Вариация на тему:

"Все умрут, а я останусь."

                                           Мисс Мира 2008

Хочу выразить огрумную благодарность и щенячий восторг  ia_iz_Australii  за прекрасную диджериду, которую я наконец-то спасла из заточения в почтампе:) Нарекла Салли. Рост красавицы 120 см

Сёма, ты лучше всех! :)

 

Естественно, пока ничего не выходит и пока оканчивается лишь полусумасшедшим ржачем наедине с собой. Но я будо стараться.

А дяденьки с ютуба будут мне помогать.

Изначально человеку даются качества, которые он должен развивать и качества, которые представляют собой препятствие развитию, т.е. требуют преодоления и подавления. Самое интересное, что абсолютно одинаковые качества одному надо развивать, другому же подавлять. Готового рецепта никто не даст, и кроме самого человека некому решить, какие качества являются полезными, а какие - вредоносными. 

Соответственно, ошибки неизбежны. Но в случае если человек действительно ошибается, подсознательно он это чувствует и ищет людей, которые способны сконцентрировать его внимание на ошибочности понятия "правильности" нынешней позиции. В этом и заключается "переубеждение".

Но опять-таки, некоторым свойственны сомнения, притом в большей степени, чем требуется и тогда любой человек с талантом убеждения или просто с более установившимся взглядом на мир( который далеко не всегда подходит субъекту№1) может достаточно легко "перетащить" обозначенную сомневающуюся личность на свою сторону..

В общем, всё как всегда говнисто и запущено)

"Спокойной ночи, малыш. Жаль что зимой не пишутся песни. Зато есть Новый год. И твои бывшие девочки, ебущиеся в ночь, когда ты лежишь один и поддерживаешь потолок взглядом. Авитаминоз, проблемы с русским. Все пройдет. И печаль, и радость. Мне все равно как устроен мир. Я люблю вас всех. А себя ненавижу. Не уничтожаюсь. Живучая скотина. Меня ждет моя реальность cнов из темно-синей бархатной коробочки."

..........................................................................

 

 

Джозеф Кери Меррик родился 5 августа 1862 году в Англии. Его отец был рабочим на складе. Его матери Мери Джейн Меррик было 26, когда она его родила. Мать впервые заметила, что ее ребенок не такой, как все, только через несколько лет после рождения Джозефа. С возрастом увеличенная челюсть, правая рука и нога становились всё более непропорциональными, нарушилась структура кожного покрова, конечности перекручивались, а голова приняла необычную форму и размер. Речь Джозефа была затруднена костной массой, выросшей из его верхней губы.

В 12 лет Джозеф Меррик пошел работать на табачную фабрику, однако его рука была уже настолько деформирована, что он не мог производить нужное количество сигар в день и был уволен. Мэррик стал слоняться по городу в поисках работы, но его внешность мешала ему найти хоть что-нибудь. Наконец, отец устроил его коммивояжером – ходить продавать товары. Но, как легко можно себе представить, внешность Джозефа мешала ему вести успешную торговлю. Люди просто хлопали дверью перед его носом или убегали в испуге. Отец бил парня из-за неудач, и Джозеф был вынужден покинуть дом. Нашёл прибежище у своего дяди, работал на складе...

Но, в конечном счёте, устав от работы на складе, Джозеф решается написать Сэму Торру, который заправлял музыкальным салоном и был связан с «Шоу Уродов». В итоге Джозеф Мэррик по прозвищу Человек-слон дебютировал в Ноттингеме в салоне The Living. К этому времени «Шоу Уродов» в Лондоне были запрещены – полиция очищала лондонские улицы от всякого сомнительного сброда из-за нападений Джека-потрошителя. Человек-слон отправляется в Бельгию вместе с хозяином Итальянского «Шоу Уродов». Однако там они испытывают такие же трудности, как и в Лондоне. А в июне 1886 года хозяин шоу крадёт все сбережения Мэррика в размере 50 фунтов и оставляет Джозефа одного в незнакомой стране.

