Человек шел по берегу и вдруг увидел мальчика, который поднимал что-то с
песка и бросал в море. Человек подошел ближе и увидел, что мальчик
поднимает с песка морские звёзды. Они окружали его со всех сторон.
Казалось, на песке ― миллионы морских звёзд, берег был буквально усеян
ими на много километров.

― Зачем ты бросаешь эти морские звёзды в воду? ― спросил человек,
подходя ближе.

― Если они останутся на берегу до завтрашнего утра, когда начнется
отлив, то погибнут, ― ответил мальчик, не прекращая своего занятия.

― Но это же просто глупо! ― закричал человек. ― Оглянись! Здесь миллионы
морских звёзд, берег просто усеян ими. Твои попытки ничего не изменят!

Мальчик поднял следующую морскую звезду, на мгновение задумался, бросил
её в море и сказал:

― Нет, мои попытки изменят очень много... Для этой звезды.

По Эдгард

Притча

Горные вершины дремлют;
В долинах, утесах и пещерах тишина.

Алкман


- Внемли мне, - молвил Демон, возлагая мне руку на голову. - Край, о котором я повествую, - унылый край в Ливии, на берегах реки Заиры, и нет там ни покоя, ни тишины.
Воды реки болезненно-шафранового цвета; и они не струятся к морю, но всегда и всегда вздымаются, бурно и судорожно, под алым оком солнца. На многие мили по обеим сторонам илистого русла реки тянутся бледные заросли гигантских водяных лилий. Они вздыхают в безлюдье, и тянут к небу длинные, мертвенные шеи, и вечно кивают друг другу. И от них исходит неясный ропот, подобный шуму подземных вод. И они вздыхают.
Но есть граница их владениям - ужасный, темный, высокий лес. Там, наподобие волн у Гебридских островов, непрестанно колышется низкий кустарник. Но нет ветра в небесах. И высокие первобытные деревья вечно качаются с могучим шумом и грохотом. И с их уходящих ввысь вершин постоянно, одна за другою, надают капли росы. И у корней извиваются в непокойной дремоте странные ядовитые цветы. И над головою, громко гудя, вечно стремятся на запад серые тучи, пока не перекатятся, подобно водопаду, за огненную стену горизонта. Но нет ветра в небесах. И по берегам реки Заиры нет ни покоя, ни тишины.
Была ночь, и падал дождь; и, падая, то был дождь, но, упав, то была кровь. И я стоял в трясине среди высоких лилий, и дождь падал мне на голову - и лилии кивали друг другу и вздыхали в торжественном запустении.
И мгновенно сквозь прозрачный мертвенный туман поднялась багровая луна.
И взор мой упал на громадный серый прибрежный утес, озаренный светом луны. И утес был сер, мертвен, высок, - и утес был сер. На нем были высечены письмена. И по трясине, поросшей водяными лилиями, я подошел к самому берегу, дабы прочитать письмена, высеченные на камне. Но я не мог их постичь. И я возвращался в трясину, когда еще багровей засияла луна, и я повернулся и вновь посмотрел на утес и на письмена, и письмена гласили: запустение.
И я посмотрел наверх, и на краю утеса стоял человек; и я укрылся в водяных лилиях, дабы узнать его поступки. И человек был высок и величав и завернут от плеч до ступней в тогу Древнего Рима. И очертания его фигуры были неясны - но лик его был ликом божества; и ризы ночи, тумана, луны и росы не скрыли черт его лица. И чело его было высоко от многих дум, и взор его был безумен от многих забот; и в немногих бороздах его ланит я прочел повествование о скорби, усталости, отвращении к роду людскому и жажде уединения.
И человек сел на скалу и склонил голову на руку и смотрел на запустение. Он смотрел на низкий непокойный кустарник, и на высокие первобытные деревья, и на полные гула небеса, и на багровую луну. И я затаился в сени водяных лилий и следил за человеком. И человек дрожал в уединении; но убывала ночь, а он сидел на утесе.
И человек отвел взор от неба и взглянул на унылую реку Заиру, и на мертвенную желтую воду, и на бледные легионы водяных лилий. И человек внимал вздохи водяных лилий и ропот, не умолкавший среди них. И я притаился в моем укрытии и следил за человеком. И человек дрожал в уединении; но убывала ночь, а он сидел на утесе.
Тогда я спустился в трясину и направился по воде в глубь зарослей водяных лилий и позвал гиппопотамов, живущих на островках среди топи. И гиппопотамы услышали мой зов и пришли с бегемотом к подножью утеса и рычали, громко и устрашающе, под луной. И я притаился в моем укрытии и следил за человеком. И человек дрожала уединении; но убывала ночь, а он сидел на утесе.
Тогда я проклял стихии проклятием буйства; и страшная буря разразилась на небесах, где до того не было ветра. И небо потемнело от ярости бури - и дождь бил по голове человека - и река вышла из берегов - и воды ее вспенились от мучений - и водяные лилии пронзительно кричали - и деревья рушились под натиском ветра - и перекатывался гром - и низвергалась молния - и утес был сотрясен до основания. И я притаился в моем укрытии и следил за человеком. И человек дрожал в уединении; но убывала ночь, а он сидел на утесе.
Тогда я разгневался и проклял проклятием тишины реку и лилии, ветер и лес, небо и гром и вздохи водяных лилий. И они стали прокляты и затихли. И луна перестала карабкаться ввысь по небесной тропе, и гром заглох, и молния не сверкала, и тучи недвижно повисли, и воды вернулись в берега и застыли, и деревья более не качались, и водяные лилии не кивали друг другу и не вздыхали, и меж ними не слышался ропот, не слышалось и тени звука в огромной, бескрайней пустыне. И я взглянул на письмена утеса и увидел, что они изменились; и они гласили: тишина.
И взор мой упал на лицо человека, и лицо его было бледно от ужаса. И он поспешно поднял голову и встал на утесе во весь рост и слушал. Но не было ни звука в огромной бескрайней пустыне, и письмена на утесе были: тишина. И человек затрепетал и отвернулся и кинулся прочь, так что я его более не видел".
Да, прекрасные сказания заключены в томах Волхвов, в окованных железом печальных томах Волхвов. Там, говорю я, чудесные летописи о Небе и о Земле, и о могучем море, и о Джиннах, что завладели морем и землей и высоким небом.
Много мудрого таилось и в речениях Сивилл; и священные, священные слова были услышаны встарь под тусклой листвой, трепетавшей вокруг Додоны, но, клянусь Аллахом, ту притчу, что поведал мне Демон, восседая рядом со мною в тени могильного камня, я числю чудеснейшей всех! И, завершив свой рассказ, Демон снова упал в разверстую могилу и засмеялся. И я не мог смеяться с Демоном, и он проклял меня, потому что я не мог смеяться. И рысь, что вечно живет в могиле, вышла и простерлась у ног Демона и неотрывно смотрела ему в лицо.

