Дневники Анны-Вильгельмины Аллендорф |
В свое время мы опубликовали дневник Киры Аллендорф и дневник Марины Аллендорф. Это эксклюзивная публикация, поскольку дневник достался автору этого поста в рукописном варианте. На сей раз публикую дневник Анны Аллендорф, который она начала вести в 1900 году, когда ей было 14 лет.
Дневники девочки Анны Аллендорф (1886 г.р.), учащейся Нижегородского Мариинского Института благородных девиц. Часть дневников утеряна, некоторые страницы вырваны.
Первые тетради датируются 1900 годом, а заканчиваются примерно 1918.
2-я неделя великого поста.
27 февраля 1900 г. Воскресенье.
Сегодня женино рожденье и последний день гулянья, завтра опять в институт. Мне туда и хочется и нет, сама не знаю как. Утром принесли от Кемарского* 2 торта: один миндальный, который заказала мама, а другой в виде калача, вероятно от Карповых. Еще. Пока Женя не встал, мы с Леной пошли гулять; погода, по-моему, сегодня очень хорошая. Мы никого не встретили. К часу пришли Ермоловы и Миша Архангельский и принесли конфект и пресс-папье в виде собаки. Мне сначала было как-то скучно и по очень глупой причине: не с того, не с сего, мне вдруг показалось, что на меня, даже мама, совсем не обращает внимания сегодня. И мне стало грустно, но потом всё это прошло. В сумерки мы сидели все вместе в нашей комнате и болтали. Наконец. Зажгли лампу, но только мы уселись читать, как звонок. Это был Серёжа Карпов**, который днём приехать не мог, потому что они все уехали на дачу. Он привёз из своей оранжереи букет цветов для Жени. После чая он уехал.
Я призналась, что ещё не учила немецкого к понедельнику и зря сказала маме, но мама. Конечно не рассердилась. Я много думала о Шнакенбурге.
*Кемарским принадлежало несколько домов в самом центре Нижнего Новгорода. В1840 году кондитер Кемарский открыл свою кофейню
**Скорее всего, из семьи купцов 2-й гильдии Карповых
|
Воспоминания детства. Продолжение. |
Эти лица и имена снова проплывают передо мной, сотканные из одной и той же материи — из материи прошлого. Я пишу эти строки ради этих лиц и имён, чтобы они прозвучали, ожили на миг, чтобы о них узнали.
|
Воспоминания детства |
Узнала про эту рубрику - "живая память народа", брошу и я свои 5 копеек в общую корзину. Правда, это наверное очень личное, память всегда очень личная штука. Пост этот я написала несколько лет назад, но сейчас подумала, что может быть это тоже кусочек нашей общей памяти...
Воспоминания могут обрушиться на человека как водопад. Не обязательно, как Ниагарский водопад, но вода, уж если прорвётся – будет течь и течь, пока человек не перейдёт в другое место. Мой водопад появился после того, как кошка спрыгнула со шкафа. Я сказала: я её понимаю, я тоже в детстве, когда мне было 5-6 лет – прыгала со шкафа на диван, и потом прыгала на пружинах дивана с огромным восторгом, пока бабушка на кухне или в магазине.
|
Фото из личного архива 4 |
Воспоминания моего двоюродного деда Сергея Ивановича Марушкина (фрагмент).
Фото начала 1940-х годов. Моя бабуля, средняя сестра Сергея Ивановича, Вера Ивановна Марушкина (Самойлова) на карточке справа.
Вера в 1944 году вышла замуж за Самойлова Ивана Семеновича, который работал вместе с ней на заводе. Жили они в бараке, в угловой комнате 12 квадратных метров. Была карточная система, жили скудно, бедно.
|
Из личного архива 3 |
Воспоминания моего двоюродного деда Сергея Ивановича Марушкина (фрагмент). К этой части воспоминаний карточек в моем архиве нет...
|
Из личного архива 2 |
Воспоминания моего двоюродного деда Сергея Ивановича Марушкина (фрагмент). К этой части воспоминаний карточек в моем архиве нет...
Я упал вниз лицом на поле, изрытое гусеницами.
Так я лежал неподвижно и думал обмануть врагов. Положив свою раненую руку на голову, я хотел кровью обагрить волосы, а они у меня были густые и белые, и создать вид убитого. Вскоре я услышал чужую речь, немцы подошли. Я думал, что вот сейчас они выстрелят в голову. Сначала один из них что-то крикнул, щелкнув затвором. Но я не двигался. Ждал смерти. Но потом я понял, что подошел еще немец. Они что-то проговорили, и я почувствовал, что они встряхнули меня за плечо и за ремень подняли. В этот момент я открыл глаза и увидел: передо мной, держа автоматы наперевес, направленными на меня, стояли немцы.
|
Из личного архива |
Воспоминания моего двоюродного деда Сергея Ивановича Марушкина (фрагмент). К этой части воспоминаний у нас в семейном архиве карточек нет...
|
Фото из личного архива |
Есть у меня драгоценная рукопись. Её написал родной брат моей бабули, дядя Серёжа, Сергей Иванович Марушкин.
