История первая (из американского «Форбса», не дословно, но общий смысл): Некий американский чувак (допустим, Джон) с детства мечтал стать шофёром-дальнобойщиком. Научился водить. К сожалению, в тот момент, когда он был готов пойти устраиваться на работу шофёром, его забрали в армию. Он оставил дома свою молодую жену и отправился служить. Буквально через месяц он во время учений упал и сломал себе позвоночник. Его комиссовали. Вернувшись и оклемавшись, Джон пошел всё-таки устраиваться на работу. Там ему сказали, что с таким позвоночником водителем ему не суждено быть. Чтобы как-то не умереть с голода, он на своём небольшом поле начал выращивать овощи. Жена консервировала их и продавала в городе на рынке. Через несколько лет он договорился с небольшим магазинчиком и начал реализовывать их через магазин. В один прекрасный день к нему приходит некий итальянец, который представляется владельцем маленькой пиццерии. «Твои помидоры идеально подходит к моему рецепту пиццы, я готов покупать их у тебя большими партиями!», -- предложил итальянец. Когда Джон ответил, что у него нет столько земли, чтобы выращивать так много помидоров, итальянец отвел его в банк, где у него самого был кредит, поручился за Джона и тому выдали деньги для покупки соседнего участка. Он нанял пару старушек, которые стали делать консервы, сам он  продолжил выращивать помидоры, сначала в открытом грунте, а потом и в теплицах. Через некоторое время пиццерия полностью снабжалась овощами только с его огорода. Шли годы. Было тяжело. Конкуренты с кукурузников поливали его поле соляркой, он оказывался на грани разорения, итальянец помогал ему. Когда конкуренты сожгли пиццерию, Джон, в свою очередь, помог итальянцу. Короче, как-то развивались. Пиццерий становилось больше, Джон купил себе ещё земли, закупил какое-то оборудование для приготовления консервов и так далее. Короче, сейчас этот чувак (не знаю его настоящего имени) производит каждую третью банку консервированных овощей в США.

Китайский квартал Ванкувера даже красивее, чем в Нью-Йорке. Он сплошь уставлен малюсенькими магазинчиками и кафешками. Тут за окошками висят копченые туши, во многочисленных аквариумах плавает рыба всех сортов и разновидностей, а фруктовые ряды красивее и насыщеннее тропического леса. Купил себе, кстати, килограмма два различнейших фруктов. Дома попробовали. Действительно вкусными оказались две из семи привезенных разновидностей.

А это две канадско-китайских церкви. Разных конфессий

***

Да. О фруктах. Вот тут в центре - самые-самые вкусные! Внешне похожи на хурму. Внутри же - очень толстая (сантиметр толщиной) и твердая кожица, а в самой сердцевинке мякоть, похожая на чеснок на вид. Тоже белая, такими чесночными зубчиками. Но кисло-сладкая, вкусная и ароматная. Не знаете, что это за фрукт?

Вы знаете, я люблю граффити. Так вот, в Канаде с ним борются. Активно. Однако, в некоторых местах можно найти прекрасные экземпляры.

Поведую вам сказочку. Релихьёзьную. Из заграничной жизни. Итак, в 1845 году в Монреале в семье фермеров родился чувак по имени Андрей Бессет. Он стал восьмым ребёнком в семье, поэтому родители не смогли дать ему образование. Всю юность Андрей пытался найти себе постоянную работу. Но не получалось, т.к. у него было тщедушное телосложение, слабое здоровье, поэтому куда бы он ни нанимался, отовсюду его быстро увольняли.  В монашеской общине Святого Креста, к нему также отнеслись скептически. Сначала его даже приняли в послушники, но потом отказали в постриге и попросили удалиться. В итоге, Андрей стал работать гардеробщиком в монреальском колледже Норт-Дам, где и проработал аж сорок лет. За это время он, по своей инициативе, собирал пожертвования на строительство часовни во имя святого Иосифа. Часовенка вышла похожей на избушку, пять на шесть метров. Там Андрей стал жить и вести службы. Люди почему-то потянулись сюда, и в конце концов тут образовался настоящий центр паломничества: многие рассказывали, что исцелились. Появилось огромное количество людей, которые видели в Бессете чудотворца.

