МУЗЕЙ ВОСКОВЫХ ФИГУР-ВИРТУАЛЬНАЯ ЭКСКУРСИЯ

 

ПОСЕТИТЬ МУЗЕЙ
На сайте,для перехода в другие залы, нажимайте на картинки в правом верхнем углу экрана.

Рецепты приготовления блюд из рыбных консервов

 http://www.optkonserv.ru/recipe.php

 

• Салат из консервированных кальмаров
• Салат из консервированного кальмара с яйцами
• Котлеты из рыбных консервов
• Рыбный супчик для ленивых (из рыбных консервов)
• Пирог с рыбными консервами
• Рассольник с консервами «Килька в томате»
• Пирог с рыбными консервами
• Консервы «Гогошары в томатном соусе» с тушеной капустой
• Консервы «Баклажаны по-болгарски» с зеленым луком и редькой
• Суп с консервами «Фасоль стручковая»
• Суп из консервов «Рагу из овощей»
• Свекольник из консервов «Икра из свеклы»
• Салат из сырых овощей с консервами «Патиссоны консервированные»

Читать далее...

Обалденный судак!

Запечен с шампиньонами, приправлен кориандром, щедро сдобрен сметаной - праздник, а не рыбка))))

СУДАК, ЗАПЕЧЕННЫЙ С ГРИБАМИ

Заготовка для борща

 

Читать далее...

Помидорные дольки – салат в банках

 

Читать далее...

ЧТО ТАКОЕ АЛХИМИЯ?


Алхи́мия (лат. alchimia, alchymia, от араб. خيمياء‎‎, предположительно от египетского «chemi» — черный, откуда также греческое название Египта, чернозёма и свинца — «черная земля»; другие возможные варианты: др.-греч. χυμος — «сок», «эссенция», «влага», «вкус», др.-греч. χυμα — «сплав (металлов)», «литье», «поток», др.-греч. χυμευσις — «смешивание», др.-греч. Χιμαιρα — «Химера») — общее название существующих в различных культурах систем трансформации человека, основанных на метафоре химических превращений и использующих химические соединения, а также сопутствующих этим системам и возникших, вероятно, в результате их вульгаризации попыток получения драгоценных металлов, снадобий, философского камня, универсального растворителя, питьевого золота и других якобы обладающих чудесными свойствами веществ. В алхимии человек или его отдельные компоненты (сознание, дух, душа, тело, отдельные энергии и т. п.) рассматриваются как обладающие определенными химическими и физическими свойствами субстанции, и с ними производятся некоторые операции, описываемые на языке химических превращений. Параллельно основной — химической — метафоре часто развиваются другие символические ряды; особенно богата в этом отношении европейская алхимия. Все без исключения алхимические учения отличаются таинственностью и секретностью, что в ходе истории часто давало повод к их превратному пониманию.

Представление об алхимии как «примитивной химии», сложившееся в науке к концу XIX в., было полностью пересмотрено в XX в. В исследованиях различных алхимических традиций алхимические системы трансформации человеческого существа часто обозначают как «внутреннюю алхимию», а практики получения различных веществ — как «внешнюю алхимию» (термины происходят из китайской алхимии — перевод «内丹 nèi dān» и «外丹 wài dān» соответственно). В действительности, ни одна из «внешних алхимий» не является цельной самостоятельной системой. Все они представляют собой лишь смесь неправильно понятых и деградировавших методик из соответствующих «внутренних алхимий», дополненных некоторыми практическими химическими и фармакологическими знаниями. Последние в ходе истории служили основой первых чисто химических описаний. Представление о независимом существовании самостоятельных «внешнеалхимических» школ и тем более о происхождении «внутренней алхимии» из «внешней» не выдерживает критики ни для одной из традиций. «Внешняя» алхимии всегда является либо частью соответствующей «внутренней», либо вульгаризацией и ложной интерпретацией последней.

Реальные алхимические традиции, по всей видимости, сочетают внутреннюю работу с получением и приемом некоторых веществ. Как и все эзотерические знания, алхимия строится на постулате о подобии микрокосма и макрокосма.



Во всех алхимических традициях исключительную роль играет ртуть и ее сульфид — киноварь (HgS), которые порой даже дают название всей алхимической системе, как, например, «расаяна» (один из смыслов — «колесница ртути», «учение ртути») — индийская алхимическая традиция, «дань (цинь)» («(искусство) киновари») — китайская. В европейской алхимии слово, обозначающее ртуть, совпадает с именем покровителя алхимии — Меркурия (бога и планеты) и ее легендарного основателя (Гермеса Трисмегиста). Кроме того, используются сера, 6 традиционных металлов (свинец, железо, медь, олово, серебро, золото), соединения мышьяка (прежде всего аурипигмент и реальгар), сурьма, селитры, щелочи и некоторые другие неорганические соединения и органические соединения, в китайской, индийской и тибетской алхимии, кроме того, драгоценные камни и травы.



Во всех алхимических системах важное значение имеют идеи:
очистки и концентрации участвующих в работе веществ или вещества путем прокаливания, переплавки, амальгамирования, дистилляции;
священного брака, соития мужского и женского принципов, соединения противоположностей.

Последняя в европейской алхимии имеет форму «химической свадьбы», «королевского брака», соития брата и сестры, Солнца и Луны, Гермафродита и Салмакиды, самца и самки разных животных и т. д., в индийской — союза Шивы и Шакти, в китайской — соединения дракона и тигра или встречи Пастуха и Ткачихи (Небесной Девы). Для египетско-греко-арабско-европейской алхимической традиции крайне важную роль играет также идея смерти (обычно в форме убийства) и воскресения (воскрешения).

Ни одна из алхимических традиций не описана сколько-нибудь полно современной наукой. Исследования находятся в начальной стадии, более или менее достоверно реконструированы лишь отдельные фрагменты алхимических систем. Ведутся споры даже по основным вопросам. Это связано прежде всего с самим характером алхимических учений, имеющих сугубо практическую направленность и предусматривающих трансформацию самого алхимика. Основное открытие исследователей алхимических систем состоит в том, что последние не могут быть правильно поняты без практического прохождения всех их стадий самим исследователем. По самому своему устройству алхимические знания представляют собой чудесные волшебные миры, полные загадок и тайн.

Не ясно, насколько алхимические системы разных культур изоморфны друг другу и, в частности, насколько аналогичны их конечные результаты. Также остаются открытыми вопросы о генезе алхимических традиций, существовании единого их источника, взаимных связях и заимствованиях. Не вызывает сомнений генетическая связь внутри следующих групп:
платонизм, позднеантичный гностицизм, христианство, неоплатонизм, зорастризм, манихейство, каббала, суфизм, эллинистическая, египетско-эллинистическая, византийская, арабская и европейская алхимия;
практики сиддхаров — доарийского населения Индостана, индийская и буддийская тантра, индийская и тибетская алхимия;
даосизм, китайская алхимия и алхимические практики региона китайского культурного влияния – Япония, Корея, Индокитай.

ИСТОРИЯ АЛХИМИИ


В 1666 г. в Гааге, в Голландии, к Гельвецию, врачу принца Вильгельма Оранского, явился незнакомец и показал ему вещество, которое, по его словам, могло превращать свинец в золото. Гельвеции незаметно соскреб несколько крошек и провел опыт. Ничего не получилось. Вскоре гость вернулся, и Гельвеции попросил дать ему кусочек побольше. Незнакомец выполнил просьбу, но больше не возвращался. Гельвеции повторил опыт и получил золото.

Алхимия стремилась отыскать философский камень, или эликсир жизни, вещество, способное превращать свинец в золото и даровать бессмертие. Боясь, что открытия попадут в недостойные руки и будут употреблены во зло, алхимики прятали свои секреты, используя для записей тайные символы.



Алхимия процветала еще в египетской Александрии, завоеванной арабами в 642 г. н.э. Однако в Европе алхимия появись лишь в XII столетии.

Западные алхимики разделяли взгляды Аристотеля, полагавшего, что материальный мир состоит из первичной материи в различных формах. Первовеществами были стихии — земля, воздух, огонь и вода, каждая из которых характеризовалась двумя качествами (из двух пар): сухой — мокрый и горячий — холодный. Поэтому воздух (горячий и мокрый) можно было превратить в огонь (горячий и сухой), просто высушив его. Соотношение первовеществ и качества определяло форму объекта. Так, можно было превращать одну форму материи в другую, изменяя соотношение стихий. Это достигалось многократным нагреванием, сжиганием, выпариванием и перегонкой.

На Востоке алхимия была связана с даосизмом и поисками эликсира бессмертия. Там признавалось существование пяти стихий: воды, огня, дерева, металла и земли — и двух принципов: инь (женское, пассивное, водяное) и ян (мужское, активное, огненное). Алхимики достигли успехов в получении сплавов, а метод перегонки положил начало производству спирта и духов.



Свои алхимики существовали и в России. В XVII веке алхимией занимались монахи-старообрядцы Выговской пустыни, расположенной у Онежского озера. Под покровительством основателя пустыни Андрея Денисова был переведен на русский язык труд знаменитого алхимика XIII века Раймонда Луллия «Великое Искусство». Правда, староверов привлекала не столько возможность получения Философского Камня, сколько «великая наука каббалистичная», объяснявшая единство божественного творения. Книгу Луллия читали и в Москве, и в Петербурге.

Алхимическая традиция предполагает, что все на свете состоит из соли, ртути и серы (священная триада). При этом речь идет не об обычных соли, сере и ртути, которые можно купить в магазине, а веществах «философских». Только научившись приготавливать их из доступных реактивов, алхимик мог добиться успеха. Поиски намеков на способы получения священной триады в трактатах и эксперименты отнимали у алхимика десятки лет. Неудивительно, что многие адепты Философского Камня сообщали об успехе, будучи уже глубокими стариками.

Существуют свидетельства о том, что граф Сен-Жермен мог синтезировать жемчужины, умел увеличивать их размер и придавать им красивый отлив. В мемуарах придворной дамы мадам дю Хоссе описано, как граф на ее глазах исправил дефект (трещину) на жемчужине Людовика XV. В связи с этим случаем граф рассказал, что жемчуг появляется в раковине в результате болезни и что он знает, как вызвать эту болезнь. Современная наука считает образование жемчужин болезнью моллюска - но в то время об этом еще не знали!

Репутациию безумцев, готовых ради мифического золота кинуть в печь последнюю монету и смешать все, что угодно, алхимики приобрели благодаря пафферам. Так в Средние века называли людей, одержимых жаждой золота. Они не тратили время на чтение древних манускриптов, а без устали экспериментировали со смесями разнообразных веществ: разогревали, растворяли и выпаривали. Часто подобные опыты заканчивались плачевно: взрывами, пожарами или отравлениями. На жизнь пафферы зарабатывали изготовлением ядов и приворотных средств.

Мало кто знает, что египетская царица Клеопатра занималась алхимией — пыталась получить золото искусственным путем. Хотя ее и считают автором рукописи «Хризопея», то есть «Златоделие», нигде не упоминается, насколько она в этом деле преуспела. Зато доподлинно известно, что некоторые из египетских алхимиков довольно успешно овладели этим ремеслом, и в 292 году римский император Диоклетиан даже вынужден был издать специальный указ о сожжении всех рукописей, в которых содержались рецепты получения искусственных золота и серебра. И этот его шаг вполне понятен — ведь переизбыток золота создавал угрозу сложившемуся товарообороту. Не говоря уже о том, что, накопив большое количество денег, египтяне вполне могли поднять восстание против римлян.

Уничтожали в разное время не только книги и рукописи. Толпы фанатиков преследовали и убивали ученых. Лишь немногие из них нашли убежище в Византии.

Но «герметическая» (названная так по имени бога Гермеса) наука не погибла. В IX веке в руки арабов попала греческая библиотека, в которой находились и немногочисленные уцелевшие трактаты по алхимии. Арабы сразу оценили практическую сторону учения, и вскоре в Багдаде было освоено получение щелочей, перегонка растительных масел, кристаллизация и возгонка многих веществ (именно отсюда к нам пришло всем известное слово «алкоголь»). Развилась и идея о «лечении» — превращении неблагородных, «больных», металлов с помощью «лекарства» — Философского Камня, в высшие: золото и серебро. Эта задача стала путеводной звездой алхимиков. С легкой руки арабов «матерью металлов» алхимики стали считать ртуть — единственный жидкий металл. Верткие капельки ртути, как живые, могли проскальзывать сквозь пальцы, а покрытые амальгамой (кстати, тоже арабское слово) — натертые ртутью изделия из меди становились похожими на серебряные.



В Европе алхимия возродилась только в XI веке там, где был тесный контакт с арабами - в Испании и на острове Сицилия. Именно здесь впервые начали переводить арабские рукописи на латинский язык. Здесь же возникли и первые алхимические школы. Начался золотой век тайной науки.

Дружбы с алхимиками - учеными-энциклопедистами, естествоиспытателями, целителями и астрологами - добивались влиятельные вельможи, их принимали монархи. Они были окружены учениками и последователями. Установился даже некий кодекс поведения. В одном из наставлений говорится, что алхимик должен быть молчаливым и никому не сообщать результатов своих опытов. Жить он должен вдали от людей, в доме, где имеется хорошая лаборатория. Давалась и такая рекомендация: «Правильно выбирай погоду и часы для работы. Будь терпелив, прилежен и вынослив... Неплохо быть богатым, чтобы приобретать все необходимое для работы».

Великие ученые Средневековья, такие как Абу-Али Ибн-Сина, более известный нам как Авиценна, Френсис Бэкон, Барух Спиноза, Готфрид-Вильгельм Лейбниц, верили, что, если к серебру или ртути примешать в малых количествах Философский Камень и полученную смесь нагреть, она превратится в золото. Эта вера была настолько сильна, что английский король Генрих VI обратился с воззванием к народу, в котором клялся королевским словом, что близок день, когда в его лабораториях будет получено достаточно золота, чтобы выкупить все закладные своих подданных. А Карл II, с целью приумножения капиталов, создал алхимическую лабораторию под своей спальней, не обращая никакого внимания на то, что по ночам его будили взрывы. Даже в более поздние времена Исаак Ньютон проводил эксперименты по трансмутации (превращению) металлов. И с пользой для науки: в результате своих опытов он изобрел особый сплав для зеркал телескопов.

Слухи о возможностях обладателей Философского Камня, которые подогревались сообщениями об успешных опытах, увеличивали славу алхимиков, и за ними по всей Европе началась настоящая охота. Кто откажется от услуг чародея, изготавливающего золото? А всевозможных рассказов об их искусстве ходило немало. Вот некоторые из них.

В начале XIV века английскому королю Эдуарду удалось заполучить к себе на службу мудреца-искусника Раймонда Луллия, который пообещал монарху изготовить 60 тысяч фунтов золота из ртути за то, что тот пошлет армаду кораблей для священной войны против неверных. Алхимик свое обещание выполнил. Из полученного золота были отчеканены монеты с изображением короля и надписью: «Эдуард, король Англии и Франции». Но король обманул Луллия — пустил деньги не на борьбу с мусульманами, а на более важный для него поход против французов. Эти монеты, получившие название ноблей, и сейчас можно увидеть на стендах многих музеев...

В 1675 году рассказы о привольной жизни алхимиков при дворе императора Леопольда I дошли и до монаха Венцеля Зейлера. Он решил, похитив Философский Камень — некий красный порошок у одного из своих собратьев, сменить свое затворничество в темной келье на карьеру при дворе. В качестве первой демонстрации своего умения монах пообещал императору превратить на глазах у всех присутствующих медный сосуд в золотой. С помощью чудодейственного порошка, невнятного бормотания и театральных жестов он действительно совершил трансмутацию, что и было подтверждено королевским ювелиром. Удался алхимику и другой трюк — он успешно превратил в золото обыкновенное олово. И в этом случае из благородного металла были отчеканены монеты, на оборотной стороне которых имелась дата их выпуска — 1675 год и надпись: «Я превращен из олова в золото могуществом порошка Венцеля Зейлера».

За эти заслуги удачливому алхимику было присвоено звание королевского придворного химикуса, а через год его произвели в рыцари и назначили, очевидно, с большой надеждой на дальнейший рост казны, обермейстером монетного двора Богемии.
Однако далеко не всегда деяния алхимиков заканчивались благополучно. Скорее, наоборот. Как правило, судьбы «умельцев» трагичны.

В X веке на Востоке было широко известно имя ученого и алхимика, творца трактата «Книга тайны тайн», ученого ар-Рази. (В ней приводились считавшиеся тогда страшной тайной, а сейчас известные любому школьнику химические реакции.) Демонстрация превращения серебра в золото кончилась плачевно — драгоценный металл не получился. Разгневанный владыка, совершенно не слушая доводов алхимика, что в опыте произошла какая-то ошибка и он может повторить его, с ругательствами направился к дверям. Это послужило охране сигналом к расправе. Ослепший от побоев ученый кончил свои дни в нищете и забвении.
Как правило, алхимиков, уличенных в обмане, казнили как фальшивомонетчиков. Причем казнь производили пышно, на позолоченной виселице, а обреченных облачали в особые, усыпанные блестками балахоны.

В назидание другим в 1590 году в Мюнхене был повешен алхимик Брагадино, получивший до этого большие суммы денег за свою мнимую тайну Философского Камня от венецианского дожа и других великих мира сего. Для поднятия своего авторитета он хвастал, что сатана его раб, а две сопровождавшие его повсюду собаки — демоны. Когда его неспособность изготавливать золото стала очевидной, его казнили, а собак под виселицей застрелили. Через семь лет та же участь постигла Георга Гонауэра в Вюртемберге, Кронеманна — в Пруссии, Келттенберга — в Польше и т. д. и т. п.

Если же алхимик не был уличен в обмане, его ожидала другая перспектива — заточение в тюрьму за отказ раскрыть тайну Философского Камня. В 1483 году в застенке скончался Луис фон Неус. За такое же преступление в железной клетке была по приказу герцога Люксембургского заживо сожжена женщина-алхимик Мария Зиглерия. Этот список можно продолжать и продолжать.

Желающих нагреть руки на простаках, жаждущих быстрого обогащения, было немало. И это неудивительно — любое дело, сулящее выгоду, обрастает массой шарлатанов. В то время как ученые, влекомые жаждой познания, проводили дни и ночи у печей, изучая химические реакции, другие не менее настойчиво искали окольных и не всегда честных путей к успеху.

Европу наводнила толпа мошенников, на удочку которых попадались не только простофили, но даже образованные вельможи и короли. Частенько золото алхимиков оказывалось обманом — латунью, томпаком или бронзой, хотя еще Аристотель писал, что из меди, при нагревании ее с цинком или оловом, образуются золотисто-желтые сплавы. «Не все то золото, что блестит». Были умельцы, которые получали «серебро», добавляя к медному расплаву мышьяк. Главное, чтобы неблагородный металл приобрел желаемую окраску. В других случаях требовалась только ловкость фокусника, чтобы для цвета неза-метно подбросить в расплав кусочек золота. Как именно осуществить это — зависело от фантазии умельца. Некоторые «мастера золотой кухни» предпочитали пользоваться для перемешивания расплава полой палочкой, внутри которой прятали несколько кусочков золота, заклеивая их воском. Если палочка была деревянная, то нижняя, полая ее часть полностью сгорала в расплаве. Таким изящным способом и само вещественное доказательство уничтожалось раньше, чем у кого-нибудь могло возникнуть желание рассмотреть «волшебную палочку» поближе.

В своих экспериментах «золотых дел мастера» обнаруживали необычайную изворотливость. Они использовали тигли с двойным дном, из которых при накаливании выливалось золото, или угли со спрятанным внутри золотом. Иногда успеху способствовала золотая пыль — ее вдували в расплав вместе с воздухом, накачиваемым воздуходувкой.

Благодаря различным проходимцам от науки в XVI — XVII веках прославленная «герметическая наука» стала клониться к закату. Над учеными-алхимиками стали смеяться. В 1526 году некий Атриппа язвительно писал своему другу: «Слава Тебе, Господи, если в этой сказке есть правда, я богат... Мой давний друг добыл мне семена золота и посадил их в сосудах с длинным горлышком над моим очагом, разведя в нем огонь не жарче, чем тепло солнца. И, как курица, дни и ночи напролет насиживает яйца, так и мы поддерживаем жар в печи, ожидая, когда из сосудов вылупятся огромные золотые цыплята. Если выведутся все, мы превзойдем Мидаса по богатству или, по крайней мере, в длине ушей...»

В 1610 году в одном из лондонских театров была поставлена комедия «Алхимик», в которой «прокопченный познаватель мира» в нелепом балахоне с длинными рукавами вылезал из подвала. Воздев к небу руки, он под смех и свист зрителей декламировал:

Я нынче должен изготовить талисман,
Мой перл творенья — Философский Камень...
Вы все еще не верите? Напрасно!
Я весь металл здесь ночью превращу во злато.
А завтра утром же за оловом и за свинцом
К лудильщику я слуг своих отправлю!

Естественно, в конце комедии и шарлатана-алхимика, и его подручных, собиравшихся облапошить толстосума, настигает заслуженная кара.

Золотой век алхимии кончался. Она умирала, окруженная «изобретателями» различных «эликсиров бессмертия» и «мистериумов». В последний путь ее провожали насмешками. Удар, от которого алхимия уже не оправилась, нанес Роберт Бойль, опубликовавший в 1661 году книгу «Химик-скептик», в которой он убедительно развенчивал учение о трансмутации металлов. Занятие алхимией было проклято католической церковью и запрещено в Англии, Франции, на территории Венеции. Причем, как всегда, невинно гибли и настоящие ученые. Так погиб французский химик Жан Барилло, которого казнили только за то, что он изучал химические свойства веществ и имел собственную лабораторию.

