Приближается юбилей самого изящного и необычного поэта и певца России - Александра Вертинского. 19 марта (по другим датировкам 21) 2009 года ему исполнилось бы 120 лет . Поэтому немного "помучаю" в эти дни моих читателей рассказами о Вертинском, его песнями и стихами. Вертинский прожил очень яркую жизнь и многие годы его счастье составляла его жена Вертинская (Циргвава) Лидия Владимировна.

Она родилась 14 апреля 1923 г. в Париже. Совсем юной девушкой, которой едва исполнилось восемнадцать лет,  встретила Вертинского и вышла  по любви за него замуж.  Он был старше её на 34 года. Вертинский называл её "белой птицей Спасения", своей "иконой". В течение пятнадцати счастливых супружеских лет Вертинский писал жене бесчисленные письма из "гастрольных ссылок", полные любви, нежности и заботы о дочерях.  Она же всю свою жизнь  посвятила мужу и семье. Лидия Владимировна выпустила книгу "Синяя птица любви" с воспоминаниями о прожитых с Вертинским годах.

"Однажды в пасхальный вечер в нашей небольшой компании возникло предложение послушать Вертинского. До этого я знала Вертинского только по пластинкам и была его поклонницей, но никогда лично с ним не встречалась.
"Так он же сегодня выступает в "Ренессансе", - вспомнила моя приятельница Галя. - Давайте поедем его слушать!" И мы приехали в кабаре "Ренессанс".  Полутемный зал в сигаретном дыму. Небольшое возвышение для джаза. На сцену выходит пианист, и рядом возникает человек в элегантном черном смокинге. Вертинский! Какой он высокий! Лицо немолодое. Волосы гладко зачесаны. Профиль римского патриция! Он мгновенно окинул взглядом притихший зал и запел.
На меня его выступление произвело огромное впечатление. Его тонкие, изумительные и выразительно пластичные руки, его манера кланяться - всегда чуть небрежно, чуть свысока. Слова его песен, где каждые слово и фраза, произнесенные им, звучали так красиво и изысканно. Я еще никогда не слышала, чтобы столь красиво звучала русская речь, а слова поражали своей богатой интонацией. Я была очарована и захвачена в сладкий плен. Но в этот миг я не испытывала к нему ничего, кроме... жалости. Да, да, жалости! Другого слова не подберу. Я была юна, неопытна, совсем не знала жизни, но мне захотелось защитить его. Слова этой песни поразили и больно ранили меня.
И всю свою неразбуженную нежность и любовь я готова была отдать ему. Готова отдать - с радостью. Потому что никого прекраснее его нет. И никогда в моей жизни не будет. Я это знала, сидя в прокуренном зале "Ренессанса". Так же точно, как и семнадцать лет спустя, в тот мартовский день, когда в Доме эстрады стояла с нашими девочками у его гроба...
По счастливой случайности за нашим столиком сидели знакомые Вертинского. Он подошел к ним. Обмен приветствиями. Нас познакомили. Я сказала: "Садитесь, Александр Николаевич". Он сел, и как потом не раз говорил: "Сел - и навсегда". Влечение было обоюдным..."

Лидия Вертинская "Синяя птица любви"