С трудом добравшись в родной Лондон, Человек-слон нашёл прибежище в Лондонском госпитале – заведующий больницей написал письмо в «Таймс», в котором описывались уродства Мэррика и высказывалась просьба о пожертвованиях. За неделю удалось насобирать сумму, достаточную, чтобы обеспечить проживание Мэррика на всю жизнь. А в декабре 1886 Мэррик переехал в свой собственный дом на территории больницы, где и проживал до смерти...

..........................................................................

 

Ла вонда Стапп (LaVonda Stapp) родилась 3 января 1920. Она была младшей из дочерей Карла и Эллы Ферн Стапп. С детства она страдала врождённым заболеванием osteogenesis imperfecta, при котором кости человека отличаются повышенной хрупкостью... Её рост не превышал 110 сантиметров, хотя данные эти не совсем точные, ведь рост Малышки ЛаВонды, как её называли, измерялся в сидячем положении: стоять она не могла...

Тем не менее, 30 декабря 1945 она вышла замуж за Альве Эванса – клоуна-карлика, который был почти на 30 лет ее старше. Спустя пять лет после свадьбы Ла Вонда забеременела. Слишком маленькая и хрупкая, чтобы родить самостоятельно, она была помещена в одну из больниц Луизианы, где после кесарева сечения у неё родился мальчик – Фрэнсис Рональд...

Ла Вонда была очень горда собой, хотя малыш умер спустя два дня от дыхательной недостаточности – он родился на месяц раньше, и его лёгкие были слишком незрелыми для жизни... Несмотря на трагическую потерю ее сына, Ла Вонда сохранила природный оптимизм, её помнят как веселую и жизнерадостную женщину, которая вызывала уважение и восхищение, а не жалость. Она умерла 18 сентября 1963 по неизвестным причинам...

 

..........................................................................

 

Газетчики называли её восьмым чудом света, загадкой природы, отчаянием докторов – это лишь немногие названия этой интересной леди... Молодая женщина, известная под именем Серпентина – «змеевидная» – родилась без скелета, только с черепом, и была поистине необычным существом...

Возможно, здесь имело место преувеличение – для усиления драматического эффекта, ибо на рекламном снимке она кокетливо опирается на подозрительно твердый локоть...

Она родилась в 1901 году в Окленде в Калифорнии в семье людей вполне здоровых и внешне обычных. С детства Серпентину обследовала сотня врачей, хотя её здоровье не нуждалось в услугах докторов – отсутствие скелета было единственным её изъяном...

С конца 30-х годов Серпентина участвовала в «Морском шоу», где изображала русалку рядом с настоящими китами, акулами и гигантским осьминогом...

«Она могла согнуть любую часть своего тела и, вместе с тем, была абсолютно беспомощна, находясь постоянно в одной и той же позе... Её беспомощность рождала недоверие к окружающим, в частности, она не доверяла банкам и помещала все свои деньги, заработанные в шоу, в алмазы...

..........................................................................

 

Медуза Ван Ален родилась 19 марта 1908 в американском штате Огайо с врождёнными дефектами кости, в результате чего её тело практически не росло...

Из-за чрезмерной гибкости костей не могла ни стоять, ни сидеть и, начиная с рождения, находилась лишь в таком положении...

Тем не менее, ей даже удалось получить образование – сначала в школе, потом занимаясь частным образом... Медуза много читала, имела склонность к эпистолярному жанру... В частности, она писала друзьям: «Я наслаждаюсь жизнью такой, какая она есть, как любой нормальный человек, и заполняю жизнь разумными удовольствиями...»

Только сейчас осознала, что мне действительно было больно. И что я по-настоящему  любила. Спасибо.

Если не писать о том, что широкой публике непонятно и дико, то писать становится просто нечего. Как сейчас, например.

Хочется видеть бестолковые отклики к своим мега-гениальным писулькам, а ещё хочется не обижать никого из близких и не вынуждать их на критику и лишние вопросы, на колторые я не собираюсь давать ответа.

Плюс, как и у любого урода, у меня есть вещи, о которых вообще никто никогда не должен узнать. И ведение  дневничка в сети, описывающего события он-лайн от  имени виртуала также не дело ибо есть чувство собственного достоинства(остатки) и было дано слово. Да.