В истории науки началась новая эра, отбросившая путы «герметической науки». Но накопленный опыт алхимиков не пропал. Недаром один из величайших умов своего времени Роджер Бэкон так сказал об алхимии: «Это... наука о произведении вещей из элементов и о всех неодушевленных предметах, как об элементах и о простых и сложных жидкостях; об обыкновенных и драгоценных камнях и мраморах; о золоте и прочих металлах; о серах, солях и купоросах; о лазури, сурике и прочих красках; о маслах и горючих битумах и бесконечно многих вещах, о коих в книгах Аристотелевых не упомянуто».

Самые известные алхимики

Раймонд Луллий (1235-1314?). Монах-фрацисканец. Прекрасный знаток арабского языка, физики, астрологии. Много странствовал — Испания, Тунис, Палестина, Вена, Англия. Основал множество учебных заведений, немало сделал для распространения христианства. Алхимией занимался с 1289 г. По легенде, получил эликсир бессмертия, но отказался им воспользоваться. Есть сведения, что монеты из полученного им золота сохранились до сих пор, их называют Raymundini.

Альберт Великий (1193?-1280). Монах-доминиканец, выдающийся схоластик. Родился в аристократической семье (граф фон Больштедт). По легенде, в детстве отличался необычайной тупостью, ясный ум он вымолил у Девы Марии. Среди ученых XIII в. отличался необычайно многосторонними познаниями в самых различных областях естествознания ; (трактаты о минералах, растениях, животных и др.). До нас дошли 5 трактатов по алхимии. Славился как маг и чародей, о нем сохранилось множество сказок — о механическом человеке, о говорящей голове и пр.

Арнольд де Вилланова (1235-1311). Великий врач и алхимик, его обвиняли в связях с нечистой силой. Считал золото универсальным лекарством, использовал в медицине достижения алхимии (соли ртути и сернистые соединения). В числе его пациентов был и Папа Римский, что сильно помогло Арнольду, когда он попал под суд инквизиции за взгляды, близкие сторонникам Реформации. Уже после смерти Арнольда его труды (в том числе и алхимические трактаты) были признаны еретическими и сожжены.

Василий Валентин. Считается, что под этим псевдонимом скрывается монах-бенедиктинец из Эрфурта, но есть мнение что это целая группа талантливых авторов. Легенда гласит, что в одной из колонн Эрфуртского собора внутри были обнаружены рукописи Василия Валентина, в том числе и знаменитый трактат "Двенадцать ключей к философии". Авторитет его как алхимика необычайно высок. Химия также обязана ему многими открытиями.

Парацельс (1493-1541 г.) Настоящее имя — Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм. Замечательный врач, первый из медиков начал рассматривать протекающие в организме процессы с химической точки зрения. Строго говоря, не был алхимиком, так как отрицал идею философского камня, но методы алхимии успешно применял для получения лекарств. Есть предположение, что Парацельс входил в организацию розенкрейцеров. Родился в 1493 г. в Швейцарии. Позднее он взял себе имя ПараЦельс (греч. «para» обозначает возле, около, почти), поскольку считал, что его умения превосходили достижения Цельса, знаменитого римского врача V в. После учебы в нескольких университетах Парацельс странствовал по Европе, занимаясь врачебной практикой и используя в лечении природные средства. Он прославился как чудесный целитель и в 1527 г. получил должность врача и профессора медицины в швейцарском городе Базеле. Там он сжег книги признанных медицинских авторитетов, таких, как Аристотель и Гален, чьи идеи считал устаревшими.
Всегда идущий наперекор традициям, Парацельс разрабатывал свои методы лечения, основываясь на опыте, а затем сдабривал их слегка мистикой. «Магия, — заявлял он, — может научить врача лучше, чем все написанные книги». Он считал, что магия — это инстинкт врачевания, талант, дарованный врачу Богом.

Парацельс увлекался поисками философского камня, который якобы способен превращать неблагородные металлы в золото, а также служить эликсиром жизни, дающим человеку бессмертие. Но Парацельс считал, что философский камень не имеет отношения к получению золота, а нужен для изготовления чудодейственных лекарств. Эта точка зрения ознаменовала поворот от алхимии к химии. Парацельс предвосхитил достижения современной гомеопатии. Он утверждал: то, что вызывает болезнь, может быть использовано и для ее лечения. Интересовала его и астрология, а также возможная зависимость человеческих недугов от погоды.

Современная медицина, в том числе психиатрия, многим обязана Парацельсу. Он высмеял теорию, согласно которой эпилептики считались не больными, а одержимыми дьяволом. Он установил связь между болезнью легких у шахтеров и их трудом, между параличом и травмой головы. Парацельс первым подробно описал причины, симптомы и диагностику сифилиса и стал использовать в медицинских целях настойку опия.

Парацельс заявлял, что нашел философский камень, и уверял, что будет жить вечно. Он скончался в 1541 г. в возрасте 48 лет, возможно, от случайного падения.

ОСНОВЫ АЛХИМИИ

"Ибо вот, Царствие Божие внутрь вас есть".
Лука, 17, 21

Алхимия, как и все магические искусства, основана на предположении, что Вселенная представляет собой единство. Основа единства и порядка была обнаружена алхимиками в веществе, называемом первоматерия, в веществе, которое остается неизменным при всем разнообразии. Первоматерия не является материей в точном смысле этого слова, она является ее возможностью. Первоматерия может быть описана лишь в противоречивых терминах. Она не обладает ни свойствами, ни качеством, и в то же время имеет все качества и свойства, так как содержит в себе возможность всего, что находится в ней в латентном состоянии. Первоматерия - это то, что остается от предмета, когда он лишен всех характеристик.

Вплоть до XVIII века, а то и позже, алхимики считали, что объект может быть лишен своих свойств и низведен до первоматерии, к которой затем можно прибавить другие, лучшие свойства. Они базировались на распространенной тогда теории материи, развитой Платоном, Аристотелем и дополненной позднейшими философами, - теории четырех элементов. Согласно этой теории., не подвергавшейся сомнениям вплоть до XVII века (когда на нее обрушился с критикой Роберт Бойль), Вселенная создана Богом или менее значительным сверхъестественным существом из первоматерии, которая была им создана или обнаружена. После чего первоматерия была оформлена и одухотворена. Четыре элемента - огонь, воздух, земля и вода - были получены из нее первыми. Каждый из этих элементов содержит два из четырех основных свойств, существующих во всех вещах, - жар, холод, мокрость и сухость. Огонь жарок и сух, воздух жарок и влажен, вода холодна и мокра, земля холодна и суха. Все создано из этих четырех элементов, и различия между предметами и материалами объясняются разницей в пропорциях, в которых эти элементы сочетаются в них.

Если одно из свойств элемента нарушить, он превращается в другой элемент. Если горячий и сухой огонь теряет свой жар, он становится холодным и сухим и превращается в землю (золу), Когда холодная и мокрая вода нагревается, она становится горячей и мокрой и превращается в воздух (испаряясь).

Эта теория важна для алхимии, поскольку допускает возможность трансмутации. Золото - это соединение четырех элементов в определенной пропорции. Другие материалы являются соединением тех же элементов, но в немного других пропорциях. Изменяя пропорции в этих соединениях, нагревая или охлаждая, высушивая или увлажняя, можно другие металлы превратить в золото.

Современные оккультисты, многие из которых уверены в том, что алхимики преуспели в изготовлении золота, в целом согласны с теорией четырех элементов. "Современные исследования подтверждают старые представления о том, что Вселенная была создана из четырех элементов - огня, воздуха, воды и земли и именно в этом порядке; каждый из этих элементов возникал из своего предшественника и по очереди одухотворялся Словом, вдунутым в них в момент Творения". Но с точки зрения современного оккультизма, четыре элемента представляют собой четыре формы существования энергии. Огонь символизирует электричество, воздух - газообразное состояние, вода - жидкость, а земля - твердое тело. Все объекты существуют в форме одного из этих состояний или соединения их, и одно состояние может быть изменено в другое.

Теоретическая возможность трансмутации была доказана на практике еще ранними алхимиками при помощи тогдашних методов металлообработки. Ремесленники Египта, где незадолго до или сразу после рождения Христа, вероятно, и зародилась алхимия, изготавливали медно-серебряные сплавы, очень похожие на золото, в таком изобилии, что возникла сложная система терминов для различения на рынке разных видов этого "золота". Найденный в Фивах папирус, написанный по-гречески около 300 года н. э., предлагает несколько способов получения золота и серебра из других металлов и утверждает, что полученные металлы будут соответствовать настоящим при проведении любых анализов. И в этом, и в более ранних рецептах акцент делается на цвете металла, на необходимости желтить или белить его, пока он не начнет походить на золото или серебро.

Ремесленники древнего мира стремились подражать Природе, пользуясь сплавами и красками, чтобы искусственно созданные материалы напоминали естественные. Убеждение, что Природе можно подражать, является одной из фундаментальных теорий алхимии, суммированной в максиме "самое естественное и совершенное творение - создать то, что подобно себе". Одновременно с этим существовало мнение о том, что менее ценные или "исходные" металлы являются недостатками Природы. Природа всегда стремится к совершенству, пытаясь создать наилучший металл - золото, наименее подверженный порче и коррозии. Но природные процессы часто сбиваются, и в результате получаются другие, несовершенные металлы. Когда алхимик пытается превратить исходный металл в золото, он полагает, что высвобождает этот металл от примесей и переводит его в более высокое состояние, в то состояние, для которого он был замыслен. Золото алхимика должно быть истинным золотом, и процессы его изготовления копируют те, с помощью которых золото создается в земле.

Алхимики считают, что, работая с металлами, они работают с жизнью. Они не проводят резкого различия между одушевленным и неодушевленным. По их представлениям, все, включая людей и животных, состоит из одних и тех же четырех элементов и является живым (или, как это объясняют современные оккультисты, все содержит энергию). Металлы растут в чреве земли точно так же, как ребенок растет во чреве матери. В немецком справочнике по металлам и горнодобывающему делу, написанном в 1505 году, говорится: "Необходимо заметить, что для роста или зарождения металла должен присутствовать зачинатель и некоторый субъект, способный к восприятию генеративного действия", и более того, "когда в руде присутствуют ртуть и сера, сера ведет себя как мужское семя, а ртуть как женское в зачатии и рождении ребенка".

Параллель между существованием металла и жизнью человека прослеживается во всей алхимии. Это отражает магический принцип, согласно которому все создано по образу человека. Первым важным шагом в работе алхимика является сведение исходного металла к первоматерии. Оно заключается в "убийстве" внешней формы металла и в высвобождении искры жизни, заключенной в ней, точно так же как после смерти душа человека высвобождается из тела. Затем искра жизни соединяется с первоматерией для зарождения "эмбриона" металла, который будет обладать естественным стремлением стать золотом, так как Природа жаждет совершенства. Подкармливаемый должным образом, эмбрион будет расти и наконец родится в атанаре алхимика как совершенное золото, Камень. Этому процессу сопутствуют бесчисленные сложные процедуры, но общая схема именно такова. Алхимики различают "тело" вещества - его негорячую часть, и "дух" - его горячую и летучую составную. Когда дерево "убивается" посредством сжигания, образуются дым и пепел. Пепел - мертвое тело дерева, дым, поднимающийся к небу, - его дух или искра жизни.

Представление о том, что искра божественной жизни, упавшая с небес, заключена во всех объектах материи, унаследовано алхимией от комплекса религиозных и философских идей, популярных в восточном Средиземноморье в эпоху Христа. Этого же мнения придерживались многие гностики, полагая, что душа исходит от Бога через небесные сферы и попадает в оковы материи, например, в тело. То, что в Бытии содержится две разных версии творения человека, подвигло иудейских и гностических комментаторов на размышления о двойственности человеческой природы. С одной стороны, она духовная и божественная по своей сути, а с другой - материальная и земная. Манихеяне, вероятно, воспринявшие идею о божественной искре у зороастрийцев, утверждали, что вначале злые силы Тьмы боролись с божественной сферой Света. Захватив часть света и не желая ее отпускать, темные силы заключили этот свет в созданного ими человека.

Таким образом, божественный свет оказался смешанным с человеческим мраком, свет, который манихеяне называли "живой сутью" или "светлой сутью" - предшественником астрального тела современной оккультной теории. Некоторые христианские гностики называли его искрой или семенем света. В Новом завете он называется пневмой, "дыханием" или "духом".

Греческие философы тоже внесли свой вклад в теорию пневмы. Аристотель говорил, что все на Земле подвержено изменению и старению, поскольку состоит из четырех изменяемых элементов. Он уже знал о неизменности видов. Крыса рождала крысенка, а не черепашку. Сейчас неизменность видов связывается с действием в живых клетках химического элемента, называемого ДНК. Аристотель относил это за счет действия неизменяемой составляющей в человеческом семени - пневмы.

В последние годы до нашей эры и в первые нашей эры философы-стоики следовали этим же путем. Они утверждали, что пневма - это нечто, присутствующее во всех живых существах в дополнение к плотным тканям и жидкостям, из которых они состоят. Пневма движется волнами, подобными звуковым, и может существовать в разных "тонах" или степенях напряжения, по аналогии с барабаном, который издает различные звуки в зависимости от степени натянутости кожи. Такова ранняя форма оккультного представления о вибрирующей Вселенной. Свойства любого существа зависят от степени напряженности волн его пневмы.

Живое тело содержит различные типы пневмы. "Связующая пневма" удерживает вместе его части, "витальная пневма" оживляет его, а "рациональная пневма", пребывающая только в мыслящих существах, обеспечивает его сознанием. Рациональная пневма - стоический эквивалент божественной искры. После смерти тела она возвращается на небо в виде огненного испарения. Небо является универсальной пневмой, веществом, связывающим все воедино, то есть самим Единым.

Алхимики с их антропоморфным взглядом на Вселенную полагали, что вся материя содержит пневму или дух, которые они идентифицировали с ртутью - металлом, принадлежащим богу разума Меркурию. Вероятно, яркость и блеск ртути напоминали заключенный в материю божественный свет, и поэтому ртуть воспринималась как жизненный принцип металлов. Возможно, это произошло еще и благодаря жидкому состоянию ртути. Считалось, что жидкости являются вместилищем жизни - дождь, кровь, сперма, содержание яйца. Если металлы являются живыми объектами, то очевидно, что ртуть - самый живой из них, поскольку она в состоянии двигаться.

Ртуть воспринималась как дух любой отдельно взятой материи, испарение, образующееся при нагревании, иногда ее даже рассматривали как Единого - единство, скрывающееся за всем разнообразием (точно так же по теории стоиков рациональная пневма индивидуальных созданий являлась частью универсальной пневмы). Как и Единый, ртуть соединяет в себе противоположности. Она является и металлом и жидкостью. Она - жидкость, но не намачивает поверхность, на которой пребывает. По этой причине ее называли "мужской-женской" и часто изображали в образе гермафродита. Также ртуть изображалась как козерог, укрощаемый девой, - символ примирения противоположностей; как лев, дерущийся с единорогом, - символ антагонизма противоположностей; как дракон или крылатый змей, что символизирует плотность (змея, земля) и подвижность (крылья, воздух, пар).

Ртуть алхимиков - не обыкновенная ртуть, а философская - идеальное вещество, лишь отдаленно напоминающее металл, существующий в природе. Алхимики верили в существование и других идеальных веществ, черпая подтверждение этому в теории форм Платона, а также в утверждении Аристотеля, который пояснял, что известные нам четыре элемента не являются истинными элементами. Например, воздух в своем истинном виде представляет собой очищенную форму того воздуха, которым мы дышим и в котором содержится смесь всех четырех элементов с преобладанием воздуха.

Значение, придаваемое алхимией ртути, определяется не только классической теорией (которую средневековые алхимики усвоили не непосредственно, а через арабских писателей, переводившихся на латынь, начиная с XII века и далее), но и Библией. Философская ртуть идентифицировалась с Духом Божьим, почивавшим на водах в Бытии. Господь создал первоматерию - пустую зияющую тьму - "Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною". Тьма сгустилась над водами, где летал Святой Дух. Дух оживил водную первоматерию и придал ей форму, содержащую в себе возможность всех вещей. По аналогии с древними мифами, в которых жизнь Вселенной считалась результатом сексуальных взаимоотношений богов, действие Духа воспринималось как оплодотворение. Ортелйй, алхимик конца XVI века, говорил, что дух "навис над ликом вод" и "снес в них семя, оплодотворив их и высидев яйцо, как курица". Считалось, что таким было начало всего последующего творения.

Существовало мнение, что первые главы Бытия содержат в себе все тайны алхимии, и некоторые адепты изобретали процессы, в которых копировались семь дней творения.

Ортелий также утверждал, что "Дух был вдунут во все посредством Слова Божия, и так получил свое воплощение". Это предположение также внесло свой вклад в теорию пульсирующей Вселенной. В Бытии Господь творит, выражая свои распоряжения в словах, а затем вдувая свое дыхание, как Он вдохнул жизнь в ноздри Адама. Произнесение слов или дыхание заставляют воздух вибрировать, и современный автор, процитированный ранее в связи с оживлением четырех элементов "при помощи Слова, вдунутого в них в момент Творения", говорит, что выдохнутое слово создает вибрации, которые пронизывают всю Вселенную. Оккультисты часто связывают дух или божественную искру в человеке с вдохновением - словом, буквальный смысл которого сводится к тому, что в человека что-то вдохнули. Первая глава Святого Иоанна предоставила возможность алхимикам и оккультистам соединить воедино созидательное Слово Божие со Святым Духом Бытия, с жизненным принципом, божественным дыханием, вдунутым в Адама, а также с искрой божественного света, заточенной в материю. "Вначале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было вначале у Бога. Все чрез него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его".

Ртуть или "дух" появляется в алхимии в самых разнообразных обличьях. В XII-XIII веках бытовало мнение, что все металлы состоят из ртути и серы. Сера, как легковоспламеняющееся вещество, считалось огненным, активным, мужским началом, а ртуть - водным, пассивным, женским. Иногда и то и другое начала соединялись в двойственной природе самой ртути. Считалось, что идеальное золото, философский камень, является результатом соединения в совершенной пропорции философской серы и ртути. И основной процесс создания Камня заключался в соединении этих двух ингредиентов или в примирении противоположностей.

В IX веке влиятельный арабский алхимик Разес предположил, что в металлах содержится третий, солевой компонент. Эта идея стала чрезвычайно существенной для поздней европейской алхимии, и уже в XVI веке Парацельс утверждал, что все состоит из философской ртути, серы и соли (при этом он не отказывался от теории четырех элементов). "Мир таков, каким его создал Бог. Вначале Он создал тело, состоящее из четырех элементов. Он погрузил это изначальное тело в триединство ртути, серы и соли. Из этих трех веществ и состоит законченное тело. Ибо они формируют все, пребывающее в четырех элементах, они содержат в себе все силы и способности смертных вещей. В них день и ночь, тепло и холод, камень и плод и все остальное, еще не имеющее формы". Попытка примирить 4 (элемента) с 3-мя (ртуть, сера, соль) и 2-мя (противоположности день-ночь и так далее) в единице (философский камень) - одно из основных занятий поздней алхимии.

Соответствуя божественной Троице и тройственной природе человека, современная алхимическая теория тройственна по своей сути. По этой классификации человек состоит из трех основных частей - тела, души (чувства, желания, естественные склонности и пристрастия) и духа (высшие способности сознания- вдохновение, воображение, интуиция, способность к нравственной оценке и суду). В металлах соль представляет собой тело - инертное, пассивное, женское. Огненная сера, соответствуя жарким страстям человека, - душу и мужское. Противоположности серы и соли разрешаются в ртути, которая бисексуальна и соответствует духу или сознанию человека, благодаря которому душевные движения трансформируются в телесные действия.

Это является возвращением к гораздо более раннему разделению человека на плоть, соответствующую связующей пневме стоиков, душу - чувства и страсти (витальная пневма), и дух - рациональная пневма или на высшем уровне - Логос Святого Иоанна, Слово Божие, являющееся Его же Промыслом (Хокмах и Бинах в Каббале). Согласно теории о сошествии души сквозь сферы, дух заключен внутри души. Когда душа снова поднимается после смерти, она один за. другим скидывает накопленные слои или кожи, пока наконец сама душа не отбрасывается прочь и дух не воссоединяется с Богом.

Как и каббалисты, гностики и приверженцы мистических культов считали, что смерть не является обязательным условием воссоединения человека с божественным. В гностической молитве "Спасенные твоим светом" говорится: "Мы радуемся, что ТЫ явился нам в полном своем обличье, мы радуемся, что ты сделал нас богами в наших телах через лицезрение тебя". В мистериях Митры посвящаемый проходил через семь ворот, поднимаясь по семи ступеням, что символизировало восхождение души сквозь семь планетарных сфер. 6 мистериях Йзиды посвящаемый надевал или снимал с себя семь одежд (иногда двенадцать). В обоих случаях результатом инициации было перерождение. Посвящаемый рождался заново Кай Бог. В конце "Золотого осла" Апулея героя посвящают в мистерии Изйды. Он не раскрывает все подробности церемонии и лишь говорит, что приблизился к самый вратам смерти, но получил разрешение вернуться. Затем он появляется, облаченный в двенадцать стол и плащ, на котором вышиты священные животные, плащ этот называется олимпийской столой. Герой увенчан пальмовым венцом, символизирующим лучи восходящего солнца, "...внезапно я предстал перед взорами толпы, как статуя, с которой снято покрывало, облаченный, как Солнце. Это был Счастливейший день моего Посвящения, и я праздную его как день своего духовного рождения..."

