В колонках играет - Norah Johns
Настроение сейчас - осеннее лирическое

Бывает такое настроение - чувствуешь какое-то беспокойство, будто тебя что-то зовет, тянет куда-то, и не можешь усидеть на месте или заниматься делами, а отправляешься бродить по городу в попытках найти это что-то. И в такие моменты иногда начинает происходить волшебство. Случаются странные вещи, встречаются странные люди... То, рассматривая коллажи из старых фотографий, которые продаются недалеко от Спаса-на-крови, находишь вдруг лицо сестры - фотография сделана, наверно, полвека назад, а лицо точь-в-точь похоже, даже улыбка совершенно такая же. То какой-то необычный на вид прохожий подарит тебе воздушный шарик. То в арке, где Большая Морская выходит на Дворцовую площадь, саксофонист заиграет одну из твоих любимых мелодий, а незнакомый парень приглашает тебя потанцевать... Или человек из города твоего детства, с которым когда-то жили на одной улице и не виделись уже много лет, случайно наберет не ту цифру на телефоне и позвонит тебе... Или просто слушаешь блюз, что играют музыканты на мосту через канал Грибоедова, или идешь по набережной Мойки - когда только начался ледоход, и льдины кажутся разрезанными каким-то невидимым лезвием на правильные многоугольники, оранжевые в свете фонарей, а навстречу идет девушка с собакой, то ли борзой, то ли гончей - узкой такой собакой, и думаешь - как подходит эта узкая собака для такого узкого тротуара... а больше никого нет на набережной, только черная вода и оранжевый свет фонарей... и чувствуешь, что тебе открывается дверь в другое измерение. Что стоит только толкнуть эту дверь, и окажешься в другом мире, сотканном из городских огней, дождя и вечернего воздуха.
Я только заглядывала в эту дверь, а один человек смог в нее выйти и остаться там навсегда. Это художник Леонид Афремов. Его картины из того параллельного измерения. Пожалуй, на его месте я бы тоже не стала возвращаться обратно...
Когда увидела эти картины, подумала - как жаль, что этот художник живет в Америке, он ведь обязательно должен был бы нарисовать и Спас-на-крови, и питерские мосты, и блестящую от дождя Дворцовую площадь... Так вот - все это я нашла на его картинах) Он не мог этого не нарисовать.