Цитата сообщения Kirroil Этический аспект монетаризма

Евгений Витальевич Гильбо

Этот курс начался с рассказа о религии денег и далее будет вокруг оной вращаться. В чём заключается суть этой религиозной веры?

«Религия = Опиум для народа» - провозгласил когда-то В.И.Ленин. Основатель советского государства неплохо знал реальную историю коммерческих религий, и был в курсе, что незадолго до его рождения, а в Западной европе - до середины 30х годов XIX века прихожан в церкви окуривали не олибином, который ныне называют ладаном, но настоящим ладаном, который ныне стали называть опиумом. При этом сидящие в алтаре отцы города окуриванию не подвергались. Как только наркотизация прихожан прекратилась под давлением нуждающейся в трезвом рабочем буржуазии, значение церкви в Европе резко упало.

Ленин своим афоризмом уподобил религиозную идеологию наркотику как инструменту обеспечения нужного поведения низших классов общества. Как работает этот опиум? Народу даётся неадекватное представление о реальности, и он с эти неадекватным представлением прёт по жизни туда, куда это представление указывает.

Основная идеологема религии денег: деньги есть универсальная ценность, деньги есть универсальный решатель проблем. Все проблемы могут решаться при помощи этого инструмента. Эта идеологема и делает деньги универсальной целью деятельности, надёжным заменителем опиатов. Люди, которые усвоили эту религиозную догму в процессе этого воспитания, далее с этой религиозной догмой прут по жизни.

Когда в СССР началась вера в религию денег? Этот перелом произошёл где-то в 60-е гг. До этого были другие идеологемы: Коммунизм, православие, рационализм и другие идеи. Фальшь деревенских представлений о коммунизме - в магазине всё бесплатно и прочая фигня - стала в 60-е гг. всё более смешна, и люди стали искать что-то новое. Люди стали смотреть, что в СССР в дефиците.

В Советском Союзе была грамотно организованная финансовая система. Но она была организована под максимизацию использования ресурсов. При том наборе ресурсов, которые есть, нужно обеспечивать максимум производства и его роста. Такая система обеспечивает всегда быстрый рост, но ценой за такую экономическую систему является дефицит. Т.к. все ресурсы используются на 100%, то тот ресурс, которого сейчас не хватает, становится узким местом, он оказывается в дефиците и необходимо обеспечивать «расшивание узких мест», т.е. организацию производства этого ресурса в натуральной форме. Для этого была создана специальная структура - Госплан - которая смотрела, где возникают узкие места, чего не хватает и заранее организовывала производство этих самых ресурсов в натуральной форме.

Т.к. деньги были одним из ресурсов этой системы, учётным ресурсом системы, то они тоже всегда оказывались в дефиците. Это экономика система жёстких кредитных ограничений. Эти ограничения создавали в системе высокую эффективность. Но в какой-то момент эта нехватка денег была осознана, как зло. Причём, осознана в разной форме людьми сверху донизу. Все пришли к мнению, что денег не хватает, и из-за этого все проблемы. На этой основе стала складываться не очень адекватная экономическая политика.

Во-первых, перешли к инфляционной денежной политике в круге наличного обращения. В 70-е гг. появились первые признаки товарного дефицита. Они тогда ещё не достигали таких ужасных размахов, как к моменту краха Советского Союза, который все застали и теперь думают, что всегда так было.

Во-вторых, возникла новая экономическая политика и идеология, проводником которой был Косыгин. Она была основана на том, что люди должны трудиться за деньги. Деньги их мотивируют. Поскольку Косыгин реально верил, что деньги людей мотивируют, он создал премиальные системы оплаты труда, бригадные подряды и прочие эксперименты. Всем предприятиям был поставлен план по рентабельности. Им стали оставлять часть прибыли, ипа как на Западе. Предприятие само распоряжается своей прибылью.

Косыгин был абсолютно уверен, что чем больше людям платишь, тем лучше они работают. Результатом его веры стал крах советской экономики. Эта экономика была сама по себе достаточно сильна, русская идеология была достаточно сильна, и косыгинская премиальная система не прижилась. Точнее, прижилась в весьма оригинальной и извращённой форме. Народ ответил Косыгину просто. Премии стали платить всем и в одинаковом размере. Стали писать в объявлении о приёме на работу: «условия оплаты труда: 120 рублей +50% премия».

