Цитата сообщения Kirroil Другая Белоруссия

О чем нам не расскажут «демократические» СМИ


Юрий ЛУКАШИН


Если свое мнение о современной Белоруссии вы составили исключительно из сообщений ТВ и прессы — считайте, что оно не имеет ничего общего с действительностью.

О том, что наша северная соседка сохранила многое лучшее от СССР и даже умудрилась его приумножить, живя почти как Прибалтика, я, конечно, слышал от коллег, которые наведываются в Белоруссию к родне или по работе.

Но, честно говоря, верил с трудом.

Пока не убедился воочию. Реальность оказалась круче. Своими впечатлениями о стране, которую по сути не знают наши граждане и о которой никогда не говорят «свободные» СМИ, я и решил поделиться с читателями «2000».

Выйдя на перрон, приготовьтесь: культурный шок и потрясение вам гарантированы.

Наслушавшись массу досужих суждений о «зловещем белорусском тоталитаризме» и попрании прав тамошних смертных, средний украинский обыватель с ухмылкой и даже кичливостью (как тому учили родные «демократические» СМИ) ожидает увидать страну, застрявшую где-то в 80-х.

Эдакая Северная Корея в европейском исполнении, в которой граждане так и не вкусили прелестей свободы и либеральной экономики, живут под гнетом диктатуры и чуть ли не
ходят строем.

Однако, прибыв рано утром на Минский железнодорожный вокзал, вместо виртуального ужаса я наблюдаю нечто совершенно другое — то, чего никогда не показывали по «ящику» и о чем не вещали говорящие головы, критикующие белорусов с высоких евротрибун.

Невиртуальная реальность

Встречает нас огромный современный вокзал из стекла и бетона в некоем футуристическом стиле. Собственно, уже этот хай-тек — первый холодный душ на голову.

Очень яркий грандиозный город Минск с широченными проспектами, по которым во все стороны несутся неплохие иномарки.

Авто премиум-класса, как и старых «Москвичей», «Жигулей» или даже «Сенсов», нет и в помине. Преобладают европейские машины среднего класса — мечта киевского «офис-планктона».

Ездят здесь вежливо, не нарушая правил, пропуская пешеходов. Большинство водителей пользуются ремнями безопасности.

Гаишники, как рассказали мне несколько местных таксистов, взяток не берут вообще.

Говорят, по местным меркам в милиции получают очень прилично (о белорусских зарплатах — чуть дальше).

Более того, предположил один из таксистов, за попытку дать взятку вас, скорее всего, привлекут по статье о подкупе должностного лица.

Чуть позже я навел еще справки и был немало обескуражен. Оказывается, Белоруссия по количеству авто на душу населения опережает не только Украину, но и... Польшу, Чехию, а также Словакию — с показателем, приближающимся к 300 машин на тысячу человек.

То есть в частном пользовании у белорусов автомобилей почти вдвое больше, чем у украинцев (у нас сейчас — 155—160 на 1 тыс. чел.)*.

___________________________________

*

 Для сравнения: самая высокая плотность автопарка в Европе — у Германии, где на каждую тысячу жителей приходится 563 легковых автомобиля. В среднем в Западной Европе — 508 машин, а для новых членов ЕС — лишь 307.



 Это примерно столько же, сколько сегодня в Белоруссии. К слову, лучший, чем у нас, автопарк в Белоруссии в том числе потому, что в течение многих лет здесь действовали более низкие таможенные ставки на импорт  машин. 



Итог: средняя иномарка в Белоруссии всегда стоила на 20—30% дешевле, чем в Украине.

На каждом перекрестке, даже в спальных районах и в местах частной застройки, стоят новые, очень информативные дорожные знаки.

При въезде на главную дорогу и при выезде — аж по 4—5 штук. От самого центра столицы и до окраин не видно ни одного старого или неработающего светофора.

Они нового поколения, плоские, на светодиодах и жидких кристаллах, каких в Киеве я пока и не встречал.

Куда бы мы ни поворачивали, разъезжая и гуляя пешком по Минску, на обочинах дорог, во дворах, в закоулках, в подземных переходах, в парках и скверах, в подъездах — абсолютно непривычная для киевлян чистота.

Аккуратно вымощенные тротуары, повсеместно новый общественный транспорт (маршруток, с их беспорядочным движением, в Минске вообще нет), а также масса зелени и ухоженные клумбы.

Кстати, видели ли вы в Киеве хоть одну велосипедную трассу — эту отличительную черту многих европейских столиц?

В прошлом году власти Киева обещали построить лишь первый городской велотрек. А в Беларуси это уже обыденность, причем велодорожки я встречал тут даже в провинции.