Попытка стать богом - Великое Дело как в магии, так и в алхимии. Предположение о том, что человек может достигнуть божественного состояния, продолжая Оставаться в собственном теле, а также взаимосвязь этого процесса с превращением исходных металлов в золото были перенесены '' греко-египетскими алхимиками-гностикамй на основы металлургии древнего Мира. Один из них, Зосима Панополййский из Египта (около 300 г. н. э.), описывал сон, в котором он видел, как священник приносит жертву на куполообразном алтаре, к которому ведут 15 ступеней. Он слышал голос священника, который говорил: "Я совершил труд нисхождения на пятнадцать Ступеней во тьму и труд восхождения па пятнадцать ступеней к свету. Жертва обновляет меня, отметая грубую плоть тела. Так, посвященный, необходимостью, я становлюсь духом". Далее священник говорит, что он перенес невыносимое насилие. Он был расчленен мечом. Кости его были смешаны с плотью и "сожжены в огне очищения". Таким образом через трансформацию тела он стал духом.

Слово, которым назван куполообразный алтарь - фиал - применялось также для обозначения округлого стеклянного сосуда, помещавшегося над дистиллятором для конденсации паров. Вероятно, сон описывает уничтожение "тела" металла путем нагревания и выделение пара - "духа". Но одновременно он символизирует и мистерию посвящения. Нисхождение по лестнице во тьму и возвращение к свету олицетворяет нисхождение и восхождение Души сквозь сферы. Расчленение мечом является псевдосмертью, которая предшествует новому рождению. Горение в огне - очищение от земной Природы и ее трансформация в дух.

Далее в том же сне Зосима видит толпу людей, погруженных в кипящую воду на алтаре. Он видит медного человека со свинцовой таблицей. Наблюдатель говорит ему, что "желающие достигнуть добродетели входят сюда и, лишившись тел, становятся духами". Пробудившись ото сна, Зосима советует читателю построить храм "как бы из белого свинца, как бы из алебастра, который не имел бы ни начала ни конца. И Пусть внутри он походит на источник чистой воды, сверкающей как солнце... Затем возьми меч и найди узкое отверстие, ведущее внутрь храма. Там у входа лежит змея. Схйати ее, убей, освежуй и используй ее тело как ступеньку, ведущую ко входу. Ты найдешь, что ищешь. Медный человек стал серебряным, а если ты захочешь, он станет золотым".

Храм символизировал лабораторию алхимика, алтарь - его оборудование, люди - ингредиенты, которые Превращаются в дух или пары, змея - трудности в работе. Но очевидно, что этот сон имеет более глубокое значение. Современные оккультисты могут интерпретировать храм, не имеющий ни Начала ни конца, как истинное "я", которое вечно, или как тело женщины, содержащее сверкающую воду жизни, божественную искру. Узкий вход напоминает Евангелие от Матфея: "Потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их", а змея, охраняющая его, - звериная природа человека, стоящая на пути его духовного роста, но, будучи преодоленной и видоизмененной, она становится важной ступенью к божественному. Проникновение внутрь через узкий вход есть мистическое совокупление или объединение противоположностей, которое предшествует новому рождению посвящаемого.

Алхимия родилась и создавалась там же и в то же самое время, что и Каббала. Сочинения Зосимы дошли до нас лишь во фрагментах, но в ранних комментариях к ним - "Священном Искусстве" Олимпиодора - сказано, что он исповедовал союз с Богом, который является высшей целью каббалистов. Ои говорит, что это требует усмирения страстей и телесного покоя, которого каббалисты пытались достичь своими упражнениями. Он говорит, что алхимик должен взывать к божественному существу внутри себя и что те, кто знает себя, знают и Бога внутри себя. Это соответствует каббалистической доктрине о том, что человек есть форма, таящая в себе Бога. В позднейшей алхимии изготовление философского камня часто изображалось как дерево, подобное Древу Жизни, где ствол и ветви являлись последовательными шагами в работе, как сефироты - ступенями лестницы, ведущей на небеса.

Философский камень есть идеальное золото, платоническая "форма" золота, которое проникает в любое вещество, возвращая его к его собственной золотой природе. Поскольку ранние металлурги, превращая исходный материал в золото, в основном сосредоточивали свое внимание на изменении цвета, зачастую камень называли тинктурой. Зосима говорит, что "наше золото, которое обладает желаемым качеством, может превращать в золото и красить в золото. Вот величайшая тайна - золото становится золотом и делает все вокруг себя золотым". "Наше золото" и есть то, что более поздние поколения называли Камнем. Это божественная искра или Святой Дух в ощутимой форме. Это мистическим образом воплотившийся Единый и это человек как Бог.

УЧЕНИЕ АЛХИМИИ

Алхимия ни в коем случае не является только "обманным искусством изготовления золота", а скорее - внецерковным учением облагораживания души, которое из-за своих неортодоксальных доктрин пользовалось образным миром из фонда лабораторий (хотя существовали и выразители определенных взглядов, надеявшиеся синтезировать благородные металлы). Так как до Карла Густава Юнга (1875-1961) повсеместным уважением пользовались только научно-исторические аспекты этого учения, а алхимия рассматривалась как "ошибочная предхимия", то идеология алхимиков едва ли могла найти когда-либо должное понимание. В первую очередь речь идет о стремлении к распространению духовного света через различные секты с помощью систематического отталкивания мира материи, воспринимаемого как земной, тяжелый и темный, примерно в духе позднего античного гносиса в его разнообразном выражении. Символико-аллегорические образы, с поразительным разнообразием появляющиеся в средневековых рукописях и печатных книгах с гравюрами на меди периода Ренессанса и барокко, ставили своей целью не просветить постороннего человека, а помочь посвященному знатоку учения при медитации. Из первичной материи путем нескольких ступеней очищений должен был образоваться настоящий философский камень, обладание которым дало бы возможность получить из неблагородных металлов золото и серебро - металлы Солнца и Луны - и изготовить универсальное лечебное средство. Многие символы связывают эту идеологию с образами масонства и Союза Креста и Розы (розенкрейцеров). Среди самых важных алхимических образных объектов следует назвать андрогина, гексаграмму, голубя, дракона, единорога, жабу, золото, кадуцей (жезл Меркурия), квинтэссенцию, кораллы. Луну, льва, орла, павлина, пеликана, пентаграмму, серу и ртуть, Сатурна, свинец, серебро, Солнце, феникса и др. Подлинное начало алхимии датируется первыми веками н.э., когда она широко практиковалась греками и арабами. Позже в нее были привнесены элементы разных традиций, в том числе и элементы христианского мистицизма. По сути, это был символический процесс, включающий в себя попытки добыть золото, которое считалось символом просветления и спасения. Четыре этапа процедуры обозначались различными цветами: черный (греховность, начало, низшие силы) - для "первичной материи" (символ души в ее начальном состоянии); белый (простейшая работа, первое превращение, ртуть); красный (сера, страсть) и, наконец, золото. Пиобб анализирует символический смысл основных алхимических операций. Первая, называемая calcinatio, заключается в "смерти мирского", т.е. в отрешении от всех жизненных интересов и внешнего мира; вторая, putrefactio, является следствием первой и заключается в отделении бренного праха; третья, solutio, обозначает очищение материи; четвертая, distillatio, - это "дождь" очищенной материи, т. е. элементов спасения, разделенных в предыдущих действиях; в-пятых, соединение символизировало объединение противоположностей (coincidentia oppositorum), отождествляемое Юнгом с тесным союзом в человеке мужского принципа сознания с женским принципом бессознательного; сублимация, шестая стадия, символизировала страдание, являющееся результатом мифического отъединения от мира и посвящения духовным устремлениям. В геральдике эта стадия изображается в виде бескрылого существа, схваченного крылатым существом, а иногда эта стадия представлена мифом о Прометее. Последней стадией является философское затвердение, то есть неразрывное соединение принципов сгущенности и летучести: мужское начало (в отличие от женского) "сохраняет" принцип изменяемости. Алхимическую эволюцию можно выразить кратко формулой Solve el Coagula, что означает: анализируй все элементы в самом себе, раствори все низменное в тебе, даже если при этом ты можешь погибнуть, а затем концентрируйся с помощью энергии, полученной от предыдущей процедуры. В дополнение к этой своеобразной символике алхимию можно рассматривать как образец всех других дел. Она показывает, что добродетели можно культивировать при любых, даже простейших видах деятельности и что душа укрепляется, а индивид развивается. Эвола отмечал: "Наша работа представляет собой трансформацию и превращение одного существа в другое, одной вещи в другую, слабости в силу, телесной природы в духовную..." Относительно гермафродита (один из важнейших алхимических символов) Юджинио д'0рс пишет: "Тот, кому не удастся "стать двумя в одном теле" (любовь), станет двумя в одном духе (индивидуация)".



ПСИХОЛОГИЯ


Путь совершенства. В мирском понимании алхимия представлялась системой химических экспериментов, гипотетически позволяющих превращать металлы в золото. Однако алхимия была в равной степени как научной, так и философской системой, целью которой являлось открытие тайных законов, управляющих Вселенной. Включала она в себя и концепцию духовной и нравственной культуры. "Жидким золотом" - символом веры, устремлений и трудов алхимиков - было человеческое совершенство. Эта "духовная алхимия" базировалась на символических понятиях: сера - мужской элемент, экспансивная энергия, происходящая из центра индивида; и ртуть - женский элемент, энергия, идущая извне, пронизывающая все сущее. Их антагонистические свойства уравновешены солью - воплощением принципа кристаллизации, обозначающего константу бытия. Алхимия занималась шестью последовательными операциями; кальцинацией, соответствующей черному цвету - угасанию желаний; гниением, которое отделяет кальцинированные элементы; растворением, соответствующим белому цвету - символу мудрости, противостоящей соблазнам; дистилляцией, соединением, соответствующим красному цвету - единству противоположностей; и очищением, соответствующим золоту - символу совершенства. Алхимик - мудрец, осознающий собственную чисто символическую значимость, - представлял свое экспериментаторство "лабораторией мысли", центром некоего мира, находящегося в фазе становления, который алхимик должен сделать разумным, 0н открывает, таким образом. Космос, где слышны небесные голоса... Божественное Слово, гармонию Вселенной в бесконечности мирозданий и космических пространств. Алхимические операции подобны процессу индивидуации, поиску Себя - основы личности. Искания, которые начинаются с абсолютной тьмы бессознательного, находят свое продолжение в расчленении составных частей психики и их глубинном анализе, до тех пор, пока реальные ценности бытия не усваиваются сознанием и не используются в повседневной жизни. Искусство долголетия и бессмертия даосов было основано на внутренней алхимии, призванной "расплавить форму", изменить тело, усовершенствовать его алхимической работой. Это искусство включает в себя дыхательные техники, гимнастические упражнения и диету. Такая внутренняя трансмутация, целью которой является получение "золотого эликсира" и очищенной киновари, основывалась на принципе Ян-Инь и сообразовывалась с учением о числах. На символическом языке была создана логическая система, в основу которой легла идея динамичности трансцендентных соответствий между человеком. Небом и Землей; равновесия начал Ян и Инь в человеческом организме, рассматриваемом как точный слепок макрокосмоса. Главной целью было воздействие на основы: сущность, дыхание, жизненные центры - путем сосредоточения, самосозерцания и практики эмбрионального дыхания, своего рода возвращения к зародышевому состоянию в утробе матери.



Алхимик


Практика алхимии очень древняя. Она существовала на протяжении всего средневековья и в конце концов умерла, дискредитированная лишь с появлением современной химии в XVII веке. Целью алхимика было создать некую субстанцию, именуемую философским камнем, которая обладала бы свойством превращать неблагородные (окисляющиеся) металлы в золото и серебро, а также способностью продлевать человеческую жизнь на неограниченное время. Средневековый алхимик был типичным кабинетным ученым и философом, нередко священником и применял свои познания в различных областях современной ему науки. Проводя свои опыты, он то и дело прерывался на вознесение молитвы, поскольку успех был более вероятен, если он сам, подобно инструментам, которыми он пользовался, был бы предварительно очищен. Более того, печь, плавильный тигель и перегонный куб (дистиллятор) - все это имело символические обертоны в христианской теологии. Иллюстрации в алхимических трактатах демонстрируют секреты искусства алхимика, переданные ему с неба от Бога. В XV-XVI веках это искусство притягивало много шарлатанов. К XVII веку алхимик стал объектом насмешек, - именно в этом плане он изображался на многих картинах нидерландских художников того времени. Он стоит у печи, в его руках кузнечные мехи (отсюда его старинное прозвище - sollffleur, то есть "надуватель"), или же он сидит, склонившись над книгой. Его комната захламлена всевозможным оборудованием: колбы, плавильные тигли, пестик и ступка, перегонный куб (дистилляционный аппарат), песочные часы, книги. Женщина в лохмотьях и мальчик-оборванец на заднем плане - намек на ту нищету и пренебрежение к нужде, в которой пребывает его семья. Женщина может трясти пустым кошельком, или кошелек валяется на полу, тем временем алхимик бросает последнюю золотую монету в печь - ведь процесс трансмутации, чтобы начаться, требует некоего количества золота. Фигурирующая в этом сюжете латинская фраза "Oleum et operam perdis" - "Зря тратишь масло и труд" (Цицерон) означает тщетность его усилий.



Алхимия, или герметические науки


Знаменитый маг Агриппа Неттесгеймский, которого мы знаем как ученого изряда тех искателей истины, которые в конце эпохи средневековья попытались обобщить все научные данные, собранные в этот период, писал о воспетом алхимиками камне, который, подобно Мидасу, превращает все металлы в золото. «Некоторые люди пытаются буквально истолковать рассказы и манускрипты о чудесных вещах и находят их малозначащими, надуманными и ложными. Между тем этот великий исследователь символов однозначно говорит: «Кто смеет брать на себя ответственность утверждать, что высказывания крупных и серьезных философов ложны? Нет, было бы тяжким обвинением упрекать их в этом. Другое дело, что смысл здесь не буквальный и принцип этих исканий следует усматривать не иначе как в нас самих — в нас живет дух, который вполне в состоянии сделать те чудеса и поразительные вещи, которые рассказывают о математиках, магах, алхимиках и некромантах». В своих «Магических наставлениях» Парацельс требует от адептов герметической науки: «Вначале посмотри, изучил ли ты и действительно ли знаешь написание (начертание алхимических знаков), умеешь ли ими руководствоваться... Чтобы знать, как приступить к великому делу алхимии, молодой адепт древней науки должен уметь вызывать «все духи семи планет и металлов», и тогда они придут, явятся во всем своем дворянском, княжеском, графском достоинстве, и каждый — только в своей, ему одному присущей одежде». «Алхимия — это магический процесс, искатель истины погружается в нее, как в сказочный мир, и там ищет ответы на вопросы, обращенные к самому себе». На обложке знаменитого труда Ламбспринка мы видим изображение средневекового дворянина с мечом на боку, со скипетром в руке и изображением орла на груди. Автор однозначно величает себя «немецким философом благородного состояния» и в предисловии еще раз подчеркивает, что он сам — свободнорожденный. В этом мы видим упор на то, что алхимия может быть понятна только абсолютно независимому человеку, обладающему необходимой глубокой эрудицией. «Алхимия рассматривается ее адептами как королевское искусство, герметисты однозначно утверждают, что алхимия была занятием королей; Гермес, Гебер и другие праотцы алхимии упоминаются как принадлежащие к царским родам» (Зильберер). Нортон учил: «Еще в древние времена короли распорядились, чтобы свободными науками занимались только свободные духом люди, и тот, кто предается этим наукам, должен посвятить этому всю свою жизнь. Поэтому древние называли свободные науки семью свободными искусствами, ведь тот, кто хотел совершенно владеть ими, должен был сам пользоваться неограниченной свободой». Эти суждения побуждают нас усомниться в поверхностных заключениях, свойственных людям XIX века, когда в алхимии видели только детские попытки получить золото, хотя и надо признать, что малообразованные и жадные «мастера котлов», появившиеся в новые времена, дискредитировали «герметические науки». Но и в это время находятся люди, подобно американскому исследователю Хичкоку и его последователю, тонкому мастеру психоанализа Зильбереру (а затем и Юнгу), которые обнаружили в алхимии поразительное средоточие внутренних душевных процессов, трудностей и колебаний человеческой души. Культура, пришедшая из Индии и Тибета, была хорошо знакома с колесом с шестью спицами, причем каждое возникшее поле означает определенный класс существ. Подобным же образом мы находим в известных «фигурах розенкрейцеров» круг состояний, причем каждое состояние соответствует планете или металлу: срединная точка соответствует «царю» — земному носителю высочайшего достоинства, среди семи планет это Солнце, среди металлов — золото. По-видимому, вначале алхимия составляла совокупно с астрологией одну науку, как в Европе, так и на Ближнем Востоке и в Индии, и последующие искатели истины, будь то последователи Парацельса или теософы недавнего прошлого, видели смысл в утверждении этого единства. Принципиальная идея алхимии требовала, чтобы человек пустился в путешествие через «планетные царства», чтобы он прошел всю Землю, изучил все культуры и побывают в шкуре всякого гражданского состояния. Все это должно было раскрыть многообразие и пестроту мира и не ставило задачу дифференциации человечества на высшие и низшие расы и классы в духе материалистической идеологии XIX столетия. После осознания шести «планетных царств», металлов или типов человеческого поведения «искатели истины» открывали для себя многоликость мира и понимание его единства как общего и великого художественного произведения. При этом алхимики (герметисты) ставили в центр Вселенной, универсума, «царство Солнца», «золотой век». Имеются многочисленные знаки для этого «золота философов», символизирующие результат исканий и обретений, но все они в конечном счете отображают знак Солнца.



Четыре стихии


Для человека, мыслящего алхимическими категориями, 4 стихии образуют крест, он же — мировой квадрат. Эта фигура может быть образована двумя парами основных состояний: горячее и сухое — холодное и влажное. Огонь как раз горячий и сухой, вода — холодная и мокрая. Между ними находятся не столь противопоставленные друг другу элементы: земля == сухая и холодная, воздух == горячий и влажный. Ганс Рудольф Гримм (1665—1749) еще раз попытаются обобщить связь между отдельными стихиями и круговоротом времен года, говоря о народном искусстве в барокко и рококо: «Четыре стихии: огонь, воздух, вода и земля — каждая имеет свое время правления, например, от полуночи до восхода солнца правит Земля». Здесь имеются различные параллели и связи, о которых упоминают последователи Парацельса. Например (в соответствии с учениями Тарот), можно привести такую таблицу: Обычно четыре времени года определяются по различным признакам, в которых отражаются народные поверья: весна — время ветров, прогоняющих снег, и до грозовых дождей, оплодотворяющих землю, от весеннего равноденствия до летнего солнцестояния; «огненное» лето — от летнего солнцестояния, самой короткой ночи в году, которая у европейских народов отмечается праздниками рождения Иоанна Крестителя, когда на вершинах гор жгут костры, до осеннего равноденствия; затем осень, «когда текут дожди и земля выказывает свое плодородие», — от осеннего равноденствия до зимнего солнцестояния, и, наконец, зима, которая подготавливает рождение всех проявлений жизни предстоящего года. И здесь мы вновь видим перекличку с индийским учением о четырех «локапалах», властителях четырех основных сторон света (пока — мир, свет): Индра — прекрасный бог грозы и воздушных дворцов, населенных прелестными феями и играющими на музыкальных инструментах эльфами, правит востоком; Агни, бог огня, правит югом; Кубера, хранитель земных сокровищ и правитель кобольдов (они очень похожи на наших гномов), правит севером, и, наконец, Варуна — морской царь —правит западом, где солнце вечером погружается в морскую пучину.



Четыре царства и населяющие их существа


Парацельс, который всегда стремился совместить народные предания и тайны алхимиков (в его время как раз начали преследовать ведьм и предавать анафеме все древние верования), очень много писал о тех существах, которые населяют царства стихий: живущих в воде он, вслед за античными и средневековыми немецкими авторами, называют ундинами или нимфами, живущих в земле — гномами или пигмеями, живущих в воздухе — сильфами, а также Сильвестрами (лесными людьми), живущих в огне — саламандрами или вулканами. Парацельс, живший во времена Реформации, требовал от своих учеников самим проникать в суть историй, которые они читают: «Ходите по земле, бродите по лесам, наблюдайте и размышляйте о сути тех вещей, о которых вам довелось прочитать». В трудах розенкрейцеров можно найти учение о тайнах четырех царств, особенно известны, по крайней мере современным оккультистам, исполненные галльского юмора труды графа Кабали (под этим псевдонимом скрыто имя реально существовавшего мудрого рыцаря из восточной Германии или даже Венгрии). Задумаемся над тем, что без мифов, собранных алхимиками, последователями Парацельса и розенкрейцерами, вообще было бы невозможно творчество романтиков, — они населили свою поэзию, музыку и живопись духами природы, с которыми встречаются их герои. Тем самым они вернули к жизни сказы и сведения, собранные в народных поверьях. Рассказывая о чудесных существах, населяющих землю и воду, Парацельс постоянно указывает на их тайный смысл: «Имена, которыми мы их называем, — не их истинные имена, напротив — это имена, данные им людьми, которые их не знали». Иными словами, людьми, которые полученные ими сведения о событиях, (отучившихся с другими людьми, преобразовали в суеверные россказни. Интересно отметить, что в тех областях, где прошла юность Парацельса, а это Альпы южной Германии, Швейцарии, Австрии, до сих пор живы предания, которые позволяют нам понять первоначальный смысл легенд, дошедших до нас из средних веков.