Уравниловка в оплате оставалась, но пока работали старые стимулы. Когда русские хорошо работают? Когда им бабло даёшь? Нет - когда они чего-то боятся. В России у большинства людей заблокированы и сексуальный и властный инстинкты, и они живут на энергии инстинкта самосохранения. А энергия инстинкта самосохранения формирует уровень мотивации тем выше, чем ближе к заднице поднесён паяльник. Это - единственный универсальный регулирующий инструмент.

Приведу пример. Я когда-то жил в Ленинграде, дом старый, дореволюционной постройки, и были постоянные проблемы. В начале 90х подо мной купил квартиру один банкир - человек, который в деньги верил больше, чем Косыгин. Этот человек всех содержал. Он начальнику ЖЭКа бабла давал, дворникам, да и все с его руки кормились. Но когда ему нужно было что-то добиться от всех этих сволочей, когда он звонил по поводу очередной аварии или проблемы, то ему все обещали - и ничего не делали. Измучившись, он, наконец, прибегал ко мне и кричал: «Витальич, позвони этим гадам. Они тебя слушают!». Я звонил. После этого прибегали и делали.

Почему? Эти люди с меня ни рубля не видели. Но они знали, что если я позвонил, то этот звонок последний. Я звоню и говорю «проблема такая-то, нужно чтобы до 16-00 была устранена». Они знали, что в 16-00 я звоню уже не им и не буду у них выяснять, почему не сделано. Я звоню дежурному по администрации и говорю, что там не сделано, даю срок до 19:00. Дежурный по администрации уже знает, что я второй раз ему звонить не буду. Дальше я буду звонить уже домой главе администрации. А она уже знает, что бить я дальше буду уже по ней и серьёзно. Ссорить начальство между собой я умею.

Это репутация. Я никогда не ору, не ругаюсь, не угрожаю. Но если я сказал сделать, значит при неисполнении кинжал в жопу будет. Наказание последует 100%. В результате все работали, и у меня этих проблем не было. А у банкира, который пытался всех стимулировать деньгами, они появлялись с завидной регулярностью. Его банчок в конце концов лопнул.

Чтобы люди что-то делали, ты должен создать систему РЕАЛЬНЫХ стимулов. Если ты хочешь, чтобы адвокат тебе выиграл процесс, и ты ему будешь бабло заносить, он тебе процесс выиграет? Нет. Он будет тянуть процесс, пока у тебя бабло не кончится. Адвокат в одном случае выиграет этот процесс: если он знает, что от этого зависит его жизнь и его благополучие. Если он твёрдо знает, что проигрывать нельзя, он процесс выиграет. Выиграть можно любой процесс. Для этого просто нужно воспользоваться тем инструментом, которым ни один адвокат обычно не готов пользоваться.

Технология выигрыша процесса проста, я её рассказывал на некоторых семинарах. Надо забить на противоположную сторону и оказывать давление на судью. Когда давишь на судью, тогда ты выигрываешь. А когда ты занимаешься состязательностью сторон, тогда вообще ничего не гарантировано. Или кто-то бабло занесёт или вожжа под хвост судье попадёт. Не предсказуем исход процесса. Только когда со всех сторон жопа судьи гранатами обложена, тогда вариантов нет. Тогда он принимает единственно правильное решение.

Адвокат обычно такими вещами не занимается. Ему ещё раз в этот суд приходить. И любой судья, который один раз прочувствует такой прессинг, в следующий раз будет такого адвокаты вышибать из процесса. Адвокату это не надо: ему плевать на интересы клиента, поэтому он ведёт процесс так, как положено. Только если у него у самого в жопе граната, тогда он идёт на все тяжкие и процесс выигрывает по-любому.

Существует легенда, что можно в суде процесс выиграть, занеся бабла судье. Во-первых, это можно сделать, только если судья взял. Во-вторых, если другая сторона ничего не занесла. В третьих, если после того, как ты занёс, судье не позвонили и не сказали «кинь того лоха» А вот если у судьи внутри дела процессуально так всё обложено, что ему не вывернуться, то ты ему звони, не звони, а своя жопа всегда дороже.

Так же и в любом деле. Если вы хотите что-то организовать, то вы должны вокруг человека сформировать систему стимулов, которая на него действует. Деньги к числу таких стимулов не относятся. Если человек жадный, он бабло возьмёт, но разве решить вашу проблему? Нет. Его цель теперь - изображать телодвижения, которые будут стимулировать вас дать ему ещё бабла. И так во всём.

Основная формула косыгинской экономики звучала так: Вы делаете вид, что вы платите, мы делаем вид, что мы работаем.

