Ничего. Не хватило. Вечер
не становится больше ночью.
Ветер писем меня калечит,
разрывая победы в клочья.

Проклинаю - шаги навстречу,
ненавижу - себя, тревогу..
Мне бы верить - да больше нечем.
Мне бы помощи - это к Богу.

Тротуары - следы попыток:
изменить бы дорогу к звездам..
Мне бы помощи - там закрыто,
Думал - рано, выходит - поздно.

Ничего. Не хватило силы,
злости, страсти - закрыты двери -
Правды, истины не хватило -
ничего. Остается верить..

Проклинаю себя. Навстречу
поднимаю глаза - дороги..
Мне б любить - оказалось - нечем.
Мне бы жить - не хватает Бога.
( Глеб Дебольский )

Господи, что же я вечно ценю не тех?
Что ж я совсем ненужных пускаю в душу?
Это действительно страшно. А я всё – в смех…
Только вот смех неискренний и натужный…

Что ж я так рьяно держу тех, кто хочет бежать?
Что ж я никак не могу отпускать их без боя?
Я так устала в ненужных спасенья искать…
Только вот снова и снова лечу с головою

В руки чужие, не в сердце /опять промахнулась…/
Я и сама до конца не пойму, что со мной.
С опытом это приходит: с ненужным проснулась –
Выпила кофе, умылась и молча домой.

Только зачем же я после молюсь не за близких?
Нет бы за маму и папу… А я за чужих…
К Богу с молитвой о тех, кто ушел по-английски.
В память о каждом лишь слезы и новенький стих.

Что ж я за каждым реву, как последняя дура?!
Что ж их уходы никак по ночам не забудутся?
Что ж ошибаюсь так часто? Такая натура?
Господи, это хоть чем-то когда-то окупится?!
(Юлечка Гаркуша)

А скучать — и вправду тяжело,
Рвать себя на мелкие кусочки,
Увязать душою в многоточьях,
Понимая:
Было,
но прошло.
А скучать и правда — это ад,
Застревать во снах, сжигать надежды,
Понимая — счастье было прежде,
И нашло причал в твоих глазах.
Слышать мелкий дождик за окном,
Письма перечитывая вечно,
И пытаться как-нибудь отвлечься
От тоски неистовой вином.
И стоять у бездны, на краю,
Чувствуя, как ветер давит в спину,
И кричать от боли что есть силы:
«Черт возьми!
Я, кажется,
люблю!»
И хранить в душе больной тепло…
Как бы это выразить,
Да ладно…
Как же я скучаю, если б знала ты…
А скучать —
ужасно
тяжело.
(Юля Александр)

Сырость. Дождь. А я по проспекту.
Мысли. Вечер. И плеер в уши.
Мы исчерпали с тобой все аспекты.
Кроме последнего.
Больше не нужно.

Черные джинсы. Стук каблуков.
Просто вперёд по осенним дорогам.
Я, как язычник, – всё для Богов,
Всё для тебя, И не кажется много.

Мои стихи. Одно лишь спасенье.
В каждом — боль. Со своими причинами.
Их нужно сжечь после прочтения.
И навсегда сохранить анонимами.

Сырость. Дождь. А я по проспекту.
Нет алкоголя в моей крови.
Мы исчерпали с тобой все аспекты.
Кроме последнего. Нашей любви.