Четыре темперамента


Очень много для понимания учения о «четырех расах элементарных (стихийных) существ» содержит дошедшая до нас из античных и средневековых времен и переживающая в наши дни возрождение наука, согласно которой в людях имеется четыре рода жидкостей, «соответствующих четырем стихиям»: преобладание одной из основных жидкостей не только определяет внешний вид, но и внутренний мир человека. Многое из старых представлений о четырех основных типах поведения человека, о четырех состояних или даже о четырех основных расах находит в этом аспекте новые естественно-научные и алхимические подтверждения и импульсы. Из сути саламандр, огненных существ, пламенных людей приверженцы алхимии и астрологии пытаются понять поведение людей, «которыми управляет пламенная желчь», то есть холериков — «они подобны огню, они быстротечны и скоры во всех своих действиях». Великий естествоиспытатель Линней (1707—1778) настолько был увлечен теорией темпераментов, что делил все человечество на 4 основных расы. Холерическими были для него американцы, причем под ними он явно имел в виду коренное население североамериканского континента — индейцев-охотников: «У американца кожа красного цвета, у него гордая походка, он легко возбуждается. У него густые черные волосы и широкие ноздри. На лице у него много веснушек (взято из представления о природном человеке, который всю жизнь свою проводит на открытом воздухе.— Прим. авт.). Он упрямый (Линней очевидно понимают под этим нежелание индейцев принять так называемую «цивилизацию»), доволен жизнью и хочет жить в мире, жизнь его определяется его привычками...» Стихии земли в этой классификации, без которой вообще невозможно представить себе астрологию, соответствует «меланхолический темперамент»: «меланхолический (черно-желчный), как земные минералы, глубокий, прочный, очень медлительный» (Хутер). Древние говорили и о воздушном темпераменте — «сангвиническом» (легкокровном). Такой человек легок, как воздух, имея в виду не только подвижность тела, но и ума. У таких людей много фантазии, они остроумны и изобретательны. Наконец, стихии воды в этой попытке классифицировать людей на четыре основных темперамента соответствует флегматик (от слова «флегма» — жир). Такой тип «течет спокойно, как вода» (Карл Хутер). Прежде всего в Альпах, где переселившиеся сюда когда-то племена в течение многих столетий жили уединенно и вырабатывали свой стиль жизни, а также в горных районах Прованса, там, где правили древние бургундские князья, там, где живут конфедераты, в Баварии, в Каринтии местные жители могут показать вам остатки лесных пещер и землянок, их нередко называют языческими или ведьмиными кухнями — именно здесь будто бы жили «земляные люди». Даже в наш век эти места посещают время от времени адепты мистических учений, чтобы получить от загадочных все еще живущих тут существ наставления по практике тайных наук. Французский оккультист Альфонс Луи Констан (Элифас Леви) пишет в своей знаменитой «Истории магии» о европейских кочевых племенах: «В этой пещере с единственной дверью и отверстием для дыма отец кует на горне, дети помогают ему, мать варит пищу в котле... Вся обстановка — наковальня, молот и лом...» Если «добропорядочные» оседлые граждане видели в таких бродячих кузнечных семьях духов, кобольдов и демонов, то благородное сословие из городских поселений охотно навещало их. Еще и теперь в цыганских сказаниях можно встретить упоминание, что бродячие цыгане находили защиту от охотников за ведьмами у горожан. Исследователи современных сказаний, бытующих в Западной Европе и у кельтов (М. Murray, G.B. Gardner), усматривают в многочисленных сообщениях о сказочных кобольдах , как союзниках дворян, указание на существование суверенных племен, живших в течение долгого времени в пустынных местах и не включенных в русло государства и церкви. Швейцарский исследователь народных сказаний Альберт Миндер (1879—1965) сам вырос в таком племени. Его семья жила в малодоступных и труднопроходимых невысыхающих болотах. Людей его племени обзывали колдунами и оборотнями, но, когда приходилось туго, именно к ним обращались за советами в тайных делах и за верными травками. В сказах о духах очень много сохранилось от тех неизгладимых впечатлений, которые выносили странствующие алхимики, навещавшие дикие племена.



Триада герметистов


Чтобы познать мир, алхимики выработали понятие триединства — тригона, причем, как мы убеждаемся на каждом шагу, использовали материальные химические реакции, чтобы докопаться до сути тех процессов, которые происходят в человеческом сознании; напротив, в восточной и гностической мифологии они искали их материалистическое объяснение. Сера была для них веществом, которое сгорает и превращается в пламя, улетающее в космос, другими словами, без остатка исчезающим из материи, испаряющимся. Для этого универсального принципа герметической философии алхимики в качестве знака использовали крест (символ материального мира) и треугольник с острием, обращенным вверх — иероглиф стихии огня. Другие знаки алхимии, которыми изображали серу, напоминают стилизованную букву S (sulphur — сера), змею или молнию. Все это — отображение жизненного огня, который, по представлению алхимиков, поднимается из глубины, вдохновляет все на земле и устремляется вверх (имеются также символы серы, напоминающие мистический трезубец или свастику). Вторым основным элементом мира для Парацельса наряду с горючим (серой) была соль. Соль — это нечто «осязаемое», прочное, материальное, то, что остается, когда остальное сгорает. В книгах алхимиков соль изображается окружностью с линией, проведенной посредине (это — пассивный элемент), иногда же соль может быть изображена как квадрат, которым вообще часто символизируют материю Земли (или даже как четырехугольная звезда ). Если эти два «принципа» алхимиков, последователей Парацельса и розенкрейцеров, еще как-то можно свести к понятиям «бессмертный дух» и тело, то совсем трудно объяснить третий символ — ртуть. Это, с одной стороны, — душа, которая познается лишь в ее «огненных» проявлениях, но одновременно и нечто осязаемое, прочное, другими словами, единство трудноуловимых энергий и сил, которые скрепляют два других принципа. Как правило, для этого «Меркурия герметической философии» использовали тот же знак, что и в астрологии для планеты Меркурий, а в химии — для металла ртуть. Среди прочих символов можно встретить стрелу, которая диаду превращает в единое, либо вообще просто вертикальную линию, соединяющую верхний и нижний миры... В равной степени, и это особенно осложняет понимание книг алхимиков, Меркурий ставится рядом с богом Гермесом, который в течение всего средневековья считался «изобретателем» алхимии. Понимание Меркурия как «истинного элемента тайной науки Гермеса (герметизма)» использовалось для описания соотнесенности между божественным духом и миром материального

познания, полученного нами с помощью органов чувств.



Искусство алхимии


Опубликованное в 1660 году в соответствии с указаниями средневекового мудреца Василия Валентина герметическое изображение убеждает нас в том, что мир понимался алхимиками как круговорот взаимодействующих сил. На земле лежит квадратный камень, это — материальное, тяжелое, соль. Над ним парит знак Меркурия, объединяющего мир вещественный с миром духовным. В огненном треугольнике серы мы видим мифическую птицу Феникс, «которая, когда она стареет, сжигает сама себя, чтобы обновленной и юной появиться снова». Справа и слева — Солнце и Луна (мужчина и женщина), над ними — оплодотворенная роса и всепожирающий огонь. На самом верху картины мы узнаем коронованного мужчину с косой Сатурна в одной руке и циркулем — олицетворением понимания окружности (круговорота всего существующего) — в другой. Зильберер, впрочем, видел в этом изображении не Сатурна, а Гермеса древних европейских мистерий, ведь здесь можно, вглядевшись, увидеть и посвященного, для которого суть мира видится как арена постоянных превращений, за что он и награжден короной. Аналогично изображение, отысканное Зильберером в книге об алхимии, изданной в 1618 году во Франкфурте: внизу — земной шар, у которого имеются крылья, то есть шар летит через время и пространство. И на этом изображении можно увидеть знаки триады и тетрады— треугольник и квадрат — они, по-видимому, обозначают материю и скрытую в ней стремящуюся вверх жизнь. На земле покоится летающий дракон, у него тело змеи с крыльями — очевидно, вновь символ вечности и тем самым вечного круговорота мировых сил. Его попирает победоносное двойное существо Ребис (resbina), которое вбирает в себя планетарные силы, в руке у него циркуль и угольник — инструменты, означающие понимание мировых законов (и умение их применять). Посвященный имеет одновременно две головы — мужскую и женскую, нередко они вместе изображаются в книгах алхимиков как олицетворение идеи Совместной работы над «великим делом». Подобно тантризму древних индусов алхимия средневековья учит нас, что для человека путь к совершенству открывается только в тот момент, когда мужчина и женщина работают совместно.



Ступени превращения


Чтобы объединить астрологию и алхимию, герметисты отработали процедуру своего «великого дела», таинственного изготовления «философского камня», состояющую из 12 ступеней, соответствующих 12 знакам Зодиака, причем для каждого «химического» этапа имеется целый ряд различных символов, в ряде случаев при этом используются те же знаки, что и в астрологии, как мы видим у Антуана Жозефа Пернети. Рыбы, например, означают такой процесс в алхимии, который завершает великую работу: в массу неблагородных растворенных веществ бросают некоторое количество полученного «философского камня», что бы превратить эту массу в желаемый благородный металл. Поскольку знаки Зодиака, с которыми мы познакомились в главе oб астрологии, соответствуют разным частям и органам человеческого теле (к примеру. Овен == голова и т.д.), то эти части тела присутствуют и в качестве символов алхимических процессов! Значение отдельных знаков: Ученые усматривали сокровенный смысл своей науки в различных мифах античности (об этом свидетельствует множество доказательств, начиная с конца средневековья и кончая учебником Пернети). Например, в двенадцати подвигах Геракла видели отображение алхимической мудрости древних времен. То же самое следует сказать и о многочисленных историях о переселениях души: «Эту науку надо держать в секрете и говорить о ней только тайными знаками и недомолвками, подобно тому, как выражались древние египтяне, брахманы Индии, первые философы Греции — они понимали, что нельзя опрокидывать порядок и гармонию в устоявшемся обществе» ( Пернети ).



Меч Парацельса


Великий странствующий маг Теофраст Парацельс, как рассказывают, всегда носил на боку тяжелый меч: в картах Тарот и в родственном ряду символов меч, использовать который могут только люди, искусные в кузнечном мастерстве и фехтовании, означает некое повышение «ранга» символа палки, означающей грубую мужскую силу, как физическую, так и детородную, в то время как меч обозначает высокое умение, одухотворенное знанием и служащее духу. Согласно старинному народному преданию, странствующий рыцарь в круглой головке эфеса прятал свой «дух», который помогал ему творить всяческие чудеса. Другие утверждают, что в эфесе прятали философский камень, чтобы рыцарь мог при необходимости добыть себе золото либо средство омоложения. На набалдашнике нередко был изображен круг, в центре которого было начертано магическое слово AZOTH — оно содержало в себе всю тайну алхимии. Магическое слово составлено из первой и последней букв различных алфавитов и означает таким образом возможность счастливого познания тайны мира во всей его совокупности — «aleph и thau евреев, alha и oniega эллинов, А и Z латинян» (Пернети).

 

АЛХИМИЯ И СПАГИРИЯ

Вероятно, немалое число ученых-химиков — а также некоторые алхимики — не разделят наш взгляд на вещи. Но даже рискуя прослыть решительными сторонниками самых подрывных теорий, мы все же не побоимся развить здесь свою точку зрения, полагая, что у правды есть своя привлекательная сторона, и она, правда, даже обнаженная, предпочтительнее заблуждения в самой яркой упаковке.

Начиная с Лавуазье, все писавшие об истории химии сходятся на мнении, что теперешняя химия происходит непосредственно от древней алхимии. Или, во всяком случае, они имеют общее происхождение. Поэтому якобы позитивные факты, лежащие в основе современной науки, добыты кропотливым трудом древних алхимиков.

Эта гипотеза, имеющая весьма относительный и условный характер, принята сегодня в качестве очевидной истины, так что алхимическая наука и весь ее фундамент как бы лишаются причины и оправдания своего существования. С почтенного расстояния, сквозь туман легенд и пелену веков она представляется чем-то неопределенным, расплывчатым, разреженным. Неясный фантом, обманчивый призрак, сказочная химера, допотопный вымысел, лженаука — такой она, в частности, рисуется одному небезызвестному профессору.

Но там, где требуются доказательства, где возникает нужда в фактах, эти авторы в качестве опровержения «претензии» герметиков выставляют ложную посылку. Они не доказывают, они вещают. Хорошо же, мы, в свою очередь, заверяем — и рассчитываем это доказать, — что ученые, чистосердечно принимающие и распространяющие эту точку зрения, заблуждаются либо по невежеству, либо из-за недостатка проницательности. Поняв изучаемые ими книги лишь отчасти, они приняли видимость за действительность. Скажем со всей определенностью, так как множество образованных людей вполне искренне, по-видимому, ошибаются на этот счет, что на самом деле предшественницей современной химии была древняя спагирия, а вовсе не герметическая наука как таковая. Спагирию от алхимии отделяет глубокая пропасть, что мы попытаемся показать, насколько это возможно, не переходя дозволенных границ. Мы надеемся разобрать проблему довольно глубоко и представить достаточно данных Для подтверждения своей мысли, демонстрируя, кроме всего прочего, химикам, не страдающим предвзятостью, свою добросовестность и стремление к истине.

В средневековье — по-видимому, даже в античной Греции, если верить Зосиме и Останесу, — в химии существовали как бы две ступени, два I подхода — спагирический и архимический. Эти две отрасли единого экзотерического искусства зачастую смешивали. Металлурги, ювелиры художники, мастера по керамике, витражисты, красильщики, винокуры эмальеры, горшечники и т.д. должны были, как и аптекари, обладать достаточными знаниями в области спагирии, и в процессе своей профессиональной деятельности они эти знания пополняли. Архимики же составляли среди древних химиков специальную, более узкую и более ] тайную категорию. Они преследовали более или менее схожие с алхимиками цели, однако использовали при этом сугубо химические средства и материалы. Превратить одни металлы в другие, получить золото и серебро из обычных минералов и солей металлов, перевести содержащееся в серебре золото и содержащееся в олове серебро из потенциального состояния в реальное и выделить их смеси — вот чего добивались архимики. По сути дела, они были спагириками, от квинтэссенций животного происхождения и растительных алкалоидов переключившимися на царство минералов. Средневековые законы запрещали без особого разрешения ставить у себя дома печь и владеть химической посудой, но по окончании трудового дня многие ремесленники втайне изучали химические процессы и ставили опыты по чердакам и подвалам. Они посвящали себя маленьким частностям, по несколько презрительному отзыву алхимиков, которые полагали, что подобного рода побочные явления недостойны истинного Философа. Ничуть не умаляя заслуг спагириков, заметим, что даже самые удачливые из них нередко получали весьма сомнительную выгоду от своих экспериментов, и способ, поначалу успешный, мог впоследствии ни к чему не приводить или давать весьма неопределенные результаты.

Однако несмотря на свои заблуждения — или как раз благодаря им — архимики передали сперва спагирии, а через нее и современной химии все те данные, все те методы и операции, в которых эта последняя нуждалась. Эти люди, стремящиеся до всего докопаться, все узнать, по сути дела были родоначальниками прекрасной и совершенной науки, которую они снабдили верными наблюдениями, сведениями об изученных реактивах, искусными приемами, с большим тщанием разработанными методиками. Низко поклонимся этим первопроходцам, первооткрывателям, великим труженикам и никогда не будем забывать того, что они для нас сделали.

Однако алхимия, повторим еще раз, не имеет к этому никакого отношения. Иногда, правда, герметические писания, неправильно истолкованные не посвященными в их тонкости исследователями, служили косвенной причиной случайных открытий. Так, Блез де Виженер возгонкой росного ладана получил бензойную кислоту, Бранд, отыскивая алкагест в моче, выделил фосфор, а Василий Валентин — авторитетный Адепт, не пренебрегавший спагирическими опытами, — установил состав солей сурьмы и изготовил рубиновый коллоидный раствор золота. Так, Раймонд Луллий получил ацетон, Кассий — золотой пурпур, Глаубер — сульфат натрия, а Ван Гельмонт доказал существование газов. Но кроме Луллия и Василия Валентина, все эти ученые, которых совершенно зря причисляют к алхимикам, были обыкновенными архимиками или спагириками. Поэтому прав знаменитый Адепт, автор классического труда, когда говорит: «Если бы отец Философов Гермес воскресил сегодня изощренного Гебера или глубокомысленного Раймонда Луллия, наши вульгарные химики не только не признали бы их Философами, но даже не приняли бы их в число своих учеников, потому что те ничего не смыслили во всех этих перегонках, циркуляциях, прокаливаниях и других бесчисленных операциях, которые наши пошлые химики изобрели только потому, что превратно поняли аллегорический язык герметических писаний».

К герметическим книгам с их замысловатым стилем, кабалистическими выражениями многие относятся с пренебрежением. Несмотря на предупреждения и настойчивые просьбы их авторов, в этих книгах упрямо вычитывают обыденный общепринятый смысл. Людям невдомек, что эти тексты предназначены для посвященных, и для их адекватного понимания необходим тайный ключ, а чтобы его обрести, требуется предварительная работа. Разумеется, старые трактаты содержат если не всю полноту герметического знания, то по крайней мере его философию, его начала и искусство применять эти начала сообразно с естественными законами. Но если читатель не знает сокровенного значения терминов, не знает, например, что такое Ares (Арес)щ, чем он отличается от Aries (Овен) и что связывает его с Aries, Arnet и A Wait — странными словами, которые намеренно употребляют в таких работах, то он либо абсолютно не поймет, либо неизбежно впадет в заблуждение. Не следует забывать, что мы имеем дело с эзотерической аукой. Следовательно, сообразительности, хорошей памяти, трудолюбия, внимательности даже вкупе с сильной волей недостаточно, чтобы овладеть этим предметом. «Жестоко ошибаются те, — пишет Николя Гроспарми; — кто сами ничтоже сумняшеся решают, будто наши книги созданы для них. Мы предназначили их лишь для приверженцев нашей философской школы». Батсдорф в начале своего трактата из сострадания предупреждает читателя в следующих выражениях: «Всякий осмотрительный человек! прежде должен, если это в его силах, приобрести Знание, то есть усвоить основы нашей науки и ее методы. В противном случае ему не следует идти дальше и бездумно тратить свое время и состояние. Прошу всех, кто прочтет эту маленькую книжку, поверить моим словам. Повторяю -еще раз, никто не обучится нашей благородной науке по книгам, туn надобно либо божественное откровение — посему наше Искусство нарекают божественным, — либо надежный и добросовестный учитель а так как благодать низошла на очень немногих, очень немногие могут этому искусству обучать». Анонимный автор XVIII в. приводит другие причины того, почему так трудно разгадать тайны, скрытые в герметических сочинениях: «Вот подлинная и основная причина того, - пишет он, — что природа не допускает в царские палаты многих философов, даже тех, кто обладает изощренным умом: с юных лет совращенные логическими и метафизическими выкладками, обманутые книжными химерами, они вообразили себе, что это искусство глубже и труднее любой метафизики, хотя в данном случае, как, впрочем, и во всех других, природа в своей непритязательности следует прямым и простым путем».

Так смотрят Философы на свои собственные сочинения. Неудивительно поэтому, что столько замечательных химиков сбились с правильного пути, втянувшись в споры о науке, усвоить самые элементарные понятия, которой они были не способны. И не окажем ли мы услугу неофитам, подвигнув их на размышление о великой истине, которой касается авторы сочинения О подражании Христу (кн. III, гл. II; 2), когда говорит о книгах, скрепленных печатью:

«Они могут передать слова, но они не передают духа. Они говорят красиво, но если Ты, Господи, безмолвствуешь, они не воспламеняют сердца. Они дают нам букву. Ты же нам открываешь смысл. Они говорят о тайнах, Ты же открываешь понимание всего того, что сокрыто... Они указывают нам путь. Ты же даешь силы на то, чтобы этот путь пройти».

Для наших химиков это — камень преткновения. Если бы наши ученые уяснили себе язык древних алхимиков, им бы открылись практические законы учения Гермеса, и философский камень давно бы перестал считаться выдумкой.

Ранее мы утверждали, что алхимики основывали свои работы на герметических представлениях — в своей, разумеется, интерпретации — и именно благодаря этим представлениям стали возможны опыты, приведшие к плодотворным чисто химическим результатам. Так были получены кислоты, которыми мы сегодня пользуемся, а действием этих кислот на металлические основания — ряд известных нам солей. При взаимодействии этих солей либо с другими металлами, щелочами или углеродом, либо с сахарами и жирными соединениями химики вновь выделяли основные элементы, которые прежде вводили в реакции. Все эти операции и способы их проведения ничем не отличаются от тех, что обычно используют в лабораториях. Однако некоторые исследователи пошли много дальше: они так расширили возможности химии, что их результаты многим кажутся сомнительными, а то и просто мнимыми. Действительно, их методы описаны неполно и покрыты чуть ли не такой же завесой тайны, как и Великое Делание. Намереваясь помочь всем изучающим подобные вопросы, мы остановимся на них подробнее и покажем, что методики этих суфлеров воспроизводятся значительно лучше, чем можно было ожидать. Да простят нам эти откровения наши братья Философы, на снисходительность которых мы рассчитываем. Наша обязанность соблюдать тайну касается исключительно алхимии, мы же не будем выходить за пределы собственно спагирии, поэтому ничто не мешает нам выполнить свое обещание и на вполне реальных и поддающихся проверке фактах доказать, что современная химия всем обязана спагирикам и архимикам, и ничем, абсолютно ничем — герметической Философии.

