Цитата сообщения Ермоловская_Татьяна Цитаты Федора Михайловича Достоевского



Если кто погубит Россию, то это будут не коммунисты, не анархисты, а проклятые либералы.

Дура с сердцем и без ума такая же несчастная дура, как и дура с умом без сердца.
«Идиот»

Высшая и самая характерная черта нашего народа — это чувство справедливости и жажда ее.

Да здравствует русская женщина, и нет ничего лучше ее безгранично прощающей любви на нашем русском свете.
«Зимние заметки о летних впечатлениях», 1863

Богатство, грубость наслаждений порождают лень, а лень порождает рабов.

Женщины — наша большая надежда, может быть, послужат всей России в самую роковую минуту.


Россия есть игра природы, а не ума.

Красота спасет мир.

Любят у нас Запад, любят, и в крайнем случае, как дойдет до точки, все туда едут. «Зимние заметки о летних впечатлениях», 1863

В столпе сижу, но и я существую, солнце вижу, а не вижу солнца, то знаю, что оно есть. А знать, что есть солнце — это уже вся жизнь.
«Братья Карамазовы»

Русские люди вообще широкие люди, широкие, как их земля, и чрезвычайно склонны к фантастическому, к беспорядочному; но беда быть широким без особенной гениальности
«Преступление и наказание»

Все одаренные и передовые люди в России были, есть и будут всегда картежники и пьяницы, которые пьют запоем…
«Бесы»

Милостыня развращает и подающего и берущего и, сверх того, не достигает цели, потому что только усиливает нищенство.
«Бесы», 1872 год

Мы (русские) больше циники, меньше дорожим своим, даже не любим свое, по крайней мере не уважаем его в высшей степени, не понимая, в чем дело; лезем в европейские, общечеловеческие интересы, не принадлежа ни к какой нации, а потому, естественно, относимся ко всему холоднее, как бы по обязанности, и во всяком случае отвлеченнее.
«Зимние заметки о летних впечатлениях», 1863

Мы теперь совершенно утешились, сами собою утешились. Пусть все вокруг нас и теперь еще не очень красиво; зато сами мы до того прекрасны, до того цивилизованы, до того европейцы, что даже народу стошнило, на нас глядя. Теперь уж народ нас совсем за иностранцев считает, ни одного слова нашего, ни одной книги нашей, ни одной мысли нашей не понимает, - а ведь это, как хотите, прогресс. Теперь уж мы до того глубоко презираем народ и начала народные, что даже относимся к нему с какою-то новою, небывалою брезгливостью.
«Зимние заметки о летних впечатлениях», 1863

Мы чрезвычайно легковерная нация и что все это у нас от нашего добродушия.
«Зимние заметки о летних впечатлениях», 1863

Наш русский либерал прежде всего лакей и только и смотрит, как бы кому-нибудь сапоги вычистить.

Неужели и тут не дадут и не позволят русскому организму развиться национально, своей органической силой, а непременно безлично, лакейски подражая Европе? Да куда же девать тогда русский-то организм? Понимают ли эти господа, что такое организм? Отрыв, «отщепенство» от своей страны приводит к ненависти, эти люди ненавидят Россию, так сказать, натурально, физически: за климат, за поля, за леса, за порядки, за освобождение мужика, за русскую историю, одним словом, за всё, за всё ненавидят.

Любовь мечтательная жаждет подвига скорого, быстро удовлетворимого и чтобы все на него глядели. Тут действительно доходит до того, что даже и жизнь отдают, только бы не продлилось долго, а поскорей совершилось, как бы на сцене, и чтобы все глядели и хвалили. Любовь же деятельная — это работа и выдержка, а для иных так пожалуй целая наука.
«Братья Карамазовы», 1880 год

Человеку, кроме счастья, так же точно и совершенно во столько же необходимо и несчастие!
«Бесы», 1872 год

Люди, по закону природы, разделяются вообще на два разряда: на низший (обыкновенных), то есть, так сказать, на материал, служащий единственно для зарождения себе подобных, и собственно на людей, то есть имеющих дар или талант сказать в среде своей новое слово… Первый разряд всегда — господин настоящего, второй разряд — господин будущего. Первые сохраняют мир и приумножают его численно; вторые двигают мир и ведут его к цели. И те, и другие имеют совершенно одинаковое право существовать.
«Преступление и наказание»

Нет выше идеи, как пожертвовать собственной жизнью, отстаивая своих братьев и свое отечество, или даже просто отстаивая интересы своего отечества...

Есть вещи о которых не только нельзя умно говорить, но о которых и начинать-то говорить неумно.
«Бесы», 1872 год

Даром никогда ничего не достанется. Будем трудиться, будем и свое мнение иметь. А так как мы никогда не будем трудиться, то и мнение иметь за нас будут те, кто вместо нас до сих пор работал, то есть все та же Европа, все те же немцы.
«Бесы»

Нужно быть действительно великим человеком, чтобы суметь устоять даже против здравого смысла.
«Бесы», 1872 год

Говорят, что раскаяние облегчает душу, — напротив.
«Бедные люди», 1846 год

Новая философия, новый образ жизни не даются даром. Даются они ценой бесконечного терпения и огромных усилий.

