Maliss Theme

И задержал воздух. Тепло дыхания... Запах её волос...
 Что-то обжигающе горячее разлилось по моему телу. Живые потоки электронов заскользили от шеи, пытаясь напитать каждую клеточку моего организма невообразимой энергией, а потом возвращались обратно, изливаюсь каплями моей же крови на пыльном асфальте. Больно. Но в то же время я чувствовал сладкую вибрацию каждого своего сосуда, голова кружилась, конечности стали будто ватными. Меня размагнитили? Я... родился заново?..
 Боже...Что это?.. Разлепил глаза. Я сидел на асфальте, оперевшись спиной о стенку остановки. Девочка стояла рядом и снисходительно смотрела на меня сверху вниз.
 "Меня зовут Орис. Вкус живой крови... Сегодня я узнала его впервые."- она протянула вперёд свою руку - "Теперь... Поцелуй мою руку в знак доказательства твоей преданности."
 Я не мог оторвать от неё глаз. Она было прекрасна в этой своей непонятно откуда взявшейся холодной уверенности, несмотря на бред, который несла.
 Камера...Где моя камера?..
 Сзади что-то затрещало. Я обернулся.
 ВЗРЫВ! Я чуть не оглох, и инстинктивно нагибаясь к земле, закрыл своим телом девочку, осыпаемый тысячами осколков, на которые, очевидно, разлетелась стеклянная стена остановки. Шея кровоточила и болела, видимо, задело осколком.
 Казалось, земля под ногами тряслась. Рядом что-то скрежетало, полувизг-полуплач бил по нервам, грохот всё не умолкал. Я раскрыл глаза но не увидел ничего, кроме собственных рук. Внезапно звуковой хаос прекратился. Окружающий мир начал проступать, как изображение на свежем негативе. И, как будто в довершение сравнения, визуальная оболочка действительности обрела кроваво-красный оттенок, как будто я надел очки  красными стёклами или находился в проявочной комнате. Остановка, опорные конструкции который были переломаны, грозно нависала, вот-вот готовая сложиться пополам, но что-то мешало ей. По всем законам физики давно бы пора ей обвалиться. Это напомнило мне стоп-кадр. Фотографию, запечатлевающую момент падения.
 У моих ног лежала моя новая знакомая, целая и невредимая, благодаря мне. Она была без сознания. Её волосы казались фиолетовыми. Асфальт у наших ног был усыпан битым стеклом.
 Я взял её за плечи, собираясь вынести из опасного места.
 Я был так озабочен спасением девочки, что у меня даже не было времени удивляться происходящему.
 Она вдруг очнулась. Взглянула на меня, оглянулась вокруг, и... истошно завопила:
 "Не трогай меня!!" - и выскользнула из моих рук. Может...это у неё после шока нервишки сдают?..
 Невообразимой громкости рёв заставил землю трястись:
 "ОРИС!!"
 Девочка вздрогнула. Это её имя... А раньше она назвалась Малисс... И что за голос?..
 Я удивлённо уставился на неё.
 "Так. Не тормози. Быстро иди и сломай эти три светофора." - указывая пальчиком сказала она громко, насколько позволял ей голосок, и таким приказным тоном, насколько позволяла ей наглость.
 Я молча недоумённо взирал на неё секунд пять, пока она не закричала снова:
 "Нуу?? Я что-то непонятно объяснила?? ЖИВО!!"
 Я был шокирован. А потом рассердился.
 "Во-первых, с какого это хрена я должен идти и ломать светофоры по твоей прихоти? И во-вторых - почему такая ОГРОМНАЯ разница в поведении??"
 Её глаза широко открылись. Медленно опуская глаза, девочка упала на колени.
 Да что с ней такое происходит?.. Ничего не понимая, я присел рядом...
 "Неужели ничего не получилось? Ты мой раб, ты должен слушаться меня!! Я так долго планировала!!.. Что теперь делать?!"- гневно закричала она мне в лицо, резко подняв голову.
 "Да успокойся, хватит орать! Где пожар-то?"
 "Мои приёмные заперли меня здесь, за двухуровневой печатью! Они уже поняли, что я пыталась обратить тебя! Чтобы меня не раздавило остановкой, Джером остановил время, но это ненадолго! Разбей светофоры, они являются ограничителями барьера печати, и я смогу выбраться отсюда."
 "Да почему ж я должен их разбивать?? Что ты несёшь?!"
 "Потому что ты мой раб! Ты должен меня слушаться!"- она стучала кулачками по моей груди.
 "Орис, да с чего ты..."- начал я.
 "Зови меня "Хозяйка", идиот!! Или хотя бы Госпожа!!"- почти истерически вопила она.
 "Так. Успокойся"- сказал я Орис, снимая её со своих коленей и поднимаясь. "Успокойся и объясни нормально, что здесь происходит."
 "Да я всё тебе объяснила!! РАЗБЕЙ СВЕТОФОРЫ!!"- продолжала она, и правда, перестав кричать, но интонация всё же была довольно злобной.
 "Я думаю, это будет не сложно. Но... Орис. Ты ничего не забыла?"- спросил я у надувшейся девочки.
 Все окна на первом этаже близстоящего дома резко полопались, и красноватые осколки замерли в воздухе, не решаясь продолжить свой путь вниз, к земле. Похоже, время и впрямь замерло.
 "Это не шутки."- прошептала Орис. Эта... чёлка постоянно закрывала ей глаза, когда Орис смотрела вниз. "Почему я должна ПРОСИТЬ своего раба что-то сделать?"- она подняла голову, и в её взгляде чувствовалась ненависть.
 "Ты хочешь разбить печать? Хочешь выбраться отсюда?" - поинтересовался я. Она молчала, недовольно глядя в сторону. "Тогда просто скажи волшебное слово."
 "Если ты выйдешь один, Джером убьёт тебя. Но он не может причинить вреда мне" - вдруг заулыбалась Малисс. "Если будешь со мной - выживешь. Как только разобьёшь ограничители барьера, власть Джерома над этим местом иссякнет."
 Рекламный щиток посреди улицы разорвало пополам.
 "Ну, что будешь делать?"- спросила он улыбаясь, оперевшись тыльной стороной ладони на талию, вполне довольная собой.
 Пришлось сдаться.
 "Ну хорошо. Разобью, разобью!!" - мои нервы тоже понемногу начали сдавать.
 Лицо Малисс засветилось счастьем.
 "Обнимемся!"- промурлыкала Малисс, протягивая ко мне руки и пододвигаясь ближе.
 "Чего?.."- переспросил я с постной миной.
 "Обнимемся!!"- произнесла Малисс ещё более сладким голосом, обхватывая меня за шею. ААА!! Да какого чёрта её поведение так резко меняется!!

