пищит тонехонько, как плачет. Видит Василий, что не помстилось, и давай торкаться вокруг, искать. Так и нашел этого котейку-то, а тот уж еле вожгался, иззяб весь. Ну, бергал руками похлопал – откель такое чудо? – да и сунул его за пазуху, всяко тварь божья, пропадет на холоде. Принес в избу, посадил на полати, где теплее. Тот угрелся, да и давай шалыганить по всей печке, тыркаться туда-сюда. А сам чернющий, ровно анчутка, и шерсть всклокочена.
Смараковал Василий, что надо молока раздобыть. Пошел на поклон к шабрам, которы рядом были, у них коровенка-то справная была, в теле. Шабриха, Онфимовна, ох и языката баба была, но добрая. Потом всем обсказывала, мол, штейгер-то совсем по бобыльству своему чудным стал, вон сколько сполоху из-за одного кота наделал. Ну, Василию все как с гуся вода, знай смеется на такие косоплетки. А кот гоголем по избе ходит, распушился весь, и что ни день, то фунт весу прибавляет, не меньше.

Была там девка одна, на выданьи, Василисой кликали. Дочка рудознатца одного изробившегося. Пожевала гора, слыш-ко, штейгера, да выплюнула, так что вскоростях и преставился. А Василиса сиротой осталась, мамка у нее еще когда померла. Но хозяйство справно держала, в чистоте, и себя блюла. Повадился к ней приказной с завода похаживать, так она его ухватом встретила и пригрозила страмить на весь завод, так и утурила прочь не солоно хлебавши.
Привечала она Василия, к душе он ей пришелся, так что товарки ее то и дело усмешничали, но не по насердке, а так: вот, мол, он Васька, и ты Васька, чего вместе не стакнетесь-то? Ну, Василиса артуть-девка, за словом в карман не лезла, живо им растолмачила, что к чему.

И как-то в одночасье так случилось, что в лесу за заводской дачей встренулись они вдвоем на еланке. Василиса травы всяки собирала целебные, ну а бергал наш впотай от всех по тем горкам хаживал, иные говорили – сама Хозяйка ему ворожит, показывает такие места, где кризолиты, изумруд медный или еще какое глядельце. Ну, пустое кричали, оно всегда так.
– Ты, – говорит Василиса, – чего тут, Вася? Давненько тебя примечаю в этих местах.
А он ей отвечает без гонора:
– Сдается мне, есть здесь рудные места, вот и зорю их. Пока немудрящее все попадается.
– А ты, – Василиса смеется, – сходил бы, вдоль реки и дальних ручьев погулял бы. Только кота своего возьми, пусть при тебе будет. Как зовешь-то его?
– Гришей прозвал, – Василий сказал, а сам шибко удивился, как это она его наставляет по горному-то делу. Но вежество проявил, поблагодарил.