В Минске, как и по всей стране (автомобилисты, бывавшие здесь, об этом знают), потрясающе высококлассные автодороги. Ямы и колдобины вообще отсутствуют как явление.

И хотя в это сложно поверить, но плохого дорожного покрытия я не встретил за все четыре дня путешествия — хорошие, европейского уровня дороги даже в райцентрах и на далеких региональных трассах.

В сравнении с Украиной это настоящие автобаны.

Повсюду в Минске почти такие же, как и у нас, рекламные бигборды, кафе, рестораны, фастфуды (включая, конечно, и «Макдональдс»), фешенебельные торговые центры, в общем, полный набор столичного «гламура».

В то же время бросается в глаза такая особенность: ни в центре, ни на окраинах нет ни одного (!) обветшавшего или пошарпанного здания — даже дома старой застройки внутри
микрорайонов оригинально выкрашены, а где нужно — отреставрированы.

Резкого контраста в уровне жизни белорусов не ощущается, даже если вы завернете в любой первый попавшийся провинциальный городок или райцентр.

Чистота и порядок улиц, ухоженность всей без исключения архитектуры — как раз то, что в первую очередь и контрастирует с Киевом, не говоря уже о нашей
глубинке.

Деревни, находящиеся вдалеке от крупных городов, тоже впечатляют. Такое ощущение, что работа здесь кипит не прекращаясь.

Внешне они выглядят примерно как дачные поселки под Киевом. Добротная кирпичная застройка, у многих спутниковые «тарелки», причем и тут бегают вполне приличные (по меркам Киева) автомобили.

Более того, точно такие же, как и в столице, ровные, без выбоин дороги, возле школ и детсадов — «лежачие полицейские», свежая разметка, выкрашенные детские площадки.

А также магазины, работающие сельские клубы, библиотеки, дома быта, столовые-рестораны...

Многое из этого в украинских селах уже исчезло с лица земли.

За городом, помимо потрясающей природы, густых хвойных лесов и водоемов, поражает еще кое-что: нет заброшенных сельхозугодий, столь привычного для украинского села ландшафта.

Все свободное пространство — это поля, которые либо только-только убраны, либо засеяны, либо обрабатываются новенькими тракторами и комбайнами (исключительно отечественного производства).

Народ в деревнях явно занят делом, все работает и просто бурлит жизнью — и это тоже контрастирует с нашим полуалкоголичным и безработно-депрессивным селом.

В Минске торговли с земли, лотков и палаток не встретишь — да и вообще нет каких-либо признаков стихийной торговли.

То же в провинции, например в Гродненской области, по которой мы путешествовали. Все и всем торгуют исключительно в магазинах или на организованных рынках.

Словом, как в Европе.

И еще одно небезынтересное наблюдение: люди в белорусских городах неплохо одеты, и в то же время нет внешних признаков большого социального расслоения.

Даже в столице одетые очень богато или очень бедно не просматриваются. Молодежь, впрочем, облачена не хуже киевской, в чем-то, может, и «погламурнее» будет.

Но нигде в столице, как и за ее пределами, мы не увидели ни одного бомжа или собирающего милостыню нищего.

Особый путь

Что ж, именно такова современная Белоруссия — когда впервые видишь ее не через телеящик, а собственными глазами.

И первый вывод совершенно неожиданный: кажется, что находишься где-то в Европе — возможно, в Польше, странах Балтии, а то и где-нибудь в Восточной Германии.

Пусть тем, кто не бывал тут очень давно (или никогда), это покажется невероятным, но внешне самая «антизападная» страна СНГ на самом деле куда более европейская, чем Украина, и такое сравнение справедливо и для обеих столиц.

Страна, где и вправду весьма ощутимо обогнали нас, если мерить совершенно конкретными, а не виртуальными (свобода, демократия, похвалы «мирового сообщества» etc.) мерками.

В Украине, конечно, слышали, что белорусским промышленным предприятиям и колхозам не пришлось проходить через шоковые реформы.

Почти все они как работали, так и работают, не останавливаясь с советских времен.

Дело не в том, что Беларусь, как и РФ, были единственными республиками в бывшем Союзе, которые в структуре общесоюзного бюджета не были дотационными, а значит, были самодостаточными.

В новое время небогатое ресурсами белорусское государство как-то умудрилось не «уронить» экономику, как это сделали, например, у нас (в 90-е, когда в Украине был спад ВВП на 60%, у белорусов до прихода Лукашенко — всего минус 20%, а затем рост).
И государству этому как-то удалось выстроить модель своей экономики, при которой не только сохранились крупные предприятия, но и была переоборудована основная часть промышленности для выпуска новых, более современных товаров, причем без сокращения рабочих мест.