Однажды восточный царь решил посмотреть, как живут люди и переоделся нищим. Он познакомился с другим нищим и расположился к нему. Потом, когда он вернулся во дворец, то приказал вызвать к нему того человека. Оставшись неузнанным, он принял нищего и решил осчастливить его. Своему слуге он приказал испечь курицу и положить туда золотой слиток. Через несколько дней он послал слугу проверить, счастлив ли тот человек. Оказалось, что когда он выходил из дворца, запах жареного мяса раздразнил аппетит одного из стражников, и он за несколько монет купил эту курицу у нищего. Царь решил переломить судьбу и повторно вызвал этого человека. Снова велел испечь курицу и положить туда золотой слиток. И приказал слуге проводить нищего до места, где он жил. Когда слуга вернулся, царь спросил его:

-Этот человек при тебе начал есть курицу?

- Да.

- Он нашёл золотой слиток?

- Да.

- Он был счастлив?

- Не знаю. Дело в том, что, когда он увидел этот слиток, он тут же умер.

Своим холодным, острым сердцем...

                        Обжёг её...как жгучим перцем...

Простой и не мудрёный слог...

А сколько силы и тревог...

В нём заключает разум наш...

Ему приятель-карандаш...

И прост и не мудрён на вид...

А столько тайн в себе хранит...

Казалось, просто - каламбур...

Но и опять "Но", тут как тут...

Но

Я тайну осени пытаясь разгадать...

Раскрасив мысли красками листвы..

Наполнив буквы лёгким ветерком...

Пустился в путь под свет немой луны...

Припоминая чувства прошлых лет...

Я парком шёл своих воспоминаний..

И шаг за шагом листья поднимая...

Срывал я ностальгии яркий цвет...

Ночь....

Ночь...и звёзды тихо смотрят в окна...

Кто там? Стучатся в сердце перезвоном...

В унисон...

И не понять, где явь,где сон...

Где стон горы, а где не слышный звон,

Собою заставляющий так трепетать души покой...

Он мой или он Твой...

А звёзды с нежностью мерцают в небесах...

Ночь...ответ подарит нам, в спокойных своих снах...

Настроение сейчас - созерцание


От чего так....?

Вот то , что увидел я:

Зелёная,высокая трава...

Шершавая морщинками кора...

Большой, могуче-гибкий ствол...

В изяществе ветвей многоголосый хор..

 И мир вокруг- смычок, а дерево-виолончель...

Вплетут узор моей души,в глаза моих детей....

 Порой открываются душевные поры и неимоверны тогда догмы , тезисы....коментарии и ожидания....Всё в себе и всё вне...

Буду писать ....себя, чтобы читать....себя

Может быть...кому то ...это нужно...)

 Дети...дети судя по фото..могут смотреть на себя со стороны...в отличии от взрослых людей...

С тех пор как я взял за привычку смотреть хотябы с утра на себя со стороны,сканируя настроение ...

А лишь после этого смотреть на других....дела мои пошли в гору....я научился считать деньги....

А детей за их способности полюбил ещё больше...

Настроение сейчас - блютузз

 

Доброе утро всем кто проснулся...

Доброе тем кто проснётся поздней...

Каждому пусть оно улыбнётся...

Так же как  как сделало зеркало мне...

Настроение сейчас - чумавое и тииихоое

 

Пусть шепчет ночь в предутренней тиши,

Во сне Твоём лишь лёгким ветерком...

Пусть снятся если сны,чтоб были хороши,

И утро будет добрым и спокойным как твой сон...

Приятным и уютным для души...

Я где-то рядом.....

что то приятное

Онг намо гуру дэв намо...

япония взгляд