В вообще, у большинства окружающих сейчас наблюдается эмоционально-ценностный кризис или просто пофигистически-болезненный момент. Да ещё и великий страшный кризис  давит на мозг своей полуабстрактностью. Соответственно, у людей нет никакого желания меня развлекать, а меня от них просто блюёт. Притом, самое забавное, что больше всего не хочется общаться с теми, кто ранее показывал себя как нечто приближенное к вечному, прошедшее огонь-воду-канализационные трубы моих перепадов настроения и бесконечных попыток оттолкнуть от себя всё мыслящее. Да. И вроде бы получается общаться с теми, кто до этого лишь огорчал.

Буду кушать аскорбинку и пить чаёк с мятой.  Заниматься самолечением, жалким подобием йоги.

 

Хотелось бы попросить прощения у тех, кому моё нынешнее состояние доставляет особые неудобства и лишние негативные переживания. Простите, но мне сейчас на вас насрать.

 

Читать далее...

Только отблески чужой боли и чужого гнева позволяют ощутить себя живой.

Всё остальное кажется недоношенным полуфабрикатом.

А есть ли вообще что-то настоящее?

 

 

 

 

 

 ....................................................

Прекрасные негодяйки окончательно распустились

и источают аромат нашего сладострастия

 

Извечный вопрос: на диету сесть или на х*й? :)

Ancula_cristata

 

Села и перевела пару любимых комиксов. Дура.

Наслаждайтесь.

 

 

 

Читать далее...

 goddamn@home
ху из САША ЧЕРНЫЙ????

 Queen Mab
поэт известный, вообще-то

 goddamn@home
видимо, в своих кругах...

 Queen Mab
1909 год

его кругов уже давно нет)
 

Апатия, усталость от отсутвия привычных внутренних противоречий и, как следствие, искусственное их генерирование. Кажется, что мало света, вкуса, формы, реалистичности. Соответсвенно, необходимое погружение в научную литературу, глубоко абстрактную и чаще всего неинтересную всё откладывается. Хотя, на самом деле, не откладывается, нет, - отпихивается, как будто эта стопка бестолковых, отожравшихся на высококолорийной пище сухого мозга яйцеголовых многотомников так и жаждит придавить тебя своей гранитной задницей, а ты, вместо того чтобы погорно эту задницу грызть, как подабает порядочному очкастому естественнику, пытаешься упираться слабыми ручонками. А косточки прозрачных похрустывают и вот-вот сломаются.

Идеальный выход - начать грызть гранитную жопу до того, как ручки откажут, иначе, сами понимаете, можно очень резко оказаться в самом центре давящей на мозг каменно-бумажной прямой кишки. А то и толстой.

Кто там побывал, сам знает - приятного мало.

Чем дольше грызёшь гранит, тем навязчивее становится мысль: а нахрен тебе нужны все эти грёбанные опилки и перемешку с осколками твоих же зубов, если 99% вылетит из твоей головы в последующие 10 лет? И не потому что ты дурак, а потому что большая часть всего гранита - это засущенное и уплотнённое псевдоинтеллектуальное дерьмо, продукт маразматичности интровертных, помешанных на своих бесконечных по узкости исканиях, сморщенных пафосных старикашек или зубрилок-задротов, которые будут до последней капли вашего, повторяю, ВАШЕГО мозга копаться в особенностях разрастания поппуляций альбиносов-лемингов с зелёными лапками. Или в субклеточном строении сумки какого-нибудь тупого дрожжевого гриба, который жил несколько миллионов лет назад.

Такое ощущение, что все эти люди выбирают как можно более ненужные темы только для того, чтобы как можно меньше соприкасаться с окружающей действительностью. Все эти недоразвитые в социально-психическом плане личность прямо-таки светят неугасаемым вечным огнём со страниц своих пыльных книг, смахивающих больше не на бумажные издания, а на жирных мозговых пиявок.