Кстати, по темпам ВВП Беларусь растет в последние лет 10 (среднегодовой прирост —плюс 8%) почти как Китай. Об этом нам тоже ежегодно сообщают уважаемые международные структуры.

Но обратим внимание еще вот на что.

Уровень ВВП 1990 г. здесь превзойден уже в начале 2000-х гг. Тогда как в Украине до сих пор не достигнуто и 70% объема 1990 г.
Общеизвестно, что безработица в этой стране (около 1% трудоспособного населения) самая низкая в Европе — и это также признают все без исключения международные организации, включая ООН, МВФ и Всемирный банк.

Спросите у первого попавшегося прохожего в Минске или любом другом городе: массовых задержек зарплат и пенсий здесь не знают уже лет 15.

А заговори о зарплатах «в конвертах», как у нас, — вообще мало кто поймет суть вопроса. Наверное, именно по причине длительной социальной стабильности массовой миграции белорусов на заработки ни на Запад, ни Россию не наблюдалось.

Чего, увы, не скажешь о других постсоветских республиках — кавказских, среднеазиатских, Молдавии и, конечно же, Украине.


Берем другую немаловажную сферу — расходы на образование. Здесь они, по всем международным оценкам, тоже самые высокие среди стран СНГ — 6% ВВП.

Примерно столько же сегодня тратят в развитых странах.

Выше, чем в других государствах СНГ, и расходы на медицину — 4% ВВП в 2009 г. Как очевидный результат: младенческая смертность, например, самая низкая в Восточной Европе — на уровне 4,7%.

А еще самый низкий уровень заболеваемости СПИДом, алкоголизма, наркомании.

Во всех без исключения международных рейтингах благосостояния и качества жизни Белоруссия обгоняет Украину почти лет 15 кряду.

Например, по рейтингу индекса развития человеческого потенциала (ИРЧП), который рассчитывает ООН.

Беларусь ооновские эксперты сегодня относят к странам с высоким уровнем развития — здесь она постоянно опережает Украину на 10—20 позиций. В этом году белорусы в общемировом рейтинге ООН на 61-м месте —рядом с Сербией и Болгарией.

По паритету покупательной способности из расчета на душу населения (что считается наиболее объективным критерием оценки уровня потребления гражданами продуктов, услуг и прочих разных базовых благ цивилизации) Украина стабильно отстает от Белоруссии где-то вдвое: у нас сегодня $7331 на человека в год, у нее — $13 864.

Заметим, из стран СНГ белорусы по данному показателю чуть уступают россиянам, но у последних в структуре экономки очень немалая нефтегазовая «маржа».

А вот другие данные, от куда более придирчивой организации — МВФ.

Совокупный ВВП Белоруссии по номиналу на конец 2010 г., если верить данным фонда, около 53 млрд. долл.

У Украины, чье население в 4,5 раза (!) больше, объем экономики в 2010 г. лишь вдвое крупнее белорусского. ВВП в абсолютных величинах в пересчете на ППС у них — $130,7 млрд., у нас — $302,6 млрд.

Социализм + рынок = ?

Для многих украинских граждан это станет откровением, но при всей социальной ориентированности белорусской экономики и практически целиком сохранившихся в госсобственности крупных предприятиях почти половина официально зарегистрированных в стране предприятий сегодня находится... в частной собственности.

Более того, «частники» выпускают около 60% всей промышленной продукции в стране.

А доля производимого субъектами малого предпринимательства — 9,3% объема ВВП.

Розничный товарооборот частного сектора значительно превышает показатель госсектора.

Только в Минске официально зарегистрировано 1,8 тыс. крупных зарубежных и практически всем нам известных транснациональных компаний.

В стране более 30 банков, но государство владеет контрольным либо миноритарным пакетом только в половине из них.

А частный банковский бизнес ведут банки не только из РФ, но и из Германии, Литвы, Швейцарии и еще дюжины стран.

Инвестиции, помимо России, официально регистрируют также США, Швейцария, Австрия, Великобритания. Еще интересно: для иностранных инвесторов в республике действуют свободные экономические зоны (СЭЗы) с символическими, льготными налогами и без таможенных пошлин**, которые у нас закрыли еще в 2005-м.

**Всего СЭЗов шесть — «Брест», «Витебск», «Гомель-Ратон», «Гродноинвест», «Минск» и «Могилев».

Хотя в структуре внешней торговли около половины составляет товарооборот с РФ (с Украиной — всего 6%), основная часть экспорта — 43% — приходится, как ни странно, на Евросоюз (Нидерланды, Германия, Польша, Великобритания, страны Балтии).

Кстати, в отличие от нас, у белорусов неплохо складывается торговля и экспорт промышленных товаров в Азии (Китай, Иран, Вьетнам, Сирия), а также в Латинской Америке (прежде всего с Венесуэлой, благодаря которой белорусы покрывают часть своих потребностей в импорте нефти, диверсифицировав ее поставки из РФ).