2.
 Мы спускались по эскалатору в подземку.
 "Почему метро?"- недоумевал я - "у них у обоих ведь есть автомобили! Причём нехилые... А! О чём я думаю?! Завидовать плохо! Плохо! Плохо!.."
 "Ой, ты чего делаешь?"- Марина смотрела на меня круглыми глазами - "Хватит дубасить себя по голове, Кир!.."
 Я опомнился и оттащил кулак от макушки, нервно посмеиваясь.
 "Почему мы едем на метро?"- спросил я Василия. Он глянул на меня поверх очков.
 "Ты нашёл себе девушку?"- без тени ехидства поинтересовался он.
 "ОО, Кира искал себе девушку!"- воскликнула Марина, обнимая меня сзади за плечи - "ну, и как успехи?"
 "Эээ..."- моё мычание, к счастью, приглушил подъезжающий поезд.
 
 "Нам на Театральную, а там недалеко"- констатировал Василий.
 Вагон заливал искусственный жёлтый свет. Мерно покачиваясь, поезд тащил нас куда-то под землёй. Терпеть не могу метро. Вечная статика, не поддающаяся лирическому запечатлению.
 Василий держался за поручень и смотрел прямо за окно вагона. Марина от скуки разглядывала рекламные плакаты.
 
 "Приносим наши извинения, но в связи с ремонтом наш знаменитый Большой Театр теперь больше похож на Большой Зелёный Короб"- попробовал пошутить я, когда наша троица вышла на Театральную площадь. Шутка явно не удалась.
 "Как думаешь, Кир, кто-нибудь когда-нибудь умирал в здании Большого насильственной смертью?"- обратилась ко мне с вопросом Марина.
 "Дуэли за лучшую роль? Убийство кассирш? Ненависть к Маленьким Лебедям?"- предположил я.
 "Глупый. Я предлагаю тебе сходить в Большой Театр за счёт журнала под предлогом фотосессии с целью найти сверхъестественное."- помрачнела Марина.
 "Аа, нет, спасибо, что-то не хочется."
 
 Я снимал Старый Арбат. Статуи, кафешки, фонарные столбы ("А вдруг на них кто-нибудь висел?"- мотивировал мне Василий, повергая тем самым в шоковое состояние), всё подряд. Особое внимание уделялось балконам близлежащих зданий.
 Марина что-то записывала, а Василий, казалось, просто прогуливался со своим чемоданчиком.
 
 "Зайдём сюда"- потащил нас Василий, и мы зашли в какой-то дворик. Он был весь расписан граффити и обклеен стикерами. Надо же. В центре Москвы. Я начал фотосессию.
 