Когда в очередной раз видишь что-то вроде " коллигативность" и "стехиометрический коэффициент" ты уже не задумываешься о том, насколько чудовищны и отвратительно-бессмысленны эти слова. Для тебя они уже почти как родные. Понятные. Ты можешь читать эти закодированные тексты и понимать большую часть если не всё. Это не пугает. Глаза на лоб не лезут. И вот тут-то вспышкой приходит осознание, что через пару лет ты либо станешь таким же деградантом, как и учёные мужи, авторы мозговых пиявок,  либо все твои потенциальные исследованиея физиологии человеческого мозга вместе с заграничными поездками улыбнутся и помашут ручкой вслед твоему полёту в трубу.

В общем, пойду-ка я в душ, а в кроватку возьму какую-нить физическую химию. Ночью будут сниться интегрально-коллигативные кошмары, да.

 

Самая сексапильная одежда - носки

 

Расскажу вам, детки, сказку вчерашнего дня.

Без особых «описательно-сенситивных», «маньеристических» моментов, для большинства «пафосно-выпендрёжных», соответственно.

Расскажу, так, чтобы было понятно и, возможно, интересно любому персонажу, привыкшему к переведённой троечниками-студентами литературе зарубежной и откровенно третьесортной литературе русской, современной.

 

Правда, для этого надо выбрать литературного героя, которого только профаны, совершенно не разбирающиеся в литературе, могут спутать с образом автора. Героиню, (да-да, ворочайтесь в гробу, представители классической критики, героиня вместо героя, и мужской образ вместо женского, но об этом потом) назовём незамысловато, Анфисой.

 

Так вот, однажды вечером, покачиваясь в такт вагону, Анфиса ехала к тому, чьей возлюбленной она являлась. Анфиса читала оранжево-чёрную книжечку, которая еле уместилась в её чёрной-чёрном сумочке-рюкзачке. Дорога предполагалась долгой, без пересадок и прочих неприятных мелочей, по радиальной линии в один из её концов. Она была рада углубляться в дебри матерного чтива без остатка, но неожиданно до её ушей начал доноситься назойливый, раздражающий слух крик по типу: «Помогите люди добрые…»

Анфиса, девушка равнодушная к плохой игре подземных актёров, не подняла бы и глаз, если бы, звук, приближаясь, не материализовался в высокого молодого человека с красивым лицом, размашистыми, практически вульгарными жестами, хитро искрящимися глазами и не закрывающимся ртом.

 

Громким, резким голосом подглуховатого, парень читал стихи. На остановках вставал между дверьми и довольно артистично декламировал нечто эпикурейское. Потом подходил чуть ли не к каждому пассажиру и говорил, что ему не на что доехать домой. Просил поддержать юное беспутное дарование. Тут же говорил, что голоден и что если ему кто-то не верит, то может купить ему что-нибудь поесть. «Я ем всё: хлеб, булочки, сосиски, что угодно. А ещё я очень хочу пить. Можете купить мне бутылочку воды. Сок, конечно, я больше люблю, но вода тоже ничего…»

Когда он подошёл к Анфисе, он неожиданно замолк и стал разлядывать текст в её книжке. Девушка с лёгкой, кривоватой улыбкой, показала чёрно-оранжевую обложку ,которая по мнению глупых юношей и девушке, являла своего рода знак избранности и совершенного вкуса в арт-среде. На парня, как ни странно, это никакого впечатления не произвело.

 

Внешне беспардонно, но по сути полувопрошающе, он взял пёстрого уродца в свои руки и пролистал пару страниц. Анфиса попросила вернуть книгу, потому что она её ещё не успела прочесть, а ещё потому что не занималась благотворительностью. Парень положил книгу на её колени и уселся в её ногах. «Эта книга про войну, кровь, там стреляют и убивают, да? Тра-та-та-та-та!» Паренёк вскочил и направил очередь из огнестрельной руки в недовольно скорчившегося дедулю. Настрелявшись в волю, он уселся обратно и заглянул ей в глаза.

 

-  Эта книга скорее про любовь. Даже не так, про людей. Правда, там есть один герой-бунтарь, который периодически что-нибудь подрывает.

- Так я и думал. – чувственные губы приняли форму скорби во плоти. - Что же вам, люди, не хватает крови? Так съездили бы туда, где её действительно много, насытились бы - крикнул он в сторону других пассажиров.