В алхимии существуют и другие методики, чьи результаты служат доказательством определенных философских положений. Они позволяют разложить металлические вещества, которые долгое время считались простыми. Эти приемы, хорошо известные также и алхимикам, хотя те и не прибегают к ним в Великом Делании, заключаются в выделении одного из двух компонентов металла — Серы или Ртути.

Герметическая философия учит, что сами вещества друг на друга не действуют, активную роль в данном случае выполняют духи веществ. Это они, духи, природные агенты, вызывают в недрах материи наблюдаемые нами изменения. Эксперимент, однако, подсказывает нам, что соединение простых веществ — процесс временный и легко обратимый. Это справедливо для всех солей, а также для сплавов, некоторые из которых распадаются на элементы при простом плавлении. При этом металлы, входившие в состав сплава, сохраняют свои собственные характеристики, отличные от свойств сплава. Одно ясно, какую важную роль могут играть духи веществ при выделении Серы (Soufre) или Ртути (Mercure) из металла, коль скоро известно, что лишь они способны разорвать прочную связь соединяющую эти два начала.

Необходимо, однако, уяснить, что древние обозначали общим и достаточно неопределенным термином духи.

Для алхимиков духи соответствуют вполне реальным, хотя с физической точки зрения почти нематериальным тонким влияниям. Духи влияют на подверженные их действию вещества таинственным, необъяснимым непостижимым, но эффективным образом. Одним из таких герметических духов является лунный свет.

Представления алхимиков более конкретные и вещественные. Древние химики объединяют в один разряд все простые и сложные, твердые и жидкие вещества, лишь бы они были летучи (volatile). Это свойство, позволяющее осуществить их полную возгонку (entierement sublimables). Металлы металлоиды, соли, углеводороды, другие классы веществ поставляют алхимикам целую когорту духов: ртуть, мышьяк, сурьму и некоторые их производные, серу, аммонийную соль, спирт, эфир, растительные масла и т.д.

Спагирики часто говорят: золото легче изготовить, чем разрушить. Тут, однако, необходимо сделать одно небольшое замечание.

Ограничившись доказательством того, что алхимические исследования основываются на химических реалиях, мы не станем излагать открытым текстом, как изготовлять золото. Мы преследуем цель более высокого порядка и предпочитаем оставаться в области собственно алхимии, а не направлять читателя через буераки по заросшим колючим кустарником тропам. Методы, опирающиеся на химический принцип трансмутации, не имеют никакого отношения к Великому Деланию. Отметив это, вернемся к нашему предмету.

Старая спагирическая поговорка гласит: семя золота в самом золоте. Согласимся с этим при условии, что человек доподлинно знает, о каком золоте речь и как из обыкновенного золота извлечь его семя. Кому последнее неизвестно, тому остается лишь присутствовать при данном процессе: он удостоверится в его истинности, но никакой пользы для себя не почерпнет. Поэтому будьте внимательны, проводя следующую несложную операцию.

Растворите чистое золото в царской водке. В раствор налейте серной кислоты, по весу равной половине золота. Внешние изменения минимальные. Перемешайте раствор и перелейте его в нетубулярную стеклянную реторту, помещенную на песчаную баню. Нагрейте реторту на слабом огне, чтобы отгонка кислот протекала осторожно и без видимого кипения. По окончании отгонки, когда на дне в виде матово-желтой сухой и пористой массы появится золото, смените приемник и постепенно усильте пламя. Вы увидите, как поднимаются густые белые пары, поначалу легкие, а потом все более и более тяжелые. Первые конденсируются в красивое желтое масло, стекающее в приемник, вторые возгоняются, покрывая свод и низ горлышка мелкими кристалликами, напоминающими птичий пух. На ярком свету, например солнечном, их великолепный кроваво-красный цвет отливает рубином. Эти кристаллы, как вообще соли золота, быстро расплываются и при понижении температуры превращаются в желтую жидкость...

Мы не будем долее распространяться о возгонке. Сугубо алхимические частные приемы (Petits particuliers) нередко бывают ненадежны. Лучшие из них исходят из металлических веществ, экстрагированных указанными нами способами. Эти приемы в изобилии встречаются во множестве второразрядных работ и в манускриптах суфлеров. Для иллюстрации приведем лишь один такой прием (particulier), упоминаемый Василием Валентином и в отличии от других подкрепленный обстоятельными и надежными философскими посылками. В этом отрывке великий Адепт утверждает, что можно получить особую краску, соединяя Ртуть серебра и Серу меди посредством соли железа. «Что до Луны, — пишет он, — то и она содержит в себе устойчивого Меркурия и не улетучивается при соединении с огнем столь быстро, сколь другие несовершенные металлы, но выдерживает все пробы и испытания со всей очевидностью и также одерживает победы, и прожорливый Сатурн не может извлечь из нея никакой для себя выгоды. Венера, преданная любви, окрашена преизбыточно. Тело ее составлено из чистой тинктуры, ничем не отличной от состава самого роскошного металла и, по причине разноцветья, постепенно обретает красный оттенок. Но — и виной тому проказа плоти ея, — тинктура Венеры не способна к выживанию в таком несовершенном теле и вынуждена погибнуть вместе с ним. В самом деле, когда тело уничтожается смертью, душа не может в нем оставаться, ей приходится отделиться и улетучиться, ибо бытие ея разрушаемо и поглощаемо огнем. И тогда она, несовместимая с прежним местожительством, меняет его. Зато в теле устойчивом и неподвижном душа пребывает добровольно и с присущим постоянством. Устойчивая соль придает воинственному Марсу тело твердое, тяжелое и грубое, в коем, однако, пребывает душа благородная, и потому никто не может безнаказанно посягнуть на сего военачальника. Плоть его воистину плотна и неуязвима для ран. Если же могущественную его добродетель, путем смешения и слияния, соединить с устойчивостью Луны и красотою Венеры, то можно высвободить сладостную Музыку, которая оказывается ключом к напитанию лишенных хлеба и к возведению жаждущих на высочайшие ступени лествицы бытия. Так гнойная и влажная природа Луны может быть осушена огненно-знойной кровью Венеры, а великая чернота ея солью Марса смягчается». Среди архимиков, которые, взяв частицу золота в качестве затравки, тем или иным способом увеличивали его массу, назовем венецианского священника Пантея, Наксагора, автора Alchymia denudata (1715), де Лока, Дюкло, Бернара де Лабади, Жозефа ди Шесна (барона де Морансе, личного врача короля Генриха), Блеза де Виженера, Бардена из Гавра (1638), м-ль де Мартенвиль (1610), Ярдли, англичанина, который изобрел способ, права на который в 1716 г. были переданы лондонскому перчаточнику Гардену (Фердинанд Хокли сообщил об этом способе Сигизмунду Бакстрему, а тот в 1804 г. рассказал о нем в письме Санду), и, наконец, благочестивого филантропа святого Винцента де Поля, основателя конгрегации лазаристов {Peres de la Mission) (1625) и общины сестер милосердия {Sceurs de la Charite) (1634), и т.д. С вашего позволения, мы поподробнее остановимся на этой выдающейся личности и на его многим не известной оккультной работе.

Известно, что на пути из Марселя в Нарбонн Винцент де Поль был схвачен берберскими пиратами и пленником увезен в Тунис. Ему тогда было двадцать четыре года. В Тунисе ему удалось вернуть в лоно Церкви своего последнего хозяина, вероотступника. Винцент де Поль возвратился во Францию, потом жил в Риме, где папа Павел V встретил его с большими почестями. Начиная с этого времени он занялся основанием благотворительных учреждений. Обычно, однако, не упоминают, что Отец найденышей {Рeге des enfants trouves), как прозвали его при жизни, в плену обучился архимии. Этим, без всякого чудодейственного вмешательства, объясняется то, что великий апостол христианского милосердия имел средства для осуществления множества филантропических предприятий. Впрочем, он был человек практического склада, расчетливый, решительный, добросовестный, отнюдь не витающий в облаках и не склонный к мистицизму, но под суровой маской деятельного, твердо стоящего на ногах честолюбца таилось глубокое человеколюбие.

Сохранилось два очень показательных письма, свидетельствующих о его химических занятиях. Первое, адресованное де Коме, адвокату при городском уголовном суде Дака, было опубликовано несколько раз и тщательно разобрано Жоржем Буа в его Оккулътистской опасности (Paris, Victor Retaux, s.d.). Оно написано в Авиньоне и датировано 24 июня 1607 г. Процитируем этот довольно длинный документ, начиная с того места, где Винцент де Поль, закончив свою миссию в Марселе, готовится отправиться в Тулузу: «...Я решил было ехать по суше, — пишет он, — но один дворянин, с которым я жил, уговаривал меня плыть с ним морем до Нарбонна, чтобы сэкономить время. Себе на беду я согласился. Дул попутный ветер, и мы в тот же день добрались бы до Нарбонна, от которого нас отделяло пятьдесят лье, но по Божьему попущению три турецких парусных судна, курсировавших вдоль Леонского залива (чтобы захватить лодки из Бокера, где проходила ярмарка, как считают, самая замечательная во всем христианском мире), погнались за нами и с такой яростью нас атаковали, что двое или трое из наших были убиты, остальные ранены. Меня тоже ранило, эта рана не даст мне покоя до конца моих дней. Нам пришлось сдаться этим свирепым как тигры негодяям. Полные злобы, они тут же зарубили насмерть нашего капитана за то, что потеряли в бою одного из своих главарей, не считая еще четырех-пяти висельников. Потом, кое-как перевязав нам раны, они опутали нас канатами и снова занялись грабежом. Впрочем, тех, кто сдавался без боя, они, обобрав до нитки, отпускали. Примерно через неделю, нагрузившись чужим добром, они взяли курс на Берберию, где без дозволения султана устроили себе логово. Там они выставили нас на продажу, заявив, будто пленили нас на испанском корабле, иначе нас освободил бы французский консул, который по поручению нашего короля следил за тем, чтобы французы могли беспрепятственно торговать в этой стране. Обставлена наша продажа была следующим образом: нас раздели догола, каждому вручили по паре штанов и льняной рубахе, и мы пять-шесть раз обошли Тунис, город, куда они приехали нас продавать. Потом нас потащили на корабль, чтобы показать, что мы можем есть, а значит, наши раны не смертельны. Затем нас привели на площадь, где торговцы выбирали нас, как лошадь или быка. Они открывали нам рот, чтобы осмотреть зубы, ощупывали бока, проверяли раны; мы должны были ходить и бегать, таскать тяжести, Драться друг с другом, чтобы показать, какие мы сильные, и подвергаться множеству разных грубостей.

Сначала меня продали одному рыбаку, но тот вскоре был вынужден от меня отделаться, так как я был не в ладах с морем. От него я попал к старику-врачу, знатоку спагирии, искусному извлекателю квинтэссенции, человеколюбивому и сговорчивому, который, по его словам, пятьдесят лет трудился над получением философского камня, и хотя с камнем у него ничего не вышло, он значительно преуспел в разного рода трансмутациях металлов. Он часто на моих глазах сплавлял золото с серебром, делал из сплава тонкие пластинки, насыпал на пластинку слой какого-то порошка затем укладывал новую пластинку, снова насыпал порошок и все это помещал в тигель или сосуд для плавки драгоценных металлов. Потом он сутки держал сосуд на огне, а когда открывал его, оказывалось, что серебро превратилось в золото. Чаще же он превращал ртуть в серебро, которое продавал, а деньги жертвовал бедным. На меня возлагалось поддерживать огонь в десяти-двенадцати печах, что, благодарение Богу, было для меня скорее удовольствием, чем работой. Старик очень меня любил, ему нравилось беседовать со мной об алхимии и еще более — о своей вере, к которой он старался меня привлечь, обещая передать мне большие богатства и все свои знания. Бог же всегда питал во мне надежду, что я смогу обрести свободу, вознося прилежные молитвы Христу и деве Марии, которой я единственно обязан своим освобождением. Надеясь и твердо веря, что я еще вас увижу, я приступил к своему хозяину с настоятельной просьбой научить меня лечить камни в почках, в чем он был большой мастак. Он меня научил, как готовить и соединять ингредиенты... Я жил у старика с сентября 1605 года до августа следующего, потом его заставили поехать к султану, но из этого ничего не вышло: по дороге мой хозяин с тоски умер. Он оставил меня своему племяннику, форменной обезьяне, который перепродал меня сразу после смерти дяди, прослышав, что де Брев, посол короля в Турции, прибыл с распоряжением от султана немедленно отпустить на свободу рабов-христиан. Меня купил ренегат родом из Ниццы, который, казалось бы, должен был относиться ко мне враждебно. Он увез меня в свой темат (так называют имение, которое арендуют у властей, так как народ тут ничего не имеет, все принадлежит султану), в горы, в жаркую пустынную местность».

Обратив этого человека, Винцент десять месяцев спустя отправился вместе с ним на родину. «Мы уплыли на челноке, — пишет Винцент, — и двадцать восьмого июня прибыли в Эг-Морт, а вскоре после этого — в Авиньон, где вероотступника, стоявшего в церкви св. Петра со слезами на глазах и с комком в горле, публично во славу Господа и в назидание всем христианам принял монсеньор вице-легат. Монсеньор оказал мне честь, выказав мне любовь и обласкав за те алхимические тайны, которые я ему открыл и которые, по его словам, имеют для него большее значение, чем si io gli j avessi dato un monte di oro ведь он всю жизнь бился над их разгадкой, и нет теперь для него большей радости... — Винцент Деполь».

Во втором письме с отметкой «январь 1608 г.», посланном из Рима тому е адресату рассказывается, как Винцент де Поль обучал авиньонского вицелегата, у которого он был в большой чести из-за своих спагирических успехов. <(g общем, я по-прежнему в Риме и продолжаю свои занятия, в чем меня поддерживает монсеньор, который выказывает любовь ко мне и желает продвинуть меня по службе после того, как я продемонстрировал ему массу любопытных вещей, каким научил меня старик-турок, мой хозяин в Тунисе. Среди них первый, но не окончательный вариант зеркала Архимеда, искусственная пружина, заставляющая говорить голову мертвеца, которой этот презренный человек обольщал народ, утверждая, что их бог Магомет через эту голову сообщает о своей воле, и тысяча других замечательных хитростей. Мой господин ревниво оберегает все эти тайны и не хочет, чтобы я заговаривал о них с кем-нибудь еще. Он один желает слыть сведущим в таких опытах и несколько раз показывал их его святейшеству и кардиналам».

Несмотря на недоверие к алхимикам и их науке, Жорж Буа признает, что искренность автора писем и подлинность его опытов не вызывает сомнения. «В отличие от ученых, — пишет Буа, — повествующих лишь о своих собственных экспериментах и занятых доказательством своей правоты, Винцент де Поль — свидетель надежный и незаинтересованный, который рассказывает о том, что неоднократно видел своими глазами. Да, он заслуживает доверия, но он человек, а человеку свойственно ошибаться. Он мог ошибиться и принять за золото сплав золота и серебра. Так, собственно, мы и склонны были бы думать, опираясь на современные воззрения и на перенятый со школьной скамьи обычай считать трансмутацию металлов выдумкой. Однако по зрелом размышлении ошибку придется исключить. В письме ясно говорится, что алхимик расплавлял вместе золото и серебро. Так он получал ламинированный сплав из нескольких слоев, разделенных порошком, состав которого не уточняется. Это не порошок философского камня, хотя и обладает одним из его свойств: он производит трансмутацию. Сплав сутки нагревают, и серебро, входящее в состав сплава, превращается в золото. Это золото продают, и всю oпeрацию повторяют. Надо сказать, что металлы определяются очень точно,! Невероятно, чтобы при частом повторении эксперимента и продаже золота купцам столь вопиющая ошибка прошла бы незамеченной. В ту пору в алхимию все верили. Ювелиры, банкиры, купцы прекрасно отличали чистое золото от сплавов золота с другими металлами. Со времени Архимеда все научились распознавать золото по удельному весу. Князья чеканившие монету, могли обмануть своих подданных, но не искусных пробирщиков и банкиров с их весами. Нельзя было не-золото выдать за золото. В 1605 г. в Тунисе, одном из наиболее крупных центров международной торговли, обмануть было так же трудно и опасно, как сегодня в Лондоне, Амстердаме, Нью-Йорке или Париже, где большие платежи золотом осуществляются в слитках. Таковы, на наш взгляд, наиболее веские доводы в поддержку мнения алхимиков об истинности трансмутации».

Этот исключительно алхимический процесс похож на тот, какой 1 описывает в своей книге Пантей — под именем Воархадумии (Voarchadu-mie), — называя получившееся золото золотом двух цементаций. Но Вин-цент де Поль дал лишь описание процесса, не приводя порядка операций и методики работы. Тот, кто сегодня захотел бы его произвести, даже превосходно зная, что за цемент тут используется, потерпел бы неудачу, так как цемент подействует лишь на серебро, а золото, способное трансмутировать сплавленное с ним серебро, надо еще получить. Без предварительной обработки золото в электруме останется инертным и не передаст серебру свойств, которых в естественном состоянии лишено само. В спагирии эта предварительная обработка носит название активации (exaltation) или трансфузии (transfusion), и ее осуществляют с помощью специального цемента, который укладывают слоями (stratification). Первый и второй цемент разные, отсюда понятно, почему Пантей говорит о двух цементациях.

Секрет активации, без знания которого все усилия будут напрасны, заключается в интенсификации — однократной или постепенной — цвета чистого золота посредством Серы несовершенного металла, как правило меди. Путем химической трансфузии медь передает драгоценному металлу свою собственную кровь (son propre sang). Пересыщенное цветом золото становится красным, как коралл, и благодаря минеральным духам (esprits mineraux), в процессе работы выделенным из цемента, передает Ртути серебра недостающую ему Серу. Избыточная Сера передается постепенно под действием тепла. Операция занимает от двадцати четырех до сорока часов в зависимости от сноровки экспериментатора и рабочих количеств вещества. Большое значение имеет режим нагрева — нагрев должен быть постоянным и довольно сильным, но до плавления дело доводить не следует. Если нагрев будет выше допустимого, серебро улетучится, а золото потеряет Серу, которая недостаточно сильно с ним связана.

И наконец, третья операция, которую нарочно опускают в описаниях, так как знающий алхимик не нуждается в особом напоминании, состоит в очистке выделенных веществ, их плавлении и купелировании. Осадок золота оказывается меньше, причем потеря веса обычно составляет от пятой до четвертой части серебра в сплаве. Тем не менее, способ этот очень выгоден.

Скажем попутно, что красно-коралловое золото, полученное одним из рекомендованных способов, может трансмутировать некоторое количество серебра (примерно четверть своего веса) непосредственно, то есть без последующей цементации. И так как невозможно заранее определить коэффициент золотообразования, эту трудность обходят, расплавляя золото вместе с тройным количеством серебра (так называемое квартование) и подвергая обработке ламинированный сплав.

Отметив, что активация в результате поглощения некоторого количества металлической Серы Ртутью золота приводит к значительно более яркой окраске металла, уточним, как, собственно, это происходит. Решающий фактор тут — способность солнечной Ртути удерживать часть чистой Серы при разложении прежде образованного сплава. Так, выделенное из расплава с медью золото всегда в какой-то мере сохраняет окраску {тинктуру, teinture) последней. При многократном повторении операции цвет золота становится интенсивным, после чего оно может передать избыточную окраску родственному металлу — серебру.

Опытный химик, замечает Наксагор, знает, что золото, очищенное двадцать четыре и более раз сульфидом сурьмы, приобретает замечательные цвет, блеск и тонкие свойства. Но в отличие от случая с медью часть металла теряется, так как при очистке Ртуть золота частично переходит к сурьме, в результате Сера оказывается в избытке, и весовое соотношение нарушается. Поэтому данный способ пригоден разве лишь для того, чтобы удовлетворить свое любопытство.

Золото можно активировать, предварительно расплавив его с тройным количеством меди, а потом сплав в виде опилок разложив в кипящей азотной кислоте. Этот способ, пусть трудоемкий и дорогостоящий из-за использования большого количества кислоты — один из самых лучших и надежных. Однако если при плавлении золота и меди вовремя применить сильный восстановитель, операция значительно упростится: не будет потерь вещества и работать станет легче, хотя и в этом случае эксперимент повторяют несколько раз. Изучив различные варианты, исследователь сможет избрать самые лучшие, самые эффективные. Так, ему будет достаточно обратиться к Сере, извлеченной непосредственно из свинца, придать ей не очищая, восковую консистенцию и ввести в расплавленное золото которое вберет в себя чистую часть Серы; но он может избрать железо, к Сере которого золото проявляет наибольшее сродство.

Но довольно об этом. Теперь тот, кто хочет, пусть приступает к эксперименту. Каждый волен оставаться при своем мнении, волен следовать нашим советам или пренебрегать ими — нам все равно. Мы лишь повторим еще раз, что ни одна из операций в этой главе не имеет никакого отношения к традиционной алхимии, их и сравнивать с алхимическими нет смысла. Толстая стена разделяет две науки, непреодолимое препятствие для тех, кто усвоил химические приемы и методы. Мы никого не хотим огорчать, но вынуждены заявить, что спагирику никогда не покинуть колеи официальной химии. Многие сегодня чистосердечно полагают, что решительно отходят от путей химической науки только потому, что особым образом объясняют химические явления, однако по существу их методы не отличаются от методов, критикуемых ими ученых. Людей заблуждающихся хватало всегда, именно о них Жак Тессон написал эти слова, полные истины: «Одни желают добиться успеха в нашем Делании выпариванием, перегонкой и сублимацией, другие — размельчением, все они на ложном пути, впали в заблуждение и трудятся всуе, потому что все эти слова, названия и операции следует понимать иносказательно».

