Арнольд Рюйтель: самое слабое место в отношениях ЕС и России – отсутствие доверия.

Анна Соусь



В марте 1990 года Арнольд Рюйтель был избран председателем Верховного Совета Эстонской ССР. Именно под его руководством Эстония первая из советских республик заявила о восстановлении своей независимости. Шестнадцать лет спустя, в бытность его президентом страны, Эстония вступила в НАТО и Европейский Союз.

Рюйтель, бывший впоследствии советником президента Украины Виктора Ющенко, с тревогой наблюдает за развитием событий в Украине. 87-летний экс-президент уверен, что только ЕС и НАТО защитят страны Балтии от новой волны российской экспансии.


▶

Интервью было записано в августе 2015 года.

– Господин президент, какая она – Ваша Россия? Можете назвать три имени российских политиков, которые представляют вашу Россию?

– Закручивать колесо истории нужно со времени создания Московского царства в середине 16 века, которое расширило свои владения до Дальнего Востока и крайнего Севера. Но подчинить земли на западе и юге не удалось, сил не хватило. Мы, народы стран Балтии, в 18 веке были западной границей России. Принадлежность к разным народам определила в итоге то, с какими ценностями развивалось наше общество и на каком культурном фоне. Если остановиться на трех именах, которые повлияли в значительной степени на развитие Эстонии, то в хронологическом порядке я бы поставил на первое место Петра Первого. Его целью было прорубить окно в Европу. Эстонскую землю использовали под оборонительные сооружения в геостратегических целях. В то же время начался обширный процесс русификации. Крушение Царской России и последовавшая за ней социалистическая революция дали возможность эстонскому народу создать свое государство. Вторым я бы назвал Сталина, который заключил с гитлеровской Германией пакт Молотова-Риббентропа, Эстония тем самым была вновь оккупирована еще на полвека. Если во времена Северной войны и вспыхнувшей за ней чумы погибло более половины эстонского населения, жертвами Второй мировой войны, репрессий стали еще 1/5 – 1/4 эстонцев. Позднее мы открыли в Казахстане, в Караганде памятник жертвам ГУЛАГа среди эстонцев.

Так называемая Холодная война и отставание СССР в экономическом и социальном планах привело к необходимости проведения в обществе фундаментальных реформ. Так Горбачев объявляет перестройку, что было совсем неприемлемым для правящей номенклатуры, которая организовала путч, чтобы восстановить свою власть. В этих условиях Эстония на полных правах и без кровопролития восстановила независимость. Это же сделала и Россия под руководством Ельцина. Ельцин так же признал независимость Эстонии.

– Участник проекта «Россия и я» президент Виктор Ющенко очень тепло говорил о Вас как о своем друге, как о человеке, у которого очень высокий авторитет в Украине. Вы много раз были в Украине, Вы были советником Ющенко в годы его президентства. Что сейчас Вы чувствуете, когда смотрите новости из Украины, где уже тысячи человек погибли в военном российско-украинском конфликте?

– Это трагедия всего украинского народа. Президент Ющенко пытался вывести страну на путь демократического развития. И сделал все для этого. Но Москва, или как мы еще говорим, амбиции России исходят из позиций руководства государства. И здесь позиции стран не совпадают. Украинский народ стоит за свои неотъемлемые права. И я уверен, что Украина добьется поставленных целей. Поскольку это же поддерживает международное сообщество. И Россия не имеет права не соблюдать принятые на этом уровне правила международных организаций.

– Во времена Вашего президентства какой был самый плохой день в отношениях с Россией? А какой самый лучший день?

– Мое президентство пришлось на 2001-2006 годы. После обретения независимости мы взяли курс на развитие отношений с западными странами. С Россией отношения остались на уровне культурного обмена и поддержания экономических связей. Пик напряжения в отношениях с Россией пришелся на 9 мая 2005 года, когда в Москве праздновали День победы. Принять участие в нем съехались руководители НАТО и ЕС. С одной стороны СССР внесли большой вклад в разрушении фашизма и поэтому было важно почтить память жертв. Но в странах Балтии последовали массовые депортации и репрессии невинных людей, многие из которых погибли в лагерях смерти в ГУЛАГе. На фоне таких противоречий я вместе с президентом Литвы Адамкусом принял решение провести этот день среди своего народа. А самым запоминающимся годом стал бесспорно 2004-й, когда мы вошли в состав ЕС и НАТО.

