История про то,

как ангары для дирижаблей

превратились в торговые павильоны,

кто, когда и почему это придумал,

чем богат рыбный павильон

и что скрывается под ним.

 Часть первая. Не сильно далекий исторический экскур.

 Действительно, наши павильоны на рынке уникальные. В качестве конструкций перекрытий для них были использованы стальные конструкции бывших германских ангаров для дирижаблей, перевезенные издалека, из Курляндии, из-под городка Вайнёде. 

История тех ангаров такова. Немцы уже в 1914 году выбрали в качестве самого лучшего места для нахождения базы дирижаблей на восточном фронте Западно-Курземскую возвышенность. А именно городок Вайнёде, который под руководством немецкого инженера Эмиля Вебера стали обустраивать для парковки «цеппелинов». Тому способствовала оперативно построенная немцами железнодорожная ветка от станции до аэродрома. 

 Вайнёде стал одной из самых крупных баз военных дирижаблей в Европе. Они летали отсюда в разведку над Балтикой, бомбили Ригу, Таллин и Петербург.

 Но война закончилась, дирижабли увели в Германию, а вот с раборкой ангаров немцы возиться не стали – они достались Латвии. И долго были не у дел… Пока в декабре 1922 года Рижская дума не приняла решение об устройстве центрального городского продовольственного рынка, убрав его с набережной Даугавы, где он тянулся от ж/д моста и аж до президентсого дворца.

Для этого городские власти и приобрели у правительства те самые ненужные никому ангары из Вайнёде. Так гаражи для цеппелинов стали одной из визитных карточек Риги.

 Чтобы понять разницу между «павильоном» рижского рынка и «ангаром» для дирижабля, пришлось поискать фото «ангара». Повезло, нашел именно тот, что только что переехал в Ригу. Размер у фото малюсенький, ну да уж какой есть.

 Металлические фермы ангаров было решено использовать лишь для возведения крыш павильонов, а их нижнюю часть строить из кирпича и железобетона.

 В 1923 был объявлен международный конкурс. Всего было подано семь проектов. Ни один из них полностью не отвечал требованиям, поэтому было решено разработать отдельный проект. Над ним работали сам главный архитектор города Риги П.Дрейманис, архитектор П.Павлов, инженеры В.Исаев, Г.Толстой и восемь студентов Латвийского университета.

Проект предусматривал строительство пяти павильонов, самый крупный из которых (5000 м2) предполагалось использовать для оптовой торговли и обработки мяса, а четыре павильона поменьше (по 2 592 м2 каждый) – для мелкой торговли (первый – для мяса, второй – для молочных и мясных продуктов, третий – для хлеба, фруктов, различных продовольственных товаров и битой птицы, четвертый – только для рыбы).

 Строительные работы начались в июне 1924, а завершилось осенью 1930 года. 2 ноября того же года рынок был торжественно сдан в эксплуатацию, став крупнейшим сооружением в довоенной Риге. 

 Всего рижский крытый рынок занял несколько гектаров, длина сквозного тоннеля, соединяющего все павильоны в направлении от ул. Гоголя к ул. Маскавас, составила 337 метров. Строительство обошлось городской казне в 5 млн. латов. Рынок стал крупнейшим крытым рынком Европы.

 Сейчас во всей Европе сохранилось девять ангаров для дирижаблей времен Первой мировой войны. Пять из них – у нас в Риге!

 Часть вторая. Рыбный павильон и то, что под ним.

Для гостей нашего города: рыбный павильон – вон он, самый ближний к реке...

 Тем более, хозяйка павильона Винета обещала разрешить фотографировать без ограничений. И я пошел по рядам!

 А потом мы с Винетой спустились в подвалы, площадь которых такая же, как и у самого павильона – 2 500 кв. м. Там нас по своему хозяйству водил Геннадий, который сырую рыбу разделывает, солит, делает малосольной или коптит.

 В переходах подвала без проводника можно запросто заблудиться...

 Чистота у Геннадия как в операционной. Фотки неудачные, снимал с руки, но все ж и они дают представление о «чистоте на кухне».

 Работают здесь женщины опрятно одетые, работают они с острейшими ножами, и работают с ними виртуозно!

 А в следующем отсеке – коптильня. А где же тогда труба над павильоном? –  спросят меня. Я и сам этот вопрос задал... Есть труба, есть – она между рыбным и овощным павильонами выведена. Потому неприметна, что дыма над ней почти нет – его весь рыба забирает. Вот она, уложена-развешана для приобретения «загара»...

 А это древесная стружка заряжена. Её точно отмеренная порция должна обеспечить рыбе равномерный и нежный колер...

 А это мастер Гунар у своей печи. Закопчена и она, да и Гунар... Ну, а как без этого?

 Гунар вообще-то лишь контролирует процесс, который при правильных исходных данных сам идёт так, как надо! Работу свою любит и ценит. И его тоже ценят. Мастер!

 Вот таков «ройский деликатес» на выходе... (Для иностранцев: Роя – это рыболовецкий поселок на берегу Рижского залива).

 А таким через несколько минут «деликатес» лежит уже наверху, на прилавке, средь прочей копчушки.

 Поднявшись наверх, попахивая дымком, я простился с радушной хозяйкой самого крупного в северной Европе крытого рыбного базара, через который ежедневно проходят тысячи и тысячи рижан. И тех, кто осетра целого просит завернуть, и тех, кто пол кило свежей салаки...

 Потому что рижан без рыбы представить невозможно – столетиями её едят, привыкли, однако. Море, правда, вот болеет. Рыболовецкая отрасль Латвии тоже. Но это, временно, это когда-нибудь проходит... По себе знаю!   :)