Письмо 13

Дорогая Марианна!

Извини за задержку с ответом на твое письмо, которое я получил в первой половине сентября. Причины две: первая это то, что я слишком загружен домашними делами и работами в саду, а вторая – та, о которой я тебе никогда не говорил. – это возобновившиеся поиски молодого друга, с которым я хотел бы иметь очень теплые отношения. В бывшем СССР, как и, возможно, в других странах мира, такая дружба не очень приветствовалась. Но к моему величайшему изумлению, купив как-то, по интуиции наверное, газету бесплатных объявлений «Из рук в руки», я обнаружил, что о поисках друга даже можно печатать в газете. Такое положение вещей произвело переворот в моем сознании. Неужели это возможно? И может быть, я еще не опоздал, хотя мне и перевалило уже за пятьдесят. Об этом можно писать много, и я уже написал об этом в моем « Дневнике для близкого друга», которого у меня никогда не было, но который по сей день живет в моей душе. Больше я не буду на этом вопросе задерживать твое внимание, но хочу заверить, что эта сторона моей жизни некоим образом не должна отразиться на других дружеских отношениях. На моих стремлениях к дружбе, идущих от разума, да и от души, конечно, в том числе и на моих добрых отношениях с тобой.
С 14 сентября я приступил к работе, но сбором урожая яблок еще продолжаю заниматься. В этом году он просто небывалый, хотя яблоки не очень крупные. Я договорился с сотрудником нашего института, моим старшим коллегой, имеющим машину, помочь перевезти этот огромный груз в Москву. Я делюсь с ним этими яблоками, потому что их в несколько раз больше, чем для нас с мамой и наших родственников – племянницы и тети, живущих также в Москве.
Марианна, ты спрашиваешь как у меня дела и как со здоровьем и работой. Частично о делах я тебе уже ответил. В целом могу сказать, что живу я не полноценной жизнью и не знаю, на пользу мне это идет или во вред. Но так складывается. Так замкнуто и щадящее жить вроде бы легче. Только мне обидно, а порой бывает очень обидно, что у меня нет оттренированного живого контакта с людьми. Нормальная человеческая жизнь проходит мимо, хотя когда я освобождаюсь от субдепрессии,е хочется жить по-другому. С работой сейчас нормально, зря не дергают, а это уже очень важно
Здоровье мамы, хотя и не блестящее, но она выкарабкалась из того тяжелого состояния, в котором с середины апреля находилась. Я очень рад, что мама сейчас сама ходит в булочную, наварила уже много варенья из слив и яблок и закатала четыре трехлитровых банки яблочного компота. Откровенно говоря, я боялся, что она уже не сможет этого делать. Но Бог помог. Знать такова наша судьба.
Много хлопот с садом, хотя делаем мы на садовом участке далеко не столько, сколько делают другие люди, особенно имеющие большие семьи. И завтра вот опять надо ехать туда – снова собирать яблоки, подкармливать деревья, собирать обломанные и спиленные ветки, чтобы потом, может быть, уже в конце октября или в ноябре сжечь их.
Марианна, о политике писать не хочется, я вроде бы соблюдаю нейтралитет. Дай Бог, чтобы все было нормально, но если говорить откровенно ,то многим людям у нас в России очень трудно сейчас. Цены все время растут. Некоторые продукты трудно купить из-за очередей, особенно мясо.
Спасибо, что ты делишься рассказами о своей жизни и делах твоей семьи. Я тоже, как видишь, откровенен и, как всегда, спешу выложить тебе свои мечты, свои проблемы и трудности. Спасибо за заверение быть моим другом.

До свидания, Дмитрий
5 октября 1992 года

Письмо 12

Здравствуй, Марианна!

Я получил только то твое письмо, которое ты передавала с подругой твоей учительницы. Других писем я от тебя не получал. Ответ я послал в марте. Возможно, своим мрачным ответным письмом я испортил тебе настроение, и поэтому ты мне долго не писала. Извини за это неудачное письмо.
Мои дела сейчас не так уж плохи, только нужна поддержка - моральная, поддержка словом и делом. Материально в России сейчас многим тяжело, но все же светлые дни все равно бывают – когда и денег платят побольше и когда свободного времени больше. Лето этого года для меня как раз такое. С мая мне в три раза увеличили оклад, а за июнь я получил большую надбавку. С 13 июля по 29 августа снова работаю в приемной комиссии.
В личном плане и дома – все по-прежнему. Мама опять болела, слабеет, много из-за этого приходится переживать и вдвойне работать. Но все равно надежда на улучшение, на хорошие перемены в будущем теплятся во мне, и я стараюсь ее удержать Хотя у нас с мамой и трудные характеры, у каждого по-своему, все же хочется, чтобы в доме был еще один близкий человек, здоровый, хозяйственный, заботливый и понимающий. Ради этого будущего хочется: и сохранить дачу, и навести порядок в квартире, и уметь везде и везде успевать – ходить в магазины, в прачечную, в химчистку.
Марианна, мы уже давно переписываемся, и мне пора бы было пригласить тебя в гости. Но извини, в настоящее время я не могу этого сделать, потому что болеет мама и потому что комната, в которой я мог бы тебя принять, не подготовлена для гостя.
Марианна! Вообще я испытываю психологические и этические трудности при приеме людей, и мама мой этот недостаток знает. Я чувствую, что мне надо преодолеть этот барьер, пусть даже с чьей-то помощью, - иначе отступление к замкнутости. Позиция мамы в этом вопросе – оставить все как есть, мол и так можно прожить, с новым и незнакомым можешь просто запутаться или выйти из колеи. Но я считаю, что при такой позиции сам себя обкрадываешь – лишаешь живой жизни. В детстве я рос с родителями отца, которые были общительными и гостеприимными. У них всегда были люди, и это было мне на пользу – именно в детстве я много времени провел со своими родственниками и товарищами, многое узнал и перечувствовал.
Дорогая Марианна, спасибо за открытку с видами моря. Они унесли меня в далекую молодость, на далекий Юг. Может быть я снова когда-нибудь увижу это голубое море, которое хранят мои фотографии, которое живет в моих стихах и моем дневнике. Море, которое никогда не сотрется из моей памяти! Пиши. Твои письма всегда мне были приятны.

Дмитрий
29 июля 1992 года

Письмо 11

Дорогая Марианна!