К 1929 году, когда брату Андрею было уже за 90, он начал строить настоящую базилику. Но тут началась Великая Депрессия, и стройку остановили. Монах умер, не увидев завершения строительства. Собор св. Иосифа был достроен в 1967 году. И по сей день он высится над Монреалем - это огромное здание высотой более ста метров, выше парижского Нотр-Дам. Это одна из самых больших базилик в мире, внутри здания спокойно уместится лондонский собор св. Павла. Сам же Андрей в 1982 году был причислен к лику святых, его гробница сейчас находится в Оратории.

 
Собор этот отличается от многих других ещё и тем, что к нему ведут многочисленные лестницы. На них, в любое время дня и ночи, в любой день в году, можно увидеть паломников. Дело в том, что собор известен своими "283 шагами", которые паломники делают, читая молитвы на каждом шагу. Калеки и немощные ползут вверх по лестнице. Некоторые из них обретают здоровье наверху. Поэтому, интерьер собора содержит сотни костылей, которые оставляют здесь чудесно исцелённые. В надежде обрести способность ходить, каждый год храм посещают более двух миллионов паломников со всего света. Кроме того, на широких ступенях его женщины молятся за своих возлюбленных, матери просят Иосифа за своих детей, дети за родителей. Посмотрите на фото ниже, центральная часть лестницы - специально для тех, кто поднимается к храму на коленях. Там даже зебра для таких людей есть.

Сама оратория огромна изнутри. Она кажется ещё более грандиозной, чем снаружи. Гигантские залы, приходы, коридоры, лестницы! На стенах множество электрических бра в виде свечей и с темно красными абажурами, что создает атмосферу еще более таинственнную и мрачноватую. А стены украшены вот такими деревянными фигурами.

Рядом с храмом сохранилась та, первая часовенька Андрея. На первом этаже он совершал службы, на втором - жил. Всюду пускают и всё можно посмотреть. У стены там масса костылей. Их бросают излечившиеся. Также прибито масса табличек с благодарностями Андрею на всех языках.

Cathedral-Basilica of Mary, Queen of the World, он же Cathédrale Marie-Reine-du-Monde, он же Собор святой Марии, Владычицы мира. Третий по величине собор в Квебеке и резиденция Монреальского архиепископа. Он построен в 1896 году по образцу собора Святого Петра в Риме. Сам я в Риме не был, говорят, что очень похоже. В высоту собор около 30 метров, и там, сверху, по всему фасаду собора, рядком стоят статуи. То ли это изображениями апостолов, то ли покровители тринадцати монреальских приходов в 1900 году.

Стоит, вроде, одиноко. Почти в парке Канады. Однако его вид все равно абсолютно затмевается бетонной громадиной гостиницы "Queen Elizabeth".

Как он выглядит внутри тоже можно увидеть на arounder.com. И на фотографии.

В отдельной комнатке внутри храма можно увидеть фигуру Иисуса в окружении креста света.

В настоящее время у нее более двухсот пятидесяти тысяч прихожан. Церковь всегда гостеприимна и к туристам. Совсем недавно рядом с ней разбит небольшой парк.

***

Мой плеер - чудо. Песню из фильма "Завтрак на траве" («У похода есть начало, а конца походам нет. Мы прошли дорог не мало, но огромен белый свет») его рандомайзер упорно подсовывал в уши, стоило мне оказаться в как можно более глухом месте, желательно в чаще леса. Кстати, сздаёт настроение. 

Кроме того, в прееере иногда глючит рандомайзер, и он по несколько раз повторяет одну и ту же песню. Так вот, в последние минуты в Ванкувере он выдал мне 4 раза подряд «Blame Canada!» из «South Park: Bigger, Longer & Uncut».

***

Кстати, насчет Терренса и Филлипа. Среднестатистический житель Канады, по ощущениям, это индус-инвалид. Натурально, первых и вторых дофига. Кстати, в Ванкувере русских около 6 процентов. А китайцев настолько много, что местные часто в шутку зовут его «Гонгкувер».