 Мы свернули с Арбата. Начинало темнеть.
 
 Василий с Мариной о чём-то разговорились, а я шёл рядом, не слушая их, и думал о своём. Где-то тут должна быть остановка с таинственной девочкой. Я, напрягаясь, пытался вспомнить...и врезался в спину Василия.
 
 "Пошли лучше по другой стороне улицы!"- как будто жалуясь, протянула Марина.
 "Зачем?"- удивился я.
 "Не знаю. Прости давайте пойдём там!"- простонала Марина, тащя нас через дорогу.
 
 Василий задумчиво пробормотал что-то себе под нос.
 "Что?"- переспросил я.
 "Двухуровневая защитная печать. Она, вероятно.."- тут он, очнувшись, посмотрел на меня так, как будто только что увидел, и сказал -"ничего. Не обращая внимания."
 Странно это всё.
 Я обернулся.
 И узнал. На этой остановке сидела девочка в белом платьице! Точно! Я поднял камеру...
 "Не стоит"- сказал Василий, опуская мою камеру рукой -"я уверен, здесь фотографировать нечего."
 Это очень-очень странно.
 
 Уже почти ночь.
 "Всё, на сегодня, я думаю, материала хватит"- Василий поправил очки, будто завершая этим движением день -"все по домам."
 
 "Окей, тогда я поехала"- улыбнулась Марина и лёгкой походкой направилось в сторону метро, махая мне на прощанье рукой.
 "А ты?"- спросил Василий.
 "А я... я ещё здесь немного побуду"- немного замешкавшись, ответил я.
 "М. Тогда увидимся."- он развернулся и пошёл в сторону, противоположную метро. Опять странно.
 
 Я погулял по центру, но нашёл очень мало хороших мотивов.
 
 Я улыбнулся про себя. Теперь я запомнил, где находится ТА остановка!
 
 Осталось до неё лишь дойти, и надеяться, что девочка и сегодня будет там сидеть.
 
 ...
 
 Я не поверил своим глазам. Снова она! То же белое платьице! Всё так же прекрасна...
 
 Я медленно перешёл дорогу, будто боялся, что она может снова исчезнуть. Подошёл к ней. Она как будто разглядывала рекламу. Маленькие пальчики, выглядыващие из-под широкого рукава платья держались за край скамьи. Красивые длинные ресницы тихонько блестели. Чёрные волосы синюшного оттенка спукались, переплетаясь с белыми ленточками платья.
 
 Я набрал в лёгкие воздуха.
 
 "Дь...Девочка..."- выдохнул я. Она медленно повернула голову, и нежно улыбнулась:
 "Yeah?"- спросила она с британским акцентом. Её фиолетовые глаза и языковая принадлежность повергли меня в шок. Она... Иностранка?..
 "I can help you, honey?"- терпеливо поинтересовалась она.
 Я лихорадочно вспоминал уроки английского в школе..
 "Айм сорри, ай донт фулли андестенд, бат ай... чёрт, как это там... Блин, ну не знаю я английского..."- неудачно попробовал я.
 "Не страшно, милый"- перебила она на чистом русском. Так она всё-таки отсюда!.. Какое облегчение!..
 "Я видела тебя раньше. Ты очень симпатичнный"- склонив головку набок, сказала она. Я, кажется, покраснел.
 "Как тебя зовут, милый?"
 "Кирилл. Я..."
 "Какое прекрасное имя!"- рассмеялась девочка и спрыгнула со скамейки. "Какие прекрасные волосы"- пришло мне в голову во время её полсекундного спрыгивания.
 "А меня зовут Малисс. Ты что-то хотел?"- спросила она, глядя сверху вниз, стоя на носочках, как будто пытаясь дотянуться своим носом до моего.
 "Я хотел попросить тебя."
 "Да?"- взяла она меня за руку.
 "Ты не могла бы мне немного попозировать, на несколько фотографий?"
 Как ни странно, пока мы разговаривали, мимо нас никто не прошёл.
 Она снова склонила голову набок и рассмеялась:
 "Ну конечно, милый!"
 Я улыбнулся.
 "...Но за то, что я тебе попозирую, ты мне тоже окажешь небольшую услугу..."
 "Да?"- недоумённо вопросил я.
 Её лицо вдруг резко покраснело и девочка смущённо опустила голову.
 "Можно...Можно я тебя по..поцелую?"
 