– А Вы помните день 20 августа 1991 года и Ваш визит в Россию после путча? Расскажите про него.

– Это был действительно запоминающийся день. Прежде всего мне сразу доложили о том, как начался путч. Рано утром, около шести, меня предупредили, что я могу быть арестован... Но это меня не остановило. Я сказал, что пойду на работу, созову Верховный Совет и мы заявим, что не подчиняемся требованиям путча, что мы и сделали. На территорию Эстонии стали прибывать в автобусах дополнительные силы. В то время здесь находились серьезные подразделения советской армии. Была опасность, что нас арестуют. Была информация, что более ста человек, специальное подразделение захвата, прибыли для этого в Эстонию. Но несмотря на это 20 августа вечером мы приняли свое решение. Мы знали, что в Москве в это время началось вооруженное противостояние. Связь с руководством в Москве поддерживалась. И мы провозглашаем восстановление независимости. Путч провалился, и стал актуальным вопрос срочно восстановить и юридические права Эстонии. Я сразу же поехал в Москву. Уже на второй день. Сразу попросил о встрече с Ельциным, президентом России. Тогда он был на похоронах 3 молодых людей. Как только он оттуда вернулся, то сразу же принял меня в своем кабинете. Здание, где собирались депутаты, было повреждено. Я встретился с ним и рассказал о просьбе. Он сразу же согласился и полностью одобрил восстановление независимости Эстонии. «Россия это одобрит». Сразу после этой встречи я настоял на другой – с тогдашним главой КГБ. Он принял меня где-то в 23:30. Приехал за мной на авто и отвез в главное здание КГБ. Где-то полтора часа мы общались. Я настаивал, чтобы мне передали дела КГБ, связанные с Эстонией, а также оружие и разведывательные средства. Последнее сразу передали. Но сказали, что дела не отдадут. Я возразил, спросил почему? Он ответил, что, во-первых, мы – маленький народ, и это может вызвать внутригосударственные конфликты, а во-вторых, среди нас много тех, кто связан с КГБ, поэтому выдача документов нереальна. Тогда мне пришлось с этим согласиться. Какие-то документы мы, конечно, получили, но не все. Такими были первые дни. Я посетил находящиеся в Москве дипломатические представительства и посольства прежде всего крупных стран. Бывало звонили и уже через полтора часа нас были готовы принять. Пришлось два дня бегать по посольствам, чтобы заручиться их поддержкой для восстановления независимости Эстонии. Через несколько дней после возвращения в Таллинн сюда стали прибывать первые делегации. Через два-три месяца более 70 стран признали независимость Эстонии. Это были запоминающиеся дни.

Добавил бы сюда еще один запомнившийся момент. После подписания всех процедурных документов и передачи грамот Ельцин позвал меня на площадь к народу. Он выступал там. Я был вместе с ним. Мы стояли на пьедестале. Народ охранял его щитами. А мы были рядом с ним наготове, на случай начала боев. Но, там, конечно же, стояли поддерживающие его люди. Огромная толпа. Потом еще прогулялись с ним в народ, пообщались с людьми.

– Соединенные Штаты никогда не признавали насильственное включение Эстонии в состав Советского Союза. Я хотела Вас спросить об отношениях Эстонии и США. Есть знаменитая история, когда в Белом Доме на встрече с президентом Джорджем Бушем-старшим первый президент Эстонии Леннарт Мэри испортил маркером антикварный глобус президента, пытаясь привлечь внимание президента Буша к Эстонии...

– Я был тоже тогда на той встрече. Лично видел, как Леннарт Мери тогда сделал пометку на глобусе. Тогда там чуть не произошел конфликт. Глобус был с историей – подарок президенту США... Леннарт Мери был своеобразной личностью. По многим вопросам мне было сложно комментировать какие-либо его действия. Он хоть и был немного экстравагантным, но сделал все от него возможное для восстановления независимости Эстонии.

США – это мировая держава, которая составляет основную часть Северо-Атлантического альянса. Это государство представляет наглядный пример того, как должно развиваться демократическое общество. Это и повлияло на наши отношения с США. После восстановления независимости мы подали заявку на вступление в ЕС, а потом и в НАТО. Это особенно важно теперь, в непростых политических условиях, я имею в виду, прежде всего Крым и нарушения Россией международных норм в связи с Украиной.