И взял ведь кота-то с собой, к душе ему пришлось то, что Василиса сказала. Да и то, сам ведь он на нее тоже запоглядывал, пришла, видать, пора.
Вот идет он по тем местам, а Гриша высунул башку-то из мешка, в который штейгер его посадил, скыркается там, потом запомявкивать стал, да все громче. Василий его поглаживает, а кот суетится в мешке, таку беду, да никак не угомонится, только пуще базлает.
И тут Василий выходит к одной осыпи. А там ручей не шибко большой, да за ручьем поляна. И на той поляне – кошачьи уши торчком стоят. Ну как уши, больше на огни сголуба синенькие похоже, а между ними горка пучится. И все больше становится, а огни так и полыхают – сверху мало, а снизу во всю ширь. Смекнул Василий, кого видит. Стары-то штейгеры говорили: дескать, всамделе водится в руднишных местах Земляная Кошка, да не всем показывается. Только знатцам истинным, которы с закрытыми глазами обальчик от богатой руды отличат. Видать, Василий-то из таких оказался.
Вот стоит он столбом, а Гриша в мешке избазлался весь, вывернуться исхитрился и как заскочет со всех лап, да прямо на ту горку между огней и подался. Встал там, глядит на хозяина и жалостно так подмявкивает, ровно на прощанье.
– Гриша, ты куда это? – Василий его спрашивает, а кот валёхается по пригорку, лапами машет, и вроде как чем дальше, тем корпуснее становится, вот уже вымахал вровень с ушами. Тут горка выше пошла из земли, и вот уже целая кошачья морда появилась, аршин десять, не меньше, а глаза желтым так и звосияют. Бергал наш не из робких, в горе-то ко всякому свышным станешь, а все ж таки отступил назад, да за бадожок покрепче взялся. А кошка глядит на него и ровно говорит без слов: ты, дескать, Василий, не бойся, спаси тебя бог, что дитятко мое выходил, не дал загинуть.
И как-то так пришлось, что враз сметил штейгер, будто кто ему нашептал, что кошка эта – из дальних земель пришла на время, и вышло так, что потеряла тут котенка-то своего, а теперь совсем чутешно времени осталось, заждался их отец –Йольский кот. Ну, Василий в туе пору и сам уж сходственность заметил: оба черные, как смоль, а Гриша, когда вымахал, совсем грозным стал. Однако ж подошел к хозяину, потерся об его туловом своим, лизнул потом, ровно теркой по лицу прошелся: дескать, сам видишь, пора мне. И одно свое повторяет.
Поклонился Василий кошке, почесал коту бок, да и подался оттуда не посупорствуя, да без лишних слов – мать же, ей виднее. Только напоследок помстилось ему, что кошка вдогон говорит этак ласкобайно: глянь-ко, Вася, на том бережку у песчанки. И в один миг огни погасли, будто и не было ничего. Только инеем закуржавело на траве, где кошка показывалась. Василий, конечно, всамделе пошел, не поленился глянуть. И скажи ты – поддерновое золото россыпью так и искрится, бери голыми руками! Парень весь песок перебуторивать не стал, взял по разуменью своему, место то отметил, да и подался домой.

А назавтра снова Василису встретил, уже на заводе.
– Что, – говорит та, – Вася, видел кошку-то?
– Видел, – говорит парень, – Гришу только жалко, обвыкся я к нему.
– Ничто, – отвечает Василиса, – кот баской был, да не последний. Давай я тебе шанежек сгоношу, а ты мне за чаем-самоваром и обскажешь, как дело было?
На том и сговорились.
Ну, а дальше так приладилось, что дело и до свадьбы дошло, все честно-благородно. Пировля была такая, что плясуны подметки отрывали. В избу Василия переехала Василиса, а уж он для нее расстарался так, что дома у них спокой и достаток завсегда был. И промеж собой жили оба в леготку, рядком да ладком, по любви. Сам Василий с тех пор еще справнее горное дело прознал. Бергалом стал сначала старшим, а потом уже и во всех окрестных заводах на славе был. Так-то. Бывало, только глянет на камень, и сразу говорит: есть толк в том месте породу бить, или обзариться там и не на что. Однако не загордился, и к простому работному люду уважение завсегда имел. Даже когда к нему за советом бегать стали, сам не гнушался наставляться у стариков-то.
А Василиса в приданое, кроме справы всякой, кота с собой принесла. Ну, не Гриша, конечно, не такой шёрстный, да и не черный, а просто серый, но мышелов видный. И какая, ты думаешь, ему кличка была? Васька, конечно! Такая уж мода была у них, все коты до самой старости Васьками были. До сих пор место, где изба стояла, Васькиной горкой называют.

Знающие люди позаочь перемигивались, конечно – дескать, это все Земляная Кошка ему нашептывает. Может и кошка помогала, да только если голова на плечах, а не обальчика кусок, то свое счастье сам добудешь.
А Йольскую Кошку с туе поры у нас не видывали, ушла, должно, к себе в шотландску сторону, там горы тоже есть. Только многие годы спустя, уже при Омельяне Иваныче, в бунташное время, на Сысерти ходил слух про Земляную Кошку. Да сколько в тех словах правды, про то никто уже не скажет.

https://leit.livejournal.com/697527.html

В который уже раз сталкиваюсь с одним и тем же литературным ляпом, которым грешат очень многие авторы, выкладывающие свои произведения (гордо именуемые ими "фантастикой") на сайтах вроде Автортудэй и так далее. Это даже не ляп, это такая особенность мышления человека, у которого есть тяга к писанине, но нет чувства меры, здравого смысла и литературного вкуса.
Любовь к вычурным позывным персонажей.