Мы, на наш взгляд, выполнили свою задачу и, насколько возможно, показали, что предшественница современной химии — не старая скромная алхимия, а древняя спагирия, вобравшая в себя элементы греческой, арабской и средневековой алхимии.

Чтобы составить себе представление о тайной науке, полезно присмотреться к труду земледельца или микробиолога, так как условия (conditions) нашей и их работы схожи. Природа предоставляет хлебопашцу землю и зерна, микробиологу — агар-агар и споры, алхимику — необходимую металлическую почву и соответствующие семена. Если будут строго соблюдены все условия (circonstances) для постоянного роста нашей специфической культуры, обильный урожай не заставит себя ждать...

Итак, алхимическая наука, весьма простая с точки зрения используемых материалов и приемов, остается, тем не менее, самой трудной, самой темной в том, что касается точного знания требуемых условий и влияний! В этом — ее таинственная сторона, и на решение этой сложной задачи направлены усилия всех сынов Гермеса.

 

Орден "Золотая Заря"

Орден "Золотая Заря"

Герметический Орден "Золотая Заря" (Hermetic Order of the Golden Dawn) — Герметическая оккультная организация, основанная Самуэлем Лидделлом МакГрегором Мазерсом, доктором Уинни Уильямом Уэсткоттом, Уильямом Робертом Вудмоном 1 марта 1888 года в Лондоне.

В основе создания Ордена лежит легенда о шифрованных Манускриптах, полученных Уэсткоттом (орденский девиз Sapere Aude - Осмелься быть мудрым) в 1887году. В этих документах содержались схемы серии ритуалов розенкрейцерского происхождения, которые легли в основу создания Ордена Золотой Зари. Также среди листов этого Манускрипта был обнаружен еще один листок с адресом некой Анны Шпренгель, немецкого Адепта Ордена Die Goldene Dammerung (Золотой Рассвет). Уэсткотт написал по указанному адресу и получил ответ. В ходе переписки, продолжавшейся вплоть до смерти немецкого Адепта в 1890 году , английским оккультистам было позволено организовать Третий Храм Ордена в Лондоне - Храм Исиды-Урании. Первый Храм, или отделение Ордена скорее всего располагалось в Германии, и именовалось "Свет, Любовь, Жизнь", второе — "Германубис" в Англии.

Согласно Исторической лекции, написанной Уэсткоттом, Орден представляет собой Герметическое Общество, члены которого изучают принципы Оккультной Науки и Магии Гермеса. Система градусов, используемых в Ордене, была заимствована от Общества Розенкрейцеров в Англии, где состояли Уэсткотт и Мазерс, и представляла собой 10 степеней по аналогии с 10 Сефирот Древа Жизни, последовательное прохождение которых символически отражало духовное совершенствование члена Ордена. Учение Ордена представляло собой синтез различных оккультных верований, в частности в ордене изучались следующие дисциплины: Герметизм, Каббала, Алхимия, Таро, Астрология, Геомантия, Ритуальная Магия и др.

Орден делился на Внешний — собственно сам Герметический Орден «Золотая Заря» (так называемый "Первый Орден"), и внутренний — "Орден Рубиновой Розы и Золотого Креста" (Ordo Roseae Rubeae et Aureae Crucis, или так называемый "Второй Орден"). Существовал еще "Третий Орден", название которого неизвестно. В него, по Учению Ордена, входили тайные Вожди, направлявшие работу всего Ордена в целом.

Первоначально с 1888 года по 1892 год Орден был преимущественно теоретической школой, преподававший своим адептам некоторые аспекты западной магической системы.Начиная с 1894 года глава Золотой Зари Макгрегор Мазерс , по его убеждению, вошел в связь с Вождями Ордена, о чем подробно изложил в своем Манифесте от 29 октября 1896 года. Результатом этого было получение от Вождей ряда Ритуалов для Внутреннего Ордена.Введение во Внутренний Орден сопровождалось сложной ритуальной драмой, основанной на легенде о Христиане Розенкрейцере.
Орден "Золотая Заря"

Герметический Орден "Золотая Заря" (Hermetic Order of the Golden Dawn) — Герметическая оккультная организация, основанная Самуэлем Лидделлом МакГрегором Мазерсом, доктором Уинни Уильямом Уэсткоттом, Уильямом Робертом Вудмоном 1 марта 1888 года в Лондоне.

В основе создания Ордена лежит легенда о шифрованных Манускриптах, полученных Уэсткоттом (орденский девиз Sapere Aude - Осмелься быть мудрым) в 1887году. В этих документах содержались схемы серии ритуалов розенкрейцерского происхождения, которые легли в основу создания Ордена Золотой Зари. Также среди листов этого Манускрипта был обнаружен еще один листок с адресом некой Анны Шпренгель, немецкого Адепта Ордена Die Goldene Dammerung (Золотой Рассвет). Уэсткотт написал по указанному адресу и получил ответ. В ходе переписки, продолжавшейся вплоть до смерти немецкого Адепта в 1890 году , английским оккультистам было позволено организовать Третий Храм Ордена в Лондоне - Храм Исиды-Урании. Первый Храм, или отделение Ордена скорее всего располагалось в Германии, и именовалось "Свет, Любовь, Жизнь", второе — "Германубис" в Англии.

Согласно Исторической лекции, написанной Уэсткоттом, Орден представляет собой Герметическое Общество, члены которого изучают принципы Оккультной Науки и Магии Гермеса. Система градусов, используемых в Ордене, была заимствована от Общества Розенкрейцеров в Англии, где состояли Уэсткотт и Мазерс, и представляла собой 10 степеней по аналогии с 10 Сефирот Древа Жизни, последовательное прохождение которых символически отражало духовное совершенствование члена Ордена. Учение Ордена представляло собой синтез различных оккультных верований, в частности в ордене изучались следующие дисциплины: Герметизм, Каббала, Алхимия, Таро, Астрология, Геомантия, Ритуальная Магия и др.

Орден делился на Внешний — собственно сам Герметический Орден «Золотая Заря» (так называемый "Первый Орден"), и внутренний — "Орден Рубиновой Розы и Золотого Креста" (Ordo Roseae Rubeae et Aureae Crucis, или так называемый "Второй Орден"). Существовал еще "Третий Орден", название которого неизвестно. В него, по Учению Ордена, входили тайные Вожди, направлявшие работу всего Ордена в целом.

Первоначально с 1888 года по 1892 год Орден был преимущественно теоретической школой, преподававший своим адептам некоторые аспекты западной магической системы.Начиная с 1894 года глава Золотой Зари Макгрегор Мазерс , по его убеждению, вошел в связь с Вождями Ордена, о чем подробно изложил в своем Манифесте от 29 октября 1896 года. Результатом этого было получение от Вождей ряда Ритуалов для Внутреннего Ордена.Введение во Внутренний Орден сопровождалось сложной ритуальной драмой, основанной на легенде о Христиане Розенкрейцере.

ВЫЖИВАНИЕ АЛХИМИЧЕСКОЙ ТРАДИЦИИ ЗОЛОТОЙ ЗАРИ


Очевидно, что после раскола 1903 года алхимическая традиция Золотой Зари сохранялась как в Stella Matutina, так и в Alpha Omega.



АЛХИМИЯ STELLA MATUTINA


Контакты д-ра Фелкина с немецким оккультистом Рудольфом Штайнером, который был тесно связан с древней ветвью немецких розенкрейцеров (Иллюминатами), а также являлся Императором F.A.R.+C., оказались весьма плодотворными. Очевидно, Штайнер обучил Фелкина некоторым духовным алхимическим практикам (например, модернизации Ритуалов Срединного Столпа и Розового креста, которые практиковались в Stella Matutina). Несомненно, что знаменитый документ Z.2, посвященный алхимии, был написан Фелкином, а не Матерсом. Кстати, стоит подчеркнуть, что ритуалы R.R.&.A.C. не были исключительно заслугой МакГрегора Матерса, он испытывал влияние тех ритуалов германского Ордена Златорозового Креста, которые, я всецело уверен, были пережданы ему вполне надлежащим образом. В действительности, я располагаю доказательствами, что образцом для жезлов Золотой Зари послужил жезл Моисея, описанный в совершенно секретном и древнем (датированном 1514 годом) германском документе, принадлежавшем данному Ордену, копия которого, полученная из его Внутренней Коллегии, у меня имеется. Довольно любопытно отметить, что данный документ демонстрирует исключительно польские иудейские кабалистические влияния, в особенности те, что исходили от Сабтая Цви, который в 1666 году объявил себя Мессией, которого ожидают евреи. Эта дата (1666 год) весьма интересна, поскольку соответствует солярному циклу в 111 лет. В самом деле, германский Орден Златорозового Креста связан с этим 111-летним циклом; к примеру, именно в 1777 году он был реорганизован, приняв новую систему градусов, также принятую S.R.I.A., а 111 лет спустя, в 1888 году, была основана Золотая Заря. Кроме того, документ Ордена Златорозового Креста, который я упомянул выше, содержит множество ритуалов, которые мы снова находим в Золотой Заре (например, латинская и ивритская версии Ритуала Кабалистического Креста и Ритуала Срединного Столпа). Таким образом, данный документ содержит доказательства того, что магические ритуалы Золотой Зари и в самом деле являются развитием обрядов упомянутого германского Ордена; однако, поскольку ритуалы последнего по-прежнему остаются в тайне, это также доказывает, что основатели Золотой Зари получили подлинную германскую розенкрейцерскую передачу… [4]


Теперь же вновь вернемся к алхимической традиции Stella Matutina, которая, как представляется, прекрасно сохранилась в Новой Зеландии, куда Фелкин переехал на жительство. Пэт Залевский, глава Храма Тота-Гермеса в Веллингтоне, связался со мной и предоставил довольно интересную информацию относительно своих алхимических занятий; в своем письме он подчеркивает, что, по его мнению, практика алхимии была необходима R.R. et A.C. Тем не менее, он говорит, что подлинная практика алхимии была доступна продвинутым членам лишь во Внутреннем Кругу. Точно также было и в Розенкрейцерском Ордене Alpha Omega, где практическая алхимия открывалась лишь Adepti Exempti.



АЛХИМИЯ ALPHA OMEGA


В Англии алхимическая традиция Золотой Зари прекрасно сохранилась в Розенкрейцерском Ордене Alpha Omega, особенно благодаря деятельности Frater Animo Et Fide (Эдварда Лангфорда Гарстина), Канцлера лондонского Храма A.O. Он получил от Мойны Матерс некоторые весьма ценные алхимические трактаты, которые ее муж в высшей степени ценил, больше всего это касалось Mysterium Magnum Якоба Беме и Aurea Catena Homeri (1722) Кирхвегера. Кроме того, МакГрегор Матерс считал весьма значимой Splendor Solis Соломона Трисмозина, поскольку этот трактат включал 22 прекрасные цветные гравюры, каковые он, естественно, связал с 22 Путями Древа Жизни. Однако был и еще один алхимический трактат, с которым Гарстин был хорошо знаком: «Le Livre des 22 Feuillets Hermetiques» («Книга 22 герметических страниц»), написанная Керданеком де Порником (Kerdanek de Pornic), которая описывает 22 герметических Аркана, число, отсылающее к 22 Старшим Арканам Таро. Вероятно, именно МакГрегор Матерс обнаружил эту очень редкую французскую брошюру, которую Гарстин получил от Мойны. Эта книжица, которая находится в моем распоряжении, обладает исключительной ценностью, поскольку являет собой весьма ясное описание 22 шагов Великого Делания, включая многие лабораторные изображения. Невероятно, но алхимический метод, описанный в Книге 22 герметических страниц, есть Путь Антимония, который весьма напоминает бакстромовский.

Лангфорд Гарстин написал два неизданных эссе, посвященных алхимии, «Алхимия и астрология» и «Словарь алхимических терминов». Кроме того, он опубликовал две книги, «Теургия» (1930) и «Тайный огонь» (1932). Будучи англичанином, он, естественно, в большей мере интересовался трудами таких своих соотечественников, как Воган, Филалет, Нортон, Рипли, Джон Ди и Келли. Фактически, Гарстин не занимался оперативной алхимией, он скорее практиковал «алхимию духовную» (Я убежден, что значительная часть этой духовной алхимии перешла через американские храмы Alpha Omega в B.O.T.A.)

Кроме того, Эдвард Гарстин являлся секретарем Исследовательского Общества (Quest Society), к которому также принадлежал входивший в число его друзей Жерар Гейм (Heym). Гейм был французским алхимиком, который периодически посещал Лондон. Он близко дружил с С.Л. МакГрегором Матерсом и Мойной Бергсон-Матерс. Тем не менее, он никогда не проходил посвящения в Храме Ahathoor, что следует из Старых протоколов нашего Храма, однако Гейм был основателем Общества изучения алхимии и ранней химии и его знаменитого журнала «Ambix». Кроме того, он состоял во Французском обществе литераторов под названием «Les Amants de la Licorne» («Поклонники единорога»), которые глубоко интересовались алхимическим символизмом. Это общество было основано Клодом д`Иже, опубликовавшим «Anthologie de la Poesie Hermetique». Членом этого общества, которое под наименованием «L'Orbe de la Licorne» существует в Париже и в наши дни, являюсь и я.

В своем предисловии к французскому переводу «Le Dominicain Blanc» Густава Майринка Жерар Гейм демонстрирует свое глубокое понимание даосской алхимии. Вполне вероятно, что он принадлежал к F.A.R.+C., поскольку данное розенкрейцерское братство является единственной в Европе организацией, связанной с сохранившейся китайской алхимией и практикует Путь «Красного Дракона».

И Жерар Гейм, и Лангфорд Гарстин были друзьями Арчибальда Кокрена, величайшего британского алхимика той эпохи. Кокрен был подлинным адептом, жившим в Лондоне в 1930-х и, вероятно, состоял в Alpha Omega. Он написал «Алхимия, открытая заново и восстановленная» (1940). Ителль Колкон (Ithell Colqhoun) писала, что Гарстен посещал его великолепную лабораторию, где Кокрен показывал ему «Философское Яйцо, стеклянный сосуд овальной формы, где слой за слоем помещалась основная материя, окрашенная в традиционные алхимические цвета, черный, серый, белый и желтый. Наверху же располагалось нечто похожее на цветок, центр которого был окружен лепестками оранжево-красного цвета. Держа свою основную материю на постоянном медленном огне, Кокрен заставил ее расти; она разрасталась подобно дереву».

Следует отметить, что описанный Гарстином философский цветок в точности соответствует Красному Цветку из «Книги 22 герметических страниц»; Кокрен в своей работе шел по пути «Свинца Мудрецов». Кроме того, он следовал наставлениям, которые обнаружил в работах сэра Джорджа Рипли – по всей видимости в «Книге Сердца» - предлагающей способ приготовления философского камня. Согласно Гарстину, Кокрен в ходе своих алхимических экспериментов постоянно использовал «открытую (open) Пентаграмму», что служит доказательством тому, что он следовал инструкциям к алхимическим ритуалам Золотой Зари, изложенным в Z.2.

Арчибальд Кокрен изготовлял масла, полученные из металлов, в особенности масло золота, наиболее могущественное средство исцеления. Он лечил миссис Майю Транхел-Хейс (Soror Ex Fide Fortis, Императрицу Храма Alpha Omega) от нервного расстройства, давая ей по три капли масла серебра. Помимо прочего, в начале второй мировой Кокрен спас жизнь Жерара Гейма, снабдив его бальзамом, когда тот получил повреждения во время работы в противопожарной службе. В 1965 году Жерар Гейм рассказывал мисс Колкон, что один из его друзей, доживший до 95 лет, принимал питьевое золото, данное ему Кокреном, с большой пользой, оно продлило ему жизнь и молодость. Согласно мисс Колкон, Арчибальд Кокрен погиб во время второй мировой, когда бомба разрушила его лабораторию; однако, согласно К.Р. Кэммелу, Кокрен пережил военное время в своей лаборатории, которая была защищена. Кэммел утверждает, что, «когда его лаборатория была разрушена разорвавшейся неподалеку бомбой, то стеклянные реторты, содержащие эликсиры на всех стадиях трансмутации, оказались невредимы – это выглядело как чудо и было таковым». Согласно Кэммелу, Кокрен переехал в Брайтон, «где несколькими годами позже – приблизительно в 1950 году – он скончался в преддверии финального триумфа (открытия Философского Камня)».

Кэммел утверждал, что «Кокрен в разное время дал ему два флакона эликсира золота, которое следовало принимать, смешав несколько капель с вином». Кэммел говорит: «Я извлек огромную пользу. В наиболее страшный период немецких авианалетов в 1940 году, когда я был постоянно занят на противовоздушной обороне, этот эликсир придавал мне столько сил, что я, приняв его, мало уставал и не испытывал нервного напряжения, нуждался в небольшом количестве сна и еды, выглядел и чувствовал себя полным сил и здоровья».

Описание эффектов золотой тинктуры вполне точное, насколько я могу судить по собственному опыту принятия нескольких капель питьевого золота, данных мне братом, посвятившим меня в F.A.R+C.

Но большая часть алхимической традиции Alpha Omega сохранилась в архивах нашего Храма Ahathoor, который содержит весьма ценные и редкие документы, в частности известное Древнее Химическое Делание Абрахама Елеазара, чье подлинное название на иврите Сефер Ха-Йора (Sepher Ha-Iorah), опубликованное в Германии в 1735 году и переведенное на английский Frater In Cornu Salutem Spero (Уильямом Сатерлендом Хантером) и на французский Soror Semper Ascendere (м-м Вороновой) в 1925 году, когда она занимала должность Премонстратора Храма Ahathoor. Алхимический процесс, описанный в Сефер Ха-Йора, схож с тем, о котором повествуется во Второй Книге Thesaurus Thesaurorum a Fraternitate Rosae et Aureae Crucis Testamento, а также в Sigillum Secretorum or Magnalia Dei Optimi Maximi, переведенных с латыни Frater Deo Duce Comite Ferro (С.Л. МакГрегором Матерсом), которые также присутствуют в нашем архиве.

Мне посчастливилось обнаружить еще один довольно редкий и превосходный французский экземпляр Сефер Ха-Йора, скопированный и проиллюстрированный цветными изображениями самим мастером Элифасом Леви. Согласно его пометкам, этот экземпляр данной книги был сделан с оригинала (предположительно с той самой известной книги Авраама Еврея, которую нашел Николя Фламель!) Леви пишет, что оригинал в прошлом принадлежал известному французскому алхимику Дюшанто (члену Ордена Златорозового Креста). По всей видимости, он был написан на иврите; в любом случае, экземпляр Элифаса Леви полон слов на этом языке… Леви посвятил этот экземпляр и преподнес его своему покровителю графу Мнишеку, который также являлся алхимиком и другом лорда Бульвер-Литтона. Вообще, эта чудесная копия Элифаса Леви принадлежит частному коллекционеру, который, помимо прочего, является членом довольно закрытого Парижского Герметического Общества.

Среди других ценных документов, хранящихся в архивах Храма Ahathoor, я должен также назвать:

- Золотой Век Мадатануса (Граф Адриан Минзихт – 1621), манускрипт, переведенный и написанный рукою Frater D.D.C.F. Матерс в конце своего перевода добавил нижеследующее важное замечание:

«Эта последняя работа частично воспроизведена из рукописной Книги, предоставленной Тайными Вождями Внутреннего Круга Розенкрейцеров Высшему Магу Ордена Златорозового Креста во Внешнем мире, и в новое время хранящейся в секрете. Розенкрейцеры высших степеней Внешнего Ордена узнают книгу, о которой я говорю, и лишь во имя их блага я оставил этот намек».

- "Le Tresor des Tresors ou comment on peut ramener les corps a leur matiere premiere dans le but d'obtenir leur generation ou leur multiplication". Этот манускрипт, приписываемый Франсуа Борри, итальянскому алхимику, который был Мастером королевы Кристины Шведской. Он был переведен и переписан Soror Semper Ascendere 20 июля 1926 года. Согласно примечанию, оставленному королевой Кристиной в конце манускрипта, она преуспела в Великом Делании. Путь, которым она шла, схож с тем, что описан Синезием.




АНАЛИЗ АЛХИМИЧЕСКОГО МАНУСКРИПТА Z.2


Теперь я постараюсь проанализировать Z.2, этот весьма примечательных манускрипт, поскольку он является одним из немногих документов, посвященных алхимии, рассматривающим с практической точки зрения соответствия между ней, магией и астрологией. Объяснение же алхимического метода, содержащееся в Z.2. носит скорее теоретический характер.

В действительности, в подлинной практической алхимии выбор Materia Prima зачастую определяет путь, которым необходимо следовать: сухой или влажный. Например, такие крепкие металлы как железо не могут быть обработаны тем же способом, что и мягкие, наподобие, ртути: это всего лишь вопрос, касающийся температуры плавления металлов. Таким образом, технические операции сухого пути имеют некоторую аналогию с металлургией; при влажном пути используют как и в химии стеклянные сосуды. Более того, в рамках сухого или влажного пути существует множество различающихся процессов, зависящих не только от выбранной Первой Материи, но и от использования специфических методов. Например, «Путь Антимония» (сухой путь) полон различных операций. Еще более сложен «Путь Магнезии», который ближе к Влажному Пути, в котором, однако, имеется возможность работать согласно процедурам Сухого Пути!