 ЧТОО?? Это какой-такой тип услуги я должен оказать?? Я стоял, как громом поражённый.
 "Пожалуйста.."- она смотрела на меня сверху вниз с мольбой в глазах.
 "Нну..Ну ладно"- почти заикаясь ответил я.
 "Сядь сюда, милый."- у неё такая забавная, но такая милая манера общаться, думал я, присаживаясь на скамейку остановки.
 Она присела рядом, держа меня за руку.
 "А теперь закрой глаза."- сказала она, и её щёчки снова загорелись.
 "Зачем?"
 "Я...смущаюсь."
 Я послушно закрыл глаза.

2.
На следующее утро я проснулся в скверном настроении.
"Дедушку тоже можно понять"- думал я, механически двигая зубной щёткой - "он был так счастлив новому автомобилю,
так хотел поделиться со мной радостной вестью, что совершенно забыл о назначении этой комнаты, но..." - зубная
щётка, сильно сжатая моей ладонью, жалобно хрустнула - "...чёрт возьми, это были МОИ фотографии, а не всякие там
кошмары для журнала!" - я яростно вытирал лицо - "Я даже не успел взглянуть на остальные негативы этой плёнки..." -
остановился я, замерев у зеркала с глупым выражением лица. Может ли вообще такое быть?.. Или мне показалось?.. Да
нет, точно, остановка на негативах была абсолютно пуста!...Боже. Я присел на край раковины, протирая уже сухое лицо
своим синим полотенцем. Это даже обидно - ну почему то, что мне нафиг не нужно, каким-то идиотским способом
проявляется на моих снимках, а то, что мне бы очень хотелось запечатлеть - отсутствует на негативах?

 "Наверное, это проклятье"- заключил я, выходя из ванной комнаты.
 "Вовсе нет!"- воскликнуло улыбающееся усатое лицо, неожиданно появившееся из-за двери.
 "БВАА!!"- вскрикнул я, от неожиданности ударившись об косяк. "Чур меня, чур меня, ты откуда здесь?"- спросил я
деда, придя в себя.
 "Это скорее твой дар."- ответил дедушка, довольно поглаживая усы."Должно же у тебя быть хоть ЧТО-ТО, раз ты такой
убогий по части магии."
 "Как это может быть даром? Ужас сплошной. И вообще, дедуль, я же просил тебя не болтать бред по поводу всяких там
чар, заклинаний и магии."- ответил я, пытаясь обогнуть дедушку, загородившего выход из ванной.
 "Твоя камера запечатлевает окружающий мир таким, какой он есть."- с серьёзным видом ответил он, не давая мне
выйти.
 "Ээ...спасибо, конечно, за поддержку, но что-то я в этом мире никогда не видел подвешенных вниз головой трупов на
стенах Кремля"- выпалил я, проскакивая у деда под рукой.
 "Может тебя подвести?"- спросил он вслед.
 "Я понимаю, что тебе не терпится покатать на новой тачке, дед, но я предпочитаю электрички - они в пробках не
стоят."
 "Ну удачи."
Я кивнул и закрыл за собой дверь.

В электричках ездит множество разных людей. Разные типажи, разные настроения, разный возраст. Все полтора часа, что
я еду, я либо смотрю в окно (один и тот же пейзаж уже давно наскучил), либо разглядываю окружающих меня людей.
Каждый из них - со своей неповторимой индивидуальностью и судьбой. Я хочу научиться фотографировать так, чтобы по одному-единственному снимку одного конкретного человека можно было сразу понять, каков этот человек внутри. Все
говорят, что это невозможно. Может они и правы. А может - и нет.

Мой взгляд привлекло что-то за окном. Проезжающий мимо товарный состав перевозил военные броневики, ракетницы,
танки и автомобили! Они нагло сверкали своей новизной зелёной краски, ехидно проносясь мимо. Они... они даже ничем
не укрыты! Последний броневик унёсся мимо. Что, разве скоро война? Или это акт устрашения граждан собственной
страны?.. Моё внимание привлёк странного вида молодой человек, присевший напротив, и я позабыл о танках на железной
дороге.

Нагло улыбаясь, парень рассматривал меня, как будто сканируя взглядом, я же, изумлённо, разглядывал его. Уши, нос,
брови, губы, чуть ли не всё его лицо было исколото пирсингом чёрного цвета. На голове его нелепо примостилась
вязаная шапочка ("А в своём ли он уме - носить тёплую шапку посреди лета?"- подумал я, отчего, как мне показалось,
парень заулыбался ещё сильней), а одет он был, как ни странно, в серый костюм с красным галстуком. Он сидел положив
ногу на ногу, скрестив руки на груди и тупо на меня пялился. Мне даже стало немного не по себе.
Потом он облизнул губы, отчего меня вообще чуть ли не в дрожь бросило, поднялся и ушел, оставив за собой волну
запаха дорогих духов. Слишком сладких, чтобы быть мужскими.