В результате экономика, основанная на хозрасчётных принципах, охозрасчётилась в течение последующих 20лет окончательно. От неё остался полный маразм. Работать перестали. Понадобилось, чтобы появились бандиты с паяльниками, пришлось 10 лет паяльниками все директорские жопы обихаживать, чтобы кто-то начал нормально работать. Два состава директорского корпуса пришлось сменить, пока начали работать. Потому что косыгинская экономика отучила работать всех. Бабло льётся, а никаких других стимулов шевелиться нет.

Бабло - это не стимул шевелиться. Сейчас меньше работает народу, чем тогда, но зато работают.

Постсоветская экономика

Из ситуации, в которую загнал экономику Косыгин своими реформами, были разные возможные выходы. Как всегда, выбрали самый худший. Были возможны другие варианты. Можно было не превращать советскую экономику в то, во что она сейчас превратилась.

(вопрос из зала) так советской экономики уже нет!

...можно подумать, что у нас сейчас какая-то другая экономика. Видели, чтобы что-то новое построили с тех пор? Экономика осталась та же, только режим её функционирования сложился менее эффективный.

Это был плохой выход. Можно было просто более эффективный режим функционирования в этой экономике организовать. Например, покончить с хозрасчётом. Перейти к проектному управлению, восстановить все элементы проектного управления, которые были. Восстановить промкооперацию. Восстановить сталинскую систему приусадебного сельского хозяйства. Восстановить сталинскую систему стимулирования инноваций в производстве. На этой базе уже можно было бы синтезировать новые постиндустриальные схемы управления, и всё попёрло бы вперёд, как пёрло до хрущёвско-косыгинского маразма. Но для этого нужно было иметь элементарные умственные способности, которых не было у людей, принимавших решения. Намерения у руководства КПСС были благие, но при этом Господь их очень экономно одарил умственными способностями.

То, что творилось в 90-е, было предопределено предыдущими. В основе лежало что? Сформировавшаяся в 70-е религия денег. Все побросали всё, чем занимались и побежали зарабатывать бабло.

Заработали? Нет. Бабло оказалось в руках тех, кто занимался чем-то ещё, кроме гонки за баками. Оно пришло к людям, которые делали какие-то проекты. А баблофилы до сих пор в говне кочевряжатся.

Успех людей ждал обратно пропорциоанально тому, на сколько они верили в религию денег. Чем больше человек думал о бабле, тем быстрее он слился в говно. В этом плане очень хороша история ЦНТТМ. Те Центры, которые действительно делали те проекты, за которые они взялись в советское время и их раскрутили, додавили дальше - эти ЦНТТМы превратились в очень эффективные предприятия. Как «Менатеп» или «Астрон», например. Его сила была не в том, что там бабло крутилось и зарабатывалось, а в том, что он начал делать какие-то крупные проекты на базе НИИ. Там был руководитель, который понимал, как дела делаются, и что в этом мире на самом деле ценно. Это не значит, что это что-то уберегло этих ребят от ошибок, но это уже было позднее.

А вот те, кто стремился всё монетизировать в бабло, умудрились быстро распродать какие-то активы, которые оставались от их НИИ, и сражу же оказались включены в общий экономический оборот. Спустили всё, и на этом всё кончилось. Я знаю парней, которые были директорами ЦНТТМов тогда. Крутили сотнями миллионов советских рублей. Теперь они - никто. Я рассказывал о том бизнесе, который я раскручивал в конце 80-х- начале 90-х. Системы АСУ для предприятий. Зарабатывали мы по нескольку десятков миллионов в год. Ещё советских рублей. Тогда ещё советский рубль был 7-8 нынешних долларов. Речь шла об огромных оборотах. Все они проходили через руководство тех ЦННТМ, через которые мы работали.

Потом пришло время коммерции. Директор нашего ЦНТТМа растерял всё. Он по итогу сделал какое-то издательство на базе ЦНТТМ. Сейчас это издательство ютится в трёх комнатках с каким-то маленьким оборотом. Мужику уже за 50, а у него такой позорный приработок. Он слишком верил в деньги, как все комсомольские работники.

То же самое было везде. Люди шли в коммерцию. Бросали научные темы, которыми занимались, и шли в коммерцию. Я понимаю тех людей, которые ушли в коммерцию, чтобы сделать какой-то проект, и они этот проект делали уже в новых условиях. В результате у них эти проекты превратились реально во что-то серьёзное. И бабло пришло. А те, кто побежали торговлей заниматься, так до сих пор посредниками по проруби и телепаются.

