Выкладываю почти что уже обязательный текст о завершившемся Гран-при. Получилось пафосно, в чем-то даже выспренне, но иначе про Рубенса Баррикелло сейчас, пожалуй, и не напишется.

Есть автодромы со звучными названиями. Они как будто созданы для того, чтобы на них регулярно проходили великие гонки, которые потом будут занесены в скрижали «Формулы-1». Монца - одно из таких названий.

До минувшего воскресенья Рубенс Баррикелло выигрывал «Гран-при Италии» дважды, еще за рулем Ferrari. И обе победы вошли в историю. В первом случае главным образом потому, что в 2002-м на подиуме Autodromo Nazionale cобралось сразу три пилота Скудерии (триумф итальянской конюшни своим вторым местом закрепил Михаэль Шумахер) – два действующих и один бывший, Эдди Ирвайн. Что до другой виктории бразильца в Монце, то она запомнилась не сопутствующими обстоятельствами, а тем, как была исполнена. Легко завоевав поул в 2004-м, Рубенс в гонке едва не пал жертвой собственной беспечности. Тогда он единственным из лидирующей группы выкатился на старт на промежуточных шинах, а поскольку трасса стремительно подсыхала, вскоре откатился в середину пелотона. Найти путь к победе можно было только посредством блестящего пилотажа – и вот его-то Баррикелло и явил. Росс Браун, заведовавший пять лет назад не своей командой, а тактикой Ferrari, любит вспоминать, что по плану латиноамериканцу требовалось перед финальным пит-стопом пройти не меньше трех кругов быстрее 1.21,5. Задача выглядела почти невыполнимой, но бразилец не посмел ослушаться и даже чуть было не вышел из 1.21. Хуже от этого, понятное дело, не стало.

Он вообще всегда чувствовал себя вольготно именно на трассах, прославляющих скорость в ее чистом виде. Выступая в паре с Михаэлем Шумахером в Скудерии шесть сезонов кряду, Рубенс существенно проигрывал великому немцу на всех этапах. На всех, кроме четырех. В Австрии, Италии, Германии (до того как Хоккенхайм осенью 2001-го не претерпел ремастеринг имени Германа Тильке) и Великобритании они гонялись почти на равных. На всех этих автодромах средняя скорость в квалификации значительно превышала не то что 200 – все 220 км в час.

Что касается BGP01, то стилистически Монца подходила ей еще больше. Болиды Brawn в текущем чемпионате лучше всех приспособлены к жестким торможениям, а таковых на Autodromo Nazionale не счесть. Помимо этого на стороне коллектива Росса Брауна оказалась и погода – вместо пророчившегося синоптиками дождя в пригороде Милана в выходные было тепло и сухо. А ведь протяженные прямые апеннинского Гран-при и сами по себе способны нагреть резину до температуры кипения.

Скорости, впрочем, на сей раз вышли весьма умеренными – и не только по меркам фантастического рекорда Хуана-Пабло Монтойи (1.19,525). Снижение аэродинамической эффективности, за которое так ратовал Макс Мосли, и мораторий на прогресс двигателей осязаемее всего проявились именно в гонке, где данные компоненты много важнее других.

Болельщикам оставалось утешать себя плотностью результатов, благо она вновь оказалась на уровне – особенно в пятницу. Кто-то из лидеров решил потренироваться в расчете на гонку, кто-то из условных аутсайдеров (безусловных в «Формуле»-1 образца сезона-2009 нет вовсе) слил топливо – и вот вам 13 пилотов, уместившихся в одной секунде.

Не менее полно подобный избирательный подход к тактическому построению Гран-при проявился и в квалификации - та удалась во всех смыслах – и на трассе (на ней Льюис Хэмилтон опередил Адриана Сутила), и за столом. Тем самым, за которым заседают штатные теоретики команд, обсуждая, вымеряя, а зачастую и видоизменяя стратегию на гонку. Удивительный факт: если спроектировать показанные пилотами времена на вес их автомобилей, получится, что абсолютно одинаковые (вплоть до тысячных!) результаты показали сразу шесть представителей трех разных (McLaren, Force India, Brawn) коллективов. Фронтмен четвертого (Ferrari) Кими Райкконен отстал от них совсем на чуть-чуть и при желании мог бы быть запросто включен в этот список.

Вдобавок, именно финн должен был выиграть в воскресенье старт. Среагировав на погасшие красные огни светофора четче и оперативнее, чем стоявший на поуле Хэмилтон, он почти поравнялся с британцем, когда тот резким движением руля влево недвусмысленно дал понять, что не позволит никому проникнуть на свою территорию. Льюис, к слову будет сказано, поступает так отнюдь не впервые. На «Гран-при Канады»-2007, к примеру, он столь же изощренно перекрыл путь в лидеры Фернандо Алонсо, нарочито сместившись в центр трассы и отдав в распоряжение испанца внешнюю траекторию. А по ней в дебютный поворот Монреаля не войдешь. По ней его можно только срезать.

