Обескураженные проделками вора-сладкоешки, но все еще полные надежд, мы прибыли в армянскую столицу. Было утро, часов около восьми. Нас встретил пустой вокзал (ни банкомата, ни обменника, ни туалета) и только начинающий работать, но уже очень грязный рынок. Делать было нечего и мы от правились на поиски хоть какого-нибудь пункта по обмену валют. Надо сказать, что с самых первых минут пребывания в Ереване, этот город (красивый город, как потом выяснилось) поразил нас своей обычностью. Ереван действительно очень похож на любой другой крупный советский областной центр, и этим он кардинально отличается от грузинской столицы с ее неповторимым кавказским очарованием. Честное слово, первые мои впечатления были такие, как будто мы из Грузии приехали не в Армению, а в Калугу какую-нибудь или в Саратов. В дальнейшем мое отношение к городу изменилось в лучшую сторону, особенно после шоу поющих фонтанов, но все же впечатление было не столь ярким, как от Тбилиси.

Думаю, я не совру, если скажу, что в этом году у нас с Игорем было два летних отпуска, следовавших сразу друг за другом. Один мы провели в Грузии, другой – в Армении. Удивительно, но эти две страны, хоть и расположены рядом, а похожи друг на друга не больше, чем Лихтенштейн похож на Южную Корею. И если в Грузии мы постоянно перемещались из города в город, то в Армении мы просто осели у наших родственников (или кто они нам?) и каждое утро отправлялись в организованные туры, чтобы к вечеру снова оказаться в Ереване. Вполне возможно, что точно так же мы поступили бы и в Грузии, но там туризм еще не развит, и не появились еще агентства, которые возили бы гостей по местным достопримечательностям. В Армении же таких агентств много, и сервис у них вполне приличный.
 
Конечно, возможность поездить по стране в комфортабельном микроавтобусе в сопровождении армяно-англо-русско-говорящего гида – это очень хорошая возможность, и ею, наверное, не стоит пренебрегать. Но все же страны развитого социализма туризма с появлением всех этих бесконечных сервисов неизбежно теряют какую-то долю своего очарования. (В этом смысле Грузия пока идеальна: там уже появилось много маленьких гостиниц, и инфраструктура там лучше, чем, например, в Молдавии, но там еще можно почувствовать себя первопроходцем, там еще можно увидеть памятники, не проталкиваясь через толпы таких же как вы туристов.) Еще одной особенностью Еревана как города, принимающего толпы европейцев, является почти полное отсутствие в нем ресторанов местной кухни (что, к сожалению, делает город еще менее привлекательным). Зато пиццерий и кофеен там множество, на каждом шагу буквально. Вообще же в городе есть одно место и один event, которые обязательно надо посетить. Место – это центральный рынок. Он ненастоящий, конечно, там все показное, но уж больно красивое. А event – это шоу поющих фонтанов на центральной площади.
 
Наверное, самым важным и самым интересным в этой поездке для меня оказалось вовсе не знакомство с местными достопримечательностями(как это было в Грузии), а знакомство с людьми, а именно знакомство семьей, которая так тепло и радушно приютила нас в своей ереванской квартире.
 

 
Возглавляет эту семью врач-травматолог Сергей Петрович – человек добрейшей души и занимательнейшей наружности. С ним вместе живет его жена и коллега по совместительству Рица (полного имени этой прекрасной женщины я так и узнала). А неподалеку, буквально в соседнем доме, находится квартира их младшего сына, где он обитает вместе с супругой Сиси и трехлетним сынишкой Сергуликом.
 
Наши хозяева, Сергей Петрович и Рица, встретили нас как родных и даже устроили целый пир в нашу честь, что было крайне неожиданно и очень приятно. Впоследствии я поняла, что наш приезд действительно был для них своего рода праздником, внесшим в их размеренную жизнь некоторое разнообразие. Они живо интересовались нами, нашими занятиями, мнениями и, как могли, старались нам помочь. Сергей Петрович, довольный появлением новых слушателей, все свое свободное время проводил вместе с Игорем (ну и со мной за компанию), рассуждая о медицине, истории и, конечно, о политике. Один из таких разговоров (или даже монологов) завязался в первый же вечер после нашего приезда прямо за праздничным столом. Не помню, с чего он начался ( скорее всего, с чего-то совершенно безобидного, как и все подобные разговоры), но продолжился он темой сталинских репрессий. Сергей Петрович высказался по этому поводу довольно неожиданно, по крайней мере для меня. Он попытался, ни коим образом репрессии не оправдывая, объяснить их, и не чем-нибудь, а доверчивостью самого товарища Сталина. По словам Сергея Петровича (как я их понимаю), Сталин делегировал советскому народу часть своих полномочий, то есть позволил простому трудовому человеку самому решать, кто враг народу, а кто не враг. Простому трудовому человеку идея эта понравилась, и он, стесненный коммунальным бытом, стал строчить анонимки на своих интеллигентных соседей. Версия, не лишенная здравого смысла, но в отношении доверчивости Вождя мало правдоподобная.
 
Не смог Сергей Петрович избежать и другой, может быть, еще более неудобной темы, а именно темы взаимоотношений армянского и азербайджанского народов. Азербайджанцев Сергей Петрович не любит или, скорее, недолюбливает и к азербайджанскому народу относится с некоторым презрением. В его глазах они такие же дикие кочевники, какими были германские племена в представлении римлян. «Это трусливые, трусливые люди…» - несколько раз повторил он. Впрочем, сразу же осекся и сказал, что как врач он будет лечить любого, будь то армянин, русский или азербайджанец. 
 
Отдельно хочется сказать о немного необычной и очень приятной наружности нашего хозяина. С первого же взгляда на Сергея Петровича можно понять, что он человек интеллигентный, причем, скорее всего, связанный с медициной. Он очень худощав и высок, его плавные движения по-юношески точны, а лицо, как у любого хорошего врача, выражает одновременно и снисхождение, и доброту. Но особенно меня поразила улыбка этого человека. Нет, он не просто улыбался, не просто напрягал свои мимические мышцы! На его лице каждый раз происходило целое действо, целый парад сменявших друг друга выражений – от умиления до легкой насмешки. Наблюдать за этим мне как тайному физиономисту было безумно интересно, но несколько небезопасно.