Песенный цикл

Много прекрасных песен прошло по моей судьбе... Более того, отдельные жизненные эпизоды  для меня немыслимы без определенных песен. Их падающими на сердце нотками расцвечено судьбы моей непростое полотно... Песни из той, прежней, жизни звучат в душе и сегодня...И оживают в образах слова, и вальсом закружится голова... И каждая песня, как музыкальное окошечко  в то прекрасное далеко, которое, благодарна, что БЫЛО...

Итак, прошу вспомнить, любить и жаловать...

Песни нашей жизни

Я всегда говорю, что наше поколение -  самое счастливое.

Столько чарующих песен -  где оттенило, а где и украсило   нашу жизнь!

Ты припомни, Россия,
Как всё это было:
Как полжизни ушло
У тебя на бои,
Как под песни твои
Прошагало полмира,
Пролетело полвека…

Так  пусть наши песни сами расскажут, какими мы были.

Мы родились под военные песни, мы не видели, к счастью, но помним сердцем, как 22 июня, ровно в 4 утра, Киев бомбили, и началася – война народная, священная война. Мы не  видели, как на позиции девушка провожала бойца, уходившего  в темную ночь, где бился в тесных печурках огонь, но знали, что этот же горячий огонек горел не только на окошке на девичьем, но и в сердцах людей, согревая души всех – даже  тех, кто далеко-далеко, где кочуют туманы…  Мы знали, что майскими короткими ночами друзья-однополчане, ехавшие  из Берлина, побывают у нас, по дороге домой. А в парке Чаир и  в городском саду играл духовой оркестр, а мы, малышня, примерив на себя синенький скромный платочек, неумело топтались под случайный вальс, а мальчишки, как Гек (или Чук?), гордо стоя на табуретке, восторженно  пели, какие они парни бравые, бравые…

Мы росли под изумительные лирические 50-х. Мы все тогда жили по соседству, встречались просто так, и на крылечке, вдвоем-втроем, в эти тихие вечера, согретые оренбургским пуховым платком, дружно мечтали, как на Марсе будут яблони цвести. И смело объяснялись в горячей любви… к Кубе. А тем временем  тропинка  школьная моя вела нас к школьному порогу, и мы  робко входили под школьные своды … И начинались - школьные годы чудесные, с дружбою, книгою, песнею…

Мы заканчивали школу в 60-е, уверенные, что и море зовет нас в туманную даль, и девчонки из геологоразведки  ждут  нас в нехоженой тайге. И вообще – где-то на белом свете Марчук играет на гитаре, и это для нас, скалолазок, звучит Домбайский вальс… На выпускном мы торопливо писали в тетрадный листок  несколько синих строк – адресок  на память… И – я уехала в знойные степи, ты ушел на разведку в тайгу…. Мы вдоль спящих домов проходили, в узких улочках Риги или по ночной Москве,  провожая парней в армию и веря свято, что надо ждать солдата, и любовь на свете сильней разлук. Мы вдохновенно пели «Во-оз  - вра-а-ща-айся!»(не подозревая, что это Масиас) и грустили вечерами, мечту затая,  что, возможно, где-то на улочке тихой, когда-нибудь состоится сокровенный ночной разговор на 12 этаже, и мы скажем –вместе!- спасибо аисту-птице…

Мы взрослели под поющие и плачущие гитары, и счастьем  было осознание, что в сумерки, под синюю песню,  люди встречаются, люди влюбляются… И пусть снег кружится, летает, летает, и метет метель-завируха, и листья желтые,  Ari tu,  Ari tu, и на Варшаву падает дождь, но как прекрасен этот мир – посмотри!.. И мы, поистине веселые ребята, мчались по своей огромной стране за туманом и за запахом тайги, твердо зная, что наш адрес – Советский Союз и повсюду мы соберем, сколько хочешь, самоцветов… И для нас непременно расцветет червона рута. И вообще – не надо печалиться, вся жизнь впереди…

Поразительно, но в 80-е песен резко поубавилось. Понемногу исчезли солнечные дни, и никто уже не гнал велосипед,  чтоб нарвать цветов и подарить букет – из миллиона алых роз. Все чаще для души был грустный Вераокко, хотя и нас, и детей  радовал  синий  кристалл зимней сказки, а крылатые качели уносили в прекрасное далеко, которое почему-то все отдалялось и отдалялось, пока не превратилось в  Mirabile Futurum…

В 90-е подросшие сыновья  впустили в дом  лохматого  геолога с  Агатой  Кристи, которые вообще   предложили  повисеть на кресте… А потом  забухал Rammstein, а за ним Sepultura, Amorphis , Nirvana, от которых моя жизнь невольно приобрела тяжелый металлический оттенок… А в начале века и тысячелетия пожаловал Король и Шут  - подрос младший сын. Чувствуете, какой резкий диссонанс с привычным музыкальным фоном нашего прошлого? С  новыми  хитами можно было кинуться, очертя голову, в пропасть, тем более, что Каста, развенчав сказку, объявила, что бога нет и в душе, а это просто чудит неведомый кудесник… 

Но скоро в мою жизнь вошел Интернет с его музыкальными сайтами. И теперь у меня есть практически все песни моей жизни.  Упомянутые в этой зарисовке – есть точно. И они звучат у меня дома, помогая удержать равновесие в нашей непредсказуемо подпрыгивающей  действительности. И какое счастье, что все еще кружится в сердце тот старый вальсок, над всеми модами века, и набегают амурскими и дунайскими волнами воспоминания, и глобус крутится-вертится…   И можно снова войти в этот двор, в мой старый милый дом, где опять во дворе нам пластинка поет: «Ты не грусти, может быть, еще встретимся…»

Что ж,
Наш мир не стал светлей и краше,
Но никогда нам не забыть
Все песни молодости нашей,
Нас с вами воспитавшие,
Нас нынешних создавшие,
Нас научившие бороться и любить.

Так согласитесь со мной, счастливое поколение…

(Новелла напечатана в литературно-художественном  журнале "Слово Забайкалья", № 2, 2013).

P.S. Спасибо, что подпели...

Продолжение следует...