Да, на фотографиях чайна-таун в Монреале. Полная туфта по сравнению с ванкуверским. Но о нём позже.

Это самый необычный жилой комплекс в Монреале. Он был спроектирован архитектором Моше Сафди в 1966-67 г. в модном в то время стиле брутализм. Здание приурочено к началу выставки Экспо-67, темой которой были дома и жилое строительство. Собственно, Habitat 67 стал одним из павильонов этой выставки. Комплекс построен из кубиков и выглядит как кучка детских кубиков, сваленных на ковре. Чтобы сделать комплекс доступным, Сэфди разработал план по массовому производству строительных блоков прямо на месте. Для этого он сделал специальную фабрику прямо на месте. На ней квартиры собраны из отдельных модулей в единое целое, а затем установлены при помощи подъемного крана. 

По замыслу Сэфди, строение объединяет идею множества частных домиков с дешевизной и плотностью современного многоквартирного дома. То есть, является эдаким «домом из домов». Ведь далеко не каждый может себе позволить привычные для европейца отдельные таунхаузы с садиком перед домом. Поэтому, по концепции, каждый из «кубиков» комплекса, как и частный домик, снабжен своим маленьким садиком, расположенным на крыше другого «кубика». Кстати, Сэфди спроектировал 15 различных типов квартир в соответствии с численным составом семей.

Всего, согласно первоначальным планам, в комплексе планировалось построить 1000 квартир, однако, их количество было сильно уменьшено.
Ведь практика показала, что такие дома строить не так выгодно, как предполагалось в теории. Общая стоимость жилья составила приблизительно $140 000 за квартиру. Распродать их после выставки  тоже удалось не сразу, так как на тот момент его местоположение находилось слишком далеко от центра города. Впрочем, интерес к проекту подстегнул цену квартир в Habitat 67 и спрос на них. И вместо очень дешевого жилья «для всех» серый и невзрачный комплекс превратился в престижный дом. Тем более, из него открывается великолепный вид на гавань Монреаля.
 

N: Попробуй этот десерт, он правда очень вкусный.
M (со вздохом): Не могу.
N: А что такое?
M: Пониаешь... Когда мы въехали в гостиницу, я увидела возле кровати овсяное печенье с шоколадом. А я шоколад люблю очень. И печенья такие просто обожаю. Мне так приятно было. Ну... Ну я его съела. На следующий день прихожу в номер – лежит печенье. Подумала, может издеваются. Или, наоборот, увидели, что мне понравилось, специально положили. Не могла же я их обидеть. Ну... Съела его. Вчера прихожу – опять печенье лежит. Так стыдно было. Я же сладкое не ем, на самом деле. Ну, съела его все равно... Не могу сейчас десерт. Хочу, но не могу. Мне ещё сегодня печенье есть...

У Базилики Нотр-Дам де Монреаль располагается малюсенький магазин ёлочных игрушек. Он работает круглый год. Это сказочное место. Тут стеклянное небо, возле маленьких домиков в витринах кипит новогодняя жизнь средневекового города, а из угла смотрят хищные глаза ведьм и добрые - дедов морозов. В стеклянных шарах бесконечно кружатся крупные хлопья снега, а на стенах красуются ёлочные игрушки всех видов и мастей. От Симпсонов до старушек-фей и гей-русалок. И, конечно же, куча щелкунчиков и снеговиков. Отдельная витрина посвящена далёкой России.

В Домодедово все проходящие регистрацию на рейсы Люфтганзы обязаны начинать её с получения квитка из специального автомата. Все бы ничего, только эти автоматы работают без русского языка. А некоторые вообще только на немецком.

 Кстати, понятия "Кондиционный" и "некондиционный" багаж там тоже весьма расплывчаты. При мне "некондиционным" багажом назвали стандартную картонную коробку, замотанную пленку, мой рюкзак, а также обычный чемодан девушки сзади меня.