...

Марина в офисе уже напряжённо набирала какой-то текст. Увидев меня она улыбнулась и, поздоровавшись, сообщила, что
мне нужно зайти к Василию. "Зачем?"- вопросил я. "Работа"- кратко ответила моя зеленоглазая соседка, продолжив
набирать текст.
Я поднялся на этаж ниже. Василий (а на самом деле - Василий Алексеевич) - редактор колонки, в которой печатают
статьи Марины с моими фотографиями. Он хороший друг моего дедушки.
 "Привет!"- встретил меня Василий, вставая из-за стола и протягивая мне руку. У него длинные волосы и дорогие очки,
он редко улыбается и никогда не ходит без своего чемодана. Одевается официально. Очень хорошо относится ко мне.
 "Сразу к делу"- сказал он, присаживаясь в своё зелёное кресло. "Сегодня, ближе к девяти, мы идём с тобой и Мариной
на Старый Арбат. Нам понадобится твой талант в фотографии." ("Вы хотели сказать, проклятье"- поправил я про себя,
но вслух говорить не решился.)
 "Окей. Ааа... что мне делать до девяти?"
 "Ну, погуляй пока где-нибудь... У тебяаа.."- он глянул на меня поверх своих очков - "...Есть девушка?"
 "Н..Нет"- тормознуто ответил я, чувствуя, как моё лицо заливается краской.
 "Так пойди и найди её себе! У тебя целых одиннадцать часов, вперёд!"- продолжал он всё таким же серьёзным голосом.
 "А...Ну...Хорошо..."- пробормотал я и вышел из кабинета.
Закрывая дверь, я уже готовился услышать безудержный хохот Василия, но ничего не произошло. Я вздохнул и отправился
гулять.

...

"Днём не так-то много хороших снимков сделать можно"- думалось мне, пока я шёл и уныло поглядывал по сторонам.
Жара, снующие всюду люди, гомон и грохот улиц - всё это мешало мне сосредоточиться, и желание фотографировать в
такой суматохе пропало совсем. Я решил сходить в кино на какой угодно фильм - займёт целых два часа, и в
кинотеатрах хотя бы кондиционеры есть.

...

Идиотский фильм. Про войну вампиров и оборотней - ну и бред-то, боже...

...

Я ел. Я шатался по магазинам. Я смотрел на фонтаны. Я кормил голубей. Ну когда уже будет девять часов вечера?..

...

Я пришёл на час раньше и долго наблюдал, как Марина крутит свою жёлтую ручку. А потом сфотографировал её (Марину, а не ручку).
 "Боже, Кир, ну не стоит меня помещать на плёнке, на которой будут запечатлены всякие мерзости!"- недовольно
взглянула она.
 "Ты будешь их разбавлять"- улыбнулся я. "Как там твой парень?"
Ручка на секунду замерла.
 "Он в больнице. В шоковом состоянии. Я подробностей не знаю, но кажется, когда он ехал ко мне из Питера... Кто-то
поджёг его автомобиль."
 Не успел я открыть рот чтобы выразить свои соболезнования, как в дверь постучали и вошёл Василий, произнося:
 "Всё. Уже девять. Пойдёмте."

1.
Мне очень давно хотелось поснимать ночную Москву.
Я взял с собой камеру, дополнительную плёнку и немного денег, и сел на вечернюю электричку на Москву.
Моей целью был центр. Но нет, не Кремль и не Храм Христа Спасителя, а центральные улочки Москвы, примерно около Кропоткинской или Октябрьской. Хочу светящуюся рекламу, одинокие окна, фонарные столбы.
Я дождался, когда достаточно стемнеет, и начал свой рейд.
Одинокие пешеходы, последние трамваи, неоновые вывески – всё, что попадалось мне на пути, становилось, как мне кажется, предметом искусства, оттиснённом в плоском куске бумаги формата 4 к 3ём.
Фотоохота подходила к концу, мне хотелось спать, и я решил уже пойти ночевать к знакомому, живущему неподалёку, как вдруг увидел ещё один замечательный кадр.

