В многочисленных газетных публикациях о севастопольских событиях непременно упоминали и о сыне лейтенанта Шмидта, обычно не называя его по имени. Между тем революционные события продолжали кипеть, и очень скоро после казни лейтенанта на митингах различных партий стали появляться молодые люди, которых представляли как «сыновей лейтенанта Шмидта». От имени «погибшего за свободу» отца они призывали мстить, бороться с царским режимом или оказывать посильную помощь революционерам, жертвуя устроителям митинга, кто сколько может. Под «сыновей лейтенанта» революционеры делали хорошие сборы. Партий было много и «сыновей» развелось совершенно неприличное количество, и дело дошло до того, что стали попадаться даже «дочери лейтенанта». В советское время деятельность «детей лейтенанта» возродилась в 1920-х, после отмечания двадцатой годовщины Первой русской революции. Пётр Петрович Шмидт в этом отношении настоящий рекордсмен — его посмертная слава перешла все разумные границы возвеличивания. Смутная память о том, что у него был сын, вполне могла прокормить не одну сотню жуликов, гастролирующих по Стране Советов с былинными рассказами о «незабвенном герое-отце». Так сыновья лейтенанта Шмидта появились и в романе Ильфа и Петрова.