***

Самолёт Москва-Франкфурт. Пилот на очень ломаном русском произнёс свою речь для пассажиров. Потом почему-то очень чётко и ясно: "Поехали!"

Кормят блинами с изюмом. Мда. Не подавать кутью у них такта всё-таки хватило.

Как приехал, навалилась куча работы. Поэтому я пока не разобрал канадские фотки. Расскажу вам лучше о ереванских памятниках. Там их множество. Вроде бы больше двухсот всего. Из разных стран.

Вот, например, работа гениального колумбийского ваятеля Фернандо Ботеро «Римский воин (гладиатор)». И его же «Кот». Местные говорят, что «Кот», в разную погоду выглядит по-разному: то улыбается, то хмурится, то вообще злобно зыркает. И воин, и кот стоят рядом с Каскадом.

***

А это Арутюн Саядян. Поэт восемнадцатого века. Памятник совмещен с фонтанчиком.

 Фонтанчиков вообще огромное количество в Ереване.

***

Кара-бала. Стоит на местной самой туристической улице (впрочем, тут таких дофига). Легендарный мужик. Он работал продавцом цветов. Однако, после того, как у него умерла жена, он стал выращенные цветы просто так раздавать прохожим. Особенно самым красивым девушкам. Он и сейчас предлагает всем свой каменный цветок.

Вернулся. С грустью признаю, что это была лучшая поездка в моей жизни. Редкое сочетание милой группы, безукоризненной организации и городов, из которых не хочешь возвращаться, и по которым я уже начал скучать. Поездка была из тех, после которых оптимисты задумываются об эмиграции, а реалисты – о том, чтобы после возвращения придти с топором в районную управу, перебить там всех на хуй, а потом размозжить себе голову. Каюсь, задумался об обоих вариантах. –(

Организаторы чудесные. Я вообще себе не представляю, как можно устроить группе из 18 человек поездку с такими разными и сложными мероприятиями и обойтись без серьёзных проколов. От посещения самого хитового хоккейного матча до трёхкилометрового пешего броска на гору, всюду организаторы были рядом, умудрившись никого не потерять. Джаннет, Настя, Саша. Вы – лучшие! -)

А ещё я очень скучал без Ленки. С годовщиной тебя, Солнышка!

 … Вагончик канатной дороги выезжает из зарослей, гора резко идёт вниз. Все 40 человек, сидящие в вагончике замирают и затихают от раскинувшейся вокруг красоты. Внизу, далеко-далеко, зеленым полем виднеются верхушки сосен, впереди пульсирует  огнями ночной Ванкувер, огоньки до самого горизонта. А ещё дальше, как уже кажется, где-то в небе, спят на рейде черные корабли. Горное озеро, мимо которого мы проплываем, покрыто серым туманом. За спиной осталась Grouse Grind, впереди - стейк из свежеепойманного лосося, ice wine и хорошая компания. -)

Не фотографировать, особенно индейцев и табачные магазины. Вообще, не выносить на улицу фотоаппараты. С индейцами не разговаривать, если к вам обращаются, отвечайте, что вы не умеете разговаривать по-английски. Держаться вместе. Индейцев «Индейцами» не называть, даже в разговоре друг с другом именовать их «местные». Сигареты не покупать, за границей резервации могут остановить. Впрочем, тут тонкость. В Квебеке и Онтарио действует около 175 группировок контрабандистов. Они закупают тут табак и развозят по стране. Мало того, в почтовые ящики добропорядочных канадцев частенько попадают листочки с рекламой «Сигареты со скидкой на дом!!!» И телефон. Позвоните, вам привезут на дом любую партию. Не по ценам в резервациях, но более, чем конкурентно по сравнению с магазинными «7-10 баксов за пачку». Кроме того, как я уже сказал вчера, масса обычных жителей покупают в резервациях блоки сигарет и развозят их по знакомым. Так вот, всего задерживают примерно 1.5-2% от всех массовых распространителей таких сигарет. Причем даже они отделываются только штрафом. Если же вы просто купите пачку и привезете домой, вам заведомо ничего не будет даже если по какой-то дикой случайности вас остановит полиция. Меньше блока просто не смотрят. Курите, не бойтесь.