На остановке напротив, в полном одиночестве, сидела девочка лет 13ти, одетая в белое кружевное платьице с множеством оборок и рюшечек, и отрешённо глядела куда-то в сторону.
 Что-то застряло у меня в горле. Вот! Вот то, что я искал! Её большие, красивые глаза с лёгкой поволокой грусти, её пальчики, теребящие оборки платья, её
пафосное одеяние, её волосы, элегантно и не по-детски элегантно сниспадающие по хрупким плечам - да это не просто замечательный кадр, это именно то, ради чего я сегодня приехал!..
 Я сглотнул этот дурацкий комок, поселившийся в моей гортани, и резко вспотевшие вдруг ладони нащупали холодный корпус камеры.
 Не спуская глаз с невероятной картины (ну надо же - девочка, будто сбежавшая из прошлого века, из семьи какого-нибудь, вероятно, графа, сидит на остановке посреди ночи, будто ожидая троллейбуса!), я медленно открутил крышку объектива и осторожно прокрутил плёнку. Случайный порыв ветра отбил волну волну волос девочки прямо на её лицо, и она, не поворачивая головы, нежно откинула прядь обратно своей милой ручонкой. Я всмотрелся в её лицо. На миг мне почудилось, что есть в её взгляде что-то неестественно взрослое, никак не сочетающееся с её внешностью. Я отбросил лишние мысли и обеими руками поднял камеру к лицу.

Надеюсь, она меня не замечает. Я навёл фокус и сделал первый снимок. Я стоял и глядел на остановку на противоположной стороне улицы. Девочка сидела, не шелохнувшись. Как же она меня не увидела? И не слышала щелчок камеры. Я навёл фокус второй раз, и тут она повернулась. Я, словно окаменев, рассматривал её личико в фас. Чёрт, да она красавица!.. Палец соскользнул, и я получил второй прекрасный снимок. Я опустил камеру, раздумывая, что же ей сказать в своё оправдание. Она же, склонив голову набок, что заставило её волосы с правой стороны неслышно соскользнуть с плечика белого платья и повиснуть в воздухе, вдруг нежно улыбнулась мне, полуприкрыв глаза. Я... я почувствовал, как краска заливает моё лицо... К нам приближался грузовик, проезжая между нами он небрежно
скользнул по остановке светом фар, и, когда он уехал, я с удивлением обнаружил, что девочки на остановке уже не было! Я тупо пялился на перфорированную скамью и часть рекламы, которую миг назад закрывал подол белого платья...
 Что-то завибрировало у меня в кармане, выводя из оцепенения. Мне позвонил Володя и сказал, что если я через 10 минут не приду к нему, то он ляжет спать, и тогда мне к нему домой уже никоим образом не вломиться. Я кинул последний взгляд на остановку и пошёл в направлении его дома.
 Я часто у него бывал, так что дорогу знал и шёл почти автоматически, что было явно во благо - всю дорогу я размышлял о загадочной девочке. Кто она? Почему одна так поздно без присмотра? Почему на ней такое старомодное, пусть и красивое, платье? Куда и как она пропала? Когда я долбил кулаком в дверь Володи, ответа ни на один из этих вопросов я так и не нашёл.
 Заспанное лицо Володи яростно делало вид, что было радо меня видеть, но это ему плохо удавалось. Он всегда такой. Старается быть вежливым, добрым, но скрыть внутри себя свои настоящие чувства и эмоции ему иногда очень сложно. Я это понимал и чувствовал себя неудобно, и, выслушав мои извинения о времени моего прибытия, он закрыл за мной дверь в комнату для гостей, желая спокойной ночи.
 Я лежал, заложив руки за голову, смотрел на растрескавшийся потолок, и не мог заснуть.

 На следующее утро единственное, что я жарко желал, было поскорее попасть домой и проявить плёнку. Но сначала я должен был зайти на работу чтобы получить деньги за фотографии в последней статье. Распрощавшись с Володей, который открыл мне дверь но так и не проснулся, я выскользнул на прохладные улицы Москвы.

Боже, как я люблю здесь бывать! По утрам центральные улицы Москвы несут совершенно иную красоту, нежели вечером. Бледный туман, случайные прохожие, спящие дома... Я не удержался и сделал ещё пару снимков.
 Я стоял у раздвижных стеклянных дверей офиса и доедал хот-дог, как вдруг двери разъехались, и на лестницу спустился дородный усатый толстячок, что-то неприятно насвистывающий. Я чуть не поперхнулся.
 "О, здравствуй, Кирилл!" - заметил он меня, поднимая правую ладонь в знак приветствия. "Здравствуйте, Павел Сергеевич."- ответил я, наскоро сглотнув последний кусок сосиски. "Отличные снимки в той статье про Чистые Пруды, уверен, она произведёт фурор!" - улыбнулся он, постукав ладонью меня по плечу,
и пропорхнул мимо. Это главный редактор нашего журнала. Сегодня у него на удивление хорошее настроение. Интересно, куда это он направился?
 Я поднялся на третий этаж, где находился офис Марины и, по совместительству, мой. Именно Марина настояла на том, чтобы мне выделили рабочее место с компьютером, ведь раньше я просто приходил и уходил.
 Я зашёл в наш офис. Марина сидела у своего стола облокотившись локтем на ручку кресла, и быстро крутила в руке карандаш. Видимо, нервничает. Когда она напряжена, она незаметно для себя начинает быстро-быстро крутить карндаш между пальцев. Только утро, с чего бы это?
 "Привет! Что-то случилось?"- спросил я, усаживаясь в своё кресло. Марина дёрнулась, видимо, не заметила, как я вошёл, и глянула на меня. Сегодня она почти не накрашена. Ей 27 лет, и она собирает материал для статей в журнале. Она чуть выше меня, у неё зелёные глаза, которые, к сожалению, защищены толстыми очками, её русые волосы собраны в пучок на затылке, она очень добрый и уважаемый мною человек. Марина и я - хорошие друзья, и я всегда могу положиться на неё. А ещё у неё проблемы с личной жизнью.
 "Привет!"- она устало улыбнулась. "Да так, пустяки... Мой парень должен был приехать вчера, но его до сих пор нет, а трубку он не берёт.." - объяснила она, опуская глаза.
 "Что, ещё один, уже новый?" - подивился я. Марина покраснела и не ответила.
 