Как бы странно это ни звучало, но структура белорусской экономики весьма похожа на существующую во многих небольших и средних европейских странах.

Примерно четверть составляет промышленность, 30% которой — машиностроение и приборостроение (в Украине этот показатель почти втрое меньше).

Интернетом в стране регулярно пользуется на начало 2011 г. 38% взрослого населения — это где-то столько же, сколько и у нас.
Основа белорусского машиностроения — автопром, тракторостроение, различная техника.

Например, Минский тракторный завод и сегодня входит в восьмерку крупнейших производителей тракторов в мире, машины поступают во все страны СНГ (в т. ч. и в Украину, где своя тракторная промышленность практически исчезла) и Азии.

То же касается и знаменитого БелАЗа, выпускающего большегрузные самосвалы и грузовики на экспорт.

Здесь сохранено или создано с нуля производство огромного множества бытовой техники и простой электроники, которая по крайней мере не хуже китайского ширпотреба (китайский пока благополучно потребляют украинцы, хоть и на нем остались западные лейблы).

Например, как и во времена Союза, белорусы все еще выпускают телевизоры — знакомые всем «Горизонт» и «Витязь» (теперь они производятся с ЖК-экранами), собирают современные холодильники «Атлант» (бывший «Минск»), а также стиральные машины, посудомоечные машины, кухонные комбайны и т. д. и т.п.

На селе зарплата — $500.

Мои внимательные наблюдения за ситуацией в АПК показали: в республике очень неплохо чувствует себя сельское хозяйство, оно давало ежегодный прирост 4—6%, в т. ч. в течение всех кризисных лет.

Сегодня Белоруссия входит в пятерку крупнейших мировых экспортеров молочной продукции, уступая лишь Австралии, Новой Зеландии, Бразилии и Аргентине. Как и во времена Союза, страна держит первое место в мире по производству картофеля на душу населения и, кроме того, 11% мирового экспорта масла и 6% — сыра.

Мне удалось побывать на одном из крупнейших сельхозпредприятий — УП «Агрокомбинат «Ждановичи» (Минская обл.) и познакомиться с его руководителем Григорием Чуйко.

По совместительству Григорий Петрович — член верхней палаты белорусского парламента (сенатор Национального собрания).

Но меня особо интересовала модель местного аграрного сектора —какова его структура, кто здесь что производит и как распределяет?

Территория сельхозугодий агрокомбината — более 11 тыс. га, в том числе 9,2 тыс. га — пашня. Помимо тепличных, здесь выращивают овощи открытого грунта, зерно, рапс, сахарную свеклу, производят молоко и другую сельхозпродукцию.

Огромное хозяйство внешне выглядит очень современно, а новейшая техника и высококлассная инфраструктура оставляют неизгладимое впечатление.

Предприятие находится в госсобственности и подчинено местному органу — сельхозуправлению исполкома Минского района.

30% продуктовых магазинов Минска снабжаются овощами, фруктами и молочной продукцией именно отсюда. Экспортные товары поставляют в основном в супермаркеты Москвы, а также трех столиц Балтии.

За минувшие 20 лет предприятие не останавливалось, а за 10 лет было всецело модернизировано— закуплена западная сельхозтехника, которая не производится в Беларуси.

Из Европы завезены и семена овощных культур, и племенной скот.

Сейчас агрокомбинат показывает ежегодную рентабельность 15—18%, сообщает Григорий Чуйко.

Таких же крупных сельхозхолдингов в Белоруссии около десятка. Еще около сотни совхозов, сельхозкооперативов поменьше.

Все они целиком либо частично (например, совместно с трудовым коллективом — в Беларуси осталась массовая кооперативная собственность) находятся в руках государства и выпускают около 90% продукции АПК.

Есть и частное фермерство, правда, как рассказывают, выживают фермеры не сами, а лишь благодаря кооперации и сбыту продукции тем же крупным агрохолдингам.***

***Для агросектора действует единый льготный налог, как и у нас. С небольшой  разницей: в Украине ставка налога — 2% дохода, в Беларуси — 1%.

Так вот, урожайность основных культур в «Ждановичах» почти как в Европе.

Например, зерновых собирают 55—60 ц с гектара (средняя по Украине урожайность — до 34,7 ц). Средняя зарплата рядового труженика — $500 (4 тыс. грн.).

Все работающие, рассказывает Григорий Чуйко, — жители близлежащих сел, которых ежедневно доставляет на работу и возит домой транспорт предприятия.