Сегодня у Сергея Ивановича день рождения, ему 87. Ниже я поместила его фотографию. Это снимок года 1980-го... Когда я позвонила ему поздравить, голос был на радость бодр. Я передала ему не только свою лично любовь и уважение, но и добрые слова от вас. Он был очень тронут, обрадован и удивлен, откуда столько народу знает о нем. А когда я сказала, что опубликовала в интернете отрывки из его дневника, усмехнулся: "Хм... Это я что ж теперь, писатель?!".
|
Как я стал чернобыльцем |
Современный мир чуть ли не ежечасно привносит в нашу лексику новые слова и термины. Примеров - масса, даже не хочу и время тратить. Но есть один, к которому я имею непосредственное отношение. Это слово "чернобылец". Означает оно человека, который либо участвовал в ликвидации аварии на Чернобыльской АС, либо выселенный оттуда, с 30-км зоны, как пострадавший...
Прозвенел звонок, и я так же как и учащиеся, с которыми проводил занятия, вышел в коридор. Ко мне тут же подошли два парня (наверное, им уже кто-то подсказал, что меня можно найти именно здесь).
- Вячеслав Викторович? - подстраховался один вопросом, уточняющим личность.
- Ну, да... А что случилось? - в голове промелькнули всякие мысли, обычно, в таких случаях, нехорошего содержания.
- Да ничего, не переживайте, просто распишитесь вот здесь, - протянул один из них раскрытую тетрадку и предлагая сразу и ручку.
- За что, собственно, расписаться, - пытался я освоить ситуацию.
- Да вот... - один из них придерживал большим пальцем руки белый листочек, лежащий на развороте тетради. "... предлагаю срочно явиться на собеседование к райвоенкому Киевского районного комиссариата г. Харькова на собеседование" - выхватил я глазами основной смысл написанного типографским способом текста.
- Ага, - ну это другое дело, - переподготовка - сразу пришел я в чувство, - "партизанить". Так бы вы, ребята, и сказали, - а то - распишись, не глядя, - может, здесь мне смертный приговор, - а я буду за это расписываться, - пытался я отпустить самодельную шутку.
|
Длинный-длинный день... |
|
Фотографии Киры Аллендорф и ее семьи |
Кира и Шура
|
Дневник Марины Аллендорф (окончание) |
|
Дневник Марины Аллендорф (сестры Киры) |
Первая тетрадь Киры в шести частях:
|
Дневник Киры Аллендорф. Вторая тетрадь. Часть шестая. |
25 марта пятница вечер 1922 года
Я и не хотела сейчас писать, но начала пересматривать свой дневник и с удовольствием его читала, так, что жаль стало, что я бросила его писать и поэтому решила продолжить.
Папа приехал из последней командировки, слава Богу, здоровый и весёлый; привёз к Пасхе творога, яиц, так, что в этом году у нас пасхальный стол будет хоть куда!
Именины свои мама никак не рассчитывала провести с папой, а оказалось иначе. Но, мама свои именины не праздновала. Шурино рождение тоже прошло обыкновенно, только была бабушка Маша.
Бабушка Маша, благодаря папе, поступила на службу на Алекс. Ж. д. (на службу поступить теперь очень трудно). Бабушке у тёти Юли живётся хорошо.
Тётя Лёля устроилась хорошо, её супруг Борис Витальевич зарабатывает массу денег, тётя Лёля тоже служит в каком-то кабаре, но, как вообще в артистическом мире бывает, они сегодня бросают миллионы, а завтра есть нечего.
|
Дневник Киры Аллендорф. Вторая тетрадь. Часть пятая. |
18 февраля 1921 года. Четверг – 7 часов вечера.
Нас очень уплотнили: в гостиной живёт семья Петровых из 5 душ, в кабинете Савушкины (они живут у нас уже второй год, я, кажется, писала), в комнате при кухне два мужика и одна баба, а в папиной комнате девка. Все они, конечно, самые простые рабочие. Папину комнату недавно заселили: папа очень её отстаивал, т. к. она как раз посреди нашей квартиры; те все комнаты как бы отдельно стоят, ничего не слышно, что там делается, а эта как раз выходит в наш коридор. К ней часто приходят гости и это нам очень мешает. Папа теперь спит в Шуриной комнате: мы её очень хорошо убрали и украсили. Шура спит в столовой, а я с мамой, Игорем и Мариной в детской. Прежняя наша столовая закрыта, т. к. нет дров её топить.
Мама много работает, папа тоже устаёт.
Учимся мы в Арсеньевской гимназии, учение идёт неважно, но немного лучше, чем в прошлый год. Музыке Шура учится у Евгении Александровны, а я поступила в музыкальную школу и беру уроки у проф. Ренчицкого (?). Я хожу к нему каждое воскресенье на дом заниматься.
