Свекольный кефир - улучшает работу кишечника и хорошо очищает печень. |
Улучшает работу кишечника и хорошо очищает печень свекольный кефир.
Для его приготовления нужно свёклу натереть на тёрке и отжать сок. Затем взять:
|
Обалденные блюда в горшочках: топ 10 рецептов. |
Варианты ужина за 30 минут
1. ГОРШОЧКИ С МЯСОМ, ФАСОЛЬЮ И ГРИБАМИ
ИНГРЕДИЕНТЫ:
● 500 г говядины (свинины, баранины)
● 200 г фасоли
● 300 г помидоров
● 300 г грибов
● 200 г болгарского перца
● 150 г лука
● соль
● перец
● растительное масло
|
Я тебя узнаю. |
|
Дар. |
Александр Минкин
Моцарт говорил, что «внезапно — в один миг — слышит сразу всю симфонию, остаётся только записать».
«Только»?
Идея, пришедшая в голову, — прекрасна. Но начинаешь записывать — она тускнеет, вязнет, становится уродливой…
Понятные мучения. Неуклюжие попытки и сознание своей слабости. Сознание, что портишь, что идеал осыпается, рассыпается.
«Только записать»? Симфония — сто тысяч нотных знаков. И даже если Моцарт услышал (откуда?), то надо ещё записать без ошибок. То есть сто тысяч раз не ошибиться.
А как Моцарт услышал симфонию? Музыка, воспроизводимая всего лишь втрое быстрее, — уже гадость, визг. Свиристит, как бормашина зубного врача. Сорок минут за долю секунды? Ускоренная до безобразия, до какого-то «вжик»? Чушь! Он ведь говорит, что сразу слышит прекрасную музыку, а не «вжик».
Как Моцарт получает дар? Как гений получает дар Небес? В точности как любой ребёнок.
Внезапно на пороге отец. Лукаво улыбается. Дарит шикарную коробку.
Ребёнок испытывает мгновенный восторг, прилив счастья. На коробке картинка — потрясающий пиратский трёхмачтовый бриг, паруса раздуты, нос разрезает волну, пенится бурун, вьётся вымпел, летит ядро, бортовые пушки дымятся… А в коробке — детали. Тысячи. И напильник, и баночка клея, кусочек шкурки…
Картинку ребёнок видит в миг. Всю красоту — корабль, море, небо, движения, ветер, грохот пушек. Да-да, он слышит!..
Проходит год, коробка пылится в чулане; на книжной полке — подставка, на подставке сикось-накось склеенный киль…
Мальчик — не гений. Ему надоело ковыряться с детальками, он предпочёл ковырять в носу.
Не сделал — значит, не смог; подарок ошибся адресом.
Так бывает. Французский поэт Поль Валери пишет в дневнике:
«Я шёл по улице, когда внезапно меня захватил некий ритм, который не давал мне покоя. Затем к этому ритму подключился второй. Эта комбинация непрерывно усложнялась и вскоре превзошла своей сложностью всё, что могли бы позволить мне внятно воспроизвести мои ритмические способности. Ощущение чуждости стало почти мучительным. Я не композитор; с музыкальной техникой я совсем не знаком; и вот мною завладевает многоголосая тема такой сложности, о которой поэту не дано и мечтать. Я говорил себе, что стал жертвой недоразумения, что вдохновение ошиблось адресом».
(Уважаемые читатели, если здесь вы наткнётесь на знакомые строки — не возмущайтесь: «Безобразие! Мы это уже читали!» Порой необходимо использовать одну и ту же цитату, повторить мысль. Вы ж не возмущаетесь за новогодним столом: «Безобразие! Опять оливье!»)
***
Моцарт вдруг слышит всю симфонию, но это не ускоренный свист. Он её слышит идеальную и мгновенно. (Так мы видим бриг на коробке.) А потом надо записать последовательно: одна нота, потом другая, потом диез…
Так бывает. Художник видит мгновенно: прекрасный пейзаж! Потом рисует годы.