Резервация чем-то напоминает подмосковные поселки. Точнее, нечто среднее между Подмосковьем и сельской Америкой. Вдоль шоссе глаза рябит от рекламы сигарет. «Самые низкие цены», «Со всеми вкусами», «Только что из США». Правда. В одном из самых крупных местных «дымных домов» продаются и сигареты со вкусом фруктов (запрещены к продаже в Канаде, как приготовленные с использованием ароматических добавок), контрабандный американский «Мальборо» (запрещен в Канаде, как смесь сортов табака), подделки популярных в Канаде брендов. На пачках, в качестве особо тонкого издевательства, расположена тонюююююсенькая полоска с надписью 8 шрифтом «Курение убивает». Лёша купил. Попробовал. Говорит, очень похоже на вкус на классические советские сигареты. Типичная «Прима» какая-нибудь. Упомянутый инструктаж «поведения в стане врагов» проводится не просто так. Организаторы говорят, что в прошлый раз они возили группу мексиканцев, так те стали фотографироваться с индейцами, снимать товар на полках и ценники. В результате к ним приехала бригада местной «индейской полиции» и, натурально, под дулами ружей, выпроводили нежеланных гостей с территории резервации.
Я, правда, успел немного пофотографировать перед тем, как "Местные" потребовали прекратить съемку. Наш "штатный" фотограф тоже.

Ещё пять часов самолётом, и мы в Ванкувере. Город этот за последние 10 лет поменялся значительно. Уже 5 лет он признавался ЮНЕСКО самым лучшим для проживания городом земли. И еще пару раз был на втором-третьем местах, конкурируя с Цюрихом и Люксембургом. Сюда нас повезли уже безо всякой официальной части, просто погулять, порыбачить в океане и расслабиться. Если в Квебеке мы жили в такой типично французской гостинице, то тут заселились в Wedgewood Hotel, максимально английскую гостиницу из тех, что я могу себе представить. Ой, тут такие старинные английские шкафчики в номере, а у прикроватного столика всех гостей ждет стакан молока и два овсяных печенья. -)) А ещё по городу тут ходят медведи. Честно, черные медведи. Встречаются в парках и на городских помойках. Не агрессивные, на людей не нападают, но особо их не боятся.

Дайте весёлую историю расскажу. Сегодня услышал. Короче, в Канаде очень жесткое регулирование табачного бизнеса. Там ВООБЩЕ запрещена реклама. Какая угодно. И запрещено выкладывать товар на полки. Нет, табак есть в магазинах. Но за специальными шторками или в специальных шкафчиках. Вот таких:

Покупатель приходит, говорит, какие сигареты ему нужны, продавец быстро-быстро открывает шторку, достаёт пачку сигарет и даёт покупателю. При этом сам говорить покупателю, что, дескать, в магазине появился такой-то сорт он не имеет право. По этой причине продвигать никакие новые сигареты вообще невозможно. То есть вот совсем. Ассортимент, который есть на рынке последние пять-шесть лет не менялся, по этому поводу, вообще. Но и это ещё не всё. Табачные компании обложили акцизами. Фактически, от 70 до 80% стоимости пачки сигарет сейчас составляет акциз. А пачка сигарет (20 штук) в магазине стоит от 8 баксов.

И всё бы ничего, но в стране живут индейцы. В своих резервациях. Там у них своя полиция (любые федералы и региональная полиция туда не имеет право соваться). Там свои законы. Там полное освобождение от налогов. В результате, там активно процветает подделка сигарет. Особенно в резервации могавков. Особенно на некоем островке Корнвелл, половина которого принадлежит США, а половина - Канаде. Но в реале там живут индейцы, которые занимаются контрабандой. Так вот, половина жителей штатов Квебек и Онтарио, если хотят прикупить табаку, приезжают в резервацию и покупают сигареты в целлофановых мешках по 10 баксов за 200 штук. Нет, не тайно. Открыто в «табачных домах», магазинах, которые вдоль дороги стоят. И товар там на полках лежит. И рекламой всё заполнено вдоль шоссе. Причем берут покупатели сразу по несколько мешков, везут друзьям и близким.