Мне принесла твое письмо любезная симпатичная женщина. Письмо из страны, где весна и где настроение весеннее. У нас хотя тоже уже кругом мокрый снег и лужи, и даже иногда бывают солнечные дни, настроение только в течение нескольких минут в выходные бывает весенним. Ты знаешь какая обстановка сейчас в России. Мы спасены от голода, но нас не уберегают от нужды. Наша жизнь сейчас трудная и напряженная.
Марианна, спасибо за фотографию твоего сына Джефри. Он выглядит таким серьезным, таким взрослым! Твоим сыновьям скоро будет шестнадцать лет. Они подумывают, наверное, уже о будущем. Какие профессии их привлекают, чем они интересуются и увлекаются?
Марианна, я всегда хочу поддерживать добрые отношения с тобой, всегда хочу быть твоим другом. Я так много тебе о себе рассказывал. А как редко люди бывают откровенными друг с другом и понимают ли они друг друга до конца! Сейчас у меня нет никаких планов на будущее, оно меня просто пугает. Если у тебя будет желание что-то подсказать или рассказать о себе, я с готовностью все выслушаю и осмыслю. Желаю всего самого доброго тебе и вашей семье.

Дмитрий
19 марта 1992 года

Письмо 10

Здравствуй, Марианна!

Большое спасибо за твое хорошее письмо, за то, что ты делишься своими заботами и интересами и за желание узнать лучше, как живу я, за любовь к русскому языку и сочувствие России. У меня тоже сейчас депрессия. Вместе с неприятным воздействием сложившейся в стране ситуации, прежде всего с невиданной дороговизной продуктов первой необходимости, она не дает возможности надолго настроиться на нормальное мироощущение с интересом к дому, к человеку, к любимым занятиям. Антидепрессанты и другие подобные препараты, которыми я пользуюсь, не всегда и полностью помогают выйти из застоя и недомоганий. Постоянно хочется встретиться с людьми, мне симпатичными, понимающими суть и степень моих недугов, подружиться с ними настолько, чтобы они помогли мне выйти из спячки. Чтобы потом я смог, уже оживший, с ними вместе пойти по жизни.
Ты спрашиваешь как у меня дела. Да, я действительно по-прежнему много работаю. Главное доволен тем, что у меня есть интересная работа в институте, хорошая квартира и человек, который ждет вечером, чтобы накормить и дать почувствовать, что я не один. Но мама этой осенью довольно долго и с осложнениями болела – у нее гипертония.
Спасибо за сердечный привет маме. Несмотря на свой преклонный возраст (в августе ей исполнилось 78 лет) мама много работает каждое лето в саду, делает заготовки ягод и яблок на зиму, а в течении года ведет хозяйство, убирается в квартире. Много хлопот выпало на ее долю, в связи с ремонтом в квартире в первой половине прошедшего года. Еще мама много читает и следит за телепередачами по политической жизни нашей страны. Как человек старшего поколения она глубже и в гораздо большей степени переживает происходящие события и перемены. Она видела прошлое, о котором сейчас говорят в основном плохое, своими глазами. Во многом я ее понимаю.
Ну, а что нового у меня? Частично я уже написал о нас. На работе было составлено новое штатное расписание в связи с указом Ельцина об увеличении зарплаты в 1,9 раза. Поскольку денежный фонд в нашем подразделении остался тот же, часть сотрудников пришлось перевести на более низкие ставки в другой штат, а часть сократить. Меня не тронули , и я очень благодарен своей администрации за это.
Марианна, у нас на кафедре много студентов. Они занимаются и на нашем вычислительном центре, и в учебных лабораториях, а также выполняют научно-исследовательскую работу с 4-го курса, которая после окончания 5-го курса переходит в дипломную работу. В течение 26 лет работы в институте под моим руководством работало много студентов. Есть у меня подопечный и сейчас. Приятно бывает, когда находишь общий язык с молодежью. Мне всегда недоставало настоящей дружбы: и в детстве, и в молодости, и в зрелые годы, и работа со студентами, наверное, частично восполняет этот пробел в моей жизни.
Ты пишешь о своих сыновьях. Интересно было бы посмотреть на них. Нет ли у тебя семейной фотографии? Ты одна растишь своих сыновей или у них есть бабушка? У тебя ведь есть и заботы и радости с детьми. А чего больше? Я в семье все время на правах младшего, и мне трудно войти в роль матери или отца. Большой привет тебе от мамы. Жду твоего письма.

До свидания, Дмитрий
2 января 1992 года

Письмо 9

Здравствуй, Марианна!

Спасибо тебе за письмо, за короткое сообщение об отдыхе в Греции, за добрые пожелания! Сейчас я уже не в приемной комиссии, а занимаюсь своей основной работой. Маму привез с дачи 2-го сентября. Жизнь моя входит после лета в обычную рабочую колею. Хлопоты по даче пока остаются. Я бываю там в один из выходных дней. Второй выходной уходит на домашние дела, на быт. Сейчас бывает трудно с продуктами, но еще терпимо. Можно достать молоко, сметану, масло, мясо, овощи. Но все значительно дороже, чем было раньше, а на некоторые промышленные товары цены баснословные. Вся зарплата уходит на продукты, и о том, чтобы что-то приобрести из одежды думать не приходится. Хорошо, что у меня все есть.
Прочитав в твоем письме о днях, проведенных на море, я вспомнил свои давние поездки на юг: на побережье Черного моря и в горы Кавказа и Крыма. Об отдыхе на юге осталось много впечатлений, и иногда, когда бывает хорошее настроение, они всплывают из глубин. О своих южных поездках я вспоминаю и просто так, и по фотографиям, и по стихам. Своих стихов у меня немного, и они, естественно, несовершенны. Поскольку сейчас стихи я не пишу, а выражаю себя в прозе, то посылаю тебе несколько строчек из моих ранних южных стихов:

Все бело, молчаливо.
Страшусь я гор слегка.
Как грозно и красиво
Повисли облака!

Достигли цели главной.
Открылся поутру
Заснеженный двуглавый
Величественный Эльбрус.

Ничто теперь не страшно.
Взбираюсь горячо
Тропинкою опасной
На перевал Бечо.

Вершиной перевала
Мир на два поделен:
Там снег на голых скалах,
А тут ковер зеленый.

Луга на пути и кустарник.
Внизу громыхает река.
Вдали уж леса показались.
Вершины глядят свысока.

Всего тебе самого доброго. Твоих писем жду. Мама передает тебе привет. У нее в этот год что-то часто повышается давление. Надеемся, что со временем здоровье будет нормальным. Еще раз спасибо за письмо.

29 сентября 1991 года
Дмитрий

Письмо 8

Дорогая Марианна!

