Степи и горы —

        в них тот, кто мне дорог,

        мой сокол — не ворон,

        мой ветер свобод,

        Рождённый как в сказке

        он тянется к ласке,

        и взгляд его ясный

        сильнее тревог.
 

        Как часто бывает,

        взъерошенный ветром

        присядет, и перья

        янтарным вновь светом

        коснутся щеки,

        И будто свобода,

        мой дом и природа

        вольются под своды

        святилища равных —

        крыла и руки.

 

 

        225.                      15.01.10