- Если будет действительно нужно, я и здесь ею напьюсь, спокойно пообещала Анфиса. –Чего ты хочешь от жизни, мальчик?

 

- Я хочу делать то, что мне нравится – писать и читать стихи. Выступать. И чтобы это приносило какие-то деньги.

- Разве творчество не должно быть бескорыстным.

- Мне-то деньги не нужны. Надо мать с сестричками поддерживать.  

-  А что ты готов за это отдать?

-  Могу отдать 50% прибыли.

- Нет, что ты готов ОТДАТЬ?

- Я буду отдавать свои стихи.

- Чего ты готов лишиться?

- Лишиться?

- Да. Готов, например, потерять ноги, голос, душу продать?

-Так вы ВЕДЬМА! – радостно прокричал мальчишка.- Скажете, что меня в жизни ждёт?- спросил он и протянул раскрытую ладонь.

- Увы, я не гадаю по руке. Так что, готов продать душу?

Он ответил в стихах. Наверное, они были хороши, но От стихов Анфису всегда клонило в сон. Из полудрёмы она вышла на последней строчке: « …Нет, не продам я душу дьяволице!»

- Ну не хочешь, как хочешь. – пожала плечали девушка.

 

В это время поезд остановился и парень резко вскочил и встал между дверьми.

- Товарищи! Я хочу прочесть стих о прекрасной женщине!

 

Нежнее нежного 

Лицо твое, 

Белее белого 

Твоя рука, 

От мира целого 

Ты далека, 

И все твое — 

От неизбежного.

 

От неизбежного

Твоя печаль,   

И пальцы рук  

Неостывающих,   

И тихий звук  

Неунывающих 

Речей, 

И даль 

Твоих очей.

 

А теперь, стихворенье о любви!

Села муха на варенье

Вот и всё стихворенье!

 

Это было стихворенье о любви к варенью! – проголосил он и уселся обратно к Анфисе в ноги.

- Деньги – мусор.

- О да, но тем не менее, они являются мерой свободы. Если человек именно так считает и если у него они есть, то он действительно свободен.

- Да-да, наверное так.

- Ты можешь говорить тише? Тебя и так прекрасно слышно .– поморщилась Анфиса.- Или у тебя проблемы со слухом?

- Нет, просто я 4 года проработал на стройке. Там пока до крановщика докричишься, пол района на уши встают.

Он взял её руки в свои и спросил, не играла ли она на каком-нибудь инструменте. Она ответила, что 8 лет оттарабанила на  фортепиано и больше к нему не подойдёт.

-Я тоже много чем занимался: 15 лет танцами, 18 – плаванием, даже чемпионом бы стал, если бы не сглупил  в 14 лет – грустно улыбнулся он.- Пять лет отдал Гнесинке, на курсы всякие ходил, а как был дурак, так и остался.

- И сколько тебе лет?

- Многих девушек это отпугивает. Не поверите, но мне 24. – он порыскал в карманах и вытащил паспорт.

- Похоже на правду.

- Честно-честно, - паспорт раскрылся. – Вот, 84-го года рождения.

Вдруг, он сжал её ноги своими коленями, стиснул ладони и взглянул в её глаза так, будто хотел, чтобы его туда втянуло, как в водоворот.

- Возьмите меня к себе. Я хороший. Готовить умею, стираю, убираю, ремонт делаю, плитку кладу, люблю домашних животных, детей, очень полезный в хозяйстве!

- А как же мама и сестрёнки? – ехидно заметила девушка.

- Мама – это совсем другая история. У неё пенсия 2 тысячи. Сколько не ходила разбираться, всё бесполезно. Над ней только смеялись. Отца давно убили. За что-то, не знаю, ни за что, наверное. Так что четыре сестрички теперь у меня здесь – он ударил себе ребром руки где-то на границе шеи и затылка.- Надо крутиться.

 

Анфиса сделала вид, что не заметила, как он ушёл от ответа на вопрос, и улыбнулась.

