В колонках играет - Я хочу быть с тобой, Наут
Настроение сейчас - хм... одним словом этого не сказать...

Винограда и вишни тяжелый букет –

Кто ты, что ты, давно я не знаю.

Только голос из памяти прошлых лет

Тихо шепчет –  изгнанники рая.

 

Бедная девочка… Он никогда ее не мог разгадать. Он только знал, что она покончила жизнь самоубийством. Сгорела заживо.

Ему почему-то кажется, что она сгорела красиво. Он почти видел, как ее длинные темные волосы вспыхивают огненным плащом.

Как изящные пальцы последний раз перебирают воздух.

Как от нее остается лишь горстка пепла.

Он помнил ее при жизни. Они были соседями. Ему было 25 лет, а ей 23. Она была красивой. Огромные золотистые глаза и темно-шоколадные волосы. И она была сумасшедшей. Он часто видел, как она часами сидела на крыше этой 10-этажки.

Она никогда не разговаривала ни с кем.

Девушка редко включала электрический свет в квартире. В основном она зажигала свечи. Он однажды зашел к ней вечером – ее однокомнатная квартира была заставлена восковыми свечами. Было… Душно. И… Давяще…Страшно.

Она сидела, по-турецки скрестив ноги, в центре комнаты и медленно раскачивалась из стороны в сторону. Длинные волосы шалью окутывали ее плечи. Его взору были представлены только… белки глаз. Жуткое зрелище.

Подошел к ней. Взял за руки. И… Увидел то, что видела она. Блик чужой жизни. Или блик памяти? Отблеск мыслей.

 

Я медленно смотрел, как по рукам стекает кровь.  Сладкими потоками. Горькими потоками. Солеными потоками. Слезы смешиваются с ней.

 

Я теперь никогда не встречу тебя в толпе. Ты носишь теперь другое имя и ходишь по другим дорогам.

Я хочу быть с тобой. Я хочу быть с тобой…

Я уйду за тобой в смерть.

 

Молодой светловолосый парень сидел в пустой комнате, у стены, обхватив колени руками. Медленно раскачивался из стороны в сторону. И что-то кричал в темноту.

 

Зрелище было жутковатым, на его взгляд.

 

Таких картин было множество.

Когда они очнулись – рассветало.

- Зачем ты это делаешь? – он решился задать вопрос.

- Затем, чтобы увидеть причины и следствия, чтобы прочувствовать полностью… Все.

- Но ты же таким образом не живешь своей жизнью.

- А что моя жизнь?? – она казалась удивленной.

- Ну как, мы же живем… Для того чтобы… Как-то проживать свой путь. – он понимал, что несет чушь. Только поделать с этим ничего не мог.

- А в чем смысл нашей жизни?

- Не знаю…

- Вот видишь?

 

Она потеряла себя. Среди страниц чужих образов и снов. Среди страниц чужих жизней.

Она сгорела заживо в один ясный осенний день. Она сошла с ума. Прекрасной девушки больше не существовало.

Он стоял на крыше своей многоэтажки и смотрел на золотые листья. Они до боли напоминали ее глаза.

Ночное небо. Огоньки проносящихся мимо машин.

Ярко и красиво.

 

Он никогда никого не любил.

И никого никогда не полюбит. Кроме этого неба и этой яркой, багряной и терпкой осени.