Скандальный и эпатажный стилист Сергей Зверев откровенно рассказал о себе, своём детстве и родителях.

Воспоминания о детстве, о семье

Я из-за Байкала. Недалеко от Иркутска. Город Култук. Когда говорю о Култуке, сразу вспоминаю ясли. Мне было 4 года, мы идем в лес за ягодами. Перебрались через железнодорожные рельсы и оказались в лесу. А там земляники… И вот помню какая-то опушка, где мы собираем ягоды и поем: "Солнышко во дворе, а в саду тропинка, сладкая ты моя, ягодка малинка". И потом либо папа, либо мама меня забирали домой. Домой я приходил такой уставший, но счастливый с букетиком ягод! У меня было такое счастливое детство, какое-то ягодное. Я, кстати, спрашивал своего сына Сережку про эту песню. Оказывается, они ее тоже пели в яслях и саду…Интересно!

Вообще о семье я практически никому ничего не рассказывал, не называл дат… Я не люблю про это... Момент рождения, женитьбы, рождения ребенка, разные поля, разные взгляды... Я очень суеверный. Зная эти числа, эти вещи, можно положительно или отрицательно влиять на человека. Поэтому я по возможности отхожу в сторону. У меня есть для этого основания.
К сожалению, мое детство было короткое. Меня рано отдали в школу, рано "бросили" в модельный бизнес. Будучи еще совсем юным, я получил образование по трем специальностям: парикмахерское искусство, декоративная косметика и дизайнер по одежде, и начал работать.

С моей мамой я всегда вместе. Она у меня сибирская девушка. Блондинка, светлые глаза, голубовато-зеленые. Сколько я помню, она всегда была женщина со вкусом, стройная, подтянутая, эффектная, яркая. Сама она из Детского дома, поэтому к большинству вещей очень строго относится. Мама считает, что все должно быть правильно, во время. Это она передала и мне, и именно эта дисциплина и помогла мне в жизни быть достаточно собранным. Вся активность, энергия у меня от мамы. Я удивляюсь тому, как она стойко переносит болезни, недуги. Ведь многие женщины, у которых чуть заболит голова, тут же рассказывают об этом "на всю страну". А мама "до последнего" будет ходить с температурой и никто об этом не узнает, пока она не сделает все как надо, поэтому и в доме всегда прядок. Если надо убираться до четырех утра, значит, она будет делать все до четырех утра. Ее сила воли, поддержка очень помогают мне. Говорят, что не только характером, но и внешне я похож на маму. А если сын похож на мать, значит счастливый!
Мой отец рано умер - трагическая смерть.

Мне было 4 года. Папа меня одел, обул и вывел на улицу. Были заморозки. И вот я вижу лужу, покрытую льдом. Папа меня в валенках поставил на этот лед и…я приклеился валенками ко льду! Я не знаю, сколько времени стоял там и кричал. Я даже не мог развернуться в этих примерзших к луже валенках. Потом папа меня взял под мышки, а валенки остались на льду! Папа очень смеялся. Вот таким я его очень хорошо запомнил. Еще у меня всплывает в памяти баня, в которую папа возил меня мыться, даже не знаю, почему я помню эту баню!? Или наши поездки в деревню к бабушке…Вот такие у меня воспоминания об отце. Очень теплые, светлые. Он меня очень любил. Вообще, мне кажется, что это он по жизни меня ведет и защищает до сих пор.
О брате я упоминаю очень редко, да и редко кто спрашивает… В детстве мы с ним не были особенно дружны. Он старше меня на два года и так получалось, что когда я рос в семье, он рос у бабушки. И наоборот. Мы с ним мало пересекались, я даже не могу сказать, что у меня явно была к нему любовь как к брату. Нет, такого не было. Я эту любовь почувствовал, к сожалению, когда его потерял. И я понимаю, что с одной стороны, он ничего не успел в этой жизни, ничего. А с другой стороны, успел много. Это двое детей - девочка и мальчик. Брат был светленький. Очень здоровый, спортивный, физически развитый человек, приспособленный к суровым климатическим условиям Сибири, то чего я не могу сказать о себе. Когда его не стало, я заметил эту потерю, как никакую другую, потому что мне казалось, что я ему что-то не додал. Какое-то тепло что ли… Вы видели мою подпись? "Зверев", а затем в конце фамилии стоит буква "А". Брата звали Александр. В принципе я - Анатольевич, и я считаю, что они (брат и отец) вместе со мной присутствуют в конце этой подписи. Как незримо они присутствуют и в моей деятельности.

Кстати, несколько моделей мужских причесок я назвал Саша - это по имени брата. Когда я делаю мужские коллекции, я всегда мысленно обращаюсь к моему папе и брату, и много образов было раскрыто именно благодаря им.
И, наверное, меня жизнь заставила работать за двоих. Может даже за троих, потому что меня все время что-то подталкивало. Что я у матери - один, и надеяться уже не на кого. Мне надо было делать какой-то рывок, менять что-то в жизни, и не дай Бог не раскиснуть. Ведь творческие люди могут запить, увлечься наркотиками. Но я делал все возможное, чтобы идти вперед, расти.
Долгое время я скрывал существование своего сына. Чтобы пресса не замучила. Да и к чему. А про мою семью и жену - это не тайна. Просто все боялись прямо спросить. А сам я и не рассказывал. Я рано женился по любви, и это было все так серьезно. Почти как стать членом партии. Но потом что-то не сложилось. Семья и моя работа оказались совершенно несовместимой. Мы стали отдаляться друг от друга. Стали появляться "левые" знакомства, взаимные измены, какие-то следы губной помады на воротниках, женские духи. Многие и не знали, что я женат. Звонили, а к телефону подходила бабушка и слышала: "Пусик! Это я!"… Стало невыносимо, хотя в то время дороже человека, чем моя жена не было, и через несколько лет я развелся.