Именно к позывным.
Нет, вы не подумайте плохого. Я ничего не имею против того, что у какого-нибудь "графа де" или "барона фон" в фэнтезийном романе имеется замысловатое прозвище. Допустим: "Все в королевстве Баракорум знали графа Птеро д'Актиля. За глаза, шепотом, на почтительном расстоянии его не называли иначе, чем "Аметистовый Осьминог", и было за что. Такое странное прозвище старый граф заслужил еще в молодости, когда..." - и дальше обстоятельный рассказ о том, как граф в неравной битве оторвал пару тентаклей самому Ктулху. Почему нет?

Но вот, к примеру, открываем мы какой-нибудь постапокалиптический боевик. Где пепел радиоактивной зимы падает на черный снег, кругом мутанты-библиотекари с во-от такими энциклопедиями, нет горячей воды, а главный герой - суровый, покрытый шрамами (от великой доблести), мурашками (от холода) и грязью (горячей воды нет, помните?) спецназовец, отправляющийся в смертельно опасный поход к руинам забытого древнего пункта вакцинации от гриппа. Чтобы спасти человечество, естественно.

Так вот. Будьте уверены, такой автор непременно даст своему герою позывной, типа "Бриллиантовый Аллигатор" или "Железный Бородавочник". Чтобы, значит, подчеркнуть восхищение окружающих, которые смотрят снизу вверх.

"- Так вот он какой, - благоговейно выдохнул Коля, - Бриллиантовый Аллигатор... Надо же! Поверить не могу, что он вот так вот запросто у меня закурить попросил. Это же... это же сам Победитель Абонемента и Потрошитель Запасников! Говорят, он все книги прочитал в Красном Уголке и даже журналы!
- Я руку мыть не буду... - потрясенно пробормотал Лысый. - Он же со мной за руку... за руку поздоровался, прикиньте, мужики!"
При этом автор всячески подчеркивает, что это именно боевой позывной, который используется именно только так, потому что в других эпизодах к суровому спецназовцу обращаются банально - по имени.

И вот, значит, стремительный бой.
Отряд героев зажали в катакомбах/коллекторах/отстойниках/реакторных охладителях/кровавом марсианском аду/руинах ПТУ №26 (нет, последнее слишком жестоко, редактору на заметку - вычеркнуть). В воздухе не продохнуть от пуль и бластерных лучей, кругом рвутся гранаты, с юга напирают тираниды и аколиты Нургла, с севера - некроны, с запада конные варвары на резервном линкоре, а с востока вообще не хочется говорить, что. Головы, короче, не поднять. У самого автора, конечно, там все героически, но вообще, по моему мнению, происходить все должно как-то так:

Кто-нибудь из персонажей орет в рацию:
- Я - Первый, вызываю Бриллиантового Аллигатора! Я - Первый, вызываю Бри... брул... блур... Бриллиантового алгига... аллигарторла! Бриллиантовый Аллигатор, как меня слышишь, прием!
- Я - Бриллиантовый Аллигатор, слышу тебя, прием.
- Блир... тьфу... Бриллиантовый Аллигатор, мы под огнем! Нас прижали! В треугольном квадрате 15-20! Нужна помощь! Прием!
- Понял тебя, Первый. Выдвигаюсь из точки рандеву. Со мной Адамантиновая Землеройка и Неотвратимый Поползень. Как понял, повтори, прием!
- Я Первый, понял тебя, выдвигаетесь, с тобой А...манда... Адамантиновая Землеройка и этот... Отвратительный Выползок... А-а-а, бля, в меня попали!
- Роджер, Первый.