Случается, кое-что ослепительное получает в дар и неМоцарт. (Так и назовём беднягу.) Увидел этот неМоцарт пейзаж потрясающей красоты, рассказывает:
— Вот, значит, слева деревья, ну, такие, короче, берёзы, что ли, или в этом роде, и всё вдаль, вдаль, а справа, короче, вода, а слева, забыл сказать, местами более светло-зеленое, а вот так и так более тёмно-зелёное, а вода…
Пейзаж изумительный! — это ясно по возбуждённому виду рассказчика, по его горящим глазам. Но его зовут неМ (сокращение от «неМоцарт»), и при всём своём многословии он нем. Он мычит, поминутно вставляя «короче», и никакой картины из этого мычания не возникает.
А ведь он видел. Глаза, значит, есть. И душа есть, раз уж в восторг пришёл и хочет поделиться. Но… Вдохновение ошиблось адресом.
А когда дарят? Где это происходит? Где дают? Куда бежать?
Моцарт рассказывает: «Иду один. Вдруг…»
Маяковский рассказывает, как ходит по комнате и мычит. Мандельштам ходит по комнате и мычит. Поль Валери тоже шёл один, когда вдохновение ошиблось адресом.
Но главный авторитет — Наше Всё.
«Ты не можешь вообразить, как живо работает воображение, когда сидим одни между четырех стен, или ходим по лесам, когда никто не мешает нам думать, думать до того, что голова закружится…»
Пушкин написал это жене 21 сентября 1835 года, из Михайловского в Петербург. Прочтём внимательно.
«Сидим одни, ходим по лесам». Можно подумать: поэт и кто-то ещё. Пушкин и какой-нибудь Пущин. «Мы одни» — это двое (чудесная ловушка русского языка). Но тут не двое.
Фраза «никто не мешает нам думать» исключает спутника. (Даже собака иногда мешает.)
Спутник у нас, как правило, — говорящий. Либо он сообщает тебе, о чём он думает, и тем сбивает. Либо — ты ему, но значит, перестаёшь думать, а вместо этого подбираешь слова поточнее, ждёшь ответа…
Неужели это редчайший случай пушкинской неточности? (Тем более, рядом стилистическая погрешность «вообразить… воображение».)
Нет, это очень точное выражение. «Нам» — это «нам, людям».
Думать мешают все. И чем ближе человек и дороже — тем сильнее мешает. Полный вагон метро не мешает, они посторонние — в стороне от сознания. А любимое существо (женщина, ребёнок) отвлекает от мыслей настойчиво и непрерывно.
Одиночество — властное роковое условие дарителя. Сказал бы «безжалостное», если бы не огромное бесконечное счастье получившего подарок.
Выхожу один я на дорогу;
Сквозь туман кремнистый путь блестит;
Ночь тиха. Пустыня внемлет Богу,
И звезда с звездою говорит.
Знаем наизусть. Но что здесь написано?
Выхожу... Не на машине выезжаю, глядя на светофоры и чужой бампер.
Выхожу один… Чтобы услышать разговор звёзд, надо быть одному. Надо быть без наушников, без радио — без ничего.
Выхожу один я на дорогу… Это — не на сцену, не на красную дорожку, не на Ленинский проспект. Это — на верную дорогу, на истинный путь.
Не иду по дороге, а выхожу на. Откуда? — из тьмы, из тупика. Блуждал, заблудился и — вот счастье — вышел на дорогу; и душа освободилась от страхов и беспокойств; и — услышал…
Пустыня внемлет Богу, а толпа — нет.
Блуждал один — вышел на дорогу.
Толпа не может выйти.
Толпа не может заблудиться.
Толпа не может понять, что заблудилась.
Толпа не может понять, ибо не думает.
Толпа не человек. Она «что», а не «кто». Она неодушевлённое. И население не «кто», а «что».
***
Самое интересное — думать. Стараться понять мир, ход событий, душевные движения.
Мы знаем, как растёт дерево. Человек говорит: «Это берёзка через 20 лет будет выше дома». Это — предсказание. Пророк.
Правильно ли поймёт пророка ребёнок, живущий на 23-м этаже? И через 20, и через 30 лет берёзка будет далеко внизу. Пророк-предсказатель, выходит, дурак; нечего его слушать.
Но предсказатель говорил о деревенском, привычном, человеческом доме, а не о небоскрёбе, не о клетках из бетона.
А сбудется ли это предсказание в деревне? Да, если жить по-человечески.