«Работники белорусских сельхозпредприятий — это, разумеется, жители сел. Но сейчас уже мало кто из них хочет разводить свое домашнее хозяйство, даже огороды или домашний скот — людям просто удобнее ездить на предприятие, работать по современным стандартам здесь и получать зарплату, — рассказывает он.

— Как и в советское время, на селе развита система жилищных кооперативов, в рамках которых получают льготные кредиты на строительство домов сроком до 40 лет по единой ставке 1% годовых.

Именно так люди отстроили и сейчас продолжают строить новые современные дома на селе».

Слушаю дальше собеседника и поражаюсь. Говорит он ровно то же, что у нас начали произносить вслух лишь спустя 20 лет деградации села: «АПК — это как производство очень сложной техники.

Рентабельно, эффективно и конкурентоспособно, только когда производство не просто крупное, а очень крупное. Форма собственности не имеет значения. Важен профессиональный менеджмент, технологии.

И частник, и государство исполнительный менеджмент назначают.

А главное — крупнотоварный выпуск. В Беларуси на самом деле сельхозсектор организован так же, как на Западе. Разница лишь внешняя, по форме.

У них тоже полвека назад ушли от мелкого фермера — он давно не является основой аграрного производства, а в производстве молока или зерна давно все решают крупные компании.

Даже там, где есть 500 фермеров, все равно у них организованно скупает всю продукцию один сверхкрупный завод. Он помогает с техникой, завозит семенной фонд, дает заказы и затем очень внимательно контролирует и регулирует процесс по
всей цепочке — качество, стандарты...»

Ипотека на 40 лет: 5% годовых

Как бы там ни было, но когда вы зайдете в любой белорусский супермаркет и отведаете продукт местного производства, непременно испытаете прилив ностальгии.

Молоко, кефир, творог, мясо, колбасы, конфеты, овощи, фрукты — более трех четвертей продуктов питания в магазинах местного производства.

Спиртное, кстати, тоже отменного качества. А вот колбаса и сыры вкусны по-особенному — чувствуется, что на 100% натуральны. Одним словом, в Беларуси продолжают работать строгие ГОСТы родом из СССР.

И их, судя по всему, выполняют все, и отменять не хотят.

Цены на продукты и промтовары, произведенные внутри страны, в основном ниже, чем у нас (а кое-что в разы), на импортные — примерно такие же.

Очень плотный ужин одного человека в ресторане в центре Минска обойдется не дороже 100—120 грн., особенно по нынешнему (кризисному) курсу белорусского рубля.

Ну а бокал пива от местной пивоварни (0,5 л) в одном из гламурных молодежных пабов с живой рок-музыкой в историческом центре столицы — 10—13 грн.

Наконец, в самом лучшем кинотеатре билет на фильм в переводе на наши деньги стоит просто символически — 10—15 грн.

Власти республики в официальных отчетах указывают, что в легкой промышленности продолжают работать более трех сотен крупных предприятий.

Правда ли это, легко убедиться, пройдясь по магазинам.

Действительно, вещи местного легпрома очень недорогие, но вполне пристойные, совершенно не уступающие тому, во что одевается большинство украинцев, — брюки, свитера, рубашки, куртки.

Слышал я и то, что наши землячки, приезжающие в Минск, и россиянки разбирают дешевое (раза в два дешевле, чем у нас), но отменного качества нижнее белье фирмы «Милавица». То же касается и женской косметики.

Любопытно, что у нас есть немало общего. Как и в Украине, примерно половина студентов учатся в вузах платно.

Тем, кто учится на государственные деньги, после окончания необходимо отработать три года по распределению.

Конечно, обязаловка многим не по нраву, но это все-таки с какой стороны посмотреть. Если учесть, что минимум треть украинских студентов после окончания вуза сразу же пополняют ряды безработных, белорусским «бюджетным» выпускникам государство хотя бы гарантирует какую-никакую работу по специальности.

В больницах и поликлиниках (здесь уже полагаюсь на рассказанное моими собеседниками) бесплатно не только лечение, но и лекарства.

Есть, конечно, в Минске и платные клиники — никто не запрещает лечиться у частников. Но вот в государственных лечебницах практика «благодарить» врача отсутствует как явление.

Кто-то скажет, что «авторитарный режим» Лукашенко просто жестко расправляется с коррупционерами до самых низов. На самом деле все проще: на бюджетников, то есть учителей, врачей, военных, пенсионеров, государство тратит вдвое-втрое больше, чем у нас.

Судите сами: средняя зарплата учителя и врача около $450.

Средняя пенсия — $350—400, а во всех прочих секторах экономики — в среднем $500 (в Украине средняя зарплата не более $300).