Мой сын Сережа - это самый любимый человек и самый преданный друг. У нас с ним есть день недели, когда мы вдвоем идем гулять или наедаемся в кафе сладостей. Он такой сладкоежка, весь в меня! Хотя иногда берет и при всех меня "закладывает": мы приходим куда-нибудь с Сережей, и все думают, что это мой брат. И вдруг Сережа при всех говорит "Папа!". Еще он любит наблюдать, как я куда-нибудь одеваюсь. Например, на какое-нибудь шоу…

О своей жизни и творчестве

Наконец-то я могу себе позволить жить по-человечески, выехать за город и гулять. Гулять. Дышать свежим воздухом. Потом хорошо выспаться, или провести часов пять-шесть в ванной. Ведь я человек моды. И прежде чем что-то предлагать зрителю, должен выглядеть на это. Да, я люблю полежать в ванной йогуртовой, хвойной или персиковой, лимонной, ягодной. Я знаю, что любит мое тело. Я могу смешать несколько бальзамов для волос, втереть их в голову, обмотаться пакетом и лежать так всю ночь. Я люблю все, что помогает мне выглядеть хорошо. Если ты здоров, значит ты сексуален, и у тебя хорошее настроение.

Я очень люблю свою профессию, как своего ребенка. В каком бы ты ни был настроении, ту музыку, которую ты любишь, будешь слушать и в плохом настроении. Дело не в здоровье, и не во времени года, а в любви к своему делу, в том, что ты послан на землю Богом, служить красоте

Если кто-то хочет идти в эту профессию, нужно объективно решить, как ты хочешь войти в историю. Зачем ты выбрал эту профессию. Для многих финал моего творческого пути мог уже быть давно… . Но я, несмотря ни на что, продолжаю работать. Я еще полон сил на много лет. Поэтому я имею право сказать правду о профессии. Это не такая легкая и ярко красочная жизнь. За всей внешней красотой скрывается адский труд. Огромная колоссальная работа. Моя профессия одна из самых сложных и тяжелых, я даже не завидую этим ребятам и девушкам, которые хотят войти в этот мир парикмахерского искусства, модельного бизнеса, декоративной косметики. Готовьтесь к сложной жизни и в профессиональном, и в личном плане! Однако помните: на семью, на детей надо находить время. Все-таки работа работой, а семья - это костяк, стена, база!

Вообще, у меня несколько другая ситуация, чем у остальных стилистов. Бог дал мне быть всегда признанным, отмеченным. Я человек, которому Бог дал все. Если бы я заполнял анкету, то, наверное, во всех пунктах отметил бы "есть все". Такие люди считанные, таких не может быть целое поколение. И тем не менее я постоянно учусь, работаю над новыми проектами. Нет предела совершенству! Я по знаку зодиака Рак, но, глядя на мое творчество, этого не скажешь. На самом же деле, я просто делаю все возможное, чтобы постоянно идти вперед, а не пятиться, как мой знак, назад.

Самое большее, из-за чего я сделал себе имя, не люди, за которых я зацепился, а руки, которые у меня есть. Таких рук нет ни у кого. Останься я сейчас на улице без ничего, сгори у меня это, это, это, исчезни это, я останусь. Если у меня останутся мои руки, я сделаю все то же самое, и даже лучше.
Я - типичный Рак. Если бы не мой спортивный характер, который я выработал с годами... Переезды на меня влияют очень плохо. Любая страна мира, как бы хорошо ни принимали... Дом - это дом. Я очень много езжу с показами коллекций, устраиваю в разных городах мастер- классы, fashion show…

Очень хорошие впечатления у меня остались от Польши. Был смешной момент, когда мы летели в самолете и местные организаторы мне все время говорили, что Польша- это же не Сочи, где зал встает, аплодирует и скандирует, просят номера на бис. Все-таки в Польше мастера многое видели, знают и вообще всех принимают очень "холодно". Вы готовьтесь, что все будет очень скромно. Я расстроился ужасно. Подумал, что буду бороться, делать все, что возможно… Началось мое шоу. Вышли модели, рассыпали лепестки роз. Я улыбаюсь, идет фонограмма, сделал три мужские прически и …вдруг я вижу, что как-то неудобно сидят зрители, очень высоко. А когда присмотрелся…боже мой... Зрители не сидят, весь зал стоит. Настолько они были в восторге от моей техники! На следующий день пресса писала, что шоу Сергея Зверева можно было сравнить разве что с шоу Дэвида Копперфильда, писали, что Польша "стояла на коленях" у Маэстро, что Польша преклоняется перед талантом русского дизайнера Сергея Зверева, в дипломах были надписи: "Легенде парикмахерского искусства, Чемпиону мира, культовой фигуре мира моды и красоты - огромное спасибо, поклоны от польских коллег".