Я у фонтана. Бросаю монеты.
Губы. Непроизвольно: «Вернись».
Ты моё лето. Ты, моё, где ты?
Я без тебя не хочу в эту жизнь.
***
Ты никогда не дарил мне цветы, и я привыкла жить без их аромата…
Ты никогда не говорил мне «люблю тебя», и я привыкла — что слова не нужны…
Ты никогда не провожал меня домой по тёмным улицам, и я привыкла вечерами гулять одной…
Ты никогда не запоминал важные даты, и я сама стала забывать о них…
Ты никогда не поддерживал меня в трудную минуту, и я привыкла быть сильной и самостоятельной…
Ты никогда не просыпался со мной рядом, и я привыкла, что утро — унылое и серое…
Ты никогда не оставался со мной на праздники, и праздники стали для меня буднями
Ты никогда не говорил «я скучал» , и я перестала замечать время…
Ты никогда не делал мне комплименты, и я забыла, что красива…
Ты никогда не говорил о будущем, и я жила лишь прошлым и настоящим…
Ты никогда не утешал меня в горе, и я привыкла плакать в одиночестве…
Ты никогда Ты никогда не был рядом в минуты радости, и я привыкла забывать радость также быстро, как и печаль…
Ты НИКОГДА не был тем, кто мне нужен…
А я всегда хотела ощущать аромат роз…
Слышать твоё «люблю» в ответ…
Идти с тобой в обнимку поздним вечером…
Отмечать вдвоем НАШИ даты…
Чувствовать в сложный момент твоё сильное плечо…
Просыпаться по утрам от твоих поцелуев…
Вместе готовить праздничный ужин и дарить друг другу подарки…
Получать смс-ки «я очень по тебе скучаю»…
Слышать «как же ты прекрасна…»
Мечтать иногда о будущем…
Плакать, уткнувшись носом в твою шею…
Делить с тобой и печали и радости… ВСЕГДА
Но, увы, твоя галактика «НИКОГДА» никогда об этом не узнает…
(из дневника Ledy X)
****
Чесслово!... Есть то, что мы просто не в силах изменить, нужно научиться принимать эти вещи..:
Время никогда не научиться ждать...
Слабость никогда не станет сильнее...
Смерть никогда не сможет дать еще один шанс...
Счастье никогда не будет постоянным...
Злость не будет добрее...
А любовь не сможет быть только взаимной...
Слезы не станут сладкими...
Боль не сможет быть приятной...
Солнце всегда будет меняться с луной местами...
ЛЮДИ НИКОГДА НЕ СТАНУТ ДРУГИМИ...
...жизнь кривая, как лабиринт, в ней открываешь множество проходов, сам выбираешь путь, делаешь выбор...
я должен учиться на ошибках... но эти ошибки не должны стоить мне жизни... нет ничего вечного...
балансируя над пропастью так легко оступится... но нам необходимо пройти вдоль всего края...
края жизни, чтоб в конце концов найти то, к чему мы стремимся, то, ради чего рискуем... то ради чего хочется жить и в тоже время умереть....

в аду это зовут адской мукой,
на небесах - блаженством
на земле - любовью

впуская людей в свое сердце, ты навсегда оставляешь их там, берешь с собой в вечную дорогу, дорогу в жизнь......
есть люди которые поднимают нас в небеса, озаряют нашу жизнь светом.
Есть те, которые делают нашу жизнь чёрной полосой, ранят наше сердце и душу, и потом даже залечив раны, остаются шрамы...
(из дневника Alemith-a)

Так теряются без вести.
Так становятся птицами…
Научи меня нежности.
По слогам. По транскрипции.

По затертым тетрадям и
Песням ливней подслушанным…
Так сплетаются прядями.
Так срастаются душами…

Научи меня верности
Междустрочным признаниям…
Так теряются без вести.
Так готовы заранее

Стать друг другу безмолвием,
Внутрилёгочным жжением.
Ты – моим предисловием.
Я – твоим продолжением.

Раннемартовским снегом ли,
Узелками на шарфе ли…
Ты мне пишешь элегии,
Я тебе – эпитафии.
( © Темнокрылая )

Ей восемнадцать, опять не спится – читать романы, курить в окно.
она б и рада отдаться принцу, но принцам, кажется, все равно.
ей, впрочем, тоже почти что пофиг – июнь не скоро, апрель в цвету.
на кухне медленно стынет кофе. дожди, часов равномерный стук.

