Вот как бывает, когда попадаешь из настоящего лета в самый разгар холодной и ветреной осени - в горле такое ощущение, будто позавтракала парочкой небольших ежей, и кажется, что лежишь на дне аквариума, и все звуки доносятся как сквозь толщу воды. Температура, а градусника у меня, как оказалось, нет. Ну да черт с ним.
Столько дел надо сделать, а я с этой болезнью так некстати выпала из колеи, и поделать ничего не могу - лежу дома. Такое чувство, что я до сих пор еду в поезде. В общем то, за это я и люблю поезда - за то, что в них выпадаешь из круга повседневных событий; все дела, которые надо сделать, ждут где-то там, в пункте назначения, а до него еще ехать и ехать, и даже сама не знаешь, где сейчас находишься, только очень приблизительно - где-то между пунктом А и пунктом Б. Смотришь в окно, одни деревья убегают из поля зрения и сменяются точно такими же. Какой-то лес, какая-то степь, какая-то речка... Где я? Не знаю. Я в пути.
А если выйти ночью в тамбур, можно почувствовать то, что обычно скрыто от тебя в круговороте будней, о чем не задумываешься, чего не видишь... Пол, стены, потолок ходят ходуном, раскачиваются как будто независимо друг от друга, скрежещут, будто разваливаются, кажутся такими непрочными - но как-то держатся, образуя маленькую коробочку, в которой ты летишь сквозь темноту - неизвестно где - и наваливается ощущение, что нет в этом мире ничего, кроме тебя, летящего сквозь эту темноту, и что появляется в ней только то, что ты сам осветишь своим фонариком, что все, что было, есть и будет в твоей жизни - это то, что ты сможешь выудить из этой темноты, и что направление движения ты тоже выбираешь в темноте, наобум, но оно, скорее всего, не играет роли. И постоянно одно лишь это движение, один лишь стук колес - тук-тук, тук-тук - как стук сердца. Или это у меня в голове шумит? Надо сбить температуру.