 

В это время поезд в очередной раз остановился. Молодой человек снова вскочил и начал предлагать всем близкостоящим женщинам взять его к себе домой: «… я ремонт делаю, плитку кладу…»

Чуть поезд тронулся, он занял своё место в её ногах, привычно стиснул колени и сжал ладони.

- Знаете, а ведь у меня за всю мою жизнь ни разу не было девушки. А всё потому, что я никогда не мог себе этого позволить.

Господа пассажиры,- обратился он к вагону,- скоро мы с вами окажемся на поверхности и тогда я прочту вам ещё парочку стихворений!

 

Следущие 10 минут он читал ей стихи, которые были складными, которые вполне годились для ответа на её многочисленные колкие реплики и вопросы.

Когда за окнами вагона показались уличные фонари, он встал перед ней на колени и начал декламировать свое «стихворенье», он обращался к ней, воспевал её красоту и власть над мужчинами, рассказывал, как сотни лет назад боги и цари развязывали войны за возможность на секунду привлечь её внимание и добиться минутной благосклонности. Он целовал её пальцы, руки и даже носки коричневых сапожек, оставляя мокрые следы искренности. Он резко вставал и указывал на неё рукой, вставал на колени и тянулся к ней, как к солнцу, когда очередной принц погибал без её любви, когда цветы и деревья чахли без её улыбки…

 

Поезд начал зарываться в туннель, и юноша снова оказался в ногах Анфисы.

- Если вам что-то понадобится – звоните. Помогу, чем смогу.

- И куда мне звонить, интересно?

- Ах да. Сейчас. Карандаш есть. На чём записать?

Анфиса протянула оранжево-мёрную матерную книжку.

Юноша начал большими квадратными буквами медленно выводить номер. В это время поезд остановился.

- А какая остановка?

- Ваша, кажется.

- Ну тогда мне пора.

- Нет уж, дайте дописать, на следующей остановке пересядете на обратку – сказал он и сжал её ноги ещё сильнее.

С…Е…Р…Г…

- Чёрт! Следующая же конечная! И там нет перехода на обратку!!! – занервничала Анфиса

Е…Й…

Двери захлопнулись.

И вправду!!!! Что же я!!!! МАШИНИСТ, ОТКРОЙ ДВЕРИ!!!! – шутливо-обречённо прокричал парень, за что и получил оранжево-чёрной книгой по макушке.

 

Сергей свалился на пол в скрюченной позе и так пролежал примерно минуту, после чего порывисто вытянулся, перевернулся на живот и обратился к недалеко стоящему парню: « Вот, вы свидетель! Вы всё видели! ЧЛЕНОВРЕДИТЕЛЬСТВО! Сейчас пойдём в милицию и ей ВОООООООООООООООООООТ такое дело накатаем!!!»

Анфиса засмеялась. Довольный эффектом, он занял своё любимое место и начал целовать её пальцы.

 

Вскоре, поезд доехал до конечной. Какая-то женщина вручила ему букет полувялых жёлтых роз. Сергей принял их поклоном. Они оказались на продуваемом холодным зимним ветром перроне.  Сергей настоял, чтобы она надела дублёнку. Потом захотел подарить ей свой букет

- Это не слишком удобно. Я не домой еду.

- К молодому человеку?

- Да.

- Всё равно возьми.

- Не могу, прости. Хочешь, можешь проводить меня до станции, которую я пропустила.

- Могу – радостно согласился он.

 Они спустились вниз по лестнице вдвоём, а за поворотом он исчез. Анфиса улыбнулась и пошла покупать билет.

Ты похож на меня, давнюю. Размякшую, словно, корочка черного хлеба в молоке медовом.

С невидимыми слезами сентиментальности на глазах, грустных и обречённо-счасливых, как у собаки, ожидающей очередных побоев от любимого хозяина.

С глупой улыбкой на лице и нежной страстью, болезненно прорастающей в теле, цветущей в желудке и сдавливающей грудную клетку.Страстью, что питается кровью твоей бурлящей, волей, в прошлом неколебимой, и гордостью, бывшей стихией.

 

И опять всё в нечестном равновесии: ты - жертва своих эмоций, а я свободна как ветер и так жестока.