В результате вместо лидерства Кими получил лишь роль преследователя, да и та далась ему непросто – в контактной борьбе с Сутилом. Хэмилтон возглавил пелотон, но радость на капитанском мостике команды Мартина Уитмарша все равно была сдержанной, ибо отсекающий маневр, который предпринял ее премьер, в итоге отчасти навредил ему самому. Сооружая конкурентам прокрустово ложе на входе в Prima Variante, британец не заметил, как в западню ненароком попал и Хейкки Ковалайнен. Финн, которому надлежало безукоризненно исполнить в Монце миссию командного игрока, пропустил на разгоне Баррикелло и собирался отыграться при помощи KERS, но, завидев впереди себя настоящее столпотворение машин, осекся и снял ногу с педали газа.

А зря, ибо совсем рядом был Дженсон Баттон. Англичанин, которому многие в последних Гран-при отказывали в отваге, явил ее в полной мере, когда нырнул в Lesmo изнутри. И оказался за свой риск вознагражден, ибо потерявший чистоту траектории еще в Roggia Ковалайнен в защите был вновь бессилен.

Два опасных Brawn выбрались на четвертую и пятую позицию – и моментально превратились в фаворитов гонки. Безусловно, Льюис отрывался от них, но совсем не в тех промышленных масштабах, кои требуются, если у тебя запланированы две остановки в боксах, а у твоих противников лишь одна.

Внимая каждому наставлению Росса Брауна, Джока Клиа и Эндрю Шовлина, Баттон и Баррикелло планомерно наращивали темп. 1.27 сменили 1.26, те, в свою очередь, трансформировались в 1.25, а незадолго до дозаправки на середине дистанции бразилец даже позволил себе побаловать публику немного забавными цифрами 1.24,999. На тот момент, кстати, это был эталонный круг Гран-при.

Вообще-то тактика большего количества визитов на пит-лейн на Autodromo Nazionale явно предпочтительнее. При прочих равных, разумеется. А они-то в ушедшее воскресенье были не равны. 13-й этап чемпионат мира был словно нарочно придуман для того, чтобы показать: MP4-24 хороша - да BGP01 лучше. Причем если бы не феноменальный – и по затраченным усилиям, и по темпераменту, и по самоотдаче – пилотаж Льюиса Хэмилтона, превосходство подопечных Росса Брауна едва ли бы вышло таким минимальным. Хейкки Ковалайнен, уступивший бразило-британскому тандему в итоговом протоколе целую минуту, не даст соврать.

В этой связи хотелось бы предостеречь тех, кому по горячим следам вздумалось укорить теперь уже сложившего свои полномочия чемпиона мира за его ошибку на финальном круге. Потому как до этого досадного промаха Хэмилтон провел 52 других круга – только уже блистательных. Не будь их, не было бы ни погони за Баттоном, которая, собственно, и спровоцировала Льюиса на секундную потерю концентрации, ни самой гонки. По крайней мере, с тем увлекательным сюжетом, что наличествовал у нее в заключительный день итальянского уик-энда.

От британских щедрот Кими Райкконену отошло третье место, которому финн, конечно, радовался, но как-то уж слишком виновато и совсем не искренне. Прекрасно понимая, что Монца подходит ей куда меньше Спа, Скудерия рекрутировала на домашний этап целую бригаду знаменитостей – от наблюдавшего за ходом Гран-при в привычном сером берете Жана Алези до Фабио Капелло, пришедшего в боксы Ferrari в компании маленького внука.

Их присутствие определенно принесло дружине Стефано Доменикали удачу, но только для первого пилота. Второпях призванный помогать Райкконену Джанкарло Физикелла выступил, естественно, гораздо увереннее незадачливого Бадоера, но лишь потому, что выступить хуже Луки профессиональному гонщику вообще-то очень сложно.

Возвращаясь к победившему Баррикелло, который за триста с лишним километров так и не дал Баттону возможности предметно задуматься об атаке, то он был совершенно упоен своим успехом. И на радостях даже добавил, что уже видит себя в конце изнурительного сезона обладателем чемпионской короны. Верится в это, однако же, с трудом. И вот почему. Начиная с конца 80-х, никому из пилотов не удавалось опередить своего партнера по команде в споре за титул в финишном створе. И возле него – тоже. Ни Айртон Сенна по отношению к Алену Просту, ни Жак Вильнев применительно к Деймону Хиллу, ни Фернандо Алонсо, сошедшийся с Льюисом Хэмилтоном в клинче два года назад, не смогли этого сделать. Пары Найджел Мэнселл – Риккардо Патрезе и Михаэль Шумахер – Баррикелло я не упоминаю сознательно. Там-то как раз борьбы не могло возникнуть по определению. Но если Рубенсу все же удастся осуществить свою мечту, это будет означать только одно: у нас появится достойный чемпион.
http://www.eurosport.ru/formula-1/italian-gp/2009/story_sto2063459.shtml