Нет, если берёзу срубят на дрова приехавшие «на природу». Рядом с мангалом — машина. Двери открыты, магнитола включена на всю мощь, динамики ревут. Люди не только птиц, они и себя не слышат.
— Зачем вам эта «музыка», этот грохот?
— Чтобы не думать.
Огромное число людей и сознательно и бессознательно борются против главного дара — против мысли. Уничтожают в себе человека. Остаётся худшее в мире животное: потребитель, разрушающий и загаживающий всё — леса, воздух, воду — планету.
(…Иногда чувствуешь себя колючкой в пустыне, которая неизвестно как живёт и ещё сопротивляется песку, ещё пытается сеять семечки.)
...Одиночество — творческое условие духа. Другое творчество — муравьи.
Из дневника Франца Кафки:
1 июля 1913. Жажда беспредельнейшего одиночества. Быть с глазу на глаз с самим собой.
21 июля 1913. Я много времени должен быть один. Всё, что я сделал, плод только одиночества... Я ненавижу всё, что не имеет отношения к литературе, мне скучно вести разговоры (даже о литературе), мне скучно ходить в гости; горести и радости моих родственников мне смертельно скучны. Разговоры лишают все мои мысли важности, серьёзности, истинности.
***
Мы цитируем даже тех, кто никогда не существовал на свете. Дон-Кихот, Винни-Пух, Буратино…
В пьесе Чехова аристократ Гаев, почти нищий, жалкий неудачник, произносит знаменитое: «Многоуважаемый шкаф!» А что он говорит дальше? Не помните?
ГАЕВ. Многоуважаемый шкаф! Приветствую твоё существование, которое вот уже больше ста лет было направлено к светлым идеалам добра и справедливости! Твой молчаливый призыв к плодотворной работе не ослабевал в течение ста лет, поддерживая (сквозь слезы) в поколениях нашего рода бодрость, веру в лучшее будущее и воспитывая в нас идеалы добра и общественного самосознания!
В шкафу не постельное бельё, не посуда, не детские игрушки. Это книжный шкаф! Не дверцы и не полки звали к добру и справедливости, а те книги, что стоят на полках. Гомер, Шекспир, Сервантес, Библия, Энциклопедия, Державин, Пушкин, Достоевский…
Вот откуда достаются нам идеалы добра и общественного самосознания. Но если человек сидит у телевизора или в интернете, у него нет никаких шансов. Божественные глаголы оттуда не придут.
Поэт по лире вдохновенной
Рукой рассеянной бряцал.
Он пел — а хладной и надменной
Кругом народ непосвященной
Ему бессмысленно внимал.
И толковала чернь тупая:
«Зачем так звучно он поёт?
Напрасно ухо поражая,
К какой он цели нас ведет?
О чем бренчит? чему нас учит?
Зачем сердца волнует, мучит,
Как своенравный чародей?
Как ветер песнь его свободна,
Зато как ветер и бесплодна:
Какая польза нам от ней?»
Это написано в 1828. Но и через 7 лет, в 1835, Пушкин пишет о том же:
Поэт идёт: открыты вежды,
Но он не видит никого;
А между тем за край одежды
Прохожий дёргает его:
«Скажи: зачем без цели бродишь…
«Не видит никого» — это значит: его никто и ничто не отвлекает, даже те, кто дёргают за рукава. А чернь тупая уверена, что он «бродит без цели». «Гуляка праздный» (Сальери о Моцарте).
***
Идеи носятся в воздухе. Летит идея, а на пути у неё голова в наушниках. Двери заперты.
Идея несётся… Но через голову дикаря в дебрях Амазонки она пролетает, не задев её (или ощущается как щекотка). Он чихнёт, и всё. У него нет аппарата (минимального словаря) для оформления пролетевшей идеи. Дай дикарю батарейку — но у него нет ни часов, ни телефона. Ему некуда её ставить, и он засунет её «для красоты» в нос или в ухо, совершенно не понимая её смысла. Чипы? Флэшки? Даже простая авторучка не нужна человеку там, где нет письменности. Авторучкой он будет ковырять в носу, как принц-нищий колол орехи Большой государственной печатью.