При этом не было бы никаких вопросов, даже если бы погонялом сурового спецназовца было, скажем, Шустрый Ёж, или Борзый Уж (что, конечно, тоже такое себе, но всяко лучше) . Но нет.
И такое повторяется от раза к разу. Ведь если суровый спецназовец будет зваться просто Артем "Лысый" или Никита "Резкий" - это не круто. Совсем не круто.

https://leit.livejournal.com/697125.html

Этого типа Боба Фетт заприметил сразу.
Оно конечно, в кантине Аванпоста Ниима на Джакку видали всякое. Каждый световой день, да и после заката здесь ошивалась прорва гуманоидов всех видов и расцветок. Деньги не пахнут, будь то хоть кредиты, хоть друггаты, хоть какие-нибудь камешки – в кантине единственного крупного города планеты принимали все, что годилось в уплату за колбу веселящего. Если, конечно, у посетителя имелась хоть какая-то конечность, способная эту самую колбу удержать.
Но этот мужик торчал среди толпы бандюков, воров и контрабандистов всех мастей, точно ручная банта посредине стаи кореллианских гончих. На него оглядывались, обменивались ухмылками, толкали друг друга локтями и прочими отростками, заменявшими верхние конечности: зырь, чего этот грязный нерфопас здесь забыл?
Одежда, болтавшаяся на мужике, как на вешалке, выглядела и впрямь неважнецки. Похоже, что широкий балахон не стирали и даже не снимали очень долго, удары судьбы превратили его в живописные лохмотья. Загорелая, шелушащаяся от солнечных ожогов лысина, нечесаная борода и треснувшие окуляры с примитивной автоподстройкой и линзами, помутневшими от ударов песка, дополняли образ. "Точно, нерфопас", – подумал Фетт и мысленно пожал плечами. Станг, да какое ему-то дело? Каждый на этой забытой каменюке живет, как хочет.