– Господин президент, Ваша фамилия переводится как рыцарь. Президент Эстонии Леннарт Мэри говорил, что после 70 лет можно уже не бояться говорить то, про что боялся говорить раньше. Вам уже 87 лет. Сейчас, оглядываясь на то, что произошло за вашу жизнь, за эти более чем 25 лет, когда вы были на самых высоких позициях во главе эстонского государства, что вы считаете своим главным достижением, заслугой как политика, как президента Эстонии, как руководителя эстонского парламента?

– Не знаю, насколько здесь уместно использовать слово «заслуга». Во мне всегда жила и теплилась идея восстановить независимость Эстонии. Это все связано с воспоминаниями. Будучи мальчиком я застал, как после подписания пакта Молотова-Риббентропа в страну въехала советская военная техника. Нескончаемый поток автоколонн прибыл на Сааремаа. Ехали ночью. Я стоял у края дома, где мы жили. Дорога, по которой шла техника, проходила прямо у нашего дома. Я стоял и смотрел, как идет колонна. Эта картина до сих пор стоит перед моими глазами. Я уже тогда понял, что сделаю все возможное, чтобы победила справедливость. Наверное, это и есть то, что можно теперь назвать моим главным достижением. Пускай оно пришло и через десятки лет.

– В Таллинне установлен барельеф первого президента России Бориса Ельцина в память о его вкладе в процесс мирного восстановления независимости Эстонии в 1990-1991 годах. В чем, на Ваш взгляд, состоит основная разница между тремя президентами – Горбачевым, Ельциным и Путиным?

– Видя все более усугубляющееся экономическое и социальное положение СССР, Горбачев попытался, будучи представителем молодого поколения, реформировать общество в рамках перестройки. Но изменить существующие условия не удалось. Стоявшие тогда во главе пирамиды власти СССР люди писали в своих воспоминаниях, что началом конца СССР стало принятие Верховным Советом ЭССР 16 ноября 1988 года Декларации о суверенитете. Согласно этому документу на территории Эстонской ССР могли действовать только одобренные президиумом ЭССР законы. Аналогичные решения были приняты позднее в Латвии, Литве, России и ряде других советских стран. Тогдашнее решение Ельцина стало началом развития сегодняшней Российской Федерации.

Путин попытался форсировать экономическое и социальное развитие России, что оказалось эффективно. Тем не менее он проигнорировал многие аспекты международного права. Например, в связи с аннексией Крыма.

– Вы боялись когда-нибудь Россию? Это большая страна с огромными рычагами влияния – от газа, нефти до военной силы – и маленькая, независимая Эстония...

– Я не стал бы использовать слово «бояться». Действительно, военные возможности Эстонии и России несопоставимы. При этом, я всегда был в курсе геостратегических интересов России в странах Балтии, которые читаются со времен Петра Первого и до сегодняшнего дня. В то же время в 1918 году Эстония сумела создать свое государство. Правда, оно смогло просуществовать лишь пару десятилетий и страну вновь оккупировали еще на полвека. Но мы смогли восстановить независимость и стать членами ООН, ЕС, НАТО и еще целого ряда международных организаций. Я считаю, что сообщество дошло в своем развитии до того уровня, в котором действует международное право и сформированы силы, которые его обеспечивают.

– Если бы Вы сейчас были в руководстве Евросоюза, что бы Вы в первую очередь сделали для того, чтобы попытаться остановить войну в Украине? Какое, на Ваш взгляд, самое слабое место в отношениях Запада и России?

– Я считаю, что ЕС выбрал правильную позицию, когда вводил санкции против России, поскольку последняя нарушила международное право. Я надеюсь, что резкое осуждение со стороны международного сообщества действий России против Украины откроет глаза россиян и их руководителя. Самое слабое место в отношениях ЕС и России – отсутствие доверия к последним. Невозможно нормально общаться со страной, которая вытирает ноги о международные договоры. Хотелось бы здесь напомнить, что когда Украина отказалась от ядерного оружия, то Россия была той страной, которая гарантировала Украине территориальную целостность.

– В одном из недавних интервью Вы сказали, что события в Крыму «были не случайными для российской политики, и при этом геостратегическое расположение Эстонии исторически имеет важное значение для России». Сейчас некоторые политики и аналитики пробуют предсказать, какая из стран может стать следующей после Украины для России. Кто-то называет Молдову, кто-то Беларусь и Казахстан. Как Вы считаете, Эстония может стать следующей? Насколько серьезной вы считаете российскую угрозу?