ей двадцать восемь, чизкейк и пицца, мартини, праздники круглый год.
она б и рада отдаться принцу, но вечно как-то не до того.
карьера, фитнес, чужие сплетни: «а он и, правда, хорош живьем?».
еще немного – и будет лето, а все, что после, переживем.

ей тридцать восемь, будильник злится, но спешка, в общем-то, ни к чему.
она б и рада отдаться принцу, но рядом кот и храпящий муж.
зарядка, ванна, газета, график, обед: вино и горячий мед.
а лето смотрит из фотографий, хотя казалось, что не пройдет.

ей сорок восемь, опять не спится, снотворных куча, а толку – ноль.
она б и рада отдаться принцу, но тут как тут головная боль.
и она носит свой гордый профиль: в постель – сама, из нее – сама.
на кухне медленно стынет кофе, какое лето? – почти зима.
(из дневника Viki)

Что-то в этом году осень явно спешит.
Раньше срока прокралась в листву позолота.
Небо ближе к земле притянули дожди...
Вышивают разлуку прозрачные строки...
Мне дороже и ближе она, чем весна.
Их сравнить невозможно, и обе как праздник.
Но таинственней осень… секретов полна…
И ее неразгаданность манит и дразнит…
В осень я влюблена безраздельно, давно,
В шалость красок, в ее чудеса бесконечные,
В струи серых дождей, что стучатся в окно.
Я, наверное, просто – "осенняя" женщина.
(Лариса Михайлова)

Если ты ничего не скажешь, значит занят – дела, дела…
Мои пальцы боятся клавиш и не помнят уже тепла.
Настоящих, живых касаний, что никак не могли остыть.
Всё нормально. Ты просто занят. По-другому не может быть.
Мне бы тоже пора немного поработать, да всё никак…
От меня никакого проку этой груде немых бумаг.
Этим Word-овским белым файлам и ячейкам таблиц Excel.
Ты не пишешь, но всё нормально, просто некогда, просто лень…
Говорить об одном и том же: мол, у нас тут уже зима,-
И не надо, ведь ты не должен, ведь не ты без меня – с ума…
Ведь не ты без меня по краю, как по стеночке, мимо всех…
У тебя там зима, я знаю, и глубокий, глубокий снег.
А у нас не стихает ветер, а у нас на дорогах лёд.
И никто ни к кому не едет, и никто никого не ждёт.
И не будет в последней строчке ничего, что могло в ней быть.
Попрощаться. Поставить точку. Редактировать. Удалить.
(Петра С.)

«Алло, это я…» И уносит за рамки приличий
В мир самых бессовестных, самых волшебных желаний.
Я в голосе этом найду сотни тысяч отличий,
А значит сто тысяч за каждый мой грех оправданий…

«Алло, это я…» - просочилось, должно быть, сквозь поры.
До самого сердца пронзает вибрацией похоть.
А дальше последуют, так, ни о чем разговоры
И липкие паузы… Как нам мучительно плохо

Сейчас друг без друга! Но мы не признаемся в этом.
Здесь речь о любви никогда не идет! Но однажды
Ты просто приедешь, томимый оранжевым летом,
Ты просто вернешься, примчишься, измученный жаждой!

Я буду встречать в толчее суетливой перрона.
Ты сразу узнаешь меня по истерзанным крыльям!
И тут же, прижав к раскаленному борту вагона,
Смешаешь животную нежность с дорожною пылью

В одном поцелуе. Стучит и пульсирует Вечность…
А дальше – часы ослепительной, истовой страсти…
Слияние тел и желаний… Дрожащие плечи…
Сто тысяч касаний… И полное звонкое Счастье!

Ты долго еще не отпустишь, в объятьях качая,
Вжимаясь всем телом. А я, непременно, заплачу!..

А после всего я, конечно, налью тебе чая.
Я знаю, любимый, я помню, ты пьешь негорячий!
(Любовь Стомина)

Я люблю тебя. Вот, так просто.
Доказательство всех теорем -
Я люблю тебя, как апростроф,
Что так колет язык в «Je t`aime».