Мужик тем временем нервно озирался, обеими руками прижимая к себе потертую кожаную сумку. Когда битский ансамбль на потрепанной сцене в углу последний раз врезал в гасанский барабан, и, наконец-то, милосердно замолчал, взгляд исцарапанных окуляров упал на столик, за которым в полумраке сидел Фетт. Мужик подскочил и радостно заулыбался, что Бобе очень не понравилось. Глядя, как оборванец пробирается через толпу, то и дело сдавленно извиняясь, наемник прикидывал, какой по счету отморозок решит поживиться. По всем прикидкам выходило, что пятый.
Фетт ошибся всего на одного. Рослый гран, в которого мужик врезался плечом, что-то рявкнул и схватил бедолагу за шиворот.
– Куда лезешь, придурок? – прошипел он, уставившись в лицо незадачливого посетителя всеми тремя глазами. – Жить надоело?
– И… извините, – пробормотал оборванец. Потом обернулся и крикнул: – Господин Фетт! У меня к вам дело!
Боба Фетт вздохнул и потер широкое, исполосованное шрамами лицо крепкой ладонью. Дело… дела бывают разные. Но слово сказано, и не вести же себя так, будто ты пустое место.
– Отпусти-ка его, – сказал он, в упор глядя на грана. Тот оскалился.
– А то что? Ты здесь за главного будешь, что ли?.. – голос его внезапно прервался. Потертое дуло бластерного пистолета "Сакрос" глядело грану прямо между глаз.
– Просто завали, мурглачий сын, и потеряйся, как будто тебя тут не было, – ровно, не повышая голоса, предложил ему охотник за головами. Пробормотав какое-то ругательство – впрочем, так тихо, что Фетт не расслышал, – гран отпустил оборванца и шагнул назад, в толпу. Когда Боба Фетт обвел любопытных своим знаменитым тяжелым взглядом, все они вдруг решили, что у них есть масса других, более важных дел. Напряженная тишина в кантине вновь сменилась гулом голосов. Биты на сцене грянули очередную разухабистую композицию, и Фетт поморщился. Говорили, что битские ансамбли – лучшие в Галактике. "Вранье", – оценил местную игру наемник, и тут же забыл про музыкантов.
– Спасибо, г… господин Фетт, – робко поблагодарил мужик.
– Чего тебе? – осведомился охотник за головами. – Я сегодня не в настроении, так что хорошенько подумай, если хочешь предложить мне купить какую-нибудь дрянь из своей зачуханной сумки, понял? Лучше вали вдоль стенки, пока этот трехглаз опять тебя не выловил.
– О нет, господин Фетт, я не торговец, – мужик помотал головой и махнул дроиду-разносчику. Тот немедленно подрулил к столику и выжидательно мигнул индикаторами.
– Две порции лучшего, что у вас есть. По-настоящему лучшего, хорошо? – оборванец ловко выудил откуда-то из-под лохмотьев кредитный чип и шлепнул им по выжидательно высунувшемуся голоприемнику дроида. Тот пискнул утвердительно и укатил. Такой подход Фетту понравился, и он, слегка смягчившись, откинулся на спинку пластикового дивана.
– Слушаю.
– Господин Фетт, у меня к вам совсем небольшое дело. Если быть точным, сначала у меня один маленький вопрос, а потом, в случае, если вы ответите на этот вопрос утвердительно, я, с вашего позволения, продолжу.
Вернулся дроид и выгрузил на столик два широких бокала. Фетт втянул ноздрями воздух. Даже в духоте кантины этот божественный аромат было ни с чем не спутать.
– Кореллианский виски? – удивленно пробормотал мандалорец. – Да еще и "Черная звезда"? Ноги бы вырвать хозяину, ни словом не обмолвился, что у него имеется такое…
Он перевел взгляд на собеседника.
– Ладно, вот теперь, считай, ты привлек мое пристальное внимание. Теперь я точно слушаю. Говори.
Вместо ответа оборванец встал, обошел столик, и, наклонившись над самым ухом напрягшегося наемника, что-то прошептал. Фетт дернулся, рука легла на рукоять бласт-пистолета.
– Что? – прорычал он, прищурившись и оглядывая собеседника с ног до головы. – Откуда ты это узнал? Говори быстро!
Тот опять сел за стол, и принялся копаться в своей сумке. Когда Боба Фетт уже начал терять терпение, на стол легло что-то, тщательно завернутое в расшитый серебряными нитями кусок веда-ткани. Брови Фетта приподнялись, но он сдержал удивление. Было отчего: этот небольшой кусок стоил столько, что встретить его в недрах грязной сумки было, по меньшей мере, неожиданно.
Заскорузлые пальцы бережно развернули веда-ткань, и Боба увидел…
– Это что такое? – после короткого молчания спросил он.
– Книга, господин Фетт.
– Кни-га?
– Да. Это как датапад для чтения, только нужно листать страницы… вот так, – собеседник продемонстрировал.
– Странная штука, – усмехнулся Фетт, – и по виду совсем древняя. Сколько ей лет?
– Это артефакт Дореспубликанской эпохи, господин Фетт. По моим сведениям, книгу создали примерно тридцать-сорок тысяч лет назад, а может и еще раньше. Доподлинно неизвестно.
– Нехило… И как же она сохранилась? – скептически спросил Фетт, перевернув неколько пожелтевших листов, испещренных мелкими печатными буквами.
– Долгая история, - вздохнул оборванец. – Но мой вопрос, господин Фетт… что вы скажете?
Боба Фетт помолчал, потом хмыкнул и отпил сразу половину виски из бокала.
– Да, – сказал он. – Ответ – да. Это действительно мой дальний предок. Настолько дальний, что я даже не могу сообразить, сколько раз он мне "пра-пра-пра". Все думают, что я просто клон, но отец мне кое-что рассказал. А ему рассказал его отец. Тому дед, деду прадед… короче, у меня язык отсохнет всех перечислить.
– В таком случае, – торжественно сказал оборванец, пододвигая книгу поближе к Фетту и доставая из сумки перо, – соблаговолите дать мне ваш автограф, уважаемый господин Фетт. Как прямой потомок, вы имеете право это сделать. Клянусь, я буду хранить его, как зеницу ока и никому не обмолвлюсь ни единым словом.
– Чего? Автограф? – Боба Фетт впервые за очень долгое время растерялся. – Но… Ведь это же не я сочинил!
– Зато в ваших жилах его кровь, – склонил голову оборванец, – и уж поверьте, мы в Обществе галактических поэтов разбираемся в людях.