Мама мне передавала, что ты два раза звонила. Это приятно, когда проявляют внимание, интересуются тобой. Второй раз ты звонила 30 июня, а сегодня, 2-го августа, я получил твою открытку. Ты спрашиваешь, как я живу, все ли у меня хорошо. Живу, как и прежде – благополучно. Нельзя сказать, что хорошо потому, что нет рядом друга, кроме мамы и нечасто меня посещает хорошее настроение. Но и с таким неровным настроением как у меня сейчас жить вполне можно, хотя порой бывает и тяжело.
Марианна, отпуск мой уже прошел. Половину его я провел в Москве, половину на даче. В 3-ей декаде июня у нас было жарко, и я три дня ездил купаться на водохранилище – это в черте города. Добраться до него можно пользуясь одним метро. Правда, далековато от метро идти (примерно полчаса), но дорога хорошая, в основном по лесопарку. На даче – на нашем садовом участке, как всегда дела: Надо косить, ухаживать за садом и огородом, доставать и привозить продукты. Готовит и моет посуду мама, кроме этого она берет на себя часть дел по саду – хорошо хоть в этом облегчение. Когда был жив отец, все у на было по-другому. Было и легче, и веселее, совсем другое настроение было.
Сейчас я работаю в приемной комиссии. Отбираем людей на вечернее отделение нашего факультета. В основном абитуриенты идут на дневное отделение – там был конкурс три с половиной человека на место. У вечерников небольшой конкурс только на одну специальность, в целом по факультету его нет. Работа непривычная, очень утомляет, и хочется поскорее от нее освободиться. Плюс, правда, в том, что свободного времени остается больше. Мама сейчас на даче. Раз в неделю я привожу ей продукты.
Вы, наверное, не занимаетесь садом и огородом, это очень хлопотно. У вас в Швейцарии вообще, может, не практикуется раздача земли горожанам? В Москве же садоводов много, в основном земельные участки берут люди предпенсионного возраста или молодые, у кого есть родители пенсионеры. Раньше, когда у нас не было садового участка, мы с папой очень любили ездить на природу, а на юг, к морю, я ездил один. Когда мне бывает хорошо, я просматриваю свои альбомы с фотографиями, в которых запечатлена значительная часть моей жизни, здесь в Москве и в путешествиях. И тогда мне хочется знать, как живут другие люди. Хочется жить, так же как и другие – не унывая. Жить вместе со всеми.
Марианна, когда придет мое письмо, ты, наверное, уже вернешься из своего путешествия. Напиши, как вы провели время в Греции, что вам больше всего понравилось и запомнилось. Жду твоего письма.

С дружеским приветом, Дмитрий
6 августа 1991 года

Письмо 7

Здравствуй, Марианна!

Твои яркие открытки со словами участия и поддержки действительно несут весеннее, хорошее настроение. Я очень благодарю тебя за них. Особенно интересна для меня была красивая открытка с картой Швейцарии, на которой разными цветами обозначены кантоны, а вокруг помещены флаги каждого из них. Мне совсем недавно в библиотеке нашего института удалось отыскать книгу Г. Драгунова и В. Крашенникова, очевидно наших журналистов, долго живших в вашей стране, которая называется « Путешествии по Швейцарии». Выпущена она в 1987 году, в ней есть такая же карта, как на твоей открытке, только менее красочная. Сама книга очень увлекательная, написана богатым языком, в ней много страниц посвящено природе Швейцарии, быту и культуре ваших людей, много интересного исторического материала. Она иллюстрирована большим числом фотографий. Кроме удовольствия, которое я получаю от ее чтения, она должна принести мне пользу как источник, откуда можно почерпнуть знания о вашей стране.
Марианна, сейчас майские праздники. Завтра я хочу поехать на наш садовый участок, чтобы сделать грядки и посеять морковь, свеклу, укроп и петрушку. Когда мы в июне – июле будем жить на даче, овощи и зелень будут нужны. У нас в Москве май не очень веселый, не было привычной праздничной демонстрации. Это связано с тем, что люди очень обеспокоены трехкратным – четырехкратным повышением цен на продукты и промышленные товары со 2-го апреля, тем, что даже сейчас, после подорожания не всегда можно купить необходимые продукты. Встревожены и озабочены нестабильностью работы промышленных предприятий, медленным улучшением дел в сельском хозяйстве. Сейчас многие у нас в Москве хотят получить участки земли, чтобы иметь возможность самим что-то посадить и собрать. У меня трудность другая – трудно справиться с работой на участке. Нужно, по крайней мере, три человека для работы на нем, чтобы полностью его использовать и поддерживать в надлежащем порядке. Чтобы не выдыхаться, а суметь все-таки отдохнуть летом.
Марианна, ты пишешь, что тебе нравятся наши песни, наша музыка. Мне они тоже нравятся. У меня много грампластинок, сборников со стихами наших песен, а для некоторых – есть и ноты. Я иногда играю на аккордеоне музыку лирических песен и старинные вальсы « Ожидание» и «На сопках Манчжурии». Ты спрашиваешь о песне «Молитва». К сожалению, я знаю только известное стихотворение Лермонтова «Молитва» - « В минуту жизни трудную…». Может быть музыка написана к этому хорошему стихотворению – но я ее не знаю.
Настроение мое действительно сейчас лучше, но оно не удерживается хорошим долго. Хочется, чтобы спады в нем были как можно реже. Желаю тебе всего самого доброго. Жду твоего письма.

2 мая 1991 года Дмитрий

Письмо 6

Дорогая Марианна!

Рад твоей красочной открытке со стихами нашей песни и интересными достопримечательностями Базеля. Получил я ее только 30 марта, возможно так поздно так поздно потому, что почта у нас сейчас плохо работает. Ответ на твои письма и первую открытку написал 8 марта.
Действительно, как пишет К. Ваншенкин, любить жизнь вообще не ново. Но оживая подчас, пробуждаясь словно весной, мы видим жизнь как бы заново, встречаемся с ней после перерыва, после времен покоя, бесцветности и холодов. Мы соскучились по ней; ее движения, красок и тепла нам не хватало, и в такие моменты мы чувствуем, как сильно любим ее.
Мне знакомы эти чувства пробуждения, подключения к жизни, когда очень хочется продуктивно работать, испытывать большое удовольствие и наслаждения на отдыхе, хочется общаться, дружить и любить, т. е. Быть счастливым.
Я стремлюсь к счастью, ищу счастья, иду к счастью.

К счастью я иду
И его найду.
В счастье надо жить,
Чтоб веселым быть.
Если ты идешь
С ним навстречу мне,
То не страшен дождь
И не страшен снег.


Шутит надо мной
Дождик проливной.
Вьюги на пути
Не дают идти.
Знаю, что пройдет
Время непогод
И дорога вновь
К счастью позовет.

Марианна, я привел тебе часть песни, которую написал в 1982 году. Рождалась и ложилась на бумагу она долго – около года, рождалась под влиянием надежды, мечты. Музыка к этой песни получилась, правда, шлягерная. Чаще, чем мечтой приходилось жить воспоминаниями. Свои детство и юность я считаю все же счастливыми, несмотря на мою малую общительность и психологические срывы. У нас были очень хорошие отношения в семье, особенно был мне дорог отец – безотказный друг. В конце 1982 года он умер. Дедушка, бабушка и брат умерли еще раньше.
По этим причинам, наверное, мне очень понравилась появившаяся у нас в начале семидесятых годов песня Арно Бабаджаняна на слова Роберта Рождественского «Пока я помню – я живу».
Вот строки припева:
Плывут в дома воспоминания,
Слова любви, слова признания.
Живут во мне воспоминания,
Живут во сне и наяву.
Они – тепло мое весеннее,
Моя мечта, мое везение,
Моя надежда и спасение,
Пока я помню – я живу!