Такова губительная вера в религию денег. Эта вера - заслуга советской эпохи, её излёта, когда люди стали верить в деньги. Потому что денег вроде как не хватало.

На самом деле уже в брежневскую эпоху о нехватке именно денег говорить не приходилось. Все только бегали, чтобы достать дефицит. Что тогда было дефицитом? Это были вещи, которые продавались через спецраспределители. Тогда считалась, что икра, особенно чёрная, в свободную продажу поступать не должна. Или рыбка красная. Это всё только через спецраспределитель. Были люди, имеющие туда доступ. Их просили. Они втридорога продавали. Это была советская игра в дефицит.

Была и другая игра в дефицит. Загранпоездки были тогда ограничены. Многих выпускали в соц.страны. Была поговорка: «курица - не птица. Болгария- не заграница». Это был аналог современного Египта и Турции. Ездило туда примерно столько же, сколько сейчас ездит в Египет и Турцию. А в Западные страны ездило почти столько же, сколько сейчас, но по более сложной процедуре. Сейчас кто туда поедет, решают с той стороны, а тогда решали с этой. Тогда, если ты получал выездную визу, въездную давали без разговоров. Сейчас наоборот.

Ездило народу в Западные страны немного меньше, чем сейчас, по количеству, но разница была, в том, что нужна была выездная виза, а для её получения должно было принято решение формально Советом ветеранов. Т.е. собирался совет ветеранов и смотрел - достойная ли ты личность для представления Советского союза за границей.

Поэтому за границей все старались выглядеть солидно. Как в советском анекдоте: поехала на Запад делегация, и один мужик сидит на конференции бутербродик с селёдкой жрёт. Подбегает куратор: «Ты что, как ты выглядишь перед иностранцами!». На следующий день все смотрят, у него стоит баночка с икрой. Он хлеб ей мажет и ест. Куратор шёпотом спрашивает: «Ты где достал?» - «Всю ночь из селёдки глазки выковыривал».

Так советские люди старались выглядеть за границей. Из-за границы возили дефицит. Все советские люди меняли валюту из расчёта то ли 20 , то ли 30 долларов на день. И на эту валюту там покупали валютновыгодный товар.

Сейчас возят, возят всякие айфоны-айпады. Тогда тоже возили в основном электронику. Магнитофоны, телевизоры. А туда везли все: обязательно две баночки икры, которые здесь доставали через спецраспределители. Думали, что там все соскучились по икре и там можно будет толкнуть. В перестройку возили утюги.

Эти 20-30 долларов не тратили на еду. Сидели, зарабатывали гастрит, пожирали привезённые из дома бутерброды, консервы. Закупали валютновыгодный товар и здесь продавали. Это была вторая сторона дела - фарца. На этой фарце и крутились. Мелкота бегала к гостинице и толкала пионерские значки и галстуки в обмен на жвачки. Жвачки потом продавали в школе. Сейчас толкают наркотики, а тогда наркотики ещё не додумались толкать. Это было ещё до антиалкогольной компании. Когда алкоголь запретили, тогда молодняк весь и подсел на наркотики.

Так вызрела религия денег. Когда сказали: «Вы можете свободно заниматься бизнесом», все решили «о, я сейчас открою офис. Там будет ксерокс телефон и телефакс и мне туда понесут бабло. А буду я заниматься... Ну там видно будет... главное- я открою бизнес» Отсюда появился анекдот:

Встречаются два бизнесмена

-Сахар нужен?

-Сколько?

- вагон.

- Почём?

-Миллион

Договорились. Один побежал искать миллион, другой побежал искать сахар.

Возник бизнес 90х гг., к некоторым первые деньги стали приходить. Эти деньги тут же проматывали и оставались по нулям. Все эти бизнесы были убыточные. В конце концов, вогнавшись в долги, такой бизнесмен начинал прятаться. Ему по следу пускали злобных горцев с паяльниками. В конце концов, его находили. Он продавал квартиру.

Кто в этой ситуации выиграл? Выиграли те люди, которые не вписались во всю эту авантюру в начале 90х. Они начали ко второй половине 90х подниматься. Это были люди, которые начали заниматься каким-то реальным делом. Бабло там тоже крутилось, там тоже нужно было сводить концы с концами, но был и результат. Было дело - и финансовый результат приходил.

1998-й год стал моментом истины. Те, кто ставил на бабло, и даже что-то начало получаться, все разорились в пепел. Кто ставил на оборот бабла, тех государство разорило сразу. У кого было реальное дело в руках, практически ничего не потеряли и поднялись на фоне остальных.