Теперь я приблизительно описала, как мы сейчас живём!
В это тяжёлое время много, много близких умирает; за это время умерла бабушка Марья Акимовна и дядя Эря. Как то не верится, что бы дядя, милый дядя умер! М. А. умерла от простуды, а дядя от рака в желудке.
|
Дневник Киры Аллендорф. Вторая тетрадь. Часть четвёртая. |
Часть 4
23 августа 1920 года (ст. ст.) Воскресенье. 11 часов утра.
Я сижу сейчас на большой террасе. День чудный. Около меня тут же, на террасе играют Игорь (уже шестилетний мальчик) и Марина. Перед террасой большой круг с огромной берёзой посередине. Прямо от террасы, с круга идёт дорожка в большой берёзовый сад. Сад этот простирается на значительное расстояние до оврага, и только за оврагом кончается. Слева от террасы луг…
|
Дневник Киры Аллендорф. Вторая тетрадь. Часть третья. |
20 июня.
Я целый месяц не писала дневник, т. к. мне очень некогда: няня ушла 20 мая, и всю неделю мы были без няни и возились с детьми.
Кажется, 26 мая пришла новая бонна. Но т. к. бонна ещё молода и неопытна, то нам приходится помогать ей. Эту бонну зовут Татьяна и она страшная лгунья.
Мы хотели поехать с папой в Оршу 7-го июня, но не поехали, т. к. думали, что будет забастовка. Мы поехали в Оршу 13 июня. Как там было весело!!!
В Оршу мы поехали 13-го в 7 часов вечера, а приехали в Москву 16-го в 11 часов утра. Очень приятно только пятерым (папа взял с собой комиссара) занимать целый вагон. В Смоленске мы с проводниками ходили на базар. Мы там купили молоко, 2 десятка яиц по 5 р. 50 коп. десяток, и хлеб по 5 р. 50 коп. фунт. Теперь в Москве, кажется, 1 пуд пшеничной муки стоит 440 рублей. Хлеб по карточкам не дают, а дают рис или горох, а сегодня ничего не дали.
Завтра к нам в первый раз придёт учительница музыки – знакомая тёти Тани, Евгения Александровна.
|
Дневник Киры Аллендорф. Вторая тетрадь. Часть вторая. |
16 апреля – 3 ½ часа дня – понедельник.
На лето нас распустили в пятницу, т. е. 13 апреля. После Пасхи Шура в гимназию не будет ходить, а я всё-таки буду, но не для учения: наверное, нам будут читать, мы будем ходить на экскурсии и т. д. Я очень рада, что не хожу в гимназию, и, что на Пасху не надо будет готовить уроки.
Шура перешёл в V класс, а я в IV-й. Шура уже получил лист, где написано, что он переведён в V класс, а я нет ещё (но, я всё-таки знаю, что я перешла).
Вчера я с папой была на конфирмации Лиды Локкенберг. Мы с папой поехали в лютеранскую церковь в 11 часов. Когда мы приехали, служба уже началась; мне понравилось в лютеранской церкви то, что все сидят и перед каждым лежит книга с немецкими духовными песнями, когда играет орган, то все «немцы» поют. Служба окончилась довольно поздно. Во дворе папа поздравил Лиду и мы все вместе пошли к ним. Там мы обедали.
В лютеранской церкви исповедуются и причащаются совсем не так, как у нас: во-первых исповедуются все вместе, сразу, а что бы причаститься, все становятся на колени вокруг такого заборчика, и пастор обходит каждого и даёт облаточку хлеба, и даёт пить вино.
С сегодняшнего дня я начала говеть.
8 апреля нам всем прививали оспу.
14-го я была у Жиьеневой: мы играли в саду.
Летом мы, наверное, никуда не поедем. Очень жаль!..
Недавно мама взяла билеты в театр на 28 апреля в Малый театр на «На бойком месте и завтрак у предводителя».
Наверное, в этом году у нас стола на Пасху не будет.
|
Дневник Киры Аллендорф. Вторая тетрадь. |
С любезного разрешения 
Олифант, продолжается публикация дневника Киры Аллендорф. Дневники найдены, расшифрованы и выверены Олифант, так что честь первооткрывателя для широкой аудитории и автора материала принадлежит ему, я же только разбил вторую тетрадь на части для публикации.
Первая тетрадь в шести частях:
Напоминаю, что автор дневника, Кира Аллендорф, родилась в Москве в 1905 году.
Вторая тетрадь.
Часть I
15 февраля 1918 года – четверг – 3 ½ дня.
Уже прошёл месяц, как я не писала дневник; это ещё от того, что я никак не могла собраться купить тетрадь, но и купивши тетрадь, я не писала, т. к. было очень мало свободного времени…
|
Дневник Киры Аллендорф (1905 г.р.) Часть VI. |
Продолжение.
|