По местным нормативам соцобеспечения, к каждому одинокому пенсионеру и инвалиду здесь приставлен соцработник, который посещает человека минимум раз в две недели, — купить продукты, лекарства, помочь в лечении, да и просто морально поддержать.

Ежемесячное пособие матерям по уходу за ребенком — около $70—75 (т. е. 600 грн., в Украине — 130 грн.).

Я пытался разгадать и секрет неподдельной «европейскости» белорусских дорог. Но сколько ни допытывался у изумленных от самой постановки вопроса белорусов, остается признать: в отличие от Украины, здесь их просто хорошо и больше строят, а также добротно ремонтируют.

То есть, надо полагать, воровать чиновникам на дорожном деле просто не дают.

Как итог сеть автодорог куда более развита, чем у нас: если у нас общая протяженность их 164,1 тыс. км (на втрое большей территории), то у соседей 85,7 тыс. км — почти в полтора раза плотнее и больше.

В Белоруссии, по крайней мере в Минске, видно невооруженным глазом, что стройки не замораживаются, краны работают, спецтехника активно передвигается.

Продолжают строиться или реконструироваться современные спорткомплексы, Дворцы культуры, новые здания в стиле хай-тек.

Например, недавно возведенное грандиозное сооружение «Минск-арена» на 15 тыс. мест — один из крупнейших спортивных дворцов в Европе.

А вот на жилищном строительстве стоит остановиться особо.

Среди новостроек куда меньше домов с признаками «элитности», но они не уступают большинству новых домов, скажем, Харьковского массива в Киеве.

Ежегодно вводится более 5 млн. кв. м жилья — а у нас в самый рекордный за все годы независимости 2008-й было введено 10 млн. кв. м.

Делаем корректировку на соотношение населения (в Беларуси в 4,8 раза меньше жителей, чем в Украине) и получаем: новые квадратные метры (на душу населения) соседи выдают хоть и не советскими темпами, но в 2,5 раза больше и интенсивнее.

В следующем году власти обещают ввести в строй 10
млн. кв. м (это будет в пять-шесть раз больше, чем у нас).

Банки предоставляют в нацвалюте такую же ипотеку, что и наши в гривне — под 20—22% годовых. Правда, стоимость приличной «двушки» или «трешки» в центральном районе Минска обойдется почти как однокомнатная квартира в
спальном районе Киева — около $50—60 тыс. Квадратный метр в обычной столичной новостройке — около $1 тыс., т. е. на 30—40% дешевле, чем в Киеве.
А теперь самое интересное. В Белоруссии на новое жилье есть очереди. Там нет сданных в эксплуатацию, но почти пустующих многоэтажек, какие часто встретишь в Киеве.

Дело не только в том, что на жилье тут труднее спекулировать. А в том, что оно более доступно простым гражданам, чем у нас.

Мало кто знает, но в Беларуси значительная часть населения — молодые семьи, бюджетники, ветераны и т. п.— имеет право на льготный кредит, где государство покрывает значительную часть рыночной ставки.

В последние годы такие кредиты выдавались на 40 лет под 5% годовых (т. е. ставка как на Западе).

Но еще что важно — эти госпрограммы не идут ни в какое сравнение с нашими льготными для молодежи, которые практически затрагивают менее 0,5% покупок квартир по стране.

Сегодня в Беларуси, по официальным данным, с господдержкой по разным программам льготного кредитования строится 72% жилья, то есть не менее 3—4 млн. кв. м.

Как говорится, почувствуйте разницу.

Откуда белорусский кризис

На самом деле природа кризиса, который бушует в Белоруссии в течение нескольких последних месяцев, весьма проста.

Отрицательное внешнеторговое сальдо стало стремительно увеличиваться после роста мировых цен на энергоносители, которые республика почти стопроцентно импортирует.

А еще ажиотаж с валютой — из-за вступления в Таможенный союз и ожидаемое увеличение с июля импортных пошлин на легковые автомобили.

Пошлины повышаются на все подержанные иномарки, причем сразу почти втрое. Т.е. автомобили на местном рынке должны подорожать почти на 20—25%, и будут стоить примерно столько же, сколько в Украине или РФ.

На покрытие возникшей разницы в торговом балансе Беларусь и получит кредит от России, а также, судя по всему, от МВФ. Т. е. если отвечать на вопрос нашего читателя (см. F6), Беларусь не отличается от большинства стран мира (включая страны ЕС и США), которые подверглись удару кризиса и вышли на рынки внешних заимствований.

Естественно, как только граждане ринулись в обменники, чему немало способствовала паника, раздутая в СМИ, валюта на время исчезла из продажи, т. к. импортеры в ожидании девальвации решили загрузить склады на несколько месяцев вперед.

В последние недели, судя по всему, власти стабилизировали ситуацию, но белорусский рубль девальвировал почти на 50%.

