Мне так хотелось достучаться до тебя. Я понимала причину каждого твоего поступка, каждого слова. Я хотела помочь. Ты был так одинок. Тебя предали, но ты не разучился доверять людям. Просто озлобился на мир. Стал жестоким, почти бесчеловечным. Смешивал людей с грязью, а они восхищались твоей силой, шли за тобой. Ты называл их ничтожествами, а они пропускали эти слова мимо ушей. Они восхищались тобой, поэтому прощали всё.
Но только меня ты никогда не смел оскорбить. Я не знаю, как объяснить то, как ты вёл себя, впервые увидев меня. Я лежала полумёртвая на больничной койке, вся в бинтах, с кислородной маской на лице, еле дышала.
Дверь в палату была приоткрыта. Ты просто проходил мимо и поймал мой взгляд. Это не был взгляд умирающего человека, жалеющего себя, дрожащего от страха в ожидании. Наоборот, несмотря ни на что, я всегда смотрела с твёрдой уверенностью. В моих глазах горела жизнь, ярость, гордость. Да, я была разбита, но лишь физически, не морально. В моих глазах ты увидел силу.
Обычно, видя таких как я, ты смеялся, говорил, что они выглядят жалко, что не достойны твоего внимания. Слабаки! Ты мог уничтожить их ещё больше одним своим взглядом. Но сделать этого со мной ты не сумел. Просто потому что в моих глазах увидел отражение себя. Увидел тот же гнев, ту же боль.
Тогда ты вошёл в мою палату, закрыл дверь и просто стоял, не проронив ни слова. Мы молча смотрели друг другу в глаза. Алые лучи заходящего солнца придавали помещению скорее драматичности, нежели романтики, как это обычно бывает. Из-за этого света твои глаза казались красными.
Я всё думала, как долго ты ещё собираешься вот так простоять. Злилась, хотелось накричать. Но я даже говорить не могла. По сути, мне и не было интересно, кто ты такой. В тот момент мне были все безразличны. Я думала только о себе. Я была рада, что не погибла в аварии. Несмотря на все полученные травмы, я знала, что выживу. Не надеялась, не плакала, потому что знала.
Родные приходили и лили слёзы, глядя на меня, постоянно повторяли, как им меня жаль, всё старались для меня сделать. Я чувствовала себя ужасно из-за этого, потому что понимала – они переживают, хотят помочь, а меня всё это только злило. Мне ничего не было нужно. В такие моменты хотелось закрыть глаза и погрузиться в долгий, глубокий сон. Хорошо, что я не могла говорить. Хотя, наверное, смогла бы, если бы захотела. Через силу, превозмогая боль, я бы смогла. Но я не хотела. Даже не смотрела на них. Мне хотелось побыть одной, подумать. И только ты это понял. Мне нужен был кто-то как ты. Мне нужна была безмолвная поддержка. И уж точно я не хотела, чтобы меня жалели.
Я не чувствовала печали, страха. Только боль, разливающаяся по всему телу. Но она не доставляла дискомфорта. Она была частью меня. Я была даже рада тому, что чувствовала её, растворялась в ней. Это доставляло некое извращённое удовольствие.
Из моей палаты ты ушёл так же молча. Я и не думала, что когда-нибудь увижу тебя снова. Но ты пришёл на следующий же день. Я могла только непонимающе смотреть на тебя. Ты видел вопрос в моих глазах, но не отвечал, просто садился рядом на стул и долго не уходил. Слова были лишними. Ответ я читала в твоих глазах. Всегда. Ты вообще редко отвечал на вопросы.
Я стала идти на поправку, а ты всё так же приходил, всё так же молчал, постепенно пробуждая во мне интерес. Стоило мне только посмотреть в твои глаза и я уже многое могла сказать о тебе. Я понимала, почему люди идут за тобой, клянутся в верности. Ты – лидер. Ты сильный, ты способен подчинить. Но ты не пользуешься людским доверием. Ты просто идёшь своей дорогой, позволяя сильнейшим следовать за тобой.
Для тебя я была сильнейшей. Однажды, увидев искорку в моих глазах, ты уже не смог просто уйти и забыть. Я тоже была способна подчинить.
Позже, я уже могла ходить, хоть и с трудом, нормально говорить. На тебя постоянно огрызалась, но в этом не было злобы. Казалось, мы знакомы с детства. С тобой было так хорошо и спокойно. Ты тоже хотел помочь мне. Хотел защитить. Это я видела в твоих глазах.
А ещё в твоих глазах я видела боль и страдание. Порой ты и глядя на меня страдал. Для тебя было непривычно нуждаться в ком-то. Ты не понимал, что тебя заставляет приходить и сидеть в тишине, со мной. Ты ведь одиночка, ты сам по себе.
Но ты забыл, что ты тоже человек. Живой человек, которому не чужды такие чувства как любовь, тоска и боль. Нельзя быть вечно одному. От одиночества душа рвётся на части.
И вот ты встретил того, кто может тебя понять. Того, кому не нужно объяснять. Даже тебе нужна защита, нужно место, где ты сможешь уйти от всего мира. Нужен человек, которому ты сможешь открыть измученную душу, кровоточащие раны, показать себя настоящего. Со мной ты не просто делился своими страданиями. Я могла облегчить их.
Ты никогда не спрашивал, останусь ли я с тобой, просто обмолвился как-то, что если я не захочу этого, ты насильно прикуёшь меня к себе наручниками. А я и не думала уходить. Мы уже не могли друг без друга.
Ты не был идеальным, ты даже не был хорошим человеком. Ты совершал ошибки. Тебя вряд ли можно было назвать благородным, готовым пожертвовать всем ради других. Но ты и не был ужасным. Балансировал где-то на грани. Я не была твоей полной противоположностью, но однозначно находилась на ступень выше. Ближе к добру, что ли?
Мы отлично дополняли друг друга. Я не давала тебе упасть, ты не давал мне сломаться.
Казалось, друг без друга наши жизни были бессмысленны. Мы были одним целым и не могли существовать порознь. У нас было одно сердце на двоих. Это ощущалось почти физически.
Вместе нам никогда не было скучно. Взять хотя бы ссоры. Да, они были. Но они были, скорее, чем-то важным, без них наша жизнь была бы уже не той. Они были похожи на опасные фейерверки: вспыхивали резко, длились не долго, но горели ярко, охватывая своим сиянием всё вокруг, потом так же мгновенно гасли.
Мы никогда не расстанемся. Города будут рушиться и возводиться заново, а мы всегда будем вместе. Мы знали это тогда, заем и сейчас.
Наверное, мы действительно одно целое, раз спустя столько лет, когда уже не принадлежим миру, в котором когда-то жили людьми, мы забыли и уже не можем вспомнить, как дышать друг без друга.
