И.С.Бах - ... французской-сюиты-№2, -до-минор-(клавесин) 

Жила была страшненькая такая девочка. Потом она превратилась в девушку. Тоже страшненькую и одетую неважнецки, потому что не было у неё ни одной тётки-феечки, ну не единой. Зато были две злые старшие сестры, за которыми она, как это всегда бывает в грустных сказках про несчастных девочек, донашивала одежонку. Бедная, бедная девочка. Девушка.

Кроме всего прочего, была она неуклюжа, неловка и страдала падучей болезнью, то есть как-то уж очень часто и где попало падала. То есть буквально валилась с ног, иногда их даже ломая или вывихивая. И руки тоже. Но чаще просто рвала колготки и выламывала с корнем каблуки. Иногда рвала и выламывала непросто, а с шумом, гамом и другими театральными эффектами - привычка такая. Девушка носила ужасного вида сиротские очки, немного её украшавшие, потому что за очками прятались совсем не симпатичные глазки мышиного цвета - под стать самой девочке. Девушке.

Причёску она предпочитала носить исключительно выдающуюся - эдакий отвратительный, туго смотанный где-то в районе затылка кукиш, тоже мышиного цвета. Ещё у неё был лоб. Тоже выдающийся, как и причёска. И он блестел. В общем, форменный ужас.

Признаюсь честно, девушку никто не любил. Хотя честно пытались. Разнообразные сердобольные люди били себя кулаками в грудь и кричали что-то про "любят не за внешность, а за красоту души", а также про "не с лица воду пить". Кричать кричали - как мантру, видимо, но не помогало. Душевные качества, а также умственные способности тоже мало отличались от мышиных.

Впрочем, были люди, считавшие, что всё совсем не так. Что если размотать гнусный кукиш, перекрасить мышиное в рыжее или каштановое с красноватым отливом, подкрасить глазки, надеть правильную одежку, заставить убогую выпрямиться и прекратить уже носить руки по бокам тощего, плоского тела так, что казалось будто они раза в два длиннее положенного - и свершится чудо преображения. Однажды старшие сёстры, которых никто не хотел брать замуж из-за младшенькой - боялись, что у них детки будут на сестрицу вдруг похожими - решились и сделали это: схватили девушку, скрутили, перекрасили, накрасили, напялили приличное платьице, вложили в руки книжку... Ничего не вышло - и платье и всё прочее смотрелось на несчастной, как на корове седло. В общем, ужас.

Девушка совсем потеряла веру в себя. Совсем. Растормошить её никто уже не мог - отмалчивалась и всё глубже уходила в саму себя. Шло время. Старшие сёстры повыходили замуж и даже народили детей, а младшая существовала в жёстко замкнутой схеме дом-работа-магазин-дом. Очень редко она выполняла просьбы родителей что-то снести в починку. Так сложилось, что многочисленные починки располагались именно около работы нашей мышки. А работала она в какой-то несерьёзной конторке технической переводчицей - переводила с английского, немецкого и испанского - талант к языкам открылся у неё ещё в детстве и был единственным.

И вот однажды... Сдала девушка в починку мамины сапоги и вышла из помещения, которое располагалось в полуподвальном помещении. То есть надо было ей подняться на две ступеньки вверх и выйти на тротуар улицы Горького, ныне переименованной в Тверскую. Она и вышла. И споткнулась о последнюю ступеньку, и полетела головой вперёд. Долбанулась она обо что-то не шибко жёсткое башкой и рухнула оземь. Которое нежёсткое оказалось мимо прогуливающимся английским лордом. То есть очень благородным, отлично воспитанным, в том числе в Оксфорде - помимо дворца в большом поместье родителей. Лорд девушку взял на руки и оттащил в машину, припаркованную неподалёку.

Его воспитывали на рыцарских романах - скорее всего так, а то какого чёрта стал бы он таскать куда-то странную девицу?! Тащил он её и громко причитал про то, что страшно виноват и обязан теперь взять на себя отвественность, и помочь несчастной хоть чем-то - она ведь выломала (помните?) каблук, вывихнула (вы же не забыли?) ногу, разбила обе коленки, порвала колготки и взгляд имела такой безумный, что он вообще решил, будто падение каким-то образом повредило ей ещё и мозги. Какого же было его удивление, когда девица вдруг стала отвечать ему с абсолютным оксфордским акцентом (а если быть точным - без какого либо акцента вообще, что и есть главный признак настоящего аристократического английского) - кто меня почитывал ранее, знает, что именно с этим акцентом говорят почти все выпускники моей школы. Лорд был поражён - он уже успел к тому времени узнать о том, что граждане СССР язЫков иностранных не разумеют да и по русски говорят так себе. Лорд не знал, что граждане СССР не хотят с ним говорить ещё и из-за страха прослыть где-нибудь в КГБ имеющими связь с иностранцами. Но этого не знала и наша несчастная! Потому что была не только глупа, но и наивна до полной чрезвычайности.

В общем, я уже устала печатать и, если честно, подробности мне неизвестны. Поэтому я сразу к главному: он на ней женился.

И увёз в свой замок. И она чрезвычайно понравилась его родителям, несмотря на происхождение.

Приехавшие навестить родственницу сёстры, быстро поняли в чём дело - вернее, так им подумалось: оригинальная внешность благородных англичанок в массе своей сослужила прекрасную службу - на их фоне новоявленная леди смотрелась если и не красавицей, то уж точно симпатяжкой. Тем более что её по приезде в Лондон всё-таки слегка перекрасили и украсили. В том числе, и всякими безделушками, типа семейных древних бриллиантов и прочих глупостей.

Через два года леди произвела на свет парочку близнецов и наступило совсем-счастье. Ещё через два года на свет появилась девчушка очень похожая на мать, что привело в восторг нежного супруга и всю его родню.

Последнее, что я знаю о леди из Лефортово - даже и рассказывать глупо. Да и нечего рассказывать. Просто мне была продемонстрирована серия фотографий, на которых Леночка поддерживала под локоток королеву Великобритании, играла в гольф с какими-то принцами и прицессами, обнимала мачту принадлежащей лорду огромной яхты и так далее, и тому подобное.

Сёстры остались в Москве - младшенькая по неизвестным причинам жить их к себе так никогда и не позвала. Даже странно.