Правление Александра III историки оценивают неоднозначно: одни называет его миротворцем и народным монархом, другие – ретроградом и контрреформатором. Однако никто из них не спорит о том вкладе, который внёс император в культурное развитие страны. Именно благодаря любви Александра III к духовым инструментам, в России появились многочисленные оркестры, а его тяга к музыке породила уникальный придворный коллектив, исполнявший произведения на духовых и струнных инструментах.

Кто привил цесаревичу Александру любовь к музыкальному искусству

Родившийся 10 марта 1846 года царевич Александр начал проявлять интерес к музыке будучи совсем маленьким ребёнком. Так, не достигнув трёх лет, он вместе со старшим братом просил своих воспитателей купить им настоящую трубу, которая «обязательно должна играть». Просьбы продолжались до тех пор, пока один из воспитателей, сжалившись над детьми, не купил им на свои деньги две трубы. Детские игрушки, сделанные из цинка, могли издавать звуки при легковом надувании, но эти звуки настолько резали слух, что доводили до белого каления всех домашних. Поэтому через полгода, когда двор получил из Германии новые игрушки, из посылки своевременно изъяли все, что было связано с духовой музыкой. Тяга к подобным инструментам у будущего императора была наследственной страстью: его дед Николай I всегда испытывал слабость к валторне, флейте, корнет-а-пистоне. Имея все эти инструменты, которые он называл по-простому «трубами», Николай I прекрасно на них музицировал. К тому же, обладая прекрасной музыкальной памятью и хорошим слухом, он сам сочинял музыку – в основном военные марши, игру которых монарх демонстрировал позже на домашних концертах в Зимнем или Аничковом дворце.

Какую музыку любил цесаревич и каким инструментам отдавал предпочтение

Примечательно, что в 12-летнем возрасте Александра пытались учить игре на фортепьяно. Четыре года цесаревич «мучил» инструмент, пока его родители, поняв бесперспективность занятий, не пришли к решению прекратить их. Как ни странно, но подросток, который за это время сумел разучить лишь примитивные гаммы, воспринял такое решение довольно болезненно. Не желая ставить крест на музыкальном образовании, он вспомнил своё детское увлечение и стал брать уроки игры на трубе. К удивлению близких, новый инструмент разбудил у Александра настоящую тягу к музицированию – отныне он занимался на трубе не только с преподавателем, но и в свободное время, играя порой до 10 часов кряду. Любимыми музыкальными инструментами стали для цесаревича геликон и разновидность трубы – корнет-а-пистон. Исполняемые им произведения на корнете оценил в своё время даже профессиональный корнетист Джулс Леви: он охарактеризовал молодого человека, как превосходного музыканта-любителя и подчеркнул, что корнет является именно его инструментом. На геликоне Александру также нравилось играть, однако возмужав с возрастом, его плечи перестали помещаться в кольцеобразно изогнутую трубу. Позже, для исполнения басовых партий, цесаревичу приходилось заказывать инструмент под свой размер. Что касается музыкальных предпочтений Александра, то они определились с возрастом – вначале он разучивал и исполнял больше произведения зарубежных композиторов, а повзрослев, пополнил репертуар православной и русской народной музыкой. Цесаревичу очень нравилась музыка Чайковского. Это он настоял, чтобы оперу Чайковского «Евгений Онегин» поставили в Петербурге, в Императорском театре. Для Александра III Чайковский сочинил Коронационный марш и Коронационную кантату. Чайковскому была пожалована государем пожизненная пенсия в 3000 рублей.

Кто был участником группы септета Александра Александровича, где проводились занятия и проходили концерты

В юности Александр с братом Николаем увлечённо играли квартетом, приглашая для участия генерала Половцева, корнетиста Василия Вурма или преподавателя Тюрнера. В 23 года будущий император узнал, что принц Ольденбургский собирает в своём дворце октет музыкантов и вознамерился послушать их исполнение. Захватив на всякий случай корнет, цесаревич вошёл в зал и, не увидев зрителей, присоединился к музицировавшим, проиграв с ними весь вечер. Участие в октете так запомнилось Александру, что вскоре он вознамерился создать септет для игры на духовых инструментах. Постоянными участниками этого септета, кроме самого наследника, стали генерал Половцев и принц Ольденбургский – с альгорнами, графы Адам и Александр Олсуфьевы – с корнетами, Александр Берс – с геликоном. Позже к ним присоединился игравший на альтгорне барон Мейендорф. Периодически в качестве приглашённых гостей в группе играли музыканты Тюрнер, Шрадер и Бергер. Репетиции, как и концерты, проводились обычно весной в Царскосельском саду – прямо на свежем воздухе. Летом 1872 года цесаревич организовал большой духовой оркестр с репетициями в здании Адмиралтейства: в нем музыканты собирались по четвергам в 8 часов вечера вплоть до 1881 года. Один раз в месяц оркестр давал концерт для цесаревны Марии Фёдоровны и её гостей, которые для прослушивания собирались в Аничковом дворце.

Как Александр III учредил придворный оркестр, единственный в своём роде во всей Европе

После того, как Александр стал императором, у него не осталось времени лично играть в оркестре. Однако он активно участвовал в музыкальной жизни, поддерживая композиторов и музыкантов и продвигая их концертные выступления. Более того, взойдя на престол, Александр III в 1882 году утвердил положение о «Придворном Музыкантском Хоре». Созданный оркестр, увеличившийся позже с 53 до 150 участников, стал первым в Европе придворным духовым, а затем симфоническим оркестром, с утверждённым штатом музыкантов. Сам же император, хоть и отошёл от исполнительского участия в коллективе, нередко в часы досуга музицировал на валторне, предаваясь воспоминаниям о прошлом.

Как оценивали музыкальные способности и исполнительное искусство Александра Александровича его современники

Современники царя, прекрасно разбирающиеся в музыке иностранцы и русские, всегда давали высокую оценку музыкальным талантам Александра III. Так, по воспоминаниям Александра Александровича Берса, государь любил и ценил музыку и всегда имел о ней верные представления. В подобном тоне писал об императоре и другой знаток музыкального искусства – граф Сергей Шереметьев: «Александр III понимал и любил музыку открытой душой, без всяких предвзятостей и претензий». Американец Леви, который знал императора с юности, хвалил его игру на корнете и всегда положительно оценивал музыкальные способности Александра.