Я успешно забрал зарплату и, распрощавшись со знакомыми в фирме и пожелав Марине удачи, я отправился домой.
До меня ехать полтора часа на электричке, и я чуть было не заснул.

Я живу в загородном доме со своим дедушкой. Дом двухэтажный и приятный на вид - я им даже горжусь. Почти весь нижний этаж занимает магазин моего дедушки, в котором я иногда подрабатывал в детстве, и кухня.
На втором этаже моя комната, комната дедушки и уборная. Также там несколько пустующих комнат, одну из которых я оборудовал для проявки плёнки.
Сегодня выходной, поэтому магазин деда закрыт. Я зашёл в квартиру и, проорав "Я дома!", отправился наверх. Включив красную лампочку, я принялся за работу.

Итак, на мокрой плёнке начинало проступать изображение. Я нащупал снимки с таинственной девочки и вгляделся в них...

...

Я протёр глаза и вгляделся ещё раз.

На обоих снимках была лишь остановка. ПУСТАЯ. Я повертел плёнку под разными углами, но ничего не изменилось. Я окончательно запутался.
"Здарова, ВНУЧОК!" - задорно проорал дед распахивая дверь.
"ААААААААААААА!!!" - заорал я когда увидел, что плёнка теперь засвечена и совершенно пуста!

Конец 1ой главы.

 

                                                              Ama Lamia.

                          Дневник любви к вампиру.

Привет. Моё имя – Кирилл. Фамилию свою не люблю называть, так что, если повезёт, узнаете попозже. Мне 21 год, я закончил школу и вот уже как 3 года занимаюсь фотографией.

Живу я в Подмосковье в частном домике вместе со своим дедом, но очень часто бываю в Москве, в основном – по работе.

Глупые факты о моей работе – я работаю на журнал, скорее развлекательный, чем научно-познавательный, который специализируется на мистике. Я у них, естественно, фотограф, причём сотрудник я – очень уважаемый. И вот почему.

Только мне ТАК сильно везёт поймать в кадр какую-нибудь чертовщину. Снимая бесславные Московские местечки только я с вероятностью 100 процентов могу запечатлеть на своей плёнке то призраков, то непонятные силуэты, то пятна крови, которые невозможно увидеть невооружённым глазом или снимая то же место без помощи меня на другую камеру. Это сложно обьяснить. Сам поражаюсь. Но самое интересное – это не просто визуальные эффекты. Там, где моя камера видит кровь, выясняется, действительно когда-то кого-то убили, там, где страшные лица в агонии проступают сквозь стены на моих снимках, при сносе стены – замурованные люди, и я уже не говорю о призраках…

Но на самом деле мне хочется заниматься немного другим. Я хочу заниматься профессиональной фотографией и снимать пейзажи, людей, растения, животных… Но пока это невыполнимо – на своей работе я очень занят, и свободного времени у меня почти не остаётся.

Разве что…

По ночам.

                                               Ama Lamia

На каждом перекрёстке, напротив каждой пешеходной зебры они мигали. Светофоры. Одновременно и во всём городе, не сбиваясь и ритмично. Одинокие круги холодного света также ритмично и не переставая неслись навстречу.

Он немножко не расчитал время, и из-за пробок прибыл в город лишь к трём часам ночи. Точного адреса он не знал. Вообще, в его планы входило по прибытию спросить у кого-нибудь дорогу, но сейчас, кажется, эти планы полетели псу под хвост.