Спасибо тебе, что делишься со мной тем, чем ты живешь. Откровение всегда вызывает ответное желание быть откровенным. Всего тебе самого хорошего.
С дружеским приветом, Дмитрий
31 марта 1991 года

Письмо 5

Здравствуй, Марианна!

Твою открытку получил 22, а письмо и рисунок 23 февраля. Большое спасибо за красивую открытку Базеля, за письмо, из которого я узнал новое о тебе, и твою художественную работу. Спасибо, что рассказала о праздновании у вас Нового года и Рождества. У нас все было значительно проще и скучнее. Поскольку Новый год семейный праздник, мы отмечали его дома с мамой. Я, правда, и несемейные праздники отмечаю так уже давно. Из близких родных у меня одна только племянница – дочь умершего в 1976 году младшего брата. Ей скоро исполнится 19 лет, она учится в институте на втором курсе. Выросла она не в нашей семье, особо к нам не тянется, но относится к нам хорошо.
По линии отца было много дальних родственников, с которыми, пока живы были его родители, мы встречались. Все это приходилось на пору моего детства или ранней молодости, отложилось в памяти хорошим сном, который не имеет продолжения. В настоящее время обмениваемся с родственниками праздничными открытками, а встречаюсь я только с двумя своими троюродными братьями. С одним – москвичом, два раза в год, чтобы поехать на дачу по взаимной заинтересованности. С другим братом, который живет в 400-х километрах от Москвы, не чаще – чтобы увидеться, поговорить о делах и оставшейся родне на родине моего отца. С матерью этого брата я регулярно переписывался, но сейчас письма ей пишу все реже и реже.
Марианна, я получил твои письма и вскоре заболел, дописываю, когда поправился. Дома у нас шел, можно сказать, капитальный ремонт. С ним прибавилось хлопот к уже имеющимся – продовольственным. Настроение у меня сейчас неровное, без бодрости, без подъема, рад даже маленькому оживлению, которое случается, когда получишь письмо; или как-то сумеешь приютить свою душу, когда груз, который все время висит на ней, становится значительно легче, а то и совсем перестает давить.
С начала марта у нас постоянно солнце, и температура днем держится вблизи нуля. Сейчас хорошо гулять. Солнце, снег и капели действуют оздоровляющее. До работы еще два дня – может быть, настроение переменится к лучшему.
Рад, что встречи твои с сестрами благотворно на тебя влияют, что удовлетворяет твои интересы и идет на пользу здоровью чтение художественной литературы. Общение – самое лучшее лекарство, когда оно помогает.
Я в этом году должен работать с 8 июля в приемной комиссии, а с 10 июня придется брать отпуск. Как и в прошлые годы я намерен проводить его на даче с мамой. Продолжаю искать друзей, и хотелось бы, чтобы именно они выводили и вывели меня из депрессивной полосы.
Пиши о Швейцарии, о своей жизни. Желаю тебе всего самого хорошего.

С весенним приветом, Дмитрий
8 марта 1991 года

Письмо 5

Письмо 4

Дорогая Марианна!

Очень благодарю тебя за письмо и красочные открытки Алшвиля и Базеля и карту Швейцарии. Вот уже почти две недели как нападавший снег не тает. Температура держится на 2 – 3 градуса ниже нуля. В прошлую субботу, 8 декабря я ездил с родственником на дачу, чтобы обернуть яблони, защитить их от возможных морозов. День был солнечный, и мы остались довольными пребыванием на свежем воздухе вдалеке от шумного города.
Мы с мамой живем в центре Москвы и в хорошем воздухе и тишине всегда испытываем потребность. Я, правда, тяжел на подъем, но всегда стараюсь себя переломить, чтобы из-за этого отрицательного качества моего характера жизнь не проходила мимо.
С Базелем, от которого ты недалеко живешь, я знаком как раз по его химическому концерну Сандос, так как пользовался лекарствами с его маркой. И с городами Венгрии, Польши, Югославии приходилось знакомиться по принимаемым медицинским препаратам. Что поделаешь, я значительную часть своей жизни борюсь с депрессией и, надеюсь когда-нибудь совсем освободиться от нее. Хотел бы, конечно, знать страны и города Европы не по производимым ими медикаментам, а по их великолепной архитектуре, музеям, зоопаркам и другим прекрасным достопримечательностям. У нас в стране я в известной мере уходил от привязавшегося ко мне депрессивного мироощущения, путешествуя по городам на Волге, по горам Кавказа и Крыма, отдыхая на Черном море. Очень хотелось свободно общаться, любить, продолжать путешествовать.
Марианна, ты спрашиваешь, как сейчас у нас живут люди. Нельзя сказать, что у нас голод, как ты пишешь. Мы с мамой, например, никогда не бываем голодными, да и многие из тех людей, кого я знаю, всегда имеют возможность купить то, что необходимо для питания. Другое дело, что это трудно – приходится стоять в очередях, чаще ходить в магазины или покупать что-то по дорогой цене в кооперативе или на рынке. Лично меня больше беспокоит вопрос с одеждой – не можешь одеться так, как одеваются люди моего круга: научные работники, преподаватели, студенты – те, с кем мне больше всего приходится находиться вместе.
Сейчас я не хожу в кино, театры, на концерты, как было какой-то период раньше. Свободное время я посвящаю чтению и поиску друга – юноши или молодого человека такого, каким был сам много лет назад и каким в значительной степени остался и сейчас. Я хочу, чтобы мой друг любил природу, литературу, музыку, чтобы он, также как и я, долгое время прожив в себе, испытывал потребность в духовном общении и близости. Через службы знакомств я пытаюсь найти такого друга, но в то же время я хочу остаться верным всем тем друзьям, которых уже нашел.
Недавно был на выставке «В мире аквариума». Вспомнил свои детские увлечения. Когда возвращаешься к детству, в душу приходит радость. Марианна, есть ли у тебя рыбки и птички или какие-нибудь животные? Любишь ли ты наряжать елку? Прими, пожалуйста, мои новогодние поздравления. Желаю тебе всего самого хорошего.

С дружеским приветом, Дмитрий
15 декабря 1990 года

Письмо 3

Здравствуй, Марианна!

