Киберпанк мертв. И даже уже не пахнет. И, скорее всего, это уже не новость.
Успешно миновав фазу становления и роста, он сформировался и занял свое место в ряду фантастических жанров – научная фантастика, фэнтези, альтернативная история и т.д. и т.п. Надо отдать должное Большой пятерке американских киберпанков - они сумели создать новый жанр и дать ему путевку в жизнь.

Эстетика и философия жанра вполне узнаваема. Большие корпорации и волки-одиночки, которые якобы им противостоят (а на самом деле работают на них). Компьютеры и хакеры, которые их ломают. Сине-зеленый неон на черном фоне футуристических контуров еще продолжает жить на сайтах хардкорных поклонников Движения и в компьютерных играх, эксплуатирующих хлесткий антураж. Есть еще и те, кто упорно продолжает подражать классикам, но тексты, которые получаются в результате этих попыток, вторичны по умолчанию. Они похожи на старательных учеников, копирующих классические образы в музеях.

Но на самом деле все уже в прошлом. Темы, поднятые киберпанками, были свежи в начале 80-х, когда компьютеры еще только начинали появляться в офисах и, когда о глобализации никто не говорил на каждом углу. Большая пятерка во главе с «Председателем» Стерлингом и Гибсоном отработали на славу, создали каноны жанра и тихо прикрыли лавку. Киберпанк закончился на трилогии «Киберспейс» и «Схизматрице» с роем рассказов-спутников. Именно там было все – и жестокость антиутопии и новые технологии и дрейф старой человеческой морали в сторону чего-то совсем другого, нежели размышления о Жизни и Смерти. Трилогия «Моста» и «Священный огонь» это вещи другого порядка, другого заряда, хотя в них тоже есть компьютеры и разношерстный пучок технологий.

Теперь Гибсон двигается в сторону мэйнстрима («Распознавание образа»), а Стерлинг занимается футурологией. Председатель в свое время поставил точку в своем эссе «Киберпанк в начале 90-х», но его мало кто послушал. Тем не менее, Председатель поступил честно. В 90-х наступило время для других прогнозов, а то, о чем писали киберпанки в начале 80-х, стало нашей реальностью.
Мы этого не поняли. Очарование от раскрашенных неоном кварталов, по которым бродят «бунтари»-хакеры оказалось сильнее желания осмыслить и идти дальше.
Мы как всегда отстали лет на пятнадцать-двадцать.

«Башня ангелов» Татьяны Матвеевой - хорошая повесть. В лучших традициях, так сказать. Романтическая история о хакерше, попавшей в оборот. Весь набор стандартных штампов присутствует и весьма хорошо выписан.
«Московский клуб». Очищенный от всяческой романтики киберпанк. Кровь и грязь. Крайняя форма. В «Московском клубе» мало
«Падшие ангелы Мультиверсума» - тоже закос под классику. Но в отличие от «Московского клуба» мягковат и только претендует на жесткость. Некоторые детали вызывают улыбку. Зачем называть именем популярного японского писателя эксперта по хакерам? Воспоминания о фильме «Матрица» и «тонкие» ассоциации с Гибсоном (отель «Новый Азор») – лучшие свидетельства того, что в нас крепко засели штампы, разработанные Большой пятеркой
«Лабиринт отражений» - адаптация киберпанка под подростков. Мягко говоря. Тех, кто думают, что это киберпанк мне искренне жаль. Они пропустили самое интересное.
«Сезон оружия» Александра Зорича - детство. Без комментариев.
Особняком стоит «Паутина» Мэрри Шелли. Поднятые в ней темы действительно свежи и актуальны. Сетевой новояз Андреева адекватен и не режет ухо.

Мы отстаем. Но в принципе еще не поздно переключить передачу.
Первые впечатления читателей от «Диспетчера атаки» и тем более «Медного гвоздя» меня искренне удивляли. «Это киберпанк!». Сопротивление было бесполезно. Людям нужны названия на предметах, без них реальность становится ненадежной и зыбкой. Киберпанк, так киберпанк, «хай будэ грэчка», как говорят у нас. Если вам так проще воспринимать эти тексты, пусть будет. Хотя по сути «гейткиперский» цикл – это анти-киберпанк. Система в нем есть хорошо, а хакеры есть плохо. Дело даже не в этом. «Гейткиперский цикл» - это не про взлом информации, а про саму информацию и о том, что делают с ней люди и компьютеры. Но тексты уже записал в киберпанк и отмыться от этого ярлыка не стоит даже и пытаться.

Киберпанк жив. Киберпанк живет в повторениях классических образцов. В попытках повторения успеха. Но успеха не будет. Тиражи, поклонники, обсуждающие очередной образчик жанра, критические статьи с разбором соответствия канонам и ценности для жанра, касса для издателя, поскольку киберпанк – это уже «формат» с устоявшейся аудиторией читателей.

Но было бы наивно ждать от современных киберпанков чего-то нового. Чего-то, что оглушит читателя, так как оглушил почти двадцать пять лет назад.

Продолжать писать о хакерах ломающих сервера транснациональных корпораций, когда есть масса новых тем – безнадежно отстать от времени. Да, они продолжают ломать, но кого теперь этим удивишь? Новости о нашествиях вирусов и взломщиках корпоративных сетях стали привычными. Это актуально, но актуально по-другому – как часть нашей обыденной, не-фантастической действительности. Парадокс, но фантастики больше в статьях про научные открытия и прогнозах футурологов. Гораздо интереснее читать эти материалы, чем очередной опус с приевшимся набором штампов.

О чем же писать?

Достаточно оглянуться вокруг, чтобы понять, сколько нетронутых и свежих тем ждут своих писателей.

Киберпанки предсказали появление киберкультуры. Сейчас мы живем в эпоху, когда киберкультура уже есть, она формируется, внедряясь в нашу повседневность. Активная интервенция в «старые сектора» ломает привычные методы работы режиссеров и художников.

Пример. Один пример.
Мы привыкли к тому, что информация статична. Застывшее отображение какого-то из миллиона моментов вечноменяющейся действительности. Вспомните тысячи картин на стенах тысяч музеев. Даже «динамика» кино - это всего лишь набор из статичных кусков зафиксированной на пленке реальности. Теперь представьте себе живущее по своим внутренним правилам произведение искусства. Внутренние законы, заложенные в него художником, придают ему динамику, приводят к тому, что оно меняется, оживает сотнями прекрасных форм. Представьте, что вы можете не просто смотреть на картину. Улавливая ваше настроение, ваши реакции, картина или скульптура меняется в зависимости от них. Процесс созерцания становиться процессом сотворчества. Зритель теперь не просто смотрит, он принимает участие в процесс творчества, который не заканчивается после того, художник закончил свою часть работы.

Какие формы могло бы принять искусство, основанное не на статических технологиях формирования информации (живопись, скульптура, архитектура), а на интерактивных динамических технологиях? Какие бы культурные и социальные феномены возникли на их основе? Компьютерные игры уже сейчас дают возможности создавать интерактивные миры, но эти формы пока еще очень примитивны.
Поистине, фантазии есть где развернуться.

Киберпанк жив. Жив в тех текстах, которые написаны и которые еще будут написаны про «плохие» корпорации и «хороших» хакеров.
Киберпанк мертв. Его тематика исчерпана. Все темы, которые можно было развернуть в рамках этого течения, уже развернуты, осталось только жонглировать стереотипами и штампами, перетасовывать старую колоду карт.

Для тех, кто хочет сказать что-то новое, нужно просто открыть глаза и посмотреть вокруг.