Интересно узнать, что алхимический процесс, описанный в знаменитом документе Z.2, принадлежит, в сущности, Влажному Пути. Этот Путь длиннее, нежели Сухой, но более легок и безопасен: Сухой Путь короток, но весьма рискован. Влажный Путь применяет дистилляции и сублимации жидких субстанций в реторте при низкой температуре; Сухой Путь использует тигель, сухие субстанции и высокие температуры. Тем не менее, документ Z.2 начинается Влажным Путем, а заканчивается Сухим. Отметим, что метод Бакстрома прямо противоположен: он начинается Сухим (с применением тигля), а завершается варкой, Влажным Путем (в стеклянном сосуде). В самом деле, между двумя путями порою имеются сближения, которые представляют собою одну из основных сложностей, для тех, кто изучает алхимию.

Проверка различных алхимических стадий, о которых говориться в Z.2, демонстрирует некоторые ошибки, особенно это касается «Режима Планет», который не является верным; ведь порядок, который описан в манускрипте следующий: Сатурн – Луна – Солнце – Марс – Меркурий – Юпитер – Венера. Традиционная планетарная последовательность, описываемая во всех алхимических текстах такова: Меркурий – Сатурн – Юпитер – Луна – Венера – Марс – Солнце. Фактически, это порядок появления цветов в процессе варки, каковая всегда является конечным пунктом Великого Делания. Древние описывали цветовые изменения Материи, в соответствии со старыми астрологическими цветовыми соответствиями планет. Так, Меркурий символизировался несколькими различными цветами; Сатурн – черным; Юпитер – Серым; Луна – белым; Венера – зеленым; Марс – красным; и Солнце – золотым. Но нам не следует забывать, что цветовая шкала Золотой Зари, «Радужная шкала», иная: индиго – синий – оранжевый – красный – желтый – пурпурный – зеленый. Это ничуть не напоминает обычную цветовую последовательность великой варки.

Еще одно отличие документа Z.2 от прочих тайных трудов по оперативной алхимии касается выставления материи на солнечный, а затем лунный свет, т.е. неверная очередность. Тем не менее, сам по себе факт упоминания данного процесса свидетельствует о том, что автор документа Z.2 действительно хорошо разбирался в тайнах алхимии, поскольку указания на него никогда не было в опубликованных текстах (хотя и демонстрировалось множество раз на иллюстрациях). В самом деле, воздействие света на материю, а также, прежде всего, то, как и когда оно должно производиться, есть одна из главных тайн, которую Философы открывают лишь своим ученикам после надлежащего посвящения и присяги. Фулканелли дает превосходное определение алхимии, говоря о ней как об «искусстве трансмутации материи силою света».

В итоге, мы можем отметить, что при использовании метода, о котором идет речь в документе Z.2, алхимик в финале обретает порошок и масло; однако, в Великом Делании, масло и порошок всегда объединялись посредством длительного процесса под названием «Всасывание» (imbibitions), пока не будет получено красного порошка или тинктуры («Красный Лев»). Таким образом, мы приходим к выводу, что метод из Z.2 касается не изготовления Камня Философов, но скорее есть «отдельный процесс», подобно, например, экстрагированию соли и масла (или «сульфура») из металла или растения.

Более интересной чертой манускрипта Z.2 является связь магических ритуалов с алхимическим процессом. Ведь в классических алхимических текстах такого рода информация, как правило, опускается. Тем не менее, одна из таких редких магических инструкций касательно алхимии помимо Z.2, которые мне удалось разыскать, содержались в весьма секретном тексте, переданном мне Внутренней Коллегией Братства Златорозового Креста, который озаглавлен «Testamenti Fraternitatis Roseae et Aureae Crucis - Liber II: "De Magia Divina et Naturali cum Chymico-Magicae Secretorum».

Метод, описанный в данном документе, представляет собой внутреннюю алхимическую практику с использованием «Питьевого Золота», связанную с эвокацией семи Планетарных Духов и Ангела-Хранителя Делателя. Стоит подчеркнуть, что все упомянутые магические или, скорее, теургические практики были всегда доступны после получения Камня Философов, каковой использовался в качестве «астрального магнита» для привлечения духовных сущностей.

Адепты, которые передали мне эти секретные инструкции, придавали особое значение тому факту, что магическая практика будет небезопасна для тех, кто еще не получил Камень Философов, посредством сил коего он мог бы возродиться. В самом деле, английский Адепт поведал мне, что, согласно его собственным экспериментам, Камень Философов обладает сильной способностью пробуждать чувство предвидения, каковое может быть весьма полезно при общении с духовными сущностями в процессе магической эвокации.

Следует знать, что употребление Камня Философов или Питьевого Золота может представлять опасность для людей неподготовленных, поскольку данные субстанции пробуждают то, что розенкрейцеры древности звали «тонкий огонь тела» (кундалини), а также по причине мощного подъема сексуальной силы, которую довольно трудно контролировать. Если ученик не подготовлен надлежащим образом, эликсир может вызвать массу расстройств в его личной жизни: он может превратиться в раба собственных желаний и неспособности контролировать и направлять эту новую энергию. Если он не знает, каким образом сублимировать силу «тайного огня» своей кундалини, эта энергия может быть целиком израсходована на сексуальную активность или помыслы. В иных случаях этот «огонь» мог бы подняться к его мозгу и вызвать многочисленные галлюцинации. Если разум ученика не достаточно чист, перед ним могут предстать чудовища, как случилось с Глиндоном в знаменитом романе Бульвера-Литтона «Занони». В целом, эликсир вызывает великое «кармическое» очищение, в особенности в любовной сфере ученика.

Такова причина, по которой Адепты никогда не дают Эликсир, Питьевое Золото, неподготовленным ученикам и молодым людям, но лишь тем, кто обладает опытом, достигшим, по крайней мере, сорокалетнего возраста и только после семи лет обучения. Последнее включает в себя некоторые в известном смысле «тантрические» практики (далекие от так называемой «сексуальной магии»» Алистера Кроули!) В действительности, Внутренняя Коллегия Ордена Златорозового Креста сведуща в подобного рода практиках, однако держит их в строгом секрете, поскольку Адепты опасаются, что ими могут злоупотребить. Другая часть этой магической подготовки – это своего рода «йога», включающая медитацию на луну и солнце с применением магических зеркал. Разумеется, МакГрегор Матерс кое-что знал об этих тайных практиках (каковые открывались лишь в степени Adeptus Exemptus), поскольку получил оперативный корпус Ордена Златорозового Креста и, в особенности, тайные комментарии относительно Salomonic et Mosaic Magical Claviculae.

 

Алхимия


Слово Алхимия (Alchemy) в арабском языке разделяется на предлог Ал и существительное Химия. Намного позднее слово Khem стали соотносить с коптским названием Египта. Таким образом, слово Алхимия означает "то, что принадлежит Египту." Потому слова Алхимия и химия считают наследием Египта. Другое возможное происхождение этого слова - греческое cheo, что означает, "я изливаю" или "я бросаю": оно часто использовалось древнегреческими металообработчиками, которые довольно часто пользовались Алхимическими формулами.

Алхимия и Астрология - одни из древнейших наук, которые ведомы человечеству. Знания в области знахарства, минералогии, естествознания, химии и медицины - могут смело считать своей прародительницей Алхимию.

По легенде, основателем Алхимии является Гермес. Самый ранний алхимический текст, как предполагается, - Изумрудная Скрижаль, написанная Гермесом Триждывеличайшим, известная под латинским названием Tabula Smaragdina. Никто точно не может сказать, кто же действительно являлся первым алхимиком, но первые исследователи работавшие в области Алхимии, были кузнецы. Возможно, самым знаменитым из алхимиков стал Парацельс, объявивший, что главная цель Алхимии состоит в том, чтобы излечивать болезни. Он стал основателем той науки, что на сей день носит название фармакологии.

ПОЛУЧЕНИЕ "ДРАГОЦЕННОГО МЕТАЛЛА"

ПОЛУЧЕНИЕ "ДРАГОЦЕННОГО МЕТАЛЛА"Простейший алхимический прием заключается в использовании энергичных взаимодействий — кислот со щелочами, — чтобы при вскипании происходило соединение чистых частиц с необратимым образованием новых веществ. Таким способом, отталкиваясь от металла, близкого к золоту — Предпочтительно от серебра, — можно получить небольшое количество Драгоценного металла. Приведем для примера простейшую операцию, за Успех которой при строгом следовании нашим указаниям мы ручаемся.

Высокую тубулярную реторту на треть объема заполните чистой азотной кислотой. Поместите реторту, соединив ее с трубкой для вывода газа, в песчаную баню. Работать следует в лабораторном вытяжном шкафу, осторожно нагрейте содержимое реторты, не доводя кислоту до кипения, выключите огонь, откройте пробку и введите в реторту небольшое количество самородного или очищенного серебра, не содержащего следов золота. Когда перестанет выделяться перекись азота и поверхность жидкости успокоится, поместите в реторту вторую порцию чистого серебра. Повторите эту операцию медленно вплоть до того момента, когда закипание жидкости и выделение красных паров будет происходить не так бурно — это показатель скорого насыщения. Больше ничего не добавляйте, подождите полчаса, потом осторожно перелейте светлый еще горячий, раствор в химический стакан. На дне реторты вы увидите небольшой осадок в виде мелкого черного песка. Промойте его теплой дистиллированной водой и поместите в фарфоровую чашку для выпаривания. Опытным путем вы убедитесь, что осадок не растворим ни в соляной, ни в азотной кислоте. Царская водка растворяет его с образованием красивого желтого раствора, очень схожего с раствором трехлористого золота. Разбавьте его дистиллированной водой. Добавив цинк, вы получите в осадке аморфный очень тонкий матовый красно-коричневый порошок, точно такой же, какой при подобных обстоятельствах дает самородное золото. Этот рассыпчатый порошок хорошенько промойте, а затем высушите. После прессования на стекле или мраморе он превратится в блестящую плотную пластинку, ярко-желтую в отраженном свете, зеленую на просвет, по виду и простейшим свойствам соответствующую чистейшему золоту.

Вы можете повторить операцию сколько угодно раз, увеличивая первоначально небольшое количество осадка. В этом случае используйте светлый раствор нитрата серебра, разбавленный первичными промывными водами. Восстановите металл с помощью цинка или меди. По окончании восстановления промойте осадок большим количеством воды. Высушите порошкообразное серебро и используйте его для вторичного растворения Таким образом, у вас будет достаточно продукта, чтобы с помощью анализа убедиться, что вы действительно получили золото, даже если предположить, что следы золота содержались в исходном серебре.

Но на самом ли деле столь легко доступное, хотя и в небольших количествах, простое вещество — золото? Чистосердечно ответим «нет» или, по крайней мере, «еще нет». Внешне и даже по многим свойствам, в томя числе химическим, оно и впрямь аналогично золоту, однако плотность -одно из основных физических свойств — у него другая. Такое золото легче самородного, хотя и тяжелее серебра. Мы можем рассматривать его не как серебро в более или менее стабильном аллотропическом состоянии, а как молодое рождающееся золото (or naissant). Впрочем, новообразованный металл способен при усадке приобретать и сохранять плотность выше, чем у зрелого металла. Архимики владели способом, который придавал рождающемуся золоту свойства золота зрелого; они называли этот процесс созреванием (maturation) или упрочением (affermissement), и мы знаем, что основным его катализатором является ртуть. В некоторых древних латинских манускриптах этот процесс именовали также confirmation (закрепление).

МАГИЧЕСКИЕ ЧЕРНИЛА

МАГИЧЕСКИЕ ЧЕРНИЛАЧернила использовались, чтобы рисовать символы, которые, как думали, могут отгонять потенциально опасные существа. Поэтому считалось необходимым должным образом очистить чернила до их использования.

Сегодня магическое использование чернил почти забыто, хотя некоторым людям нравится ворожить при помощи псевдочернил "из крови летучей мыши". Я знаю, что когда в магическом рецепте советуют "нарисовать два сердца и символ Венеры зелеными чернилами", многие катают шариковую ручку и выводят каракули. Действуя подобным образом, они только обманывают себя. Многие из нас сами изготовляют благовония и ароматические масла — почему же мы не можем создать чернила?

Первые "чернила" были, вероятно, древесным углем; первая ручка — палкой. Некий древний человек, зачищая палку на камне, очевидно, поразился, увидев темную линию, нарисованную ее острием.

Это можно повторить, конечно, и сегодня. Просто обожгите палку, чтобы на конце образовался древесный уголь, но не зола. Когда она остынет, используйте палочку как естественный карандаш из древесного угля, чтобы изобразить свою цель. Для каждого ритуала должна быть создана отдельная палочка. Пока она обжигается и во время рисования, визуализируйте вашу магическую цель.

Эти первобытные обряды могут быть достаточными для пробуждения способности направлять личную энергию. Если нет — попытайтесь создать ваши собственные магические чернила.

Все магические чернила требуют использования острых палочек или птичьих перьев, либо перьевых ручек. Последние обычно бывают в магазинах, торгующих техникой для офисов. Попрактикуйтесь в использовании Ручек, чтобы выработать должное мастерство перед использованием их в магии.

Два рецепта магических чернил дошли до нас с древности. К сожалению, они трудны в приготовлении и поэтому не могут принести результата. Привожу их просто для удовлетворения любопытства:


МАГИЧЕСКИЕ ЧЕРНИЛА (№ 1)

280 г галловых орешков дуба
90 г медного купороса
90 г квасцов или гуммиарабика
Истолките все компоненты в пудру и поместите в новый глазированный керамический сосуд с речной водой. Разведите костер из побегов папоротника, собранных на праздник Св. Джона (Ивана Купалы), и прутьев винограда, срезанных в период мартовского полнолуния. Добавьте в костер белую бумагу и поставьте на него сосуд. Когда вода закипит, чернила готовы.


МАГИЧЕСКИЕ ЧЕРНИЛА (№ 2)

"Копоть" ладана
"Копоть" мирры
Розовая вода
Сладкое вино
Гуммиарабик

Возьмите золу ладана и мирры (она получается, если подержать ложку над тлеющими смолами). Смешайте это в чаше с розовой водой и сладким вином. Добавьте гуммиарабика, чтобы смесь была достаточно густой, и ею можно было бы писать.

Такие рецепты, которые датируются 1600 годом или ранее, представляют собой примеры того, отчего магические чернила отжили свой век. Упрощенная версия второго рецепта дает и в самом деле пригодные к использованию чернила для тех, кто желает потратить время и силы на их изготовление. Метод изготовления см. ниже.


Копоть от лампы

Копоть используется и в предыдущих, и в последующих рецептах. Она получается от свечи. Зажгите свечу надлежащего цвета и подержите заднюю часть ложки в пламени, едва касаясь фитиля. После 30 или 45 секунд пламя покроет поверхность ложки черным слоем копоти. Тогда подержите ложку над маленькой миской. Тщательно счистите копоть в миску, используя маленький кусочек картона.
Проследите, чтобы копоть попала в миску. Она легче воздуха и может разлететься во время процедуры по столу или ковру, если вы не будете соблюдать осторожность.

Повторите этот процесс от 30 до 60 раз (это займет у вас от 30 минут до часа), пока вы не соберете достаточное количество легкой черной сажи. Если вы делаете чернила для определенной магической цели, постоянно в течение сбора сажи визуализируйте эту цель.

К этому времени руки у вас будут основательно испачканы, а ручка ложки может сильно нагреться.

(Если по некоторым причинам вы пробуете магические чернила № 2, собирайте копоть от возжигания ладана и мирры.)

Теперь попробуйте следующий рецепт. Здесь не даны никакие количественные пропорции, потому что сажу невозможно взвесить. Одно предупреждение: чем дольше вы собираете сажу, тем меньшее количество чернил в результате.


МАГИЧЕСКИЕ ЧЕРНИЛА (№ 3)

Сажа
Дистиллированная вода
Гуммиарабик

К собранной саже добавляют теплую или горячую дистиллированную воду по каплям. Прекратите добавлять воду прежде, чем об этом подумаете. Смесь сажи и воды размешайте пальцем до полного растворения, когда вода станет чернильно-черной. Это нелегко, поскольку сажа обычно плавает на поверхности воды.

Если вы добавили слишком много воды (и получился тускло-серый цвет), положите большее количество сажи, пока не будет достигнут темный оттенок. Затем положите небольшое количество молотого гуммиарабика и основательно перемешайте пальцем (или ложкой при большом количестве), пока смола не растворится в теплой жидкости. Смесь должна быть так же густа, как магазинные чернила. (Изучите их консистенцию).

Оценка надлежащих пропорций сажи, воды и гуммиарабика трудна, но если вы следуете этим инструкциям, вы должны произвести вполне годные к употреблению чернила. После смешивания вылейте их в небольшую емкость и вымойте руки — к этому времени они будут весьма нуждаться в этом.


Простые магические чернила

Многие из них были включены в предыдущее издание этой книги. Попробуйте некоторые из них, если пожелаете. Если чернила слишком жидкие, и ими нельзя писать, добавьте немного гуммиарабика.


МАГИЧЕСКИЕ ЧЕРНИЛА (№ 4)

Из шафрана получаются прекрасные магические чернила, но они страшно дороги.


МАГИЧЕСКИЕ ЧЕРНИЛА (№ 5)

Из свежих ягод фитолакки получаются фиолетовые чернила. В сущности, одно из названий этого растения "чернильная ягода". Семена ее ядовиты, поэтому не подносите чернила ко рту.


МАГИЧЕСКИЕ ЧЕРНИЛА (№ 6)

Сок свеклы дает красные чернила. Для загустевания добавляйте, если необходимо, гуммиарабик.


МАГИЧЕСКИЕ ЧЕРНИЛА (№ 7)

Попробуйте для изготовления чернил ежевику или виноградный сок.


ЧЕРНИЛА (№ 8)

"Невидимые" чернила легко приготовить, и это знает каждый бойскаут. Обычно используются молоко, лимонный сок и т. д. Этими жидкостями пишут перьевой ручкой на белой бумаге. Такие чернила используют во многих типах ворожбы; всегда задействуйте воображение. Подержите бумагу с осторожностью над пламенем свечи (достаточно близко, так, чтобы пламя нагревало бумагу, но не сожгло ее), пока не проявится написанное.

Пример ритуального использования невидимых чернил: напишите или нарисуйте образ вашей магической цели. Сделайте это с визуализацией и зарядкой энергией. Когда бумага высохнет, вы не увидите на ней ничего. Это символ вашей жизни без цели. После этого подержите бумагу над пламенем свечи, и нарисованное медленно проявится, посылая энергию и ваше знание, что в вашей жизни есть цель.


Использование магических чернил

Это просто. Вот несколько предложений:

- Напишите или нарисуйте изображение вашей магической цели на листке цветной бумаги. Визуализируйте слова, светящиеся энергией, поскольку вы пишете их, или картину, мерцающую от мощи психических сил.

- Помажьте бумагу ароматическим маслом, соответствующим вашей цели, и сожгите ее до золы. Когда она сгорит, визуализируйте энергию, которую вы вылили в эту манифестацию своей потребности.

- Создайте недорогой магический инструмент: ночью воскурите благовоние для стимуляции психики. Добавьте несколько капель черных чернил в маленькую круглую чашу с водой. Когда вода станет темной, выключите свет, зажгите желтую или белую свечу и пристально глядите в воду. Расслабьте ваше сознание, отгоните сомнения и позвольте подсознанию получать информацию относительно будущего.

ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ. Некоторые виды ворожбы призывают, чтобы чернила были приняты внутрь. Это можно сделать так нарисуйте образ своей цели на бумаге, намочите бумагу в воде, чтобы смыть чернила, и выпейте эту жидкость. Впрочем, большинство магазинных чернил ядовито, так же, как и чернила домашнего приготовления, — лучше их не пить! Всегда помните, что при исполнении старинных ритуалов нужно придерживаться современных научных знаний.

УВЕЛИЧЕНИЕ КОНЦЕНТРАЦИИ УКСУСНОЙ КИСЛОТЫ

УВЕЛИЧЕНИЕ КОНЦЕНТРАЦИИ УКСУСНОЙ КИСЛОТЫВинный уксус является очень хорошим растворителем железных окалин (оксидов).

О важности уксуса в практике говорили многие: Василий Валентин и Альберт Великий особо выделяют уксус и ставят его в одном ряду с духом винного камня и мочой. В наше время, особенно для Алхимиков, живущих в городах, очень трудно найти хороший и качественный уксус. Современные производители используют пищевые добавки, такие как карамель и искусственные красители, что очень плохо, а в некоторых местах вы можете увидеть уксус полностью синтетического происхождения, такой уксус не подходит для Алхимических экспериментов. Обычный коммерческий уксус имеет концентрацию 5-6%. Такой уксус очень слаб, и необходимо увеличить концентрацию уксусной кислоты.

Для того чтобы увеличить концентрацию уксуса, мы используем так называемое замораживание. Поместите ваш уксус 1 или 2 градусов в пластмассовую емкость, так что бы между горлышком и уровнем жидкости оставалось примерное расстояние в ширину ладони, плотно закройте вашу ёмкость и поставьте её в морозильную камеру с температурой примерно в - 2-3 градуса С. Мы знаем, что температура замораживания воды равна 0 градусам по С. В отличие от уксусной кислоты, температура замерзания которой гораздо ниже. Обратите внимание, что при замерзании жидкость расширяется, поэтому при замораживании нежелательно использовать стеклянную посуду, которая может лопнуть из-за внутреннего давления. Самое лучшее - использовать пластмассовые бутылки объемом 1.5 или 2 литра. Поместите ваши сосуды в морозильную камеру под углом, так чтобы уровень уксуса почти доходил до горлышка. Замораживайте ваш уксус в течение суток. После того как весь ваш уксус заморозится, снимите пробку с вашей ёмкости и также под углом поставьте ваш уксус размораживаться, так чтобы жидкость стекала в другой сосуд.