Был рад весточке от тебя. Большое спасибо за фотографию.
Последнее время у меня было много хлопот с садовыми делами. Нужно было собрать урожай яблок, а он в этом году большой, перевезти часть яблок и нужные дома вещи с дачи в Москву, подготовить садовый участок к зиме.
Эти два осенних месяца был увлечен делами на работе. Работа у меня больше технологическая, но она связана с такими науками, как физика и химия. Мне нравится изучать свойства химических элементов и соединений.
Читаю я сейчас мало, но интерес к художественной литературе сохраняется всегда. Я жду только благоприятного момента, когда увлеченность моя перекинется с естественных наук на познание жизни человека.
Ты интересуешься нашими классиками, мне они тоже нравятся. Гоголя я очень любил в детстве за его сказочность. Достоевского ценю как выдающегося психолога. Крупные его произведения «Идиот» и «Подросток» знакомы мне по спектаклям, а «Братья Карамазовы» по кинофильму. Очень мне нравятся запомнившиеся выдержки из последнего произведения, а также из «Неточки Незвановой», что я читал не очень давно. В последние годы интересуюсь зарубежной литературой: польской, шведской, французской. Больше всего близки мне темы детства, юности, вообще становления человека. Я люблю биологию и географию, в последнее время изучал книгу по экологии. Мне вообще нравится приводить в систему все то, что я знаю как о живой природе, так и неживой.
Марианна, какое место в твоей жизни занимает работа? Ты писала, что рисуешь. Что именно – пейзажи, портреты или что-то другое? Пришли, пожалуйста, свой рисунок.
Я раньше собирал открытки, занимался фотографией. Наборы открыток и альбомы хранятся у меня и сейчас. Хочу послать тебе одну из фотографий, которая у меня сохранилась. Надеюсь, что она понравится тебе.
Хочу попросить также рассказать немного о своем городе. В старом атласе я не могу найти его названия. Может быть, у вас продаются маленькие карты Швейцарии. Было бы интересно увидеть твой город на карте. Вообще литературу о вашей стране сейчас можно найти только в хорошей библиотеке, поэтому мне было бы интересно узнать о ней от тебя, сколько можно.

Желаю тебе всего самого доброго. Буду рад твоему письму.
Дмитрий
12 ноября 1990 г.

Письмо 2

Дорогая Марианна!

Я был очень рад твоему письму уже в тот момент, когда вынимал его из почтового ящика. У меня всегда поднимается настроение, когда я получаю письма от людей, которые могут стать моими друзьями. Я всю жизнь ищу друга и друзей, все время ношу в себе надежду найти человека, который заинтересовался бы мной, моим внутренним миром, захотел бы проникнуть в него и стать участником моих радостных и печальных переживаний. Когда я прочитал твое письмо, меня особенно взволновало то место, в котором ты открываешь мне, что отсутствие внимания к человеческой душе делает тебя одинокой. Одинок и я, и одинок очень давно, с детства, потому что моей очень чувствительной и ранимой натуре не удается выйти на равных в общий мир людей. Я не уступаю многим по интеллекту, добился достойного места в социальном отношении, но я с людьми разобщен, живу с ними рядом, а не вместе, и от этого проистекает моя самая большая беда: у меня нет личной, интимной жизни.
Мне было приятно узнать, что ты очень хочешь научиться свободно говорить по-русски. Почему тебе нравится русский? У тебя есть интерес к России, ты знала кого-нибудь из русских?
В свободное время я тоже люблю читать, причем тоже книги биографического характера. Я мог бы привести примеры, но это займет много места. Я также делал записи эстрадных песен и другой музыки с дисков, у меня много грампластинок, и я прослушиваю их время от времени. Из зарубежных исполнителей мне очень нравятся Э. Хампердинк, С. Адамо, Д. Дассен, И. Шерфези. Вообще любимых музыкальных вещей у меня много. Иногда я играю на аккордеоне и пианино мелодии песен, вальсов, романсов, сочиняю свои собственные мелодии и пытаюсь их исполнить.
Вчера я привез с дачи маму. В этом году ей исполнилось 77 лет. Было трудновато, пока она жила на даче: приходилось одному доставать продукты и для себя и для нее, готовить себе и завтрак, и ужин. Суббота и воскресенье полностью уходили на подготовку к поездке на дачу и дачные дела. Лето в этом году у нас было прохладное. Мне удалось покупаться в водохранилище только 9 и 10 августа.
Марианна, фотографии последних пяти лет у меня только для документов, и они очень невыразительные, казенные, поэтому я решил послать тебе мои любительские фотографии 1979 года и юношеского возраста. Представление обо мне по ним составить можно. Прошу тебя также прислать свои фотографии. Мой день рождения 21 августа.

С сердечным приветом и благодарностью за открытость.
Дмитрий
18 сентября 1990 года

Письмо 1

Здравствуйте, Марианна!

Международная служба знакомств прислала мне Ваш адрес, телефон и минимум данных о Вас, в частности, что Вы знаете русский язык. Это важно хотя бы для того, чтобы обменяться несколькими письмами, которые подскажут возможно ли длительное поддержание нашего общения по интересам. Основные данные обо мне Вы, наверное, получили через службу знакомств, и мне не стоит повторяться. А я знаю от этой службы, что Вы преподаватель по балету и растите двух мальчиков.
Можем ли мы с Вами найти еще что-нибудь общее, кроме музыки, из которой я предпочитаю чисто песенный, опереточный и эстрадный жанры? Я способен восторгаться музыкой, но это только часть моих увлечений и привязанностей. Я очень люблю бывать на природе: смотреть на луга, на поля, на рощи, на леса вдали, наблюдать за птицами, собирать грибы и ягоды. У нас с мамой есть садовый участок, и мне приходится работать в саду, но физическую работу я не очень люблю, особенно не приспособлен к тяжелому физическому труду. Места, где находится наш участок, очень красивые. Красивым выглядит и наш садовый домик, хотя он и не очень фундаментальный, собран из щитов. В нашем дачном поселке более ста домов, и в летнее время в нем много отдыхает детей и подростков, вообще молодежи. Я подумал о Ваших ребятах. Как они отдыхают, где учатся, что предпочитают делать в свободное от учебы время?
Напишите о Ваших интересах, о том, как Вы предпочитаете проводить Ваш досуг, а если хотите, и о Вашей жизни. Мне будет интересно узнать о Вашей стране, о городе, в котором Вы живете, о Вашем быте.
Наверное, достаточно информации и вопросов для первого письма. Его содержание и стиль, возможно, помогут Вам составить первое впечатление обо мне и подскажут, являюсь ли я тем человеком, с которым Вы хотели поддерживать отношения.
Всего Вам хорошего. Надеюсь, что Вы ответите на мое письмо.

