Спасибо ЛитРес. Реклама электронных книг, мелькающая у меня на всех сайтах, обогатила меня этим знанием. Мол, есть такой фантастический роман - "Пятая голова Цербера". И есть такой писатель, Джин Вулф, автор. 

 

Он написал эту книгу в 1972 году (а входящую в нее одноименную новеллу тогда же или чуть раньше). Существует несколько русских переводов. Один - с интересными комментариями. Дело в том, что Вулф - не просто фантаст, а писатель весьма изощрённый, продолжатель традиций Джойса. В "Пятой голове" есть масса всяких культурных аллюзий. И своего рода двойное дно. 

 

Первая новелла, одноименная, написана в ключе Марселя Пруста (и даже с намеками на его цикл). Вторая - это история из первобытной жизни. Лично мне напомнила некоторые работы Уильяма Голдинга. Как и Нобелевский лауреат, Джин Вулф не объясняет читателю что тут к чему в этой древней и малопонятной постмодерновому человеку жизни, а смело его погружает в её темные дебри, варварство и сумбур. Впрочем, точно так же автор не церемонится с читателем, не принимает во внимание его возможную неискушенность и недостаточную сообразительность и в первой, и в третьей, завершающей частях романа. 

 

Третья новелла развивается по Кафке. Русские комментаторы вспомнили "Замок", а я подумал о "Процессе". На ум пришла первая же сцена, где некие странные типчики приходят арестовать главного героя. 

 

У Вулфа же здесь забористый коллаж. Всё смешалось в этой новелле - фрагменты допросов, которым подвергается протагонист, отрывки его отчётов из экспедиции, предпринятой ранее, и скрепляющие их эпизоды, в которых некий офицер знакомится - без всякого порядка - с этим разнородным материалом. 

 

Не лишним будет отметить, что это ещё и фантастика - действие происходит на далёких планетах, в системе двойной планеты (состоящей из двух пригодных для жизни миров, вращающихся вокруг общего центра). И речь идёт о том, кем являются нынешние обитатели одной из планет - потомками ли первых земных колонистов или же аборигенов, обладавших невероятной способностью к мимикрии. 

 

В общем, смесь гремучая. Но что поразительно - при всем кажущемся сумбуре повествования автор настолько хороший рассказчик, настолько мастер слова, что этот сумбур завораживает, затягивает при чтении. Редкий дар.