Трудно понять, как сравнительно небольшая Седьмая симфония ля мажор Бетховена, созданная в духе Dionosiaco (*)с преобладанием ритма над мелодией, ныне столь любимая публикой, кажущаяся прозрачной, ясной и легкой, могла вызвать двести с лишним лет назад непонимание музыкантов. Она была подвергнута критике и высмеяна почти всеми современниками Бетховена, как это обычно происходило и происходит почти со всеми созданиями человеческого гения. В те времена (1811 год) выдающийся фортепианный педагог Фридрих Вик считал, что лишь пьяница мог написать такую музыку; директор-основатель Пражской консерватории Дионис Вебер объявил, что автор ее вполне созрел для сумасшедшего дома. Ему вторили французы: Кастиль-Блаз назвал финал "музыкальным сумасбродством", а Фетис - "порождением возвышенного и больного ума". Зато для Глинки Седьмая симфония была "непостижимо прекрасной", а лучший исследователь творчества Бетховена Р. Роллан писал о ней: "Симфония ля мажор - само чистосердечие, вольность, мощь. Это безумное расточительство могучих, нечеловеческих сил - расточительство без всякого умысла, а веселья ради - веселья разлившейся реки, что вырвалась из берегов и затопляет все". Сам же Бетховен ценил Седьмую симфонию очень высоко. Он писал: "Среди лучших моих сочинений я с гордостью могу указать на ля-мажорную симфонию".

Хорхе Донн, великий аргентинский танцор, поражает своей смелостью в создании танца на музыку четвёртой части симфонии. Этот поступок со всей определенностью демонстрирует в нём гения. Это - проявление гениальности в гениальности, что можно назвать ГЕНИАЛЬНОСТЬЮ В КВАДРАТЕ!

(*) Dionosiaco - это философское и литературное понятие, дихотомия, берущая своё начало в древнегреческой мифологии. Аполлон и Дионис - оба считались сыновьями Зевса. Аполлон представлял собой бога причины и рационального, в то время как Дионис - бога иррационального числа и хаоса. Считается, что в некоторых видах творчества эти два альтернативных божества могут взаимодействовать, переплетаясь своей природой. Посвященное Аполлону основано на причине и логическом мышлении. В отличие от этого, дионисийское основано на хаосе и обращается к эмоциям и инстинктам.