Дальше пришла другая эпоха. В XXI веке начали подниматься не все, а лишь те, у кого был чётко построенный постиндустриальный бизнес. Сегодня успех зависит от того на сколько твой бизнес постиндустриальный.

Целеполагание и баблофилия

Повторяю, самое важное в бизнесе - это целеполагание. Ваше целеполагание - оно реалистично или оно основывается на каких-то мифах?

Деньги в бизнесе - промежуточный продукт. Это - один из ресурсов бизнеса. Существенный, но не главный. Финансовый оборот, который соответствует вашему бизнесу - это процесс, который является инструментом, но не более того.

Как только вы себе ставите реальную, экзистенциональную цель, цель сделать что-то ДЛЯ ВАС интересное, оно в конечном счете, будет интересно и другим. В процессе подтянутся люди, которые будут вашими сотрудниками. В процессе подтянутся люди, которые будут вашими клиентами. Но они подтянутся тогда, когда у вас будет что-то реальное. Они будут иметь дело с человеком реальным и конкретным.

Если же к вам будут подтягиваться люди, которые хотят бабла, у вас начнётся обрушение. Баблофилия рушит любой бизнес. Если хотя бы одна из сторон будет ставить бабло во главу угла - бизнес рушится.

Сейчас мы видим шумный пример рухнувшего серьёзного бизнеса - крах театра на Таганке. Почему он грохнулся? У директора театра, он же главный режиссёр, появилась баба. Как известно баба на корабле - это к кораблекрушению. Сразу же пошёл принцип: бабло всё в семью. У мужиков с возрастом, чем хуже с потенцией, тем больше зависимость от баб. У него нет другого аргумента доказать, что он мужик. А бабская психология проста, как в известной песенке поётся:

«Баба и бабло какая в жопу разница,
С бабками даёт, без бабок только дразнится»
(С) Мальчишник

Итак, у него появилась баба, к ней начало стягиваться всё бабло. А ведь есть ещё артисты в театре и остальные. Им тоже бабла надо. В результате всё просто рухнуло. Режиссёр остался без театра. Театр без режиссёра. Брэнд рухнул. Как это будет делиться, и как это будет восстанавливать не понятно.

Так происходит везде, как только вместо реального дела начинают ставить бабло во главу угла. Человек, озабоченный баблофилией, любое дело рушит. Если в вашем бизнесе появляется баблофил, от него нужно избавляться. Долго его Боливар не вывезет.

В бизнесе вы должны ставить существенные цели. Реальные ценности, которыми идёт обмен на уровне элиты, должны становиться целью бизнеса. Как только вы начинаете производить то, что реально ценится, а не то, что продают в супермаркетах, тогда у вас появился реальный бизнес.

Например, вы хороший врач, у которого есть реальный способ лечения каких-то болезней. Это ценится. У вас всегда будет клиентура, положение в обществе, деньги. Вам остаётся только грамотно выстраивать отношения с клиентами и грамотно пиарить.

Совсем другое, если Ваша цель - организовать систему сострига бабла, как сейчас во всех медицинских учреждениях РФ. Много было в России хороших клиник, с мировым именем. Но везде посадили директором человека, для которого главное бабло. Почему его посадили? Потому что над ним тоже люди, которые живут в этой религии денег, он должен тут бабло стрясать, а туда его относить. Там оно распределяется дальше.

В результате все клиники начали опускаться. Медицина развалилась.

В России нет хороших врачей? Есть хорошие врачи. С техникой медицинской плохо? Нет. Полно оборудованных клиник. Такое оборудование, что и западные часто позавидуют. Особенно в Москве. В чём проблема? Понастроили новых клиник, а медицина рухнула. Если кому-то нужно лечиться в России, то первым делом берут билет до Германии. Почему? В Германии врачи лучше? Нет. Но в Германии есть работающая система.

Допустим, Вы знаете, что есть хороший врач. Но он работает в какой-то клинике, и сам он вас лечить может. Лечебный процесс нужно организовать. Уход, постоперационное обследование и всё остальное. Он сам не может это сделать, а система не организует. Поэтому в РФ, даже если очень хорошие врачи в клинике, в неё нельзя ложиться, ибо она располагается по дороге на кладбище. Люди вынуждены лететь в Германию. Более того, те же хорошие врачи вынуждены лететь туда же и работать там.