Тебе дали такой невероятный дар – память. Мои слова, глупые и эгоистичные, не растворяются в пространстве, а зависают в воздухе, перетекают в уши твои, навеки застывают на дне твоей черепной коробки, обрекая тебя на покупку моих любимых цветов и вкусностей.

Ты хочешь согревать меня и позволять дарить тебе ласку, по которой я истосковалась. Мечтаешь защищать меня, защищать от всего мира.И ты способен защитить от всех напастей, но не от меня самой. Передо мной ты и сам беззащитен. Я – главный нас с тобой враг. Ветер и время, для которых нет никаких ценностей, кроме постоянных перемен. Пламя, сжигающее памяти и чувства в гигантской печке.

 

А ведь ты безумно умён. Ничего не стоит сделать так, чтобы мы поменялись местами, чтобы ты стал невесомым, а я приковала себя наручниками к батарее. Все эти ниточки, известные ещё древним, протянуты до самого горизонта, незамутнённого забывчивостью - ты видишь каждую. Вернее, видел бы, если хотел… Но ведь больше всего ты желаешь, чтобы я хоть раз в жизни испытала невыносимую лёгкость безболезненной любви. Даже если ты сам будешь истекать кровью, слезами, источать горьковатый запах страдания,  а потом вложишь к руку мою тонкую один из своих прекрасных колюще-рвущих ножей, по документам кухонных, и… очередной раз останешься умирать в одиночестве, а потом заново рождаться.

Может, ты именно этого и хочешь? Благодаря мне щутить что-то настолько глубокое, что захочется умереть. Глупый, восторженный юноша.

Не надо меня понимать, не надо пытаться думать как я, иначе ты погибнешь от руки своей, не моей. И не в метафизически-чувственной вариации смерти, а в той самой, необратимой и бессмысленной.

Проанализировав все факты, мы пришли к выводу, что наше высочество - напичканная гормонами дура, а вы, мсье короткие штанишки, напыщенный мудак, искренне не понимающий, что же с ним всё-таки не так, но также искренне не желающий в этом разбираться.

Когда поверите, что вам хотят помочь (хотя бы ради повышения собственной самооценки), или нужно будет пожаловаться на рыжих дур, обращайтесь.

Как вы обычно знакомитесь?
ночами в сокольниках, в маске и с тесаком.. обычно не отказывают. может бояться?

Как вы хотели бы умереть?
спокойно во сне, как мой дедушка, а не крича от ужаса, как пассажиры его самолета..

Детка, а ведь у меня без тебя кошмарная ломка. Я решила, что нам с тобой очень нужно поговорить об этом. Аську я твою удалила, номер спрятала подальше, так что поговорить можно только тут, в записях дневника, который ты не читаешь и никогда не будешь.

Казалось бы, со временем мне должно становиться легче, память потихонечку соскребётся с поверхности мозга отправляю в небытие картинки, запахи, вкусы, эмоции, экстаз и мучения, сделает кору гладенькой, как попка младенца, как будто ничего и не было, тебя не было.

Но нет, ты есть. Ты всё полнее занимаешь мои мысли с каждым днём, заполняя место прощённых обид. С каждым днём тянет к тебе всё сильнее.

Прошло больше 3-х месяцев, а такое ощущение, будто не общались неделю. Этакие влюблённые голубки, которые не могут представить своего тихого земного счастья друг без друга, поссорившиеся из-за бытовой мелочи и дико сожалеющие о собственной глупости. Которые ещё через пару дней бросятся в объятья друг друга со слезами, извинениями, поцелуями, признаниями любви, под овации плаксивых зрителей, невидимых и немых.

Никогда у нас с тобой такого не было и не будет. Мы другие. Сложные, изломанные, мы начинаем друг друга ненавидеть, стоит лишь оказаться рядом. Превращаемся в две кровоточащие раны, которые плюются друг в друга красной солью, причиняя боль себе и... любимому, наверное. Как там говорит народ? " Вместе плохо, а врозь ещё хуже"? Как-то так.