"Не было у меня других забот!" Наемник вздохнул, принял электроперо, бережно откинул хрустнувшую обложку и корявым почерком вывел несколько слов прямо на титульном листе книги. Уставился на дело своих рук.
– Вот станг, сам удивляюсь… – медленно сказал он, – зачем я это делаю.
– Скажите, – вдруг спросил его собеседник, – а вы помните что-нибудь из того, что создал ваш предок?
– Помню? – Фетт вздернул бровь. – Да я не забуду этого даже посреди перестрелки! Спасибо папаше, он в меня это вбил на всю жизнь… – Фетт запнулся, потом прочитал вслух, запинаясь:

– Я пришел к тебе с приветом,
Рассказать, что солнце встало,
Что оно горячим светом
По листам затрепетало;
Рассказать, что лес проснулся,
Весь проснулся, веткой каждой,
Каждой птицей встрепенулся
И весенней полон жаждой.

– Половину слов не понимаю, – пожал он плечами, закончив декламировать. "Солнце встало" – ну, это, видимо, какое-то местное светило. "Весенней полон жаждой" – что это вообще такое?
– Спасибо, господин Фетт, – мужчина осторожно закрыл книгу. – Позвольте попрощаться. Не волнуйтесь, я выберусь отсюда сам, – чуть улыбнулся он.
– И не думал волноваться, дело твое, – пожал плечами Фетт, и одним глотком допил кореллианский виски, про себя еще раз поклявшись выдернуть ноги хозяину кантины. – Погоди-ка… можно посмотреть на эту… книгу еще раз?

Он принял из рук оборванца увесистый том. Провел грубым, привычным к спусковому крючку пистолета пальцем по обложке, обтянутой чем-то похожим на коричневую кожу. Еле заметные, почти стершиеся бесследно буквы незнакомого языка когда-то были оттиснуты глубоко в коже и покрыты позолотой. Ниже к обложке был приклеен листок пластика со словами на стандартном галактике и буквами алфавита ауребеш. Боба прочитал, неслышно шевеля губами.

"Афанасий Фет. Избранные стихи".

https://leit.livejournal.com/696974.html

Выдохнув после полугодового проекта (и еще ряда более мелких) – вновь ищу работу. Удаленную. Все, что связано с текстами, и не только. Владею письменным словом в разных его формах. Опытен, как писатель и редактор.

Работаю не дешево, но качественно.

https://leit.livejournal.com/696618.html

https://leit.livejournal.com/696570.html

* * *
Доктор Уотсон кашляет за стеной,
Курит балканские крепкие и молчит.
Джон, беспокоится Холмс, говори со мной,
Просто о чем угодно, да хоть кричи,

Хоть укоряй за иньекции, только не
Перебирай раз за разом свой револьвер.
Доктор Уотсон читает стихи жене,
Пишет письмо, запечатывает в конверт.

Мальчик-посыльный дышит на пальцы. Ждет,
Мокрым плечом подпирая чужие двери.
Где-то на Хайгейте дождь третий день идет,
Прямо на буквы "Моей возлюбленной Мэри".

Джон, укоряет Холмс, мы забыли, что
Оба в прицеле профессора Мориарти.
Прячет Моран духовое ружье в пальто,
Пули считает, кусает усы в азарте.

Доктор Уотсон смазывает "веблей",
Смотрит на Лондон, поросший тревожно-алым.
Над догорающим городом из полей
Шлет боевой марсианский треножник сигналы.

Джон, говорит ему Холмс, это все для вида,
Да, мы умрем, таковы, к сожаленью, факты.
Но в параллельной вселенной дают "Аиду",
Мы успеваем. Как раз ко второму акту.

