Так вышло, что Александр Михайлович Сидоренко на рубеже веков стал настоящим светочем череповецкой литературы. Я не помню другого автора в нашем городе, который бы в то время так часто публиковался - хотя бы и в местных издательствах, местной прессе - и при этом каждое его новое произведение так задевало бы за живое. Во всяком случае, таковы мои личные впечатления.

С его отцом, Михаилом Ивановичем Сидоренко, доктором филологических наук, я познакомился даже раньше, где-то в начале 90-х. Произведения же его сына начал читать ближе к концу десятилетия. Кажется, это был "Дневник тихой дурочки", вошедший в самый первый альманах "Воскресенский проспект". А личное знакомство состоялось лишь осенью 2005 года. Общение было не только "пунктирным" - всего-то два или три коротких разговора, чуть ли не на бегу - но и, увы, коротким. 12 января 2006 года Александра Сидоренко не стало...

Те книги и повести в альманахах "Воскресенский проспект", о которых пойдёт сейчас речь, я собрал давным-давно, некоторые издания ещё при жизни автора. А вот до чтения дело дошло лишь в эти дни.

Начал со сборников "Наши дети" и "Невольник чести", потом перешёл к альманахам, к посмертно вышедшему сборнику "Мистическая проза"... Читал с ощущением ожога, со сложным чувством. Проза Сидоренко в чём-то схожа с творениями Достоевского - ничего умиротворяющего в ней нет, сплошной надрыв... Особенно это заметно в сочинениях, главные герои которых школьники, подростки, - в "Дневнике тихой дурочки" (название говорит само за себя), в повести "Ницшенка" - о юной поклоннице нацизма.

Но сложным впечатление было ещё и потому, что неожиданно пришел к выводу, что Александр Михайлович Сидоренко ушел из жизни хотя и не молодым человеком, но молодым писателем. Да, он был ярок, талантлив. Но талант этот во многом не был раскрыт. Нуждался в поддержке, огранке.

Небольшие его рассказы написаны будто с прицелом на публикацию в одной из городских газет. Есть такое выражение "рассказ для собрания сочинений" - придумал его не я. Так вот, сочинения Александра Сидоренко точно писались не для собрания, а хлёстко, быстро, на злобу дня.

Что-то такое присуще и более крупным произведениям Александра Сидоренко. Замахивался он на серьёзные темы. Чего стоит только "Ницшенка" - с попыткой показать лицо новейшего нацизма. Однако одного лишь замаха мало... Есть там удачные моменты, психологические находки и открытия, так сказать, но есть и моменты не очень убедительные. Они, может быть, не очень заметны, если принимать образ "ницшенки" некритически. Но если начать вдумываться, то возникают вопросы к автору: почему он вот тут недотянул. Почему здесь оставил какой-то "сумрак"... Увы, получить ответы на эти вопросы уже невозможно...

Точно так же не вполне меня удовлетворили трактовки героев в повестях "Гном", "Невольник чести". Подзаголовок, в первом случае, "по материалам уголовного дела", только усугубляет ощущение. Пусть оба произведения написаны "на основе реальных событий", как сейчас принято говорить, авторская реконструкция произошедшего, на мой взгляд, хромает... Но опять автора уже ни о чем не спросить, не поспорить с ним...

В повестях "Белогвардейский романс", "Содом и Гоморра" персонажи уже не подростки - взрослые. Но и там и там подход к сложнейшим общественным проблемам какой-то слишком газетный, что ли... Психологии уже меньше, чем в "подростковых" сочинениях, зато много риторики...

Лучшее у Александра Сидоренко, на мой взгляд, сочинения с "чертовщинкой" - и без особых социальных язв. Например, "Чёрт", "Чертёнок". Фантастика, городское фэнтези, как сейчас говорят. Тут, если что, любую неувязку (любое непотребство) можно на особенности жанра списать. Ведь не реализм же!

А самое лучшее - это короткая повесть (или, быть может, длинный рассказ) "Худое место". Тоже чертовщина, фэнтези, без громадных обобщений и даже с сентиментальщиной немного, но сентиментальщиной доброй, где-то даже оптимистичной, как ни парадоксально.

Ото всех произведений Александра Сидоренко веет житейской неустроенностью, страшным одиночеством... Вот так он, похоже, жил и работал... И даже среди тех, кто его публиковал, видно, не нашлось никого, кто мог бы подсказать и поправить: "Не Каракозов учился в Череповецком реальном училище, а всего лишь Рысаков!"

Эх, эх, Александр Михайлович, как неоправданно рано вы ушли!



Александр Михайлович Сидоренко (25.09.1957 – 12.01.2006), произведения