...Люди построили коллайдер, чтобы поймать бозон Хиггса — «частицу Бога». Гений мощнее коллайдера. Гений ловит мысль — частицу Бога. Сквозь толпу она пролетает, не оставляя никакого следа. Поэтому толпа уверена, что ничего этого нет: «Дайте мне подержать это нейтрино — тогда поверю».
***
Я могу командовать собакой на расстоянии. Свистом, голосом, жестами (если она меня видит): сидеть! лежать! ко мне! голос!
Вот собака в вольере с другими, бродячими. Она меня видит, а они… Они «не видят», так как я им неинтересен. Я для них никто. А для неё — я Главное Существо.
И вот она то садится, то ложится, то лает — без всякой видимой причины, которая была бы понятна для стаи.
Могу свистеть из-за забора. Все слышат бессмысленный свист, а моя — команду.
Для стаи эта собака — сумасшедшая, одержимая, дура припадочная.
Вот она видит, как хозяин чистит ружьё на балконе, и рассказывает стае, что завтра будет охота. Завтра её сочтут пророком. Но если хозяин передумает и на охоту не пойдёт, стая сочтёт сучку лже-пророком.
***
…Осень. Полдень. Солнце.
Вдруг понимаю, что уже давно слышу какой-то шорох. Гляжу — на окне трепыхается бабочка. Красивая (теперь такие редкость), короче, Павлиний глаз. Бьётся в стекло, одно крыло уж малость повреждено.
Думаю: нет, пусть в доме зимует, в тепле.
А она трепыхается. Ладно, открываю окно, и она почти мгновенно находит выход. Летит сломя голову.
Думаю: небось летит рассказывать, как победила:
— Я долго билась! Была тяжело ранена! Но снова и снова атаковала проклятую твердыню! И победила!!!
И все смотрят на неё с восхищением.
…Боже мой, а ведь я ей открыл путь. Она даже представить не может, что это не её заслуга, что какое-то высшее существо…
…Но ведь если б она не билась, я бы не услышал!
Да, победу дарует Господь. Но тому, кто пошёл в бой.
|
Притча о счастье и семье. |
Один мужчина, вспыльчивый и несдержанный, был женат на тихой и кроткой женщине. С годами нрав его становился все строптивее, но жили они с женой в мире и согласии. Подруги жены, нередко ссорившиеся и скандалившие со своими мужьями, не переставали этому удивляться и часто просили у нее совета.
— Скажи, подруженька, — говорили они, — муженек-то твой тоже не сахар, а живете вы дружно, как бы и нам со своими мужьями не ссориться?
— Подруги мои, — отвечала женщина, — сами вы в ссорах этих виноваты. Скажут вам мужья слова сердитые, а вы им с досадой отвечаете. Я же, когда вижу, что муж мой осерчал, никогда ему не перечу. Сама же молю Господа, чтобы вернул Он мир и покой в мужнино сердце. Как увидит муж, что я и полслова поперек ему не говорю, так и успокаивается. Вот и вы, подруженьки мои, так и поступайте, и будете тогда счастливы со своими мужьями.
Учит нас Господь не отвечать злом на зло. А если злым словом на злое слово не отвечать, то и будет в семье порядок и мир.
Источник
|
Когда наука бессильна: восеь философских вопросов, которые мы никогда не разрешим. |
Философия часто уводит нас в дебри, в которых твердая наука бессильна. У философов есть лицензия рассуждать обо всем подряд, от метафизики до нравственности, и мы привыкли, что таким образом они проливают свет на некоторые основные вопросы бытия. Есть и плохие новости: эти вопросы могут навсегда остаться за пределами нашего понимания.
Перед вами восемь философских загадок, которые мы вряд ли решим.
Наше появление в этой Вселенной слишком странное событие, которое и словами не выразишь. Суета нашей повседневной жизни заставляет нас принимать наше существование как само собой разумеющееся. Но всякий раз, когда мы пытаемся отринуть эту повседневность и глубоко задуматься о происходящем, возникает вопрос: почему во Вселенной все это есть и почему оно подчиняется настолько точным законам? Почему вообще что-то существует? Мы живем во Вселенной со спиральными галактиками, северными сияниями и Скруджем Макдаком. И как говорит Шон Кэрролл, «ничто в современной физике не объясняет, почему у нас именно эти законы, а не другие, хотя некоторые физики берут на себя смелость рассуждать об этом и ошибаются — могли бы избежать этого, если бы принимали философов всерьез». Что касается философов, лучшее, к чему они пришли, это антропный принцип, согласно которому наша конкретная Вселенная проявляется таким образом из-за нашего присутствия в ней в качестве наблюдателей. Не очень удобное и в чем-то даже перегруженное понятие.