В большинстве случаев люди, даже злодеи, гораздо наивнее и простодушнее, чем мы вообще о них заключаем. Да и мы сами тоже.
«Братья Карамазовы»

О, ради бога, не считайте, что любить родину - значит ругать иностранцев.
Зимние заметки о летних впечатлениях, 1863

Но что же мне делать, если я наверное знаю, что в основании всех человеческих добродетелей лежит глубочайший эгоизм. И чем добродетельнее дело — тем более тут эгоизма. Люби самого себя — вот одно правило, которое я признаю. Жизнь — коммерческая сделка…

Ничего и никогда не было для человека и человеческого общества невыносимее свободы.

Когда весь человек счастья достигнет, то времени больше не будет, потому что не надо.
«Бесы»

Деньги есть чеканенная свобода.
«Записки из мертвого дома»

Человек существо легкомысленное и неблаговидное, и может быть, подобно шахматному игроку, любит только один процесс достижения цели, а не самую цель. И, кто знает, может быть, что и вся-то цель на земле, к которой человечество стремится, только и заключается в одной этой беспрерывности процесса достижения, иначе сказать — в самой жизни, а не собственно в цели.
«Записки из подполья»

Кто вступил на нижнюю ступень, тот непременно ступит и на верхнюю.
«Братья Карамазовы»

Оправдайте, не карайте, но назовите зло злом.

Настоящая правда всегда неправдоподобна… Чтобы сделать правду правдоподобнее, нужно непременно подмешать к ней лжи. Люди всегда так и поступали.

Если ты направился к цели и станешь дорогою останавливаться, чтобы швырять камнями во всякую лающую на тебя собаку, то никогда не дойдешь до цели.

Легко сделаться атеистом русскому человеку, легче, чем всем остальным во всем мире! И русские не просто становятся атеистами, а непременно уверуют в атеизм, как в новую веру, никак того не замечая, что уверовали в нуль.
«Идиот»

В отвлеченной любви к человечеству любишь почти всегда одного себя.

Я крепко убежден, что не только очень много сознания, но даже и всякое сознание — болезнь.

Бытие только тогда и начинает быть, когда ему грозит небытие.

Влюбиться не значит любить: влюбиться можно и ненавидя.

В истинно любящем сердце или ревность убивает любовь, или любовь убивает ревность.

Если хочешь победить весь мир, победи самого себя.

Надо любить жизнь больше, чем смысл жизни.

Счастье не в счастье, а лишь в его достижении.

Ничему не удивляться есть, разумеется, признак глупости, а не ума

Париж - это самый нравственный и самый добродетельный город на всем земном шаре. Что за порядок! Какое благоразумие, какие определенные и прочно установившиеся отношения; как все обеспечено и разлиновано; как все довольны, как все стараются уверить себя, что довольны и совершенно счастливы, и как все, наконец, до того достарались, что и действительно уверили себя, что довольны и совершенно счастливы, и... и... остановились на этом. Далее и дороги нет.
«Зимние заметки о летних впечатлениях», 1863

Англиканские священники и епископы горды и богаты, живут в богатых приходах и жиреют в совершенном спокойствии совести. Они большие педанты, очень образованны и сами важно и серьезно верят в свое тупонравственное достоинство, в свое право читать спокойную и самоуверенную мораль, жиреть и жить тут для богатых. Это религия богатых и уж без маски. По крайней мере рационально и без обмана. У этих убежденных до отупения профессоров религии есть одна своего рода забава: это миссионерство. Исходят всю землю, зайдут в глубь Африки, чтоб обратить одного дикого, и забывают миллион диких в Лондоне за то, что у тех нечем платить им.
«Зимние заметки о летних впечатлениях», 1863

Велика радость любви, но страдания так велики, что лучше не любить вовсе.

Все... ну, например, хоть законодатели и установители человечества, начиная с древнейших, продолжая Ликургами, Солонами, Магометами, Наполеонами, и так далее, все до единого были преступники, уже тем одним, что, давая новый закон, тем самым нарушали древний, свято чтимый обществом и от отцов перешедший, и, уж конечно, не останавливались и перед кровью, если только кровь (иногда совсем невинная и доблестно пролитая за древний закон) могла им помочь. - (Раскольников) «Преступление и наказание», 1866

Высшая идея на земле лишь одна, и именно идея о бессмертии души человеческой, ибо все остальные «высшие» идеи жизни, которыми может быть жив человек, лишь из одной её вытекают.

Какая разница между демоном и человеком? Мефистофель у Гёте говорит: “Я часть той части целого, которая хочет зла, а творит добро”. Увы! Человек мог бы сказать о себе совершенно обратное.

Тот, кто не понимает своего назначения, всего чаще лишен чувства собственного достоинства.

Учитесь и читайте. Читайте книги серьезные. Жизнь сделает остальное.

Хозяин земли Русской — есть один лишь русский (великорус, малорус, белорус — это всё одно) — и так будет навсегда.

Что такое liberte? Свобода. Какая свобода? Одинаковая свобода всем делать все что угодно в пределах закона. Когда можно делать все что угодно? Когда имеешь миллион. Дает ли свобода каждому по миллиону? Нет. Что такое человек без миллиона? Человек без миллиона есть не тот, который делает все что угодно, а тот, с которым делают все что угодно. Что ж из этого следует? А следует то, что кроме свободы, есть еще равенство, и именно равенство перед законом.
«Зимние заметки о летних впечатлениях», 1863

Я хочу не такого общества, где бы я не мог делать зла, а такого именно, чтоб я мог делать всякое зло, но не хотел его делать сам.

Страданием своим русский народ как бы наслаждается.


tatasoz-