преодолев черту оседлости
велосипедною дорожкою
в угаре пешеходной подлости
прохожий скачет мандовошкою

под опрокинутою бездною
бравируя велосипедностью
сигнализует русь протезная
победу пиррову над бедностью

и словно выжатый купальник
той что больна игрою в бисер
пускает пену умывальник
смотря без звука телевизор

скользя вдоль столиков меж пьяными
причесаны под лёву лещенко
воняет папиной нирваною
семья потомственных болельшиков

и как в баталиях о сколкове
я снова слышу голос лающий
в котором понимаю только лишь
простое слово нападающий.

*