Это классический картезианский вопрос. По существу, это вопрос о том, откуда нам знать, что мы видим вокруг настоящее, а не великую иллюзию, созданную некоей невидимой силой (которую Рене Декарт называл возможным «злым демоном»)? Совсем недавно этот вопрос стал ассоциироваться с проблемой «мозга в чане», или аргументом моделирования, симуляции. Вполне может так быть, что мы являемся продуктом намеренной симуляции. Следовательно, более глубоким вопросом будет такой: является ли цивилизация, которая проводит симуляцию, также иллюзией — своего рода суперкомпьютерной регрессией, погружением в симуляции. Возможно, мы не те, кем себя считаем. Если предположить, что люди, которые запустили симуляцию, также являются ее частью, наша истинная сущность может быть подавлена, чтобы мы лучше впитывали опыт. Этот философский вопрос заставляет нас переосмыслить то, что мы считаем «реальным». Модальные реалисты утверждают, что если вселенная вокруг нас кажется рациональной (а не зыбкой, расплывчатой, фальшивой, как сон), то у нас нет иного выбора, кроме как объявить ее реальной и подлинной. Или, как сказал Сайфер из «Матрицы», «блаженство в неведении».
Дилемма детерминизма заключается в том, что мы не знаем, управляются ли наши действия причинной цепью предшествующих событий (или за счет влияния извне) или мы действительно свободные агенты, принимающие решения по собственной воле. Философы (и ученые) спорили на эту тему тысячелетиями, и нет конца этим спорам. Если наше принятие решений обусловлено бесконечной причинно-следственной цепочкой, тогда детерминизм есть, а свободной воли у нас нет. Если же справедливо обратное, недетерминизм, наши действия должны быть случайными — что, по мнению некоторых, также не является свободной волей. С другой стороны, метафизические либертарианцы (не путайте с политическими либертарианцами, это другие люди) говорят о компатибилизме — это учение о том, что свобода воли логически совместима с детерминизмом. Проблема осложняется прорывами в области нейрохирургии, которые показали, наши мозги принимают решения еще прежде, чем мы их осмыслим. Но если у нас нет свободы воли, почему мы эволюционировали сознательными существами, а не зомби? Квантовая механика еще более усложняет проблему, предполагая, что мы живем во вселенной вероятностей, и любой детерминизм невозможен в принципе.
Линас Вепстас сказал по этому поводу следующее:
«Сознание кажется тесно и неотрывно связанным с восприятием течения времени, а также с тем, что прошлое зафиксировано и совершенно детерминировано, а будущее непознаваемо. Если бы будущее было предопределено, не было бы свободы воли и смысла участвовать в течении времени».
Мы не можем узнать, существует Бог или нет. Атеисты и верующие ошибаются в своих заявлениях, а правы агностики. Настоящие агностики принимают картезианскую позицию, признавая эпистемологические проблемы и ограничения человеческих возможностей познания. Мы не знаем достаточно о внутренней работе Вселенной, чтобы делать грандиозные заявления о природе реальности и о том, не прячется ли за кулисами высшая сила. Многие люди приветствуют натурализм — предположение, что Вселенная работает в соответствии с автономными процессами — но он не исключает присутствие великого замысла, который запустил все в движении (так называемый деизм). Или же правы гностики, и могущественные существа действительно существуют в глубинах реальности, о которых мы не знаем. Они не обязательно должны быть всеведущими, всемогущественными богами авраамических традиций, но все равно будут (предположительно) мощными. И опять же, это не научные вопросы — это в большей мере платонические мысленные эксперименты, которые заставляют нас задуматься о пределах познаваемого и человеческого опыта.