С уважением, Дмитрий
2 августа 1990 года

1996 - 21 августа

Пятый раз приехал на дачу в этом сезоне с очень большим интервалом. Больше месяца. До 10 августа работал. Вообще-то работал я не каждый день, но если уж работал, то день у меня был полностью загружен. Работа на компьютере по расчету цветовых характеристик структур металл – двуокись ванадия с различными металлическими подслоями. Черновая часть работы закончена. Надо хорошо продумать ее суть, т.е. как писать – для этого нужен кругозор. Записался в ленинскую библиотеку. Не посещал ее, наверное, около 8 – 10 лет. Не было бодрости, не было физической работоспособности, не было чистой головы, ясности мысли, ясности настроя на какую-то деятельность в работе и в личной жизни.
Как только приехал, обнаружил, что поломаны два коричных дерева, одно - левое поломано напрочь. От другого дерева часть осталась, но она здорово давит на провода, протянутые от дома к сараю. Был такой разгром и такая спутанность трех деревьев, что сначала невозможно было понять, в каком положении находится штрефлинг – на него рухнули оба коричных дерева. Вот четыре дня обрезаю ветки, пилю сучья и собираю яблоки. После четырехдневной работы наметились проходы между деревьями во весь рост или в сильно согнутом состоянии. Хорошо видно, какому дереву принадлежат ветки, и как сильно пострадал штрефлинг. У него обломился нижний, довольно толстый приствольный сук.
Сегодня, 21, я уже проходил во все места участка, куда мне было нужно для сбора яблок. Смог зайти за штрефлинг и собрать очень крупные красные яблоки с углового дерева, которое до сих пор мы не знаем, как называется. Много собрал спелых яблок коричных. Так что везти домой есть что, только бы хватило сил. Рюкзак остался дома, поэтому везти придется в двух сумках. Коричных яблок средних разного качества два таза, ящик и картонная большая коробка. Мелочи и зеленых три ведра и таз в сарае и около него. И еще куча, которая с каждым днем растет, на земле у дороги у коричной яблони.
Время пятнадцать минут двенадцатого. Сегодня мне исполнилось пятьдесят шесть лет. Нагрузку себе давал не очень большую, но все равно пришлось попотеть. Мне кажется, что от воздуха, а может быть оттого, что прошло уже довольно много времени как не работаю, я начинаю чувствовать успокоение и отдых. Хотя это, видимо, самое начало.

В високосном 1996 - 3 июня

Первый заезд на дачу в 1996 году – 18 мая. Вскопал одну грядку и посеял петрушку и морковь. Второй заезд на дачу 1 июня в субботу. Эти оба выходных дня косил траву. 3 июня к вечеру вскопал грядку на южной стороне и посадил тыкву, семена которой прислала Елизавета Александровна. В два оставшихся дня думаю вскопать грядку под салат и укроп и посеять их. Затем убрать сено.
Время на моих часах без двадцати одиннадцать. Свет на улице еще не включили. Уже довольно темно. Поет соловей. Вот прилетел прямо к нашему дому и поет, совсем рядом. Интересно почти темно, а он поет. Интересная паста в ручке. Я писал ей в 1995 году, ручка лежала не закрытой колпачком, а паста не засохла.
Давно я не ночевал на даче в июне, тем более с самого его начала. В этом году предстоит работать в приемной комиссии, также как в 1991 и 1992 годах, но уже не вечернего отделения, а дневного. Это примерно с 20 июня по 20 июля, после которой буду брать большую часть отпуска в 30 дней. В этом году будут яблоки и, по-видимому, много. Нужно, чтобы, по крайней мере, 10 дней пришлись на сентябрь, чтобы убрать коричные яблоки.
Плохо с удобрениями. Их почти нет. Не ездил искать. Устал, да и денег на них, не знаю, хватит ли. Научных работников поставили в очень трудное положение. Зарплату повышают очень не намного и нечасто. Последняя индексация была в ноябре 1995 года. А цены на товары, стоимость проезда растут бешеными темпами. 16 июня выборы. Неужели опять выберут Ельцина. Ведь от него можно ожидать, что угодно. Люди со скромным достатком могут потерять все. Тенденция на значительное сокращение доходов просматривается в течении всех пяти лет пребывания его у власти. Он обещает чего-то лучшего. Для кого? Понимает ли он сам кому он служит, на кого работает вся его политика! Может быть, понимает и не только понимает, а сознательно делит общество на обеспеченных и разоряющихся, на богатых и бедных. И хочет достроить такой капитализм за последующие пять лет, если мы его выберем. Ведь где-то в 1992 и даже в 1993 годах наши покупательные возможности были значительно выше. Свободно могли сдавать белье в прачечную, покупать фрукты, даже белила для дачи, не говоря уже о газетах. Резкое ухудшение материального обеспечения наступило с конца 1994 года. И до сих пор цены продолжают расти.

Лето 1988 года

2 июня прилетел из Ессентуков, куда ездил в основном для того, чтобы восстановить работу своего кишечника. Но поездка оказалась неудачной, поскольку у меня обнаружили полип в прямой кишке при осмотре, а при наличии полипа промывание кишечника минеральной водой и клизмы из настоя трав противопоказаны. Сказали, что полип надо наблюдать и через какое-то время, возможно, удалить, а бывает, что при благоприятном течении он сам рассасывается. Впоследствии, в Москве в проктологическом центре, при проверке специальным прибором наличие полипа не подтвердилось, но понервничал я с этим известием здорово. Кроме того, в Ессентуках простудился, потому что не взял теплой одежды. В Москве я получил исчерпывающую консультацию по лечению атонии кишечника, произошедшей у меня вследствие принятия в течение длительных промежутков времени большого количества травмирующих слизистую оболочку лекарств, которыми я пользовался для лечения депрессии.
Скрупулезно лечился отрубями, которые сразу же после моей просьбы прислала моя тетя – Елизавета Александровна Новикова, живущая в Саранске, недалеко от родины моего папы деревни Баево. Как и рекомендовали врачи, я снижал дозы со временем от столовой до чайной ложки. Как положено по курсу, заливал их кипятком, держал до разбухания, а потом добавлял к еде. Так лечился в течение трех месяцев, и считаю, что отруби очень хорошо помогли мне вылечить мои запоры, вместе, конечно, с другими рекомендованными лекарствами.
Получил из Дзержинска три печальных известия о тяжелой болезни двух моих тетушек и смерти сына дяди. Кроме чувства родственной печали, наплывала еще грусть – не станет людей – Нины Гавриловны и Марии Гавриловны, у которых я три раза гостил с моей бабушкой-мамой. Они всегда тепло нас принимали, были нам рады, а радушие, наверное, и роднит. Как жаль, что с годами все теряется, ослабевает и лишь временами ярко всплывает в нашей памяти. Жаль Леонида Ивановича, ведь он даже не пенсионного возраста! В 1957 году я был первый раз в Дзержинске. Тогда мы с ним с ночевкой были на Оке: пили чай из смородинного листа, варили уху, спали под лодкой. Тогда как раз мы с мамой – Татьяной Дмитриевной были в гостях у родных моего дедушки, и прошло лишь три месяца после первой моей самой тяжелой депрессии.
Действительно, больно думать о трагедии в Арзамасе. С этим городом связано три года моего раннего детства, летний отдых в подростковом возрасте у тети Пелагеи Дмитриевне и ее мужа Ивана Ивановича, а потом еще две поездки в молодые годы к ним. Очень часто приходилось проходить через 1-ый Арзамас, когда с Валерием, внуком Пелагеи Дмитриевны, шел ловить рыбу к Высокой горе. В одну из последних поездок на реке Тёше меня застала сильная гроза, и я, перепуганный и до нитки промокший, долго бежал до вокзала 1-го Арзамаса, где отжимал свою одежду. В 1964 году мы с мамой Татьяной Дмитриевной уезжали в Горький. Бывал тогда я в пристанционном поселке на 1-ом Арзамасе у Добролюбовых. Отец семейства работал ревизором на железной дороге. Вот из их семьи, если кто-то остался в поселке, мог пострадать от взрыва, но связи у нас сейчас с ними нет. Говорят, что в городе, на стороне, обращенной к 1-му Арзамасу, вылетели только стекла. Пристанционный поселок, судя по печати, пострадал сильно. Это большая трагедия, и людям города сочувствуют сейчас все.
Был три раза на даче, из них два раза с Татьяной. Хоть и работа там есть по уходу за участком и самообслуживанию, чувствовал себя я на даче лучше, чем в Москве и в санатории. Не подневольность, а ставшее близким место, тишина, спокойствие и в то же время самый оживленный в природе летний месяц, вместе с благополучием дома и в личных чувствах поправляли нервы. Огород у нас с каждым годом все хуже и хуже. Как положено, посадили только немного картошки. С огурцами и кабачками опоздали, их мало, взошли они плохо. Зелени почти нет. Растет семь гладиолусов.

