Владимир Смоленский (родился в 1901 году в отцовском имении близ Луганска - умер в 1961 году в Париже) - поэт русского зарубежья.

Бессильны мы, обречены судьбе,
Томимы страхом, нищетой и скукой,
В тоске смертельной я пришёл к тебе -
И ты ко мне протягиваешь руку.

Молчи. Не надо о любви. К чему?
Ведь не спасает ни любовь, ни вера,
Тебя прижал я к сердцу моему,
Как прижимают дуло револьвера.

С тобою в этом мире мы одни,
И я забыл твое лицо и имя,
Вот догорят последние огни,
И ты умрёшь, и я погибну с ними.

Не плачь. Молчи. Последний свет погас.
Сейчас конец - пойми - сейчас над нами
Бессильно вздрогнет и угаснет пламя,
И тьма падёт, и тьма поглотит нас.
1929 год.



Какое дело мне, что ты живешь.
Какое дело мне, что ты умрёшь.
И мне тебя совсем не жаль - совсем!
Ты для меня невидим, глух и нем,
И как тебя зовут, и как ты жил
Не знал я никогда или забыл,
И если мимо провезут твой гроб,
Моя рука не перекрестит лоб.

Но страшно мне подумать, что и я
Вот так же безразличен для тебя,
Что жизнь моя, и смерть моя, и сны
Тебе совсем не нужны и скучны,
Что я везде - о, это видит Бог! -
Так навсегда, так страшно одинок.
1930 год.




Смотри не отрываясь - дни и ночи,
На небеса, на землю, на людей,
Ведь каждый день прошедших дней короче,
Ночей прошедших эта ночь темней.

Еще прозрачны дни, а ночи звёздны,
Но слышишь скрип уже подгнивших скреп? -
Дыши, дыши, пока еще не поздно,
Смотри, смотри, пока ты не ослеп.

На звёзды, на людей, идущих мимо,
На всё твоё, что станет не твоим,
Ведь даже боль твоя неповторима,
Ведь даже смертный час невозвратим.



Моя высокая, моя звезда,
Едва заметная, горит в ночи, -
Дробясь, как синие осколки льда,
На землю падают её лучи.

И от мерцающих лучей её
На сердце призрачный ложится свет.
Во тьме и в вечности и ты и я
И жизни не было, и смерти нет.
1930 год.



Прости, если можешь, - недаром ты плакал ночами,
Недаром томился, недаром надежда лгала...
Лишь смерть не прощает, она за твоими плечами
Косу поднимает и два раскрывает крыла.

Прости, если можешь, измену, прости равнодушье,
Убийцу прости, если можешь, прости дурака,
И страх, и дневную тоску, и ночное удушье,
И чёрное дуло, что стынет, дрожа, у виска.

О, страшная стужа и жажда в пустыне безводной,
О, крик безответный, похожий на плач или смех!
Прости этот мир безнадежный, бесстыдный, бесплодный,
В котором ты стал бессердечнее, может быть, всех.

Прощая, прощайся со всеми мечтами земными,
Со всеми людьми и с любовью, сгоревшей дотла...
Лишь смерть не прощает, она за плечами твоими -
Печальна, правдива, крылата, бесстрашна, светла.



И не прощенно, не раскаянно,
В гордыне, ужасе и зле
И в страхе бродит племя Каина
По русской авельской земле.


Все скульптуры - Огюста Родена.