Прежде чем вы начнете протестовать, мы не будем говорить о том, что все мы однажды окажемся на облаках, с арфами в руках, или будем вечно вариться в адских котлах. Поскольку мы не можем спросить у мертвых, есть ли что-то на другом берегу, нам остается только гадать, что будет дальше. Материалисты предполагают, что жизни после смерти нет, но это всего лишь предположение, которое невозможно проверить. Глядя на эту вселенную (или мультивселенную), через ньютонову или эйнштейнову призму, а может и через жуткий фильтр квантовой механики, нет никаких причин полагать, что у нас всего один шанс прожить эту жизнь. Это вопрос метафизический, и не исключено, что циклы космоса повторяются снова и снова (как говорил Карл Саган, «все, что есть и что было, все еще будет»). Ханс Моравек выразился еще лучше, когда сказал, что в рамках многомировой интерпретации «ненаблюдение» этой вселенной невозможно: мы всегда будем наблюдать эту вселенную в той или иной форме, оказываясь живыми. Увы, хоть эта идея и чертовски спорная и противоречивая, уточнить ее научным путем пока не представляется возможности (и не представится).
Есть разница между объективным пониманием мира (или хотя бы попыткой такового) и восприятием его в эксклюзивно объективных рамках. Это проблема квалии — понятия, что наша окружающая среда может наблюдаться лишь через фильтр наших чувств и размышлений в наших умах. Все, что вы знаете, видите, чего касаетесь, что нюхаете, все прошло через многослойный фильтр физиологических и когнитивных процессов. Следовательность, ваше субъективное восприятие этого мира уникальное. Классический пример: субъективное восприятие красного цвета может различаться от человека к человеку. Единственный способ проверить это — каким-то образом увидеть этот мир через «призму сознания» другого человека — едва ли это станет возможно в ближайшем будущем. Грубо говоря, вселенную можно наблюдать лишь через мозг (или возможную мысленную машину), и поэтому интерпретировать лишь субъективно. Но если допустить, что Вселенная логически последовательна и (до некоторой степени) познаваема, можем ли мы предполагать, что ее истинные объективные качества никогда не будут наблюдаемы или познаны? Большая часть буддистской философии основана на этом предположении и являет собой полную противоположность платоновскому идеализму.
Мы никогда не сможем провести четкую границу между «хорошими» и «плохими» поступками. В разное время в истории, впрочем, философы, теологи и политики заявляли, что нашли лучший способ оценки человеческих действий и определили самый праведный кодекс поведения. Но это не так-то просто. Жизнь намного сложнее и запутаннее, чем могла бы предположить универсальная система моральных или абсолютных ценностей. Идея того, что вы должны относиться к другим, как хотели бы, чтобы относились к вам, прекрасна, но она не оставляет места для вершения правосудия (вроде наказания преступников) и даже может быть использована для оправдания угнетения. Да и работает это не всегда. Например, нужно ли жертвовать немногими, чтобы спасти многих? Кто заслуживает спасения: ребенок человека или взрослая обезьяна? Наши взгляды на плохое и хорошее меняются время от времени, а появление сверхчеловеческого разума может вовсе перевернуть нашу систему ценностей.
Мы используем цифры каждый день, но задумайтесь, чем они являются на самом деле и почему так хорошо помогают нам объяснить Вселенную (например, с помощью законов Ньютона)? Математические структуры могут состоять из чисел, множеств, групп и точек, но являются ли они реальными объектами или просто описывают отношения, которые присущи всем структурам? Платон утверждал, что цифры реальны (хотя вы их и не видите), но формалисты настаивали, что цифры — это всего лишь часть формальных систем.
|
Суть близких отношений в том, чтобы оставаться собой. |
Иногда так случается, что какой-то человек внезапно облегчает нашу душевную боль и немного смягчает наши раны. Например, начинает о нас заботиться, когда мы не можем сделать это сами. Или видит и принимает нас так, как никогда не принимали родители. Или дает ту степень близости, в которой мы нуждаемся. Иногда кто-то другой дает нам то, что нам очень надо и что мы сами себе дать не в состоянии.
И вот тогда случается, что отношения с этим человеком становятся сверхценными. Иногда это воспринимается как любовь Или как большая привязанность. Иногда как сильная дружба или зависимость. Но часто, когда есть сверхценные отношения, мы перестаем чувствовать себя свободно в этих отношениях. Начинаем ориентироваться на другого человека и делать все, чтобы «не испортить» или «сохранить» контакт.