01.12.21

https://leit.livejournal.com/696289.html

https://leit.livejournal.com/695963.html

По просьбам - вот ссылка на мою страницу в ВК:

https://vk.com/leit_vadim

А вот - страница на "Автор.Тудэй":

https://author.today/u/leit/works

https://leit.livejournal.com/695779.html

Слушайте, друзья, а сколько вас тут осталось?
Я давно уже захожу в ЖЖ только от случая к случаю - когда вспоминаю, что неплохо бы закинуть сюда один-два накопившихся рассказика или какую-нибудь заметку. В основном, я все пишу у себя на странице "ВКонтакте". По сравнению с временами былой славы ЖЖ, скажем, десятилетней давности - это просто мизер и пыль.
Пески занесли руины павшей империи, "среди песков глубоких // обломок статуи распавшейся лежит" и вот это вот все.
Но кто-то же из вас здесь до сих пор остается? Кто-то же регулярно пишет и/или читает?

Если вам не трудно - отметьтесь в комментариях под этим постом. Хочется понять, кто меня читает.

https://leit.livejournal.com/695386.html

https://leit.livejournal.com/695162.html

https://leit.livejournal.com/695029.html

https://leit.livejournal.com/694765.html

https://leit.livejournal.com/694420.html

https://leit.livejournal.com/694018.html

Про выход своей книги я уже писал, НО! Как говорится, "в деле появились новые обстоятельства".

Теперь ее точно можно купить, уже не предзаказ, а наличие в интернет-магазинах.
Так что, друзья, налетай, торопись, покупай... кхм... в общем, книгу мою покупайте и другим расскажите. Издательство и магазин долго тянули кота за фаберже, но, наконец, сподобились.

Кому удобнее в "Лабиринте" - появится через пару дней, ссылка тоже уже есть. Про "Читай-Город" пока не знаю.

Короче, лайк, шер, репост и вот это вот все.

https://book24.ru/product/komandir-osobogo-vzvoda-5884442/
https://www.labirint.ru/books/773670/

https://leit.livejournal.com/694012.html

Вот, сам только что узнал.
В легком ошеломлении прочитал о том, что, оказывается, книга уже в продаже. Честно говоря, я не верил в то, что это когда-нибудь случится: много было всяких "но", потом ковид и сопутствующий кризис накрыли медным тазом несколько вариантов, потом... В общем, было всякое.


Но сейчас получилось. Пусть даже в серии, где множество всяких "однодневок", пусть на дешевой бумаге, без кожаного переплета и золотого обреза - но цикл про Особый взвод напечатан. И, самое главное - он напечатан в виде полноценного романа из новелл, со вставками между ними. В таком виде его не читал еще никто.


Когда-то в 2005-м году, я, от нечего делать, сочинил первую короткую зарисовку, в которой появился этот персонаж. Тогда было совершенно непонятно, зачем, и что из этого получится. А потом старшина Степан Нефедов начал жить своей жизнью, от рассказа к рассказу.

Получилось... то, что получилось. Спасибо всем, кто читал, требовал продолжения, давал советы и указывал на ошибки. Спасибо всем, кто ждал.

https://ast.ru/book/komandir-osobogo-vzvoda-853075/

https://leit.livejournal.com/693527.html

https://leit.livejournal.com/693436.html

https://leit.livejournal.com/693436.html

Вчера усыпили родительского пса. Долго болел, под конец уже не ел ничего, только пил.

Очень грустно. Это был замечательный пес. Добрый, ласковый, и, как и многие большие собаки — совершенно незлобивый. В жизни он никого не обидел, любил погулять, побегать, поваляться на диване и подставить под хозяйскую руку мохнатое теплое пузо.

Родители в нем души не чаяли.

Беги по радуге, Пыжик. В Страну Сочных ребрышек.

...А ночью я проснулся и понял, что накатила тоска. И не заснул, пока не дописал стихотворение.

* * *

День погожий. Хорошо в лесу.
Солнце скачет по ветвям упругим,
Сушит пот. Могилу роем псу,
Верному родительскому другу.