Искренне надеюсь, что твои мучения слабее моих хотя бы раза в два. От всего сердца желаю, чтобы у тебя их не было вообще. Я готова за двоих перетерпеть, честно. Постараюсь больше не звонить, не просить прощения, не делать тебя слабым и избитым. Надеюсь, скоро это пройдёт. Буду сильной. Вернее сильными будут те, кто поможет мне с этим справиться.Постараюсь больше не плакать.

Знаю, что тебе плевать, но я постараюсь радоваться и без тебя. Чувствовать себя живой без твоих прикосновений, без боли, которую ты мне так щедро дарил всё это время. Звучит, как откровения мазохиста, но это, к сожалению не так. Раньше я этого не понимала, но ведь я тебя ранила куда сильнее, глубже, чаще , чем ты меня. Ты же буквально истекал кровью, а я этого не видела, поглощённая своими чувствами. Казалось бы, сейчас, когда все всё поняли и надо попробовать ещё раз. Но я слишком хорошо себя знаю. Я забуду. Просто забуду. Нырну тебя и исполосую изнутри острыми иглами. Обоих исполосую. А потом буду чувствовать себя попеременно самым несчастным и самым счастливым человеком.

А тебе будет только больно.

Чтобы мы оба не пропали, не высосали друг из друга жизнь, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы мы больше НИКОГДА не увидели друг друга.

 

В последние годы отыграно лишком много драмм с плохим актёрский составом и собою-бездарностью в главной роли.

А в троллейбусе женщина, падая от резкого торможения, вместо привычного "БЛЯДЬ!" тонким голосом проверещала: "ОЙЛИЛЮЛИ", а затем попросила водителя не быть таким шалунишкой.

Выносит.

К величайшему сожалению я всегда была именно такой, какой меня воспринимали. Воспринимали меня всегда по-разному, поэтому я разрывалась на части.

Теперь, отражая, я чувствую себя прекрасно. Кто-то может обвинить меня в неискренности, вечной игре. Всё может быть, все грешны.

Не нравится людям разлядывать себя в другом, о как не нравится. Если у собеседника проблемы в общении, то со мной они возводятся в квадрат. Притом, что даже я начинаю чувствовать себя не слишком уютно.

Некто сказал, что в дневнике у меня создан явно лживый образ развращённой стервы. На самом деле я целомудрена и таким образом пытаюсь привлечь внимание. Не знаю, не преследовала такой цели. Просто тараюсь по-разному смотреть на одни и теже вещи.

Плюс, мои мироощущения постоянно меняются, перетекая друг в друга по замкнутому цикло нескольких недель или месяцев.

И, о да, я фантазёрка. Потому что считаю, что фантазии имеют свойство претворяться в жизнь.

Пишу так, чтобы самой себя было потом читать не скучно. Много пафоса и маньеризма - они мне нравятся. Это защитная реакция и пыль в глаза обывателям " не в теме". Здесь же такие практически все.

Я эмоциональна и искренна. Всегда говорю что думаю. Или молчу. Или провоцирую. Есть несколько человек, которым я постоянно лгу. И они лгут мне. Вот такая игра, пусть она мне и не слишком нравится.

Специально я играть не умею и не хочу. На автомате копирую чужую мимику и жесты, особенно если человек владеет НЛП (страшные буквы, до сих пор лишь примерно представляю, что это). Без перерыва смотрю в глаза. В какой-то мере это вызов, в какой-то проверка, а больше всего - любопытство. Многим не нравится - их проблемы и выбор.

Иногда у меня бывает особое, ускользающее восприятие обыденности, думаю, это присуще не мне,а некоторым из тех, с кем я общаюсь.

Да и вообще, я простой пень с тараканами, много с меня не взять.

-  Представь себе, среди всего разнообразия моих мужчин никогда не было идеально красивого.

-  А он тебе нужен?

-  Нет конечно, я никогда особого внимания на внешность не обращала. Просто забавный факт.

- От красивых людей никогда не бывает особой пользы.

- Так что же, я некрасива или бесполезна?

- Ты не красива - ты прекрасна, Анфиса.

Злобная наркоманка в тельняшке

 

 

...............................................................

 

Дыхание тунца