О нашей жизни в 1986 - 1987 годах

Поздняя осень и начало зимы стали в последнее время для меня неблагоприятной порой. 1986 год не был в том отношении исключением. В этом году вставал вопрос о моем стационарном лечении, но мне и самому не хотелось ложиться в больницу или лечиться в стационаре, да и маму я как-то не могу оставить одну. Ей в ее теперешнем возрасте было бы очень трудно без моей помощи, хотя, конечно, Эта помощь и общение не такие, какие она имела, когда был жив папа. Мама вообще от природы человек не очень общительный, общается избирательно, в доме ни с кем не поддерживает хотя бы приятельских отношений. Сейчас ее занимает чтение газет, интересуется и политикой и вопросами нравственности, садом и огородом и военной тематикой, в связи с оставленными папой фронтовыми записями. Привыкла она всегда готовить и уж такой у нее порядок, чтобы обязательно был обед. Все это, конечно, когда не болеет. Но вот уже два месяца никак не установится у нее давление, бывают боли в сердце, три раза я брал больничный лист по уходу. Только вот, наверное, с неделю она стала выходить на улицу.
В этом году в сентябре мы были с мамой в санатории под Москвой, правда, не по тому профилю, который мне нужен в первую очередь. Я никак не мог наладить сон и работу желудка и кишечника. Спал не больше, чем пять часов в сутки с мая месяца. Санаторий этот, сердечного типа, подошел больше маме, чем мне. В санатории я начал было отдыхать, забываться от неприятностей на работе, не дававших мне жить нормально, превращавшихся в навязчивое состояние, которое приходилось снимать лекарствами. По моей и без того неважной нервной системе постоянное давление и притеснение на работе порой совсем закрывало жизнь – мне ничего не хотелось, пропадали и интерес к работе, и активность в жизни вообще.
Немного о начале 1987 года. После санатория пришлось серьезно подлечивать амбулаторным путем, как я уже вначале начал писать, нервную систему. В санатории не повезло с соседями по столу – были неприятности. Во второй половине января я почувствовал себя лучше: была инициатива, интерес к своему направлению в науке и работоспособность начали возвращаться ко мне. С меня как бы стряхнули какой-то сон, но я чувствовал, что с той интенсивностью, с которой я работал, выполняя диплом и делая диссертацию, пока работать нельзя. Две или три недели умственного напряжения все-таки вызывают потом спад. Правда, я думаю, что это уже не так страшно, как затяжная депрессия или навязчивости и болезненная мнительность, которые надо лечить серьезно.
Я купил себе электрофон «Радиотехника 301». Теперь могу прослушивать свои пластинки, которых накопилось довольно много, в стереофоническом звучании – это не то, что прежняя радиола «Ригонда» с моно головкой. Приятное для меня приобретение приносит много радости. Когда придешь с работы, немного отдохнешь и поставишь пластинку, то слушая отчетливо звучащие музыку и голос, чувствуешь воспрянувший дух. Я люблю хорошую эстрадную песню, как темпераментную, так и лирическую.
Еще я увлекся скандинавской литературой, главным образом новеллами и автобиографическими повестями. Интересно, что в сборниках рассказов различных писателей есть о каждом коротенькая справка. Читаю я медленно, и бывают большие перерывы между чтением даже одной книжки, что зависит от самочувствия, наличия свободного времени, настроения, но все же, знакомство с писателями этой части Европы, их манерой выражать свои мысли и чувства у меня продвигается.
Сейчас на работе предстоит аттестация, вроде бы шли разговоры о переводе меня с инженерной должности на научную должность. Может быть так и будет, тогда формально я буду иметь больше прав заниматься работой, которая меня интересует, но что получится фактически, не знаю. Многое будет зависеть от состояния здоровья и от новых взаимоотношений, которые должны сложиться с этой возможной переменой.
Леночка учится хорошо, если я не забыл, не запутался, то у нее 6 пятерок и 8 четверок в четверти. Перед Новым годом мы с ней ездили по Москве, искали кулон с цепочкой, который ей нравился, но в этот раз купить не удалось, а достала она его потом сама. Это наш ей подарок ко дню рождения и к Новому году. Последний раз она была у нас недавно после большого перерыва.
Грустно, что время идет, родные стареют и болеют, но от этого никуда не уйти, таковы законы жизни. А вот для приятных воспоминаний остается времени все меньше и меньше, хотя эти воспоминания все равно, конечно, живут. Они прочно отложились где-то в клеточках мозга и, несомненно, будут приходить в свободные минуты, когда спокойно и легко на душе, когда листаешь альбомы, перечитываешь письма и находишься наедине с собой.
Сейчас слушаю концерт Раймонда Паулса, поют дети, очень красиво, чисто, со своим национальным акцентом, но на вполне разборчивом русском языке, и им аккомпанирует известный талантливый композитор. Да, всегда мы стремимся к тому, чтобы даже и при всех наших болезнях, могли находить счастливые минуты, будь то радость от музыки, работы, радость от приятных воспоминаний или радость, которую получает человек от сделанного добра.