Он задумчиво остановил свою машину на перекрёстке, освещаемый светом витрины магазина какой-то одежды для фриков. В голову ничего не шло, и вообще-то хотелось спать… Он уже почти задремал, как вдруг услышал какую-то музыку, доносящуюся издалека. Стук, бренчание, дребезжание, дудение различных инструментов с одной стороны звучали разрозненно,  но с другой – сливались в какие-то нереальные, футуристические мелодии.

Он оклемался. «Это мой последний шанс выспаться сегодня!» - решил он и повернул ключ. Возможно всё было бы гораздо проще, если бы он не забыл дома свой сотовый. Машина не желала заводится. Музыка становилась всё тише, её источник явно удалялся.

Чертыхаясь про себя, он всё старался завести автомобиль. Музыка настолько утихла, что он уже начал подумывать, не показалось ли это ему. Но тут машина наконец завелась, и он с резким рёвом рванул вперёд, туда, где, как ему казалось, звучала музыка.

Он был прав – вскоре он снова слышал чудные мотивы, становящиеся всё громче. Надежда вновь вселилась в его сердце.

Теперь он видел и источник мелодий – длинная процессия, то исчезающая, то вновь появляющаяся в кругах искусственного света. Они были разодеты в разноцветные одежды и меланхолично двигались вперёд, постукивая в свои барабаны, бренча на своих балалайках. Все они очень разнились в росте, некоторые шли покачиваясь, другие нередко подпрыгивали. Метров за сто до них он понял,что всё это слишком уж странно – полностью пустой ночной город, ни одного горящего жилого окна, и эта разодетая шумная группа… Но всё же – какая разница, если у них можно спросить дорогу?!

До процессии оставалось около пятидесяти метров, и он закричал «Постойте!» Музыка резко прекратилась, и разноцветные силуэты, один за одним, начали разворачиваться.

Он притормозил. Последней в группе была маленькая фигурка, вероятно, девочка, задрапированная в длинные шёлковые ткани, разукрашенные всевозможными анималистическими узорами. На ней была угрюмая маска лисы белого цвета, в руках она держала дудку. На всех остальных тоже были различные маски животных – слоны, кошки, совы…

Он сглотнул.

«Эээ… Простите за беспокойство, я…» - начал он  и…замолчал.

Кто-то в толпе, позади девочки-лисы, звякнув инструментом, поднял вверх большую деревяянную табличку, на которой чёрным по белому было напечатано:

«WE DON’T KNOW WHERE YOUR GIRLFRIEND LIVES»

«Мы не знаем, где живёт твоя девушка» - автоматически перевёл он и побелел… Он приехал сюда к девушке, с которой познакомился в интернете! Его язык как будто прилип к нёбу, а губы высохли.

Процессия замерла в ожидании.

Его взгляд невольно сместился направо. В витрине винного магазина отражался он на его машине, круги света на дороге и… повисшие в воздухе музыкальные инструменты!

Его сердце ушло в пятки.

Это просто сон. Да? Да?..

Рука его потянулась к коробке передач, но внимание вновь привлекла табличка, надпись на которой теперь была другой:

«ALREADY SCARED?»

С дымом из-под колёс он взял назад, пошёл на разворот и…машина заглохла. Он сглотнул. На капоте вдруг стали с громкими  хлопками появляться бугры, как будто что-то хотело выбраться из недр машины на волю. Он вскричал и выпрыгнул вон из автомобиля, и лёжа на асфальте, обернувшись на автомобиль он увидел, как тот скрючивает, как будто что-то огромное решило выжать из него бензин.  Исковерканная машина подскочила метров на двадцать вверх и взорвалась в воздухе.

«Это…это какой-то сон!» - в панике думал он, несясь прочь. Страх заставил его бежать так, как он не бегал ещё никогда в жизни. Он обернулся. Горящие останки его новенького Порше освещали улицу, но дьявольской процессии там уже не было. Повернув голову обратно, он резко затормозил, чуть не упав.

Девочка-лиса стояла посреди дороги прямо на его пути.

Он ждал.

Девочка медленно подняла из-за спины табличку. Ему не хотелось её читать. Но он не удержался.

«HELLO. NOW YOU WILL DIE»

Он опустил взгляд на маску. Глаза из-под маски светились красным светом.

Она что-то неслышно шептала.

...

Теперь ему было наплевать.

Он шёл к ней. Потому что она приказала. А его желание – исполнить её волю.

Конец эпилога.

Этот дневник - онлайн-роман. Каждый день - новый пост, продолжение романа, который пишется буквально на ваших глазах.
Скорее напоминающий фанфик на Tsukuyomi Moon Phase, этот роман является довольно самостоятельным произведением, пишущимся мной.
Также я буду выкладывать собственные иллюстрации к роману.
Кувшинов Илья.