Монреаль охренетительный. Около восьми часов гулял по нему, а все никак не могу насытиться этим городом. Он какой-то многослойный. Днем по нему веет вьюга из маленьких ярко-желтых листочков акации, пахнет морем и уходящим летом, а шпили бесчисленных готических соборов пробивают облака. На улице где-то около 25-28, но не жарко, а как-то очень приятно.

Ночной Монреаль совершенно другой. Соборы изнутри на фоне окружающей темноты наполнены светом и пульсируют мозаиками, как бы хвастаясь друг перед другом каждым стеклышком. Серые магазины частично скрываются, боясь наступления ночи, за броней размалёваных железных щитов, частично ощетиниваются шипами света неоновой рекламы и прожекторов. Французсий гул улицы стих и превратился в английское бормотание. Туристы, весь день добросовестно наматовшие километры (точнее, мили) от одного хорошего кадра к другому, сейчас спрятали свои фотоаппараты и засели в многочисленных пивнушках и барах. Куда-то изчезли вездесущие японцы, весь день мотавшиеся под ногами. Зато в темных переулочках, по которым я ещё пару часов назад искал красивые граффити, сами собой сгрудились группы и группки угрюмых негритянских подростков.

Но я уже лежу в номере на своей трехместной кровати. И пожираю клубнику в шоколаде, которую мне принесли на ужин. -)

Он замечательный. Я знаю, что об этом тыщу раз говорил, но он замечатльный.

Ереван, как и вся Армения, собственно, удивили несказанно. Я честно ожидал увидеть такую же глухую турецкообразную страну, как Азербайджан. Ан нет. Это почти Европа. То есть даже не Грузия, которая тоже хочет быть Европейской страной, да не получается, а, скорее, азиатская страна, которая уже стала Европой в той мере, в которой ей хочется.

Первые же наши ощущения от Еревана, признаюсь, шокировали. Сначала это был Жд-вокзал, о котором я уже писал. А потом мы зашли в первую попавшуюся кафешку. И увидели там, к своему невероятному удивлению, московскую кофейню. Нет, натурально. Стандартная пицца, куча коктейлей по цене от 200 рублей за штуку, капучино с пенкой. Современный дизайн, мебель. Вайфай, столики для компьютеров, всё такое. Как бы вам объяснить... В Баку, помнится, меня поразило местное интернет-кафе. Там компы сидят на модемах, по три компа на одном модеме 14400. Люди с этих компов пытаются в CS играть. Заведует в том кафе тетка, которая жутко не любит, когда на комп устанавливают какие-то программы. Поскольку винда 98-я, а ни о каких способах ограничения доступа речи просто не идет, то все инсталлируют что не лень. Но тетка с этим борется. Она садится за компы и отчаянно все стирает, бормоча про себя ругательства в адрес тех гадов, из-за которых компьютер тормозит. Я думаю, вы можете представить, как именно она стирает программы. Верно. Она удаляет в корзину ярлыки с рабочего стола. Когда я рассказал ей о возможности деинсталляции, удивлению на ее лице не было предела. Впрочем, зря я ей об этом рассказал. Ибо на следующий же день из программ, с помощью которых можно создавать текст остался только блокнот. В Грузии, кстати, мы тоже заходили в интернет-кафе. Тоже не апельсиновое варенье. А тут в Ереване мы очутились в месте, где по вайфаю можно даже фильмы качать с нормальной скоростью. Просто шокирован был. Как был шокирован идеальной чистотой улиц, бесконечными забегаловками по всему центру и пр.