На балконе, с хвостом, без тапок,
И с гитарой, и без нее -
Я люблю тебя каждой папкой,
Где есть фото одно твоё.

Смс-ками и звонками.
Даже просьбами перезвонить.
Ушами, глазами, руками…
Как там можно еще любить?

Я люблю тебя пальцами в волосы,
Сахаринкой, прилипшей к губе.
Доказательства – дрогнувший голос
И мурашки по всей спине
(Анастасия Дьякова)

Он проснулся в пять - и от этого было холодно.
Горизонт еще не кровоточил, городишко шептал огни.
Ему за шестьдесят,у него есть дом,в котором окно одно,
Есть парадный костюм, пара туфель, и нет никакого повода,
совершенно нет никакого повода
иметь еще две пары или три.

"Мы переживем с тобой всех, ты слышишь меня?" -"Конечно!"
А внутренность вся - кипятком,безнадежно,ошпарено, ноюще
Десять дней,как внутри тишина, возведенная в степень "вечно".
Десять дней,как она смогла пережить всех,а он все живет еще.

И не то,что реки под рукавами извергали бы Бога всуе,
И не то,чтобы света в конце погасшего не нашел.
Просто он до сих пор по ночам тянет руки к родному лицу ее,
До сих пор по ночам он пишет ее дыхание карандашом.

И как не пытался,кого не спрашивал, где только не искал,
Он так и не смог найти настоящих метафор смерти,любви и света
Он открыл глаза.
Горизонт еще не кровоточил, городишко огни шептал,

Он проснулся в пять,
но холодно было совсем-совсем не от этого.
(Человек Который)

От любви до безумия пара шагов.
Та же пара шагов от порока до власти.
Счастье-это когда понимают без слов.
Если этого нет-значит, это не счастье.

От любви до потери-минута в пути,
И минута в пути от разлуки до встречи.
счастье-это когда ты не можешь уйти.
Если можешь уйти-значит, хвастаться нечем.

От любви до безумия- сутки бежать,
Друг до друга бежать, распадаясь на части.
Счастье-это когда тебе нечем дышать.
Если это не так-значит, это не счастье.
(Яна Бражник)

Девочки за 40 - они такие девочки! Они давно забыли романтику 15-летних, активный задор 25-летних, и рациональный напор тех, кому за 30. Они много видели. Потом зажмурились. Потом открыли глаза. И увидели новый мир, новых себя, новую жизнь. Они снова верят в лучшее, потому что худшее, как правило, с ними уже случалось. И они выжили - именно для того, чтобы снова верить в лучшее. Они получают лучшее: потому что способны его разглядеть даже там, где прочие ничегошеньки не замечают. У них отточенный взгляд, чуткий слух и нежные руки. Поэтому оно, это самое лучшее, к ним так и льнет, так и льнет... Они красивы. Нет, что вы - они не симпатичны. Они удивительно красивы, потому что признали, что у них именно вот такие попы, именно вот такие груди, такие носы и такие ноги. Они научились любить эти попы-груди-носы-ноги. Они знают тайну, эти девочки за 40. Читать далее

Ты задаешь вопрос свой не впервые.
Я отвечаю: не моя вина,
Что есть на свете женщины другие,
Их тысячи, других, а ты – одна.

Вот ты стоишь, тихонько поправляя
Пять пуговиц на кофте голубой.
И точка, что чернеет над губой,
Как сломанная пуговка шестая.

И ты опять, не слышав слов моих,
Вопрос извечный задаешь мне строго.
Кто виноват, стран и народов много
И много женщин на земле других.