В Германии медицинской системе законами, правилами, менталитетом поставлена совершенно другая задача. Да, врачи там хорошо зарабатывают. Да там по поводу бабла есть склоки. Но бабло там не является там основной целью медицинской деятельности. Врачебное сообщество следит, чтобы врачи повышали свою квалификацию ежегодно. Войдите в Германии в любой врачебный праксис: все стены увешаны сертификатами. Каждый год врач посещает по нескольку семинаров, коллоквиумов, конференций. Это важно. Это - его статус. Его авторитет во врачебном сообществе зависит от того, каков его научный уровень, интерес к делу. Эти коллоквиумы - не формальность. Там врачи друг друга смотрят. Вписываешься ты в тусу или не вписываешься? Что тебя интересует наше дело или бабло? Если бабло - давай, до свиданья!

Если у врача репутация, что он только бабло рубит, то с клиентурой у него будет плохо. Будут ходить случайные клиенты и поедет работать на какой-то курорт.

Для врачей в Европе главное - лечить. Для больничных касс - тоже. Они чётко смотрят: у этого врача случаи излечения или одни хроники. Если одни хроники - значит, такой врач. И ему уже больничная касса ставит ограничения: мы вам не будем платить, если у вас одни хроники.

Это статистика. Она открыта. Больничные кассы собирают статистику по излечению, по многим критериям. Каждый может посмотреть, как работает этот врач. Это - медицинская система. Она работает.

Германская система - не самая эффективная в плане освоения финансовых средств. Она очень затратная. Организация советской или кубинской была эффективнее. Но эта система достигает своей цели. Она ориентирована на конкретную цель - на лечебную работу.

Бабло там крутится, но оно - инструмент. Никто не будет там ставить своей целью повышение рентабельности, финансовые потоки оптимизировать. Если какой-то доктор захочет это сделать, это тут же увидят больничные кассы. Тебя лечение интересует или что? Если бабло - иди в банк зарабатывать.

То же самое любая другая система. Например, европейская система образования.

В ЕВропе очень хорошо оплачиваемые профессора. Но дело не в этом. Гельмгольц говорил, что в науке мало платят, и поэтому там мало жуликов. Со времён Гельмгольца многое поменялось. Теперь платят хорошо, поэтому жуликов больше. Но в любом случае система заточена не под то, чтобы осваивать бабло. Бабла они осваивают по российским меркам немеряно: речь идёт о триллионах. Они хорошо зарабатывают, но это не распиловка. Кроме умения выбивать гранты нужно уметь давать результат.

Что такое уметь вышибать? Это уметь пиарить. Наука - это ещё и пиарная работа. Бои за гранты идут, но система работает на результат, на науку. Ребята делают то, что интересно. Вокруг этого уже крутится бабло. И с баблом у них всё хорошо. На это они не жалуются.

Если они начнут только бабло распиловывать, у них тут же с ним станет плохо. Потому что станет не интересно им бабло давать.

Во всех делах нужно ставить на результат.

Если у вас есть результат, то и бабло будет. Но только тогда, когда есть результат.

Баблофилия и реальность

Допустим, Вы решились организовывать банк. Представления у Вас русские народные: банк- это такая фигня, где много бабла крутится. В 90-е все бросились: «сейчас я банк сделаю. Там бабло будет крутиться, всегда можно будет из кассы брать...». Из этих соображений в Российской федерации было организовано больше банков, чем в Америке. Тысяч 15.... Сегодня осталось чуть меньше сотни. Все остальные разорились.

Если ты на самом деле хочешь сделать банк, который работает, ты дожжен понимать, ДЛЯ ЧЕГО ты его делаешь. У меня есть клиент в Германии. Бегает с идеей: «Я хочу банк! Бабло есть, хочу купить банк!». Справшиваю: «Что ты будешь там делать?». Сразу удивлённые глаза: «а что там нужно делать?»

Нет проблем купить банк. Всё время какие-то банки выставляются на продажу. Можно с нуля организовать. Но что ты будешь с ним делать?

Если ты делаешь банк, то должен понимать: банк держат под какой-то продукт. И этот продукт ты будешь продавать, ты будешь оказывать какие-то специфические услуги.

Может быть, ты что собираешься принимать вклады и давать кредиты? Для этого есть системные банки, у которых на каждом углу по отделению. У каждого есть своя ниша, даже в обслуживании массового клиента. А все остальные банки - это или инвест-банкинг либо приват-банкинг.

Инвест-банкинг- это сопровождение конкретных проектов. Система проектного управления. Она много общего имеет с тем, что было в Советском союзе. В СССР этим занимались министерства. На Западе этим занимаются инвест-банки.