О нас, о себе, о Лене

Отдыхали больше двух недель с мамой на даче, половину нашего пребывания та с нами была Леночка. Она уже почти как взрослая, особенно это проявляется в ее работоспособности и физических данных. Много нам помогала по саду, по самообслуживанию в дачных условиях. По вечерам немного мы с ней гуляли около нашего садоводческого поселка, говорили о волнующих каждого делах. Оба, по-моему, были довольны и этими прогулками, и вообще временем, проведенным на даче, а также двумя днями в Москве во время фестиваля, запомнившихся хорошим настроением от праздничной Москвы. Мама сейчас после небольшого отдыха на даче чувствует себя лучше.
Сейчас началась вторая половина осени. Обычно с октября, ноября последние годы настроение мое начинает ухудшаться, и спасение от плохого настроения приходится искать только в лекарствах. Работа представляется опостылевшей – невыносимым грузом, а стремление найти друга – безнадежным делом. Интимные, дружеские, отеческие чувства не имеют реального предмета, на который они могли бы быть направлены, и в душе подчас мучительная пустота. Книги, кинофильмы, мечты, хотя иногда и помогают, но в практическом смысле ничего не дают.
Я люблю Москву, и все, что с ней связано: воспоминания прошлой своей жизни с родителями, бабушкой, дедом, братом, поездки к родным – все это прошлое. А что будущее? Будущее, в котором ничего не видится радостного, утешительного – нет ни любимого привязавшегося к тебе человека, нет спокойной, приносящей удовлетворение работы, нет здоровья и природных качеств, с которыми все это недостающее можно было бы поправить.
Леночка общается с нами, но у нее материнская семья, свой дом, учеба, а потом будет своя семья, своя жизнь. Однако, я все же хочу оставаться в положении старшего, поэтому материальная сторона и духовное состояние должны быть у меня крепкими. Действительно, Лена растет без отца, ей, может быть, иногда бывает грустно, тяжело, хотя мне кажется, что характер у нее волевой, уравновешенный, и она не склонна к подавленности, на подобии той, которая бывала у меня в детстве и продолжает сказываться до сих пор. Мы дружны, но все же, разлучены домами и большой привязанности друг к другу из-за малого общения не можем испытывать.
Мама, хотя и чувствует себя получше, болячки и старость ее все же сказываются. Управляться с квартирой нам сложно. Дачные дела, слава богу, все закончили. После переезда с мамой в Москву, на дачу ездил по воскресеньям один – доканчивать несделанные дела и перевозить нужные в городе вещи. Один раз ездил с мамой Лены – Любой, а два последние воскресенья – с Татьяной. Фруктов в этом году было мало, поэтому хлопот было меньше, чем в прошлые годы.

Кризис здоровья

У нас с мамой в смысле здоровья дела пока не очень хорошие. У мамы сейчас повышенное давление и беспокоят приступы стенокардии. На улицу она пока не выходит. Я с 29 октября по сей день еще на больничном листе. В первые дни моей болезни было что-то вроде кризисного состояния, связанного с неполадками органов пищеварения и нервной системы. Больше двух недель я находился на жесткой домашней диете с приемом пищи, доходящем до восьми раз в сутки. Примерно за месяц до кризиса у меня обнаружили ахилию желудка, и я, не бросая работы, лечился – выпил коробку фестала, принимал беллоид, желудочный сок, лекарства для нервной системы, в то числе от бессонницы. По-прежнему волновала выбитость из колеи на работе. С 27 числа четыре ночи не спал совершенно и лечил свои органы пищеварения уже очень эффективно второй коробкой фестала, доводя дозу до 12 таблеток в сутки. Сейчас мне значительно лучше. Главным образом лечу свою нервную систему в дневном стационаре. С 14 часов освобождаюсь от лечения, покупаю продукты в соответствии с положенной диетой, отдыхаю часа 2 – 3, затем ужин. Между ужином и сном успеваю кое-что поделать из своих личных дел, домашних увлечений – это я считаю моим отдыхом, моим досугом, моим личным временем. Готовили с мамой по очереди, сейчас обедом занимается она. Когда мне надо было часто питаться, тогда, конечно приходилось готовить в основном самому. Лечиться придется еще, видимо не меньше двух недель.
Была у нас Леночка 31 октября и еще раз через две недели. Недавно звонила, болеет – простуда в легкой форме. Сегодня звонил ей я.
Аля у нас не была. Поздравлений тоже от нее не было. Я не знаю надо ли обижаться на нее. Она своеобразный человек, со странностями, с не сложившейся личной жизнью, возможно, с по-своему больными нервами. Хочется, чтобы она нашла как-то себя в жизни, чтобы вернулись к ней открытость и приветливость. В прошлом году к Октябрьским праздникам она прислала нам приятную открытку. Нине Гавриловне с Марией Гавриловной я поздравления послал, но понимаю, что при их возрасте отвечать им тяжело, да может быть, и сами поздравления их больше расстраивают, чем радуют. Да поможет им бог побороть свои боли, болезни, переживания.
Раньше узнал о рождении внука у Риты, она заезжала и рассказывала. Позже узнал о рождении внука у Гали. Маргарите Николаевне и Анастасии Гавриловне поздравления в деревню также послал.
Хочется написать о внимании и добром отношении к нашей семье Ивана Ефимовича. Я прекрасно помню то большое участие, которое он принял в выполнении своего родственного и человеческого долга – выступил с прощальной речью по просьбе папы на похоронах дедушки в крематории. Я слышал от папы о большом добром деле, которое он сделал для папы и нашей семьи – написал и выслал ему объективную характеристику о папином прошлом, когда это было очень необходимо. Ведь Иван Ефимович занимал должность председателя колхоза, когда был молодым! Он был хороший человек. Мы благодарны ему за это и, конечно, очень виноваты перед ним, что не отозвались на просьбы в последних его письмах: не пригласили к себе повидать Москву. Горестными были последние годы его жизни. Он больше трех лет ухаживал за парализованной женой, а потом сам трагически погиб.

Возобновление знакомства с Татьяной

С осени прошлого года возобновил знакомство с девушкой, с которой встречался в 1979 – 1980 годы. Боюсь остаться один, мама слабеет, здоровье у нее неважное. Но девушка эта слишком рациональная, сдержанная, одна дочь у родителей. Она по-моему не питает никаких особых чувств ко мне, не проявляет живого интереса к моим увлечениям, к моей работе, к моему прошлому, к моим родным. О своих близких рассказывает правдиво, но немногословно. Она все держит в себе, и это мне не нравится. Родители ее моложе мамы: мать на 15 лет, работает, жалуется на здоровье, но на пенсию уходить не хочет, так же, как и отец, который старше ее на 10 лет. Родители тоже люди закрытые, особенно папаша. Живут обеспеченно. По специальности девушка историк, окончила Московский университет. Но работает в какой-то авиационной службе диспетчером. Общались мы с ней в основном в кино, иногда на концертах, реже просто на прогулках. Возил я ее на дачу: один раз зимой и несколько раз весной и летом. На природе она становится веселее, эмоциональнее, раскованнее, но все равно потом в какой-то момент начинает смотреть только в себя. Иногда взгляд свысока или сбоку не нравятся мне в ней.