Возникает впечатление, что в нашей культуре принято иметь заниженную самооценку. И это по совершенно непонятным причинам считается «интеллигентностью».

             Вот представьте себе, что на работе вдруг кто-то скажет о себе: «Я хороший профессионал». Или женщина в раздевалке фитнес-клуба невзначай обронит: «У меня симпатичная фигура».

            Сразу же решат, что они зазнались, слишком много о себе возомнили и вообще ведут себя нескромно. В работе коллеги сразу же найдут кучу недочетов, а во внешности этой женщины — множество недостатков.

             И обратная картина: сотрудник прилюдно заявляет, что недоволен собой, ему кажется, что он слабоват как профессионал, а женщина в спортзале начинает критиковать свою внешность — тут лишнее, там слабое…

Как прореагирует их окружение? Правильно: начнет утешать, поддерживать и подбадривать. А потом между собой все решат, что эти люди — «милые и скромные».

                                                                   

В нашем обществе действительно есть такая закономерность — и некоторые, кстати, иногда используют ее как некую манипуляцию.

Наверняка у вас есть знакомые, которые себя постоянно критикуют вслух, — например, коллега, вечно ноющая: «я сегодня ужасно выгляжу», «эта прическа меня полнит», «у меня такой непривлекательный вид»…

Вы думаете, она действительно так считает?

Нет — просто ей не хватает внимания и комплиментов от окружающих.

И она их таким образом получает: обязательно найдется кто-то, кто начнет ее разубеждать и рассказывать, какая она раскрасавица. Вот только попробуйте с ней разок согласиться: «О да, ты сегодня выглядишь не очень, и эта прическа тебе действительно не идет» — и вы получите бурный эмоциональный всплеск: «Да я с утра час у зеркала провела! Вчера такие деньги у парикмахера потратила! Как так — я плохо выгляжу? С чего ты взяла?..» Что ж, это не самый нелогичный образец женской логики…

Наше общество взращивает и поддерживает низкую самооценку. Это идет еще с советских времен, когда все должны были быть одинаковыми, а значит — скромными, ничем не выделяющимися. Ведь «наши люди в булочную на такси не ездят!» А если все-таки «ездят», то есть выделяются из коллектива — значит, они уже не «наши», и мы их осуждаем.

Как в шутку заметила одна моя знакомая, психолог: «Образ советского интеллигента — это невротик с комплексом неполноценности и патологическим чувством вины, постоянно себя критикующий и за все извиняющийся».

Соответствующей была советская система воспитания — негласный, неписаный свод правил, который внедрился в наши семьи и продолжает в них жить.

Ведь для того чтобы поменялось мировоззрение общества, недостаточно изменений на политической карте страны, переписанной Конституции и смены руководства.

До сих пор в нашем обществе любить ребенка — означает «воспитывать», а «воспитывать» — значит, своевременно указывать на ошибки, недочеты и критиковать. Ведь по делу же!

А еще — надо постоянно сравнивать с другими детьми (естественно, в пользу этих самых других). Хвалить же ребенка — значит, баловать и портить. Считается, что дети от этого распускаются. Или, перефразируя слова самого известного воспитателя XX века, фрекен Бок, они «перестают быть шелковыми». А потом родители удивляются: откуда у их ребенка такая низкая самооценка? почему он считает себя хуже других?..

Но в последние годы появилась и диаметрально противоположная тенденция — американская. А в американской культуре заниженная самооценка не в моде — там популярна самооценка завышенная. И это тоже имеет свой исторический смысл. Ведь изначально США создавались пришлыми европейцами — по сути, авантюристами, поехавшими за счастьем в Новый Cвет.

«Американская мечта» — создать карьеру на ровном месте, «кто был никем — станет всем». Это очень хорошо отражает американское выражение self-made man — человек, создавший сам себя.

Американская культура — достижительная.

Успеха может достигнуть каждый— и все к этому стремятся. Можно сказать, постоянно меряются достижениями…

С одной стороны, это здорово, когда равные шансы на успех есть у всех.

Традиционные культуры этого лишены — там статус предписан рождением, он не зависит от твоих способностей и трудолюбия.

И тебе повезло, если ты родился аристократом, — а вот если в семье мясника, то светят тебе только две дороги: самому стать мясником (если ты мальчик) или выйти замуж за мясника с соседней улицы (если ты девочка).

Примером такой культуры может служить деление на касты и варны в Индии.

В США же — путь свободен, ты можешь стать хоть голливудской звездой, хоть миллионером. Но! Американская культура зацикливается на достижениях, и это превращается в некое сочетания нарциссизма с обостренным чувством конкуренции. Что-то вроде олимпийского лозунга «Быстрее! Выше! Сильнее!» — только уже в повседневной жизни. Надо постоянно быть лучше других…

И на это нацелено воспитание: с детства ребенку внушается, что он — самый-самый красивый (умный, совершенный, обаятельный — нужное подчеркнуть).

Любое его деяние воспринимается как раннее проявление гениальности. Даже если малыш просто обгадил пеленки, мамаша решает, что «он сделал это просто гениально», рассказывает об этом всем знакомым и объявляет, что из него вырастет не иначе как новый Билл Гейтс или Том Круз…

В последние годы в некоторых семьях ребенка по старинке критикуют, формируя заниженную самооценку, то в других — перехваливают, создавая самооценку завышенную.

Есть, конечно, семьи, где совмещаются эти два противоположных стиля воспитания и где ребенку труднее всего сформировать образ Я, то есть представление о себе…

Но и завышенная, и заниженная самооценка — всего лишь разновидности самооценки неадекватной.

Адекватная же самооценка — некий баланс, золотая середина. То есть:

«Я не умею плавать. Позор джунглям! Я до сих пор не умею плавать. В моем-то возрасте… Я — ничтожество!» — заниженная самооценка.

«Я замечательно пою! Никто не поет так, как я! Ай да я!» — завышенная самооценка.
«Да, я не умею плавать. Да, я хорошо пою» — адекватная самооценка.

 

Недаром говорится, что «истина лежит где-то посередине и без надгробия»…

                                                                                                                      Ирина Соловьева (психолог)