Тем не менее штурмующих валютообменники, а также прилавки магазинов за сахаром или другим дефицитом, как передавали все западные и некоторые украинские СМИ, я, находясь в Беларуси во второй половине июня, не наблюдал ни разу.

Ввиду, очевидно, отсутствия дефицита как такового на эти и какие-либо другие товары. Кстати, как сахаром, так и прочими продуктами местные магазины буквально переполнены.

В связи с ослаблением белорусского рубля цены на многие товары выросли с начала года почти на 20%.

И это подействовало крайне удручающе на настроение белорусов, не привыкших, в отличие от украинцев, к регулярным ежеквартальным ценовым скачкам.

Но ситуацию следует сравнить с тем, что произошло у нас в начале кризиса.

В 2009-м официальная инфляция в Украине составила 22,3%, в 2008-м — 19,4%. В целом за три кризисных года (2008—2010 гг.) цены выросли на 53%, и это был новый рекорд со времен гиперинфляции 90-х.

Наши сограждане хорошо помнят, как в 2008-м гривня обесценилась более чем вдвое (в июле 2008 г. курс составлял 4,5 грн./ долл., а к концу года уже около 11 грн./ долл.).

Словом, украинский кризис оказался все-таки намного серьезнее нынешнего белорусского. Хоть и СМИ это почему-то не особо увязывали с просчетами тогдашней «оранжевой» власти.
Почти сразу же после объявления о девальвации «Белнефтехим», монополист поставок бензина на внутренний рынок, повысил цены в среднем на 20%.

С начала года бензин подорожал примерно на 34—40%.

Удорожание топлива вызвало громкие акции протеста автомобилистов под названием «Стоп-бензин». Их показали многие международные телеканалы.

Но нам с вами, как всегда, «забыли» сказать об одной очень важной детали: а сколько же стоил в Белоруссии бензин до того или сколько стоит теперь, после повышения?

А сегодня литр горючего А-95 обходится белорусам ровно в $1 (около 8 грн.). В Украине, кстати, то же количество стоит 10,5 грн., то есть стремится к отметке 1 евро. Как в Европе. А это, согласитесь, все же «две большие разницы»****.

****Белорусский бензин, производимый на двух модернизированных НПЗ — Мозырском и ОАО «Нафтан» (70% продукции экспортируется, главным образом, в Евросоюз),  считается очень качественным. На многих наших заправках более трети импортного топлива именно белорусского производства (бензин А-95 «премиум», а также «премиальный» дизель).

Глобальная альтернатива

Гостиницы, санатории, агроэкоусадьбы — говорят, многие туристические центры под завязку забиты туристами из Германии, Польши, Голландии, Чехии, России.

Это заметно: в Белоруссии неожиданно много западных туристов, приехавших на экскурсии или, должно быть, на недорогой отдых в санатории в экологически чистых местах.

Спрашивается, за что же «демократические» страны так упорно и планомерно «прессуют» Белоруссию? И почему отношение западных, как и украинских СМИ, к этой стране либо плохое либо никакое?

Только ли дело в проблемах со свободой слова и притеснениях оппозиции?

На самом деле в стране распространяется огромная масса печатной продукции, и более 2/3 зарегистрированных газет и журналов — негосударственные.

Да, признаков публичной активности оппозиции в виде фотографий лидеров и их лозунгов на бигбордах в центре Минска нет. Как нет их и на государственном телевидении.

Однако оппозиционные газеты свободно продаются в киосках и на уличных раскладках, пусть их и меньше, чем проправительственных.

В кабельных сетях крупнейших городов более 100 зарубежных цифровых телеканалов — как и у киевлян.

Представлено практически все российское ТВ, в том числе новостные каналы. К слову, ретранслировать некоторые из них в Украине наш Нацсовет по вопросам телевидения и радиовещания до сих пор не разрешает.

Наконец, если вы все еще верите, что республика сама отгородилась от мира железным занавесом, зайдите в интернет. Пользователей среди белорусских граждан весьма немало.

Вполне благополучно работают и многочисленные белорусские
оппозиционные сайты и блоги. И каких только высказываний здесь нет!

Думаю, утверждать, что власть держит народ в полном информационном вакууме, просто глупо.

На самом деле не зафиксировано ни одного случая, чтобы белорусские силовые структуры арестовали или посадили кого бы то ни было только за высказанное мнение, скажем, в прессе или на сайтах.

Да, некоторых оппозиционеров действительно «прессуют», и довольно жестко, несколько десятков из них получили тюремные сроки после волнений в Минске по итогам президентских выборов в декабре прошлого года.

Но давайте вспомним, когда и за что были арестованы эти лица. За попытку штурма здания правительства, за публичные призывы к непризнанию результатов выборов и, наконец, к свержению конституционного строя.