Приват-банки. Каждый банк имеет свою специфическую нишу. Специфическую услугу. Которая интересна очень небольшой категории. Специально для этих людей в узком кругу своих клиентов он оказывает. Чужие там не ходят. Ты в любой приватный банк заходишь с вопросом «я хочу стать вашим клиентом». Интересуются: «а зачем вам это?» «я бабло у вас держать буду!». «Спасибо у нас сейчас с баблом перебор, в хранилище не вмещается, заходите позже».

В любом деле самое важное это не оборот бабла, а какие-то специфические услуги, продукты, возможности. Например, некий банк конкретно обслуживает строительство. Потому что в строительстве есть специфические бизнес-процессы. Под них нужно выстраивать специальную схему финансирования, которая соответствует именно этому бизнес-процессу. Этот банк умеет выстроить такую схему. Поэтому все строители пойдут туда. Ведь если они станут работать через обычный банк, платежи будут задерживаться, нужна куча объяснений, в результате у тебя стоят дела. Огромные убытки. Тогда идёшь в банк, где нет убытков.

Это - реальный банк, реальный продукт, реальное дело.

Есть религиозные организации. Начиная с Ватикана и кончая церковью саентологов. Чем они занимаются? Каждый занимается своим реальным делом. Все они трахают мозг, но трахают каждый с конкретной целью. Собирают людей определённого типа, настраивают на определённые действия. Бабло во всём этом крутится, но бабло там не главное, поэтому его там и много.

Есть другой вариант - РПЦ. Церковь, которая поклонятся «золотому тельцу». Всё направлено на то, чтобы с лохов обтрясать бабло. Эта церковь прославилась во всём мире тем, что спаивает свой народ. Она добилась указа, чтобы беспошлинно ввозить водяру и табак, и при этом постоянно орёт, что жиды спаивают Россию. Открыли кучу предприятий. Берут с них десятину. Производят машины. В 90-е было станкостороительное объединение, которое оформляло своё производство как производство церковной утвари. И платило десятину церкви, зато не платило налоги. Было и такое. Потом немного прикрыли, но и сейчас они этим извращаются.

Итак, есть церковь, которая поклоняется одному «золотому тельцу». Посмотрим на её финансовые обороты по сравнению со всеми конкурирующими церквями. У одного отца Муна с его мунятами общие финансовые обороты раз в 30 выше, чем у всей Православной церкви. С католической церковью просто не приходится сравнивать. На несколько порядков разница. Возьмёшь любую внятную церковную общину, так и у них с баблом всё в порядке.

А православные попы допотопные средневековые бороды отрастили, в рясах допотопных ходят, со всех бабло стрясают любыми способами, в церкви торговлю открыли. В церковь заходишь, первое, что видишь- прейскурант. Почему же бабла реально мало? Потому что люди верят не в того бога, которому официально служат.

В любом бизнесе это так. Если ты слишком веришь в бабло - бабла не будет и всего остального тоже. Только люди, которые ставят себе в жизни цели связанные с созданием реальных ценностей, поднимаются вверх.

Когда-то Ницше провозгласил основной закон постиндустриальной экономики: «Не вокруг изобретателей нового шума, но вокруг изобретателей новых ценностей вращается мир. Неслышно вращается он».

Или вы входите в круг производителей новых реальных ценностей - или вы в него не входите. В этом кругу, во-первых, деньги есть у всех, а, во-вторых, всем на них наплевать.

Откуда приходят деньги?

Точнее, во-первых и во-вторых я тут перепутал. Во-первых, на них наплевать. Во-вторых, поэтому они есть.

Почему у таких людей деньги есть? Потому что их всегда можно достать. Человеку, который занимается нужными делами, их просто всегда дадут. Я не имею в виду, что ему в кредит дадут. Неприлично давать кредит уважаемому человеку. Для этого есть системы фондов, грантов. Безвозвратное финансирование. Если мне нужно сделать какое-то дело, я бабло привлекаю. При этом я рисую проект, а не бизнес-план. С меня никто бизнес-плана не потребует.

У меня много клиентов работающих в коммерческом секторе в России, у которых производства. Мне приходилось вести с банками кредитные переговоры. Никто никогда ни в одном банке не потребовал с меня бизнес-план. Понятно, что он должен в отчётности лежать, сами же и напишут.

Если вы приходите в банк и долго вымучиваете себе возвратный кредит, вас будут гонять. Зачем с вас банкиры справки требуют? Ему нужно свои интимные места прикрыть бумажками. Мало ли что случится - например, кредит не возвратили. А все бумажки чистые.