– Ранее я уже упоминал о своем видении интересов России, которое нашло подтверждение в высказываниях знаменитых российских лидеров. Путин однажды сказал, что распад СССР стал крупнейшей геополитической катастрофой 20 века. Верю, что безопасность Эстонии гарантирует наше членство в ООН, ЕС и НАТО.

– Вы неоднократно призывали Россию денонсировать пакт Молотова-Риббентропа и признать оккупацию стран Балтии. Над коммунизмом состоялся пока что только символический трибунал, его проводили в Литве. Как Вы считаете, у коммунизма когда-нибудь будет свой Нюрнбергский процесс?

– Мы шаг за шагом восстанавливали независимость. 16 ноября 1988 года мы приняли Декларацию о суверенитете, после чего еще десятки законов, чтобы реформировать наше правовое поле и подвести его под демократические основы Европы. Шаг за шагом Эстония двигалась к независимости. Мы проводили также общественные мероприятия, конференции и так далее, в том числе с Латвией и Литвой. Наиболее запоминающейся стала акция «Балтийская цепь», которая объединила более 3 млн человек и протянулась через Таллинн, Ригу до Вильнюса. В Таллинне проходила историческая конференция, в рамках которой обсуждался пакт Молотова-Риббентропа и его подписание. В декабре 1988 года Верховный совет Эстонской ССР принял решение осудить массовые репрессии в Эстонии, которые пришлись на 40-50 годы. В июне 2002 года парламент Эстонии признал оккупационный режим преступлением. А в январе 2006 года Парламентская Ассамблея Совета Европы приняла резолюцию, осуждающую преступления тоталитарных коммунистических режимов.

20 век в Европе запомнится войнами, коммунизмом и фашизмом. Из-за войн и действий некоторых тоталитарных лидеров, которые плюют на международное право, сегодняшний мир находится во взрывоопасном положении. Весь мир должен показать солидарность, чтобы заставить агрессоров подчиняться признанным международным нормам. На этом фоне свой авторитет должна показать ООН.

– На фоне минского переговорного процесса рейтинг Александра Лукашенко в Беларуси растет, улучшается его международный имидж, несмотря на нарушения прав человека. Какая Ваша оценка роли Александра Лукашенко в истории Беларуси? Воспринимаете Вы его как самостоятельную фигуру или как политика, чьи решения, несмотря на самую разную риторику, зависят от Москвы?

– Александр Лукашенко, безусловно, провел первый этап формирования страны и обеспечил впоследствии развитие. К сожалению, он не провел совместную работу на высоком уровне с местными авторитетными демократическими силами. Верю, что если бы это было сделано, то Беларусь сегодня была бы одной из наиболее успешных стран с переходным обществом.

– Господин президент, вам 87 лет, несколько лет назад в Эстонии Вас признали «Другом здоровья» года за вклад в развитие здорового образа жизни. Вы в прекрасной форме для вашего возраста. Насколько активно Вы теперь участвуете в общественно-политической жизни Эстонии? Насколько востребован ваш опыт?

– Я стоял у истоков создания многих общественных организаций, связанных с образованием, защитой природы и другими сферами, и избирался их председателем. Я и сегодня остаюсь в них на правах почетного председателя или почетного члена. Помимо этого я выступаю с докладами и на международных конференциях. Число выступлений бывает достигает тридцати в год. Это дает мне чувство удовлетворения и дарит надежду на то, что мне удалось хоть немного повлиять на положительное развитие.

– Во многих постсоветских республиках нет бывших президентов, были проведены референдумы об увеличении количества сроков президентских полномочий. Что бы Вы посоветовали президентам-долгожителям, которые не хотят, не могут или бояться стать бывшими? Почему хорошо быть бывшим президентом?

– Выборы главы государства (президента) должны проходить на основе Конституции. В Эстонии президента можно выбрать на два срока подряд. Потом президент может участвовать в жизни государства будучи лидером общественного мнения, печатаясь или выступая с докладами на международных или местных форумах. То, что на верхушке пирамиды сменяются поколения, это естественно.

Читайте и смотрите также полную версию интервью в спецпроекте «Россия и я»

Источник