Только вечером нам объяснили, в чем дело. Оказывается, (я не знал этого, честно) у Армении, которая лишена доступа к морю и высоких гор, все равно есть офигенно важный туристический ресурс. Это - армяне, живущие за рубежом. Армянские диаспоры по численности в несколько раз превышают население самой Армении. И представители армянских диаспор стараются не забывать свой язык и ездить на родину. А кроме того, они привозят туда погостить свои семьи, друзей и сослуживцев. Поэтому через Армению постоянно (особенно летом) проходит гигантский поток туристов. Например, в течение первой половины 2010 года Армения приняла около 650 тысяч туристов. При населении в 3.3 млн. человек. Для примера, число гостей, посетивших Россию с туристическими целями с января по июнь составило 884 тысяч. Но, в отличие от России или какой-нибудь Молдавии, там любят туристов и о них заботятся. Ереван - это бесконечные турбюро, музеи, кафешки, питьевые фонтанчики и радостные лица. Даже в глухих местах называния улиц дублируются на двух, а то и трёх языках, меню всегда есть на нескольких языках. Вообще, в Армении ты как-то постоянно чувствуешь, что вокруг всё правильно, и о тебе заботятся.

Обескураженные проделками вора-сладкоешки, но все еще полные надежд, мы прибыли в армянскую столицу. Было утро, часов около восьми. Нас встретил пустой вокзал (ни банкомата, ни обменника, ни туалета) и только начинающий работать, но уже очень грязный рынок. Делать было нечего и мы от правились на поиски хоть какого-нибудь пункта по обмену валют. Надо сказать, что с самых первых минут пребывания в Ереване, этот город (красивый город, как потом выяснилось) поразил нас своей обычностью. Ереван действительно очень похож на любой другой крупный советский областной центр, и этим он кардинально отличается от грузинской столицы с ее неповторимым кавказским очарованием. Честное слово, первые мои впечатления были такие, как будто мы из Грузии приехали не в Армению, а в Калугу какую-нибудь или в Саратов. В дальнейшем мое отношение к городу изменилось в лучшую сторону, особенно после шоу поющих фонтанов, но все же впечатление было не столь ярким, как от Тбилиси.

Думаю, я не совру, если скажу, что в этом году у нас с Игорем было два летних отпуска, следовавших сразу друг за другом. Один мы провели в Грузии, другой – в Армении. Удивительно, но эти две страны, хоть и расположены рядом, а похожи друг на друга не больше, чем Лихтенштейн похож на Южную Корею. И если в Грузии мы постоянно перемещались из города в город, то в Армении мы просто осели у наших родственников (или кто они нам?) и каждое утро отправлялись в организованные туры, чтобы к вечеру снова оказаться в Ереване. Вполне возможно, что точно так же мы поступили бы и в Грузии, но там туризм еще не развит, и не появились еще агентства, которые возили бы гостей по местным достопримечательностям. В Армении же таких агентств много, и сервис у них вполне приличный.
 
Конечно, возможность поездить по стране в комфортабельном микроавтобусе в сопровождении армяно-англо-русско-говорящего гида – это очень хорошая возможность, и ею, наверное, не стоит пренебрегать. Но все же страны развитого социализма туризма с появлением всех этих бесконечных сервисов неизбежно теряют какую-то долю своего очарования. (В этом смысле Грузия пока идеальна: там уже появилось много маленьких гостиниц, и инфраструктура там лучше, чем, например, в Молдавии, но там еще можно почувствовать себя первопроходцем, там еще можно увидеть памятники, не проталкиваясь через толпы таких же как вы туристов.) Еще одной особенностью Еревана как города, принимающего толпы европейцев, является почти полное отсутствие в нем ресторанов местной кухни (что, к сожалению, делает город еще менее привлекательным). Зато пиццерий и кофеен там множество, на каждом шагу буквально. Вообще же в городе есть одно место и один event, которые обязательно надо посетить. Место – это центральный рынок. Он ненастоящий, конечно, там все показное, но уж больно красивое. А event – это шоу поющих фонтанов на центральной площади.
 
Наверное, самым важным и самым интересным в этой поездке для меня оказалось вовсе не знакомство с местными достопримечательностями(как это было в Грузии), а знакомство с людьми, а именно знакомство семьей, которая так тепло и радушно приютила нас в своей ереванской квартире.