Более того. Если банкир решил вам дать кредит, он идёт на что угодно, даже на подлог документов.

В одной европейской стране мне нужно было кредит взять. Я принёс справки, а банкиру не подошла моя справка о доходах. Он прямо на своём компьютере все подправил и распечатал. И положил в дело. Даже если всплывёт, что бумага поддельная -кто её подделал, на каком этапе - никто не разберёт.

Нужно хорошо понимать: если ты занимаешься реальными делами, тогда у тебя будет всё. Если ты занимаешься фигнёй - ты никому не нужен.

Нужно быть полезным человеком.

Баблофилия и нравственность

Теперь довайте поговорим о том, что такое эффективный бизнес.

Мы живём в эпоху монетизации. Если есть люди, которым случайно в руки достался реальный ресурс, экзистенциально полезный, а они непонимают, что с ним надо делать - они не элита. Элита - это те кто понимает, что такое реальные ценности и ими обменивается. Бывает, что человек из быдла попадает на позиции элиты. Так бывает в третьесортных странах эпоху смуты, приватизации. В приличных странах такого не бывает. Поэтому в качестве примера я могу привести только страны СНГ. Такой человек оказывается неспособен использовать имеющийся в руках ресурс для своего социального роста, и начинает его монетизировать.

Монетизация - форма отношений лоха и мошенника. Мошенник выменивает у дикаря ценности на зелёные бумажки или электронные сигналы. Лох безвозвратно лишается того, что имеет реальную ценность.

Возьмём простой пример - приватизация жилья. В начале 90-х я пытался объяснить, что нельзя устраивать эту поголовную приватизацию. Я приводил статистические данные, что ни в одной стране нет такой ситуации, чтобы значительный процент населения был собственниками жилья. В Европе 5-10% - собственники жилья. Остальные живут на съёмных квартирах.

Но элиты РФ решили, что все должны быть собственниками. Почему? Основный актив, который делал Перестройку, понимал, что ещё поперестраиваемся пару лет и пора в Израиль. А раз туда, то как квартиру продашь, если она государственная? А если приватизировать государственную квартиру, то можно её продать. Это был вполне понятный интерес. Ну, сделали бы закон о приватизации только тем, которые уезжают. Продали бы и уехали: это были люди, которые так или иначе имуществом умели распоряжаться. Но для прикрытия этой операции решили всем дать возможность приватизировать.

Каков был результат приватизации в городе Москва? Квартиры оказались в руках людей, которые оказались не способны защищать своё имущество. В течение следующих нескольких лет произошёл естественный для такого случая процесс. Если у лоха в руках есть имущество, которое он не умеет защищать, то в лучшем случае он с этим имуществом расстанется. В худшем - он расстанется и с жизнью тоже.

Сколько город Москва потерял населения от убийств в процессе этого перераспределения приватизированных квартир? Согласно статистике Интерпола этот поток 50-60 тысяч случаев в год, когда не известна дальнейшая судьба продавца. Не найти беднягу... Этот поток длится уже 20 лет. Следовательно, в Москве убито боле миллиона человек. Это больше, чем Москва потеряла во Второй мировой войне. Приватизация оказалась страшнее войны.

Когда я это предсказывал 20 лет назад - никто не мог или не хотел понять. Но самое удивительное, что сейчас, когда на лицо статистика Интерпола, до людей всё равно не доходит, что приватизация страшней войны. То, что с Москвой сделали Чубайс, Ельцин - хуже, чем то, что сделал Гитлер. Жертвы ельцинизма умерли гораздо более мучительной смертью, чем жертвы сталинских репрессий - да и побольше их было.

Отсутствие нравственного сознания у людей, которое является следствием религии денег, породило такую ситуацию.

Когда я написал свой памфлет 1992 года с основными претензиями к правительству, после которого случилось снятие Гайдара, то на самом деле большинство этих претензий были не столько профессиональными, сколько нравственными. Степень безнравственности того, что тогда делалось, поражала. У нас ещё были остатки каких-то советских иллюзий, поэтому на их фоне происходящее выглядело запредельным злом. Я описывал, какие будут следствия каждого шага. Все эти эти следствия сейчас реализовались. Но реализовались они, к сожалению, в худшем формате, чем я тогда мог предсказать. Я, к сожалению, остаюсь неисправимым оптимистом. Когда я описывал тенденции, я всё же предполагал, что в их рамках будут приниматься рациональные решения.