Запомнилось оно не качеством исполнения, хотя местами было смешно, а разнообразием аудитории - присутствовали Костя Жаба, самый жестокий критик нашего творчества, православный целитель Черепов, ныне без пяти минут старец, коллекционер и предприниматель Борис С., культуролог и биограф Максим С., а так же прилетевший, пускай по своим делам, но всё-таки с Нью Йорка, автор-исполнитель Певзнер, которого я не сто лет не видел, и ни за что не узнал бы без жабиной интродукции.

Кроме того, пожаловал Константин Николаевич Беляев, полюбопытствовав, во сколько начнем, он весомо вымолвил "тогда надо выпить пивка" и отошел к стойке.

Но наибольшей неожиданностью стал для меня человек в дорогом импортном пальто, подошедший с просьбой подписать "Товар для Ротшильда", которым, оказывается, торговали в книжной лавке при этом заведении. Книга была номинирована на одну из премий по литературе.

Знакомьтесь, - обратился я к стоявшему рядом Максиму С.- Это мой старинный питерский товарищ, Иван Георгиевич Рубин. Зачем-то уточнил я вслух, подозревая какую-то ошибку памяти или воображения.

Иван Георгиевич Кочкарёв. - поправил меня гость в пальто.

Житель славного Лондона. - тут же с облегчением добавил я, не совсем понимая, какое безумие играет со мною в этом подземелье.

Сколько же мы не виделись?..

Получив автограф, лондонец Кочкарёв, не дожидаясь начала концерта, повернулся и ушел, сказав мне на прощание:

"До встречи через следующие пятнадцать лет!".

Двенадцать из них уже прошло.

*