За такое существует статья в любом национальном законодательстве любой страны.

Да, несанкционированные митинги здесь милиция тоже иногда разгоняет. Но все же: то, сколь жестко ведет себя полиция по отношению к протестующим сейчас в Европе против политики своих властей, заставляет спросить: почему в Греции, Испании, Португалии, Великобритании и т. д. силой разгонять демонстрантов можно, а в Белоруссии — нет?

Наше ТВ регулярно сообщает, как несколько сотен молодых минских блогеров, списываясь в интернете, периодически собираются на центральной площади Минска и проводят молчаливые акции протеста.

Поскольку все эти акции, разумеется, официально не санкционированы, а демонстранты даже и не пытаются получить разрешение на проведение своих «флеш-мобов», очевидно, что кто-то, очень вдохновленный «твиттер-революциями» в Египте и Ливии, сознательно толкает молодежь на провокацию — сугубо для телекамер.

Отсняли картинку, как милиция оттесняет собравшихся от административных зданий, — и весь мир снова видит, как «режим» и его силовики расправляются с «демократией».

Но неподалеку от места сбора «молчаливых», да и повсюду в Минске, тысячи молодых белорусов просто гуляют с девушками, целуются, наслаждаются жизнью, катаются на
велосипедах и роликах.

Видно, что им нет вообще никакого дела до «несогласных». А кто-то из минчан рассказывает мне, что «молчаливые» собираются на площади потому, что им, понимаешь, не нравится, что уровень жизни в Белоруссии ниже, чем... в Западной Европе.

Поэтому и протестуют против режима. Что ж, думаю я, нам бы их проблемы...

P.S.
Можно сколь угодно радоваться дорогим бутикам, автомобилям «Бентли» и «Мазератти» на улицах Киева, а также тому, что в прошлом году Украина заняла первое место в мире по абсолютному числу купленных новых авто марки «Майбах» (ценой в 500—700 тыс. евро!).

И можно считать это достижением нашей украинской демократии и либеральной экономики. Однако если брать уровень жизни населения в целом, то рядовые белорусы даже в кризис живут лучше нас.

Их экономика по-настоящему социально ориентированна, и это видно невооруженным глазом.

Единственное отличие Беларуси от нашей страны (как и всей Восточной Европы) в том, что здесь сделана и успешно реализовывается попытка построения неолигархической
модели экономики, в которой нет места вопиющему разрыву между небольшой прослойкой очень богатых и основной массой бедного населения.

Олигархия, т. е. очень богатые собственники крупнейших высокодоходных национальных активов, уводящие средства в зарубежные банки, просто отсутствуют здесь как класс.

Поэтому все крупные и рентабельные предприятия остаются не в руках частного капитала, тем более западного, а в госсобственности.

Частники работают в малом и среднем бизнесе (розничная торговля, сфера услуг: кафе, рестораны, парикмахерские, а также небольшие предприятия вроде пекарен, мастерских и т. п.).

И очевидно, что отсюда у белорусского государства средства и ресурсы на обеспечение более высокого уровня жизни своего населения есть, а у украинского — нет.

В мире не существует стран, у которых бы не было никаких внутренних проблем, как и не существует и абсолютно демократических, идеальных режимов и правителей.

Есть, пожалуй, только страны, чьи элиты лишь более виртуозно научились имитировать демпроцесс.

Притом эти же субъекты почему-то убеждены, что только они вправе вмешиваться (причем, заметим, абсолютно силовым, недемократичным способом) в дела других государств и разделять мир на страны «правильные» и «неправильные».

В Беларуси посчитали, что такая имитация ей слишком бы дорого обошлась, по крайней мере на нынешнем этапе. И резонно решили не экспериментировать с собственным народом, не вгонять его в нищету, наблюдая за опытом своих же соседей.

Чем, стоит заметить, их элиты проявили себя куда более ответственно, делая это не на словах.

Именно поэтому любые «цветные сценарии», возможные где-то еще лет 5—10 назад, здесь не вызывают никакой поддержки и общественного сочувствия — сколько бы денег Запад ни тратил на замену власти в этой стране.

Понятно, что Запад абсолютно не устраивает процесс интеграции, наметившийся на постсоветском пространстве.

А Белоруссия, будучи одним из главных субъектов в этом деле, еще и красноречиво демонстрирует миру и всем своим соседям по бывшему Союзу: альтернативный путь развития действительно был и остается.

Именно за это она и подвергается такому давлению, и именно потому все «демократические» СМИ никогда не расскажут нам правду о ней.

Юрий ЛУКАШИН

http://my.mail.ru/community/forbelarus/584FDF232D5CA136.html?