Пап, ну как? Возьму на пол-штыка
Глубже? Для него совсем не жалко.
Там, на дне из чистого песка
Выстелим последнюю лежанку.

Все, готово. Ну давай, дружок,
В псовый рай, где хвори не догонят.
Только еще раз мохнатый бок
Под своей почувствую ладонью.

Отдыхай. Собачий скуден век,
Чуть привык — уже пора прощаться.
...Здесь зимой красиво. Ляжет снег.
Помнишь? В нем так здорово валяться.

Точно знаю — где-то ты живой,
Со всех лап несешься, как ракета...
Ладно, батя. Двинули домой.
Покурить бы.
Зажигалки нету.

https://leit.livejournal.com/693083.html

Наверное, нужно бы выложить завтра, чтобы больше народу увидело новость, прежде чем она уйдет вниз в ленте.

Но я так не привык.

Поэтому вот. Новый рассказ из цикла "Командир Особого взвода". Для тех, кто любит рассказы про старшину Нефедова. Ну и вообще - для всех.

Рассказ называется "Встреча". Читайте, комментируйте, делитесь.

* * *

Старик прокашлял всю ночь. Надсадно, гулко, так что в груди будто что-то скрежетало, а потом старые легкие судорожно тянули в себя воздух, чтобы тут же вытолкнуть его с новым приступом болезненного кашля. Только под утро, перед самым рассветом кашель чуть поуспокоился, дал передышку, и старик окунулся в недолгий и зыбкий, как у всех сильно пожилых людей, сон.

Его старший внук вышел во двор, чтобы покормить сторожевого пса Акбарку, и с тревогой прислушался к тишине, царившей в маленьком флигеле, где жил старик. Тот сам настоял на том, чтобы переехать в отдельное жилье — не годится по ночам всех пугать своим кашлем да кряхтеньем, пусть дом и большой, двухэтажный, места хоть отбавляй. Отказался старый упрямец наотрез, так и остался во флигеле, только газ туда провели, чтобы на плите чай кипятить можно было.

— Что-то не нравится мне, как он кашляет, — сказал Бекбулат жене. — Вот точно не нравится. Похоже, совсем разболелся старый, второй день носа на улицу не показывает.

* * *
Дальше — по ссылке. Там же можно скачать fb2, если кому-то удобнее.

Весь цикл "Командир Особого взвода" можно легко найти на моей странице на Самиздате. Когда-нибудь я все же мечтаю его издать... а пока что у этого цикла даже обложки нет.

Шарапов Вадим Викторович. 28. Встреча

samlib.ru

https://leit.livejournal.com/692794.html

Простите за долгое ожидание. Итак, моя повесть еще немного подросла. Выкладываю главу десятую - "Непотопляемый". Читайте, делитесь, оставляйте свои оценки и так далее. В общем - на здоровье!

* * *

Лондон. Май 1912 года.

— Продолжим, — судья был деловит и краток. На самом деле сэр Джон Бигман, за плечами у которого было множество громких судебных дел, просто очень устал. С тех пор, как началось разбирательство по этому кораблекрушению, прогремевшему по обе стороны Атлантики, судья только и делал, что перечитывал машинописные копии допросов свидетелей, увесистые тома морского права и просматривал целые груды чертежей. Судья чертовски хотел спать, но времени на это не было — общественность требовала призвать виноватых к ответу. Оставалось только понять, кто же они — эти самые виноватые.

— Вызывается свидетель Чарльз Джоуин, — бесцветным от усталости голосом произнес Бигман и негромко стукнул судейским молотком по столу — почти не коснулся полированного дерева специальной подставки.

— Вы были пекарем на лайнере «Титаник», принадлежавшем компании «Уайт Стар Лайн»?

Приговоренные к приключениям - Вадим Шарапов

Время и пространство? Что это такое? Да ровным счетом ничего, если у вас под рукой есть паб "Дубовый лист", который сам выбирает - куда отправиться и где распахнуть свои двери. Беглому повару Варфоломею, за душой у которого только два ножа-сантоку

author.today

https://leit.livejournal.com/692520.html