Лето 1987 года.
Я, Славик, Костик и ещё несколько ребят со двора сидим на детской площадке и рассматриваем игрушечное оружие друг – друга. У меня, подаренный папой на день рождения железный ТТ , у Костика зелёный пластмассовый автомат, у парней пистолеты, револьверы, винтовки. Мы делимся на две группы и разбегаемся, игра началась…
Ранняя весна 1992 года.
Зима ещё не отступила, напоминая о себе холодным пронизывающим ветром в лицо. Холодно. Ветер задувает в воротник модной куртки, с красочной надписью по-английски на спине, купленной мамой на днях на Покровском рынке, я одной рукой прижимаю воротник куртки к горлу. Моя вторая рука в кармане. Пальцы гладят пластиковую ручку ножа – выкидушки, купленного мною на карманные деньги в одной из палаток на Павелецком вокзале, как раз напротив той самой палатки, где продавали видео – кассеты с порнухой. Нож классный! Нажимаешь на кнопку вверх и тут же, автоматом, выскакивает лезвие. Жмешь вниз, лезвие сразу же уходит обратно. Без ножа – никуда. Тем более, что в данный момент я иду в сторону метро, через враждебные кварталы. Тут могут избить, тут могут обуть, тут опасно. Вот уже как пол года идёт эта глупая уличная война, коалиция нашего семнадцатого квартала, восемнадцатого и Зелёнок против других кварталов, серыми кирпичными домами и блеклыми пятиэтажками расположившимися вокруг.
Ужасно жаркий май 1994.
- Давай я поменяю их на чё - нить?, - Серёга Б. держал в руках коробку пятидюймовых дискет, подаренных мне одним из одноклассников.
У Серёги всё было ровно. Богатые родители, классные шмотки, крутой музыкальный центр SANYO и первый видеомагнитофон на районе. А ещё у него было странное увлечение – коллекционирование немецких орденов, немецкого оружия и прочей атрибутики Вермахта. Он постоянно что-то покупал, что-то менял, что-то продавал и не смотря на свой юный возраст, ему удавалось проворачивать такие операции, что многим взрослым было не под силу.
- Давай! Только на что? – в голове у меня крутилось, что бы можно попросить у Серёги за эти дискеты.
Вечером он зашёл снова. В свернутом полиэтиленовом пакете, который он бережно держал в руках было что-то тяжёлое.
- Давай, меняться на это! – он достал из пакета ржавую полуметровую немецкую авиационную бомбу.
Без лишних слов, я скрылся за дверью своей квартиры и через пару секунд протянул Серёге коробку дискет.
- Слушай, а она не взорвётся?
- Не, не должна, вроде как она пустая…
Пару месяцев бомба хранилась под моей кроватью, иногда, когда родителей не было дома, я доставал её и рассматривал, аккуратно крутя её в руках.
Чуть позже, уже мною, был совершён ещё один обмен. Ту самую бомбу я обменял у дачного приятеля Артура на небольшой японский магнитофон… Спать стало спокойнее ))
1994 – 1995 года.
Ножи – ножи – ножи. Сколько я поменял их за этот год – трудно даже вспомнить. Выкидушки ломались, стоило лишь ударить ножом о твердую поверхность, ножей с фиксатором тогда было крайне мало, да и были они совсем не по карману, а те ножи, на которые хватало денег, были крайне низкокачественными и могли принести куда больше вреда их обладателю, нежели его недоброжелателю.
Но выход был найден, когда в торговых палатках появились они: ножи – бабочки. Уверен, что каждый, кто рос в девяностых, помнит их. Длинное острое лезвие, двойная ручка, позволяющая с помощью не хитрой манипуляции убирать лезвие внутрь. Нож – бабочка стал обязательным атрибутом любого пацана. Постоянные соревнования во дворах, кто быстрее откроет нож, кто быстрее его закроет, какие только финты с этими ножами не исполнялись нами, подростками девяностых!
Начало весны 1996.
Стартовый револьвер. Усиленный ствол, распиленный под патроны от мелкокалиберной винтовки. Заточенный под эти самые патроны барабан.
Конец весны 1996.
Сидим у меня на балконе. В колонках Cypress Hill. В руках по банке Amsterdam Navigator. Припекает солнце. В руках моего друга Айса тот самый револьвер, он целиться в голубей жадно жрущих хлеб на пешеходной дорожке под моими окнами.
- Хорош, он заряжен! – говорю ему я.
- Да ладно, не боись! – отвечает он и в тот же момент звучит громкий хлопок выстрела, звук удара пули о крышу гаража под моим окном, звук рикошета.
Пауза. Айса как будто парализовала. Шок. Куда улетела пуля? Мы, пригнувшись чтобы никто не увидел, заползаем в комнату.
Лето 1996.
Я закапываю тот самый револьвер у себя на даче. От греха подальше…
1996 – 1997 года.
Несколько пневматических пистолетов. От пластмассового Air - Gun до железного полтора – килограммового Вальтера.
Ранняя весна 1998.
- Где же я его закопал?! – оглядываюсь по сторонам пытаясь вспомнить точное место схрона. Без толку! Вокруг пара десятков ямок, выкопанных мною, под удивлённые взгляды моих родственников….
Лето 1998.
Никакого оружия! Учитывая постоянные приёмы и периодические обыски в Центре, это лишнее. Зачем создавать себе проблемы, когда и так в любой момент, их готовы создать для тебя люди в серой форме?
Шло время…
Самые разные ножи и заточки, пневматические пистолеты, газовые, гладкоствольное и нарезное оружие проходило через мои руки.
А в это время закипали девяностые. А. сильно порезали в драке у метро Профсоюзная, З. и У. с серьёзными резанными ранами отправились в больницу с района. Д., играя с отцовским пистолетом случайно застрели младшего брата. Р-у с близкого расстояния стреляли из газового пистолета, навсегда оставив шрам на его лице. Ю. повезло – пуля, выпущенная из Макарова, застряла у него в заднице. Вокруг стреляли, резали, калечили, убивали.
2009 год.
Всё так же стреляют, всё так же режут, всё так же страдают люди. Ножи – выкидушки и бабочки сменили ножи с фиксаторами, с лезвиями от отменной стали, самые разные, на любой вкус. Пневматические и газовые пистолеты сменили травматические, купить которые можно легально, почти не прикладывая к этому никаких усилий. Время идёт, народ вооружается. Так было. Так есть. Так будет.
Почему нас так тянет к разного рода оружию? Наверно это что-то в генах. От наших далёких предков, которые прилаживали к палке заострённый камень, сооружая копьё, с которым они позже охотились на уже давно вымерших животных. От наших более близких предков, которые ковали мечи, изготовляли булавы, так легко крошащие головы их врагов. От наших прапрадедов, у которых всегда под рукой были ружья, обязательный атрибут, с которым они ходили на охоту, выискивая в чащах кабанов, лис и прочих обитателей леса.
Оружие даёт нам уверенность. Для настоящего мужчины оружие – что-то типа гарантии его сохранности, как талисман, как страховка у альпинистов. Оружие в руках воина – предмет крайнего случая, его последнее слово, оружие в руках труса – его страх и его ненависть…