Но изменяю я с тобой одной
Всем женщинам, рожденным под луной.
(Расул Гамзатов)

Ты выдумал меня. Такой на свете нет,
Такой на свете быть не может.
Ни врач не исцелит, не утолит поэт, –
Тень призрака тебя и день, и ночь тревожит.
Мы встретились с тобой в невероятный год,
Когда уже иссякли мира силы,
Всё было в трауре, всё никло от невзгод,
И были свежи лишь могилы.
Без фонарей как смоль был чёрен невский вал,
Глухая ночь вокруг стеной стояла…
Так вот когда тебя мой голос вызывал!
Что делала – сама ещё не понимала.
И ты пришёл ко мне, как бы звездой ведом,
По осени трагической ступая,
В тот навсегда опустошённый дом,
Откуда унеслась стихов сожжённых стая.
(Анна Ахматова)

Умейте ждать свою любовь,
В мороз, жару и непогоду,
Не отравив неверьем кровь,
Умейте ждать, пусть даже годы.
Она найдется, не спеши,
Издалека придет, иль рядом,
Пересекутся две души,
Едва соприкоснувшись взглядом.

И закружится голова,
От предвкушения и счастья,
И взмоют ввысь любви слова,
Разгонят тучи и ненастье.
И отогреется душа,
Замерзнувшая в ожидании,
И нежно-нежно, чуть дыша,
Сольются вместе два создания.

Умейте ждать, умейте верить,
Идут пусть годы, не спеша,
И миг придет, и постучится в двери,
Живая... Близкая… Душа
(Сергей Ковалец)

Не осуждай меня, прости!!!
За то, что не прошла я мимо,
А встала на твоем пути
По прихоти необъяснимой.

Прости за то, что мне с тобой
Так радостно и безмятежно,
Когда касаешься рукой
Руки моей - легко и нежно.

Прости за глупые слова,
Что вызвали твою немилость,
За то, что чувств своих скрывать
Я до сих пор не научилась.

За то, что в мертвом декабре
Мечтаю о цветущем мае...
Прости за то, что о себе
Так часто я напоминаю!!!!!

Другой мне следовало быть:
Чужой, холодной, осторожной.
Не ждать, не думать, не любить.
Прости, что это - невозможно.
(Лилия Юсупова)

…Твоя железная терпимость,
Моя стеклянная любовь,
Почти во всём несовместимость,
А я осколки клею вновь.

«…Совсем меня не понимаешь,
Слепой, открой на миг глаза,
А вдруг успеешь, вдруг поймаешь
Любовь из хрупкого стекла!...»

Моя стеклянная любовь,
Твоё железное молчанье,
И сыплются осколки вновь,
А я их клею-как печально...
(из дневника Alemith-a)

... Я знаю,я тебя недолюблю...
За тот короткий миг...ведь это мало..
И жизни мне не хватит на мечту...
Чтоб сбылось все...безумно я ......люблю...

Просто, уходя, смотрела в осень…
Смысл тебя по крохам собирала…
Нет, не ты меня, мой милый, бросил…
Это я тебя нарисовала…

Просто так, от скуки и без смысла…
Грифелем мечтаний и желаний…
Начертала образ твой из мыслей…
Холодом навеянных страданий…

Просто, усмехнувшись, отвернулась…
Твой портрет туманом исказился…
Нет, не я к тебе тогда вернулась…
Это образ мой тебе приснился…

Просто так, в погоне за мечтою…
Там, за горизонтом мирозданья…
Обнималась с нежною тоскою…
Чувства приглашая на свиданье…

Просто, от заката до рассвета…
Любовалась призрачной звездою…
Требуя немедленно ответа…
От дождя, укрывшего собою…

Просто так, с надеждой засыпая…
Образ нарисованный размыла…
Нет, я не познала с тобой рая…
Лишь в бреду тебя боготворила…

Просто, наигравшись, рассмеялась…
Не поверишь, даже не стыдилась…
Разомкнув нежнейшие объятья…
Я тобою, милый, насладилась…

Просто, уходя, считала ночи…
Что без сна сумбурно проводила…
И шептала тихо, между прочим:
«Я тебя случайно полюбила…»
(Shimmer)