Разморозьте примерно половину содержимого, вы увидите, что разморозившийся уксус имеет гораздо более темный цвет и, если вы проверите содержание кислоты, то увидите, что оно увеличилось примерно в 2-3 раза, повторите ещё раз этот процесс и на этот раз используйте разморозившийся уксус. Повторяйте этот процесс, пока вы не получите уксус примерно 8-10%. После этого следует перегнать уксус. После всех операций вы будете иметь уксусную кислоту примерно 10%. Уксус, полученный таким способом, является очень хорошим растворителем и будет вам необходим для получения ацетатов и тинктурировании некоторых окалин.

АГРИППА НЕТТЕСГЕЙМСКИЙ


АГРИППА НЕТТЕСГЕЙМСКИЙ
АГРИППА НЕТТЕСГЕЙМСКИЙ (Agrippa von Nettesheim) Генрих Корнелий (14 сентября 1486, Кельн — 18 февраля 1535, Гренобль), натурфилософ, богослов, гуманист эпохи Возрождения.


ЖИЗНЕННЫЙ ПУТЬ

Молва обвиняла Агриппу в занятиях чернокнижием и магией, еще при жизни его ходили слухи, затем отразившиеся в легенде о докторе Фаусте, о том, что он знается с демонами, что дьявол сопровождает его повсюду, приняв образ черного пса. Вместе с тем сам Агриппа всегда подчеркнуто отмежевывался от ученых-самозванцев, колдунов и шарлатанов, претендовавших на обладание тайнодейственными силами. В своей жизни он испытал все превратности судьбы: был придворным, дипломатом, врачом, университетским профессором, даже солдатом. Первые познания он получил в Кельне, завершил образование в Париже около 1506; здесь же вместе с Шарлем де Бовелем, Симфорианом Шампье, Жерменом де Гане и другими философами-гуманистами составил некое тайное братство (sodalitium). Некоторое время он состоял секретарем императора Максимилиана I, в 1510 был послан с дипломатической миссией в Англию, где познакомился с Джоном Колетом и его евангельскими штудиями. Находясь в Италии (1511-18), он служил маркизу Монферратскому и герцогу Савойскому. Затем практиковал врачом в Кельне, Женеве, Лионе, пока не получил приглашение от Маргариты Австрийской, правительницы Нидерландов, на должность императорского историографа. После ее смерти (1530) он был посажен в брюссельскую тюрьму за долги. Найдя покровителя в лице архиепископа кельнского Германа Вида, жил в Кельне и Бонне. Однако далеко не всегда власть имущие благоволили к Агриппе; не сложились его отношения с двором императора Карла V, и философ вынужден был уехать во Францию. Но и здесь его ждали преследования и арест; освобожденный по ходатайству друзей, Агриппа поселился в Гренобле.


ЛЕКЦИИ И ТРУДЫ

В надежде овладеть источниками подлинного знания Агриппа занимался астрологией, алхимией, «натуральной магией», стремился приобщиться к оккультным наукам древних — так называемому «платоновскому богословию», герметизму, орфизму, кабале. В 1509 в Доле (Франш-Конте) он читал лекции, посвященные Священному Писанию, вдохновляясь неоплатонической мистикой трактата Иоганна Рейхлина «О чудодейственном слове», чем вызвал негодование монахов и навлек на себя обвинения в ереси. Предметом богословского комментирования в университете Павии стали для Агриппы не только послания апостола Павла, но, по-видимому, и «Пир» Платона, а также сочинения, приписываемые Гермесу Трисмегисту.

Трактат «О сокровенной философии» (1531), составленный около 1510, Агриппа решился опубликовать лишь два десятилетия спустя. Он посвящен защите магии как искусства, основанного на познании подлинной природы вещей, как деятельности, обнаруживающей всеобщую связь сущностей, в конечном счете — человека, мира и Бога. Знание, выступающее у Агриппы прежде всего как результат самопознания человека, есть именно та сила, которая подчиняет человеку любую сущность, дарует ему, мудрецу и магу, безграничную власть, господствующее положение во Вселенной. В другой своей работе «О недостоверности и тщете всех наук и искусств» (1531), написанной около 1527, Агриппа под влиянием начавшейся Реформации призывал вернуться к простоте изначального учения христианской церкви и подвергал критике претензии тогдашней учености, среди прочих ее видов — лжемагию, или чернокнижие.

Во второй половине 16 века оба главных труда Агриппы были внесены католической церковью в «Индекс запрещенных книг».

КОЛДОВСКОЙ ИНСТРУМЕНТ - КНИГА


КОЛДОВСКОЙ ИНСТРУМЕНТ - КНИГА
1. Как её сделать:

Прежде всего, необходимо купить в канцелярском и хозяйственном магазинах следующие вещи:

А) Толстую тетрадь (но в мягкой обложке!) в клеточку формата А4 или около того.

Б) Хороший чёрный маркер (можно, конечно использовать специально приготовленные чернила, как предписывает большинство книг, но моя личная практика показывает, что при изготовлении Книги с чернилами можно подождать, при создании этого инструмента в них нет особой надобности).

В) Несколько разноцветных качественных ручек (обязательно чёрную, синюю, красную, остальные по желанию).

Г) Любой канцелярский клей.

Д) Метр самоклеящийся плёнки (если кто не знает, это такая штука, которой обклеивают столы, двери, шкафы, иногда даже стены где-нибудь в ванной, вместо обоев). Лучше всего чёрной или тёмно-коричневой.

Кроме этого среди домашнего барахла необходимо найти старую ненужную книжку, в твёрдой обложке, формат которой примерно или полностью совпадает с форматом тетради. Если книжки нет, просто приобрести плотный картон.

2. Процесс изготовления:

А) Отсоединить от старой книжки обе обложки (или вырезать картон по контуру тетради), приклеить эти обложки к обложкам тетради (с внутренней стороны).

Б) Обклеить полученное самым тщательнейшим и красивейшим образом плёнкой. Подклеить все углы, все стыки. Надо заметить, что такая плёнка очень удобна в применении, т.к. хорошо ложится на бумагу и при аккуратном подходе вообще не создаёт "пузырей" и неровностей! Можно клеить частями, а не сплошным листом, переходов всё равно не будет видно на тёмном фоне. Кроме того, если на обложку случайно когда-нибудь в будущем попадёт вода, воск, или же она просто запылится, вымажется, её всегда можно будет помыть и почистить без вреда.

Проделав это, вы получите макет своей будущей Книги. Далее можно переходить к "авторизации".

В) Необходимо освятить Книгу Огнём и Водой. Формула такова:

Взять пригоршню соли, бросить в чашу (если уже есть своя Колдовская Чаша, то в неё, если ещё нет, то в любую не часто используемую) со свежей водой, говоря при этом:

- Бросаю Вас, Вода и Земля. Да не будет здесь больше ни зла, ни добра, ни чистых помыслов, ни плохих намерений. Да будет так!

Развести небольшой огонь (если ещё нет Кадильницы, то в пепельнице), бросить в него несколько крупинок ладана (как альтернативу можно шалфея), говоря:

- Очищаю тебя Огнём, заряжаю тебя Волей своей. Таково моё слово! Да будет так!

Г) Далее необходимо взять маркер и очертить на первой странице рамку по конечным клеткам (очень красиво выглядит и придаёт Книге нужный эффект), тем же маркером начертить пентаграмму, вписать в центр своё Колдовское имя, говоря:

- Книга Слов, Книга Дел блаженных, будь ты Книгой Искусства!

Д) Далее можно начинать оформлять Книгу. Несколько советов:

1) Разбейте Книгу на "части". Примерно: заговоры, молитвы \ заклинания, обереги, порча \ сглазы и т.п. При этом данные части должны занимать несколько десятков страниц и пронизывать всю Книгу до конца. На странице начала каждой части прикрепите какую-нибудь закладку.

2) Пишите каждую часть отдельным цветом, который ассоциируется у вас с данной темой.

3) Чтоб не разбивать часть с заговорами (и любую другую) на "любовные", "здоровье", "быт", "животные" и т.п., пишите всё в одной части "Заговоры", но разными цветами (например: любовные - красным, здоровье - зелёным…). Это значительно облегчит поиск нужной информации в будущем.

Е) Не думаю, что нужно упоминать о том, что Книгу необходимо хранить в укромном месте и даже желательно сшить для неё чехол.

Таков примерный самый простой и действенный способ изготовления Книги. На самом деле в этот процесс можно внести всё, что угодно, по своему усмотрению. Главное, не забыть вставить в процесс нужные заклинания и подойти к делу со всей верой и ответственностью.

ИСТОРИЯ ФИЛОСОФСКОГО КАМНЯ

ИСТОРИЯ ФИЛОСОФСКОГО КАМНЯСчитается, что первым человеком, поведавшем миру о философском камне, был египтянин Гермес Трисмегист (Hermes Trismegistus) - "Гермес Триждывеличайший". Гермес Трисмегист - полумифическая, полулегендарная фигура, в преданиях его называли сыном египетских богов Осириса и Исиды, и даже отождествляли с древнеегипетским богом-чародеем Тотом и античным богом Гермесом (Меркурием).
Гермеса Трисмегиста также называют первым алхимиком, получившим философский камень. Рецепт изготовления философского камня был записан в его книгах, а также на т. н. "Изумрудной скрижали Гермеса" - табличке из его гробницы, на которой было высечено тринадцать наставлений потомкам. Большая часть книг Гермеса Трисмегиста погибла при пожаре в Александрийской библиотеке, а немногие оставшиеся, по легенде, были зарыты в тайном месте в пустыне. До нас дошли только сильно искаженные переводы.

Утверждение христианства в качестве государственной религии Римской империи при императоре Константине (285-337) привело к ещё большим гонениям на алхимию, пронизанную языческой мистикой и в силу этого, безусловно, являющуюся ересью. Александрийская академия, как средоточие естествознания неоднократно подвергались разгромам фанатиками-христианами. В 385-415 гг. были разрушены многие здания Александрийской академии, в т.ч. и храм Сераписа. В 529 г. римский папа Григорий I запретил чтение древних книг и занятие математикой и философией; христианская Европа погрузилась во мрак раннего средневековья. Формально Александрийская академия прекратила свое существование после завоевания Египта арабами в 640 г.

Однако научные и культурные традиции греческой школы на Востоке сохранялись какое-то время в Византийской империи (крупнейшая коллекция алхимических рукописей хранится в Библиотеке Святого Марка в Венеции), а затем они были восприняты арабским миром.

Абу Муса Джабир ибн Хайян (721-815), в европейской литературе известный под именем Гебер, разработал ртутно-серную теорию происхождения металлов, которая составила теоретическую основу алхимии на несколько последующих столетий. Суть ртутно-серной теории состоит в следующем.

В основе всех металлов лежат два принципа – Ртуть (философская Ртуть) и Сера (философская Сера). Ртуть является принципом металличности, Сера – принципом горючести. Принципы новой теории, таким образом, выступают как носители определённых свойств металлов, установленных в результате экспериментального изучения действия высоких температур на металлы. Важно отметить, что на протяжении многих веков принималось, будто действие высоких температур (метод огня) есть наилучший метод для упрощения состава тела. Следует подчеркнуть, что философская Ртуть и философская Сера не тождественны ртути и сере как конкретным веществам. Обычные ртуть, и сера представляют собой своего рода свидетельства существования философских Ртути и Серы как принципов, причём принципов скорее духовных, нежели материальных. Металл ртуть, по мнению Джабира ибн Хайяна, представляет собой почти чистый принцип металличности (философская Ртуть), содержащий, тем не менее, некоторое количество принципа горючести (философской Серы).

Согласно учению Джабира, сухие испарения, конденсируясь в недрах Земли, дают Серу, мокрые – Ртуть. Затем под действием теплоты два принципа соединяются, образуя семь известных металлов – золото, серебро, ртуть, свинец, медь, олово и железо. Золото – совершенный металл – образуется, только если вполне чистые Сера и Ртуть взяты в наиболее благоприятных соотношениях. В земле, согласно Джабиру, образование золота и других металлов происходит постепенно и медленно; "созревание" золота можно ускорить с помощью некоего "медикамента" или "эликсира" (al-iksir, от греческого ξεριον, т.е. "сухой"), который приводит к изменению соотношения Ртути и Серы в металлах и к превращению последних в золото и серебро. Поскольку плотность золота больше плотности ртути, считалось, что эликсир должен быть очень плотной субстанцией. Позднее в Европе эликсир получил название "философский камень" (Lapis Philosophorum).

Проблема трансмутации, таким образом, в рамках ртутно-серной теории сводилась к задаче выделения эликсира, обозначаемого алхимиками астрологическим символом Земли.

В средневековой Европе новый интерес к алхимии и философскому камню возникает уже в середине 10-го века, и то, угасая, то, вспыхивая вновь, тянется вплоть до наших дней. Собственно, философский камень - начало всех начал, мифическое вещество, способное дать своему обладателю бессмертие, вечную молодость и знания. Но не эти его свойства, в первую очередь, привлекали алхимиков.

Главное, что делало этот камень таким желанным - это его легендарная способность превращать любой металл в золото! Современная химия не отвергает возможности превращения одного химического элемента в другой, но всё же считает, что средневековые алхимики не могли получать золота из меди. Тем не менее, история сохранила для нас не одну легенду, в которой говорится о подобном превращении. Так, например, Раймунд Луллий (Raimondus Lullius),испанский поэт, философ и знаменитый алхимик, получил от английского короля Эдуарда II в XIV веке, заказ на выплавку 60000 фунтов золота. Для чего ему было предоставлены ртуть, олово и свинец. И, надо сказать, Луллий получил золото! Оно было высокой пробы, и из него было отчеканено большое количество ноблей. Разумеется, проще отнести данный факт к мифам, нежели поверить в него, однако нобли той особой чеканки до сих пор хранятся в английских музеях. А если верить историческим документам, на протяжении долгого времени эти монеты использовались при заключении крупных сделок, что свидетельствовало об их большом количестве.

Но! В это время Англии, в принципе, негде было достать так много золота, причём такого великолепного качества! А основные расчеты, например, с Ганзой, велись оловом. Остается предположить, что в документы вкралась ошибка, и количество золота было, куда меньшим…

Другой факт: император Рудольф II (1552-1612) оставил после смерти большое количество золота и серебра в слитках, приблизительно 8,5 и 6 тонн соответственно. Историки так и не смогли понять, где император мог взять столько драгоценных металлов, если весь национальный запас был меньше. Впоследствии было доказано, что это золото отличается от золота, использовавшегося в то время для чеканки монет - оно оказалось более высокой пробы и почти не содержало примесей, что кажется почти невероятным, учитывая технические возможности того времени.

РЕЦЕПТ ПОЛУЧЕНИЯ ФИЛОСОФСКОГО КАМНЯ ПО ЛУЛЛИЮ

РЕЦЕПТ ПОЛУЧЕНИЯ ФИЛОСОФСКОГО КАМНЯ ПО ЛУЛЛИЮ
Алхимическое описание

«Возьми философской ртути и накаливай, пока она не превратится в красного льва. Дигерируй этого красного льва на песчаной бане с кислым виноградным спиртом, выпари жидкость, и ртуть превратится в камедеобразное вещество, которое можно резать ножом. Положи его в обмазанную глиной реторту и не спеша, дистиллируй. Собери отдельно жидкости различной природы, которые появятся при этом. Ты получишь безвкусную флегму, спирт и красные капли. Киммерийские тени покроют реторту своим темным покрывалом, и ты найдешь внутри нее истинного дракона, потому что он пожирает свой хвост. Возьми этого черного дракона, разотри на камне и прикоснись к нему раскаленным углем. Он загорится и, приняв вскоре великолепный лимонный цвет, вновь воспроизведет зеленого льва. Сделай так, чтобы он пожрал свой хвост, и снова дистиллируй продукт. Наконец, тщательно ректифицируй, и ты увидишь появление горючей воды и человеческой крови.


Химическое описание

Французский химик XIX века Жан-Батист Андре Дюма толкует алхимические термины так. Философская ртуть — это свинец. Прокаливая его, получаем желтую окись свинца. Этот зеленый лев при дальнейшем прокаливании превращается в красного льва—красный сурик. Затем алхимик нагревает сурик с кислым виноградным спиртом — винным уксусом, который растворяет окись свинца. После выпаривания остается свинцовый сахар — нечистый ацетат свинца. При его постепенном нагревании в растворе сперва перегоняется кристаллизационная вода (флегма), затем горючая вода — пригорелоуксусный спирт (ацетон) и, наконец, красно-бурая маслянистая жидкость. В реторте остается черная масса, или черный дракон. Это мелко раздробленный свинец. При соприкосновении с раскаленным углем он начинает таять и превращается в желтую окись свинца: черный дракон пожрал свой хвост и обратился в зеленого льва. Его можно опять перевести в свинцовый сахар и повторить все вновь.

Попробуйте сами повторить процесс. Если у Вас уникальная аура, тогда все получится.

Философский камень — это порошок, который принимает различные оттенки во время приготовления согласно степени своего совершенства, но в сущности имеющий два цвета: белый и красный.


Настоящий философский камень или порошок его обладает тремя достоинствами:

1) «Он превращает в золото расплавленную ртуть или свинец, на который его сыплют.

2) Принимаемый внутрь, он служит превосходным кровоочистительным средством, излечивая быстро разные болезни.

3) Он действует и на растения: в течение нескольких часов они вырастают и приносят спелые плоды.

Вот три пункта, которые покажутся многим басней, но с которыми согласны все алхимики. В сущности, стоит только вдуматься в эти свойства, чтобы понять, что во всех трех случаях действует усиление жизненной деятельности.
Следовательно, Философский камень есть просто сильное сгущение жизненной энергии в малом количестве вещества. Вот почему алхимики называют свой камень лекарством трех царств.

РЕЦЕПТ ПОЛУЧЕНИЯ ФИЛОСОФСКОГО КАМНЯ ИЗ "ЧЕРНОЙ КНИГИ"

РЕЦЕПТ ПОЛУЧЕНИЯ ФИЛОСОФСКОГО КАМНЯ ИЗ "ЧЕРНОЙ КНИГИ"
Алхимическое описание

«Надо начинать по солнечном закате, когда красный супруг и белая супруга соединяются в духе жизни для того, чтобы жить в любви и спокойствии, в прочной пропорции воды и земли».
«Продвигайся с запада, сквозь тьму, к различным степеням Малой Медведицы. Охлаждай и разводи тепло красного супруга между зимой и весной, преврати воду в черную землю и поднимайся через изменяющиеся цвета к востоку, где показывается полная луна. После очищения появляется солнце, белое и лучистое»


Оккультное описание

Положить в яйцеобразную колбу два фермента: активный (красный) и пассивный (белый). Извлечь из ртути специальный фермент, называемый алхимиками Меркурий философов.
Произвести им действие на серебро, чтобы добыть другой фермент.
Произвести действие фермента Меркурия на золото, чтобы добыть третий фермент. Соединить фермент, добытый через серебро, с добытым из золота и ферментом ртути в толстой стеклянной колбе, имеющей форму яйца. Герметически закупорить сосуд и поставить на особый очаг, называемый алхимиками атанор.

Атанор отличается от других печей особым приспособлением, чтобы долго и своеобразным манером варить упомянутое яйцо.

При этой варке видны изменения цветов, служащих основой всех алхимических аллегорических рассказов. Сначала вещество, содержащееся в яйце, делается черным и точно окаменевшим, поэтому называется головой вороны. Вдруг черное превращается в блестящее белое; этот переход от черного к белому, от мрака к свету, является прекрасным пробирным камнем для распознавания символических историй, трактующих об алхимии. Материя, обработанная таким образом, служит для превращения неблагородных металлов (свинца, ртути) в серебро.
Если поддерживать огонь, то мы увидим, что белый цвет исчезает и состав принимает различные оттенки, начиная с нижних цветов спектра (синий, зеленый) до цветов высших (желтый, оранжевый) и, наконец, достигает рубиново-красного. Тогда философский камень почти готов.

В этом состоянии 10 граммов философского камня едва достаточны для превращения 20 граммов металла. Чтобы увеличить силу, надо его снова вложить в яйцо, прибавить немного философского Меркурия и возобновить варку. Приготовление, длившееся первый раз год, вторично продолжается только три месяца, цвета же меняются, как и в первый раз.

В таком состоянии камень превращает в золото количество металла, превышающее его вес вдесятеро. Тогда опыт повторяется и продолжается один месяц, после чего камень превращает в золото металл, превышающий его вес в тысячу раз. Наконец, в последний раз, добывается уже настоящий философский камень, превращающий металл в чистое золото весом в десять тысяч раз более веса философского камня.

Эти операции называют помножением камня. Если читаешь какое-нибудь алхимическое сочинение, то следует определить, о каком опыте идет речь.

1) Когда речь идет о производстве философского Меркурия, это будет непонятно незнающим.
2) Если же говорится о самом камне, то описание будет довольно простым.
3) Но лишь только речь зайдет о помножении, объяснение будет самым ясным.

Рассматривая символическое описание получения камня, всегда следует искать скрытый в нем герметический смысл. Так как Природа повсюду тождественна, то описание, изъясняющее тайны Великого Сотворения, может означать также путь Солнца (солнечный миф) или жизнь какого-нибудь сказочного героя. Один только посвященный будет в состоянии воспринять третий смысл (герметический) древних мифов, тогда как ученые увидят там только первый и второй смыслы (физический и естественный: путь Солнца, Зодиак и пр.).