Метафорически это можно описать как если бы кто-то держал руку на нашей ране, которая от этого не так болит и кровоточит. И мы бы тогда ориентировались не на то, куда нам хочется двигаться, а на то, как избежать расставания с этими руками, которые помогают. Мы стоим не шевелясь, лишь бы не почувствовать боль. Подстраиваемся и начинаем зависеть
Часто в сверхценных отношениях мы по-настоящему начинаем подыгрывать другому человеку и теряем свободу выбора, потому что она может привести нас к боли. Если мы шелохнемся в сторону своих желаний, то есть риск, что ценный человек не захочет последовать с нами, и тогда мы снова окажемся один на один со своими проблемами, ранами, грустью и болью. И мы начинаем думать, как бы не сказать чего лишнего. Как бы не сделать, не обидеть, не расстроить и не потревожить. Как бы не разозлить. И в этот момент мы стремительно теряем спонтанность, живость и свободу. И, конечно же, привлекаем то, чего так боимся.
Наш партнер тоже чувствует сдержанные эмоции, потому что мы их сдерживаем. Он теряет интерес, потому что в нас нет творчества. Он теряет ощущения свободы, потому что мы невольно его контролируем. И это может привести к расставанию, которого мы так опасаемся. Еще более болезненному из-за того, что мы где-то в глубине души его ожидали. И вместе с болью от разрыва, как ни странно, приходит облегчение. Облегчение от того, что теперь не надо притворяться и можно снова быть собой. И снова в своей свободе мы готовы встретить кого-то, рядом с кем под влиянием страха расставания снова рискуем потерять свое творческое начало. Такое бывает со многими.
Но истинное предназначение близких отношений не в том, чтобы найти кого-то, рядом с кем не так больно жить, и замереть рядом с ним. Процесс взросления заключается в том, чтобы залечить свои раны и научиться заботиться о себе самостоятельно. Чтобы встретить человека как личность, а не как удобный нам набор качеств.
Суть близких отношений в том, чтобы оставаться собой, даже если это может принести душевную боль. Оставаться уязвимыми рядом с близкими другими, даже если мы точно не знаем, как они на это отреагируют. Делать шаг по своему пути, даже если мы не уверены, что другой человек составит нам компанию. В каждом следующем дне стараться быть чуть более настоящим, а не еще более удобным.
Суть в том, чтобы развивать степени свободы в отношениях, а не ограничивать. И в этой ситуации есть большой риск, что может быть больно и одиноко. Но есть и шанс, что произойдет настоящая любовь и близость. Когда без всяких попыток и напряжений с вашей стороны человек захочет идти вместе с вами. Когда случится что-то, чего вы не можете ожидать, спрогнозировать и проконтролировать. Случится настоящая любовь и встреча между людьми. Когда другой человек не будет незаменимым и сверхценным, а будет просто любимым и ценным. Не единственным на свете, но ясно выбираемым вами каждый день. Тогда вы можете быть уверены, что другой человек находится вместе с вами не потому, что вы его контролируете, а потому, что он сам желает этого каждый день.
Не в этом ли настоящее совместное счастье?
|
27 причин иметь кокосовое масло дома. |
Полезные качества кокосового масла неоднократно доказаны. Жирные кислоты кокосового масла легко усваиваются организмом. Поэтому, используя масло, мы получаем пользу в чистом виде.
Масло имеет свойство превращаться в твёрдую массу при охлаждении. Разогрев его в стакане с тёплой водой, вы получите его в жидком виде без изменения в качестве.
Приобрести столь полезный продукт можно в аптечных пунктах или через интернет.
|
Очень вкусненькие салатики, легкого приготовления. |
|
36 полезных привычек, которым вы можете начать следовать уже сегодня. |
|
Один мужчина, вспыльчивый и несдержанный, был женат на тихой и кроткой женщине. С годами нрав его становился все строптивее, но жили они с женой в мире и согласии. Подруги жены, нередко ссорившиеся и скандалившие со своими мужьями